Когда тает лед

Юнги перестал быть самим собой. Это заметили все. Он стал резче. Срывался на пустяки, закрывался еще сильнее, и самое страшное — он молчал. Он был потерянным. Было видно, что он уже очень много дней не спал, и его что-то беспокоило. — Ты вообще спишь? — спросил кто-то из стажёров. — Работаю. — Ты вообще ешь? — Да. Это была ложь. Он и забыл, когда ел в последний раз. — Ты вообще жив? Он не ответил и попрощался со всеми и ушёл к себе в студию, закрывая дверь на ключ. Студия стала пещерой, но теперь без воздуха. Юнги сидел ночью, смотрел на экран и не видел ничего. В голове только Чимин. Как он смеётся, как говорит и смотрит, как не смотрит теперь. Он вспомнил: «Ты говоришь: «Уйди», но ждёшь, что останутся». — Чёрт! Он встал резко. Стул громко сдвинулся, и Юнги не удержал равновесие и упал. — Идиот. И впервые это были не просто слова, это было признание. На следующий день всё стало хуже. Юнги увидел Чимина, и он снова стоял с тем же парнем. Снова смеялся, но на этот раз не смотрел в его сторону совсем. Как будто Юнги больше не существовал. И это сломало. Не ревность, не злость, а пустота. Юнги отвернулся, но не смог уйти. Он стоял, смотрел и слушал. — Пойдём потом? — услышал он чужой голос. — Давай, — ответил Чимин легко и без паузы, как будто место уже освободилось. Юнги сжал кулаки и понял, что если он сейчас ничего не сделает, он потеряет его окончательно. Дождь снова пошёл, как тогда. Сильный и настойчивый. Юнги даже не подумал и просто вышел. Нашёл его почти там же. Чимин стоял под крышей с телефоном в руках, он поднял взгляд и замер. — Хён? Юнги подошёл ближе, не останавливаясь. — Нам нужно поговорить. Чимин слабо выдохнул. — Слишком поздно. — Нет, я знаю, что я всё испортил. Чимин не ответил. Юнги сделал шаг ближе. — Я знаю, что сказал неправильно, что молчал и что отступил, но это не значит, что ничего не было. Чимин медленно поднял взгляд. — Тогда почему ты не сказал? — Потому что испугался. — Я не хочу, чтобы ты уходил, — ещё ближе. — Я не хочу видеть тебя с кем-то другим, и я не хочу больше притворяться. Чимин сделал глубокий и сбитый вдох. — Тогда скажи это. Юнги не отвёл взгляд, не промолчал и не отступил. — Я хочу быть с тобой не почти, а по-настоящему. Дождь бил по крыше сильнее и громче, но между ними стало тише. Чимин смотрел на него долго, будто проверял, правда ли. — Ты уверен? Юнги кивнул. — Впервые да. И вот тогда Чимин улыбнулся. Не широко и ярко, а тихо и тепло, как весна. Он сделал шаг вперёд. — Ты идиот. Юнги слабо усмехнулся. — Я знаю. — Но мой идиот. Сердце забилось. — Да. В этот раз поцелуй был другим. Не резким, не срывом, не почти, а спокойным, тёплым и настоящим. Как будто они оба наконец-то перестали бежать. — Мм? — Ты теперь любишь весну? Юнги долго смотрел на Чимина и наконец-то ответил: Чимин улыбнулся, и этого было достаточно, потому что лёд действительно растаял, и на его месте стало наконец-то тепло. Юнги позвал Чимина на их первое свидание, не говоря об этом ему. — Это свидание. — Нет. — Да. — Нет. — Хён. — Чимин. — Ты пригласил меня вечером без работы. Это свидание. — Я просто сказал: «Давай поедим». — После того как сказал: «Я хочу быть с тобой». Это свидание, хён. Юнги отвернулся. — Делай как хочешь. Чимин широко улыбнулся. — Тогда это наше первое свидание. Они сидели в маленьком уютном и тихом кафе. Юнги выглядел напряжённо не как в студии, а хуже. — Ты так на записи даже не нервничаешь, как сейчас. — Я не нервничаю. — Врёшь. Юнги сжал палочки. — Просто непривычно. — Что? — Вот это, — он махнул рукой между ними. Чимин стал тише. — Мы? Юнги слабо кивнул. — Мне нравится, — мягко сказал Чимин. Юнги поднял взгляд. — Мне тоже. Чимин коснулся его руки просто и без причины. Юнги замер на секунду. А потом повернул ладонь и сжал пальцы Чимина. — Люди смотрят, — проворчал он. — Пусть. Юнги фыркнул, но не отпустил. Когда они вышли, было прохладно. Чимин шагнул ближе, почти вплотную. — Хён. — Мм? — Это было хорошее свидание. Юнги посмотрел на него. — Да, но следующее выбираю я. Чимин улыбнулся. — Договорились. И в этот раз Юнги поцеловал его первый. Спокойно и уверенно, как будто уже знал, что это его место. Юнги работал в студии и вышел в коридор, чтобы увидеться с Чимином. — Чимин, подожди, — чужой голос. Юнги уже знает, уже чувствует. Он стоит в стороне и смотрит. Чимин смеётся, но уже быстро и не задерживаясь. — Извини, мне нужно идти, — говорит он и подходит к Юнги сразу, без колебаний. — Ты опять? Юнги пожимает плечами. — Он слишком долго говорил. Чимин улыбнулся. — Ты ревнуешь. — Я уже не скрываю. Чимин делает шаг ближе. — И? Юнги наклоняется к нему, тихо и почти в губы: — И ты всё равно только мой. Чимин выдыхает. — Опасный ты стал. — Поздно. Вечер. Студия. Чимин сидит на полу, а Юнги за ноутбуком. — Дорогой. — Я устал. — Иди сюда, — Юнги показывает на колени. Чимин поднимается и идёт к Юнги и садится к нему на колени. — Работай, — бормочет Чимин. — Работаю. И он не отпускает его никуда и прижимается ближе. Чимин засыпает у него на коленях, и Юнги осторожно переносит его на диван и накрывает тёплым пледом и целует. Ночь. Чимин сладко спит, а Юнги работает и поглядывает моментами на своего любимого. Он подходит и снова укрывает его, так как тот раскрылся. — Хён, — сонно. — Спи. Чимин находит его руку во сне и крепко сжимает и не отпускает. Юнги замирает, а потом ложится рядом, и его заключают в крепкие объятия. Он счастлив и больше не боится ни близости, ни чувств, и не того, что это важно. Потому что теперь у него есть любимый человек рядом, который кардинально поменял его жизнь и его самого, и теперь он не представлял свою жизнь без Чимина. Он полюбил весну, и впереди их ждёт долгая и счастливая жизнь вместе, и их отношения будут крепче с каждым днём.