Выше вражды

Ветер над квиддичным полем Хогвартса сегодня был ледяным, срывая с трибун крики сотен студентов и унося их высоко к серым тучам. Весь стадион бурлил. Раскрашенные в красно-золотые и зелено-серебряные цвета трибуны буквально содрогались от топота ног и гула трещоток. Матч Гриффиндор — Слизерин никогда не был просто игрой. Это была война.В раздевалке Гриффиндора пахло сырой землей, кожей и полиролью для метел. Джинни Уизли резко затянула шнуровку на кожаном щитке для голени. Ее рыжие волосы были стянуты в тугой хвост, а в глазах горело то самое упрямое пламя, которое заставляло соперников убираться с ее пути на полной скорости. — Слушайте меня, — капитан Гриффиндора перекрывал гул снаружи, стуча пальцем по тактической доске. — Слизерин будет играть грязно. Они всегда так играют. Но мы быстрее. Джинни, на тебе правый фланг. Не давай их загонщикам прижать тебя к кольцам.Джинни молча кивнула, сжав пальцы на древке своей «Молнии». Ее сердце бешено колотилось, но не от страха. От предвкушения. Она знала тактику Слизерина наизусть. И она знала, кто ждет ее там, в небе. В это же время в раздевалке Слизерина царила ледяная, звенящая тишина. Ая Лестрейндж стояла у высокого зеркала, застегивая тяжелую зеленую мантию. На ее лице не было ни единой эмоции — безупречная, холодная маска, достойная ее фамилии. Только едва заметная жилка билась на шее. Ая поправила защитные перчатки и взяла метлу. Она слышала, как ее капитан цедил сквозь зубы: «Размажьте их по полю. Уизли играет агрессивно, выбейте её первой».Ая ничего не ответила. Подняв глаза, она мимолетно посмотрела на свое отражение. На ее плече красовался серебряный слизеринский герб, обязывающий к победе любой ценой. — Команды, на выход! — громом раскатился голос мадам Трюк, постучавшей в дверь. Две шеренги игроков одновременно вышли из темноты подтрибунных помещений на залитое блеклым солнцем поле. Стадион вззорвался оглушительным ревом. Ливень аплодисментов с одной стороны и свист с другой слились в единый гул. Джинни шагнула на траву, чувствуя, как ветер бьет в лицо. Она сразу посмотрела вперед. Через тридцать ярдов от нее, во главе зеленой шеренги, шла Ая. Высокая, собранная, с идеальной осанкой. На секунду их взгляды встретились над изумрудным ковром поля. Никаких улыбок. Никаких знаков приветствия. Только две пары глаз — лед и пламя — зафиксировавшие друг друга до первого свистка. — Капитаны, пожмите руки, —скомандовала мадам Трюк, стоя в центре поля рядом с огромным ящиком, в котором уже бешено бились бланджеры. Свисток взлетел к губам судьи. Четырнадцать игроков занесли ноги над метлами, готовые сорваться в высь. Мир вокруг сузился до размеров трех колец на противоположной стороне поля. Игра начиналась. Квоффл взлетел вверх, бланджеры с глухим металлическим стуком вырвались из цепей, а золотой снитч мгновенно растворился в нависших над стадионом тучах.Джинни набрала бешеную скорость. Ветер свистел в ушах, выбивая слезы, но ее взгляд был намертво прикован к кожаному мячу. Справа от нее коршуном шла Ая. Тяжелая металлическая бита в ее руке хищно поблескивала. Между ними не было обычного спортивного азарта. Там царила чистая, концентрированная ненависть. Уизли презирала Лестрейндж за высокомерие, темное наследие ее семьи и холодную жестокость. Лестрейндж же всем сердцем ненавидела Уизли за их шумную, правильную праведность и дерзость, с которой Гриффиндор заявлял права на кубок. — Лови, Уизли! — процедила Ая сквозь зубы.С глухим, пугающим звуком ее бита врезалась в пролетавший мимо бланджер. Тяжелый черный шар сменил траекторию и на огромной скорости понесся прямо в грудь Джинни. Уизли среагировала за долю секунды: она резко накренила метлу влево, практически повиснув на одной руке. Бланджер пролетел в дюймах от ее плеча, с силой задев ткань мантии.— Мазила, Лестрейндж! — выкрикнула Джинни, выравнивая метлу и на лету перехватывая квоффл, упущенный слизеринским охотником.Джинни пошла на таран сквозь защиту соперников. Ая, разъяренная промахом, развернула свою метлу так круто, что та жалобно затрещала. По правилам загонщикам запрещалось трогать соперников руками, но направлять в них тяжелые снаряды никто не мешал. Ая выискивала глазами новый бланджер, ее бледное лицо заострилось от злости. Матч длился уже второй час. Дождь все-таки хлынул, превращая поле в сплошное размытое пятно. Форма промокла насквозь, руки скользили по древкам метел. Гриффиндор лидировал со счетом 130:90 благодаря яростным, почти безумным атакам Джинни. Она играла как одержимая, демонстративно пролетая мимо Аи так близко, что их мантии сталкивались. Каждое их пересечение в воздухе искрило. В один из моментов Джинни жестко подрезала траекторию Аи, вынуждая ту резко взмыть вверх, чтобы избежать лобового столкновения. — Смотри, куда летишь, нищенка, — выплюнула Ая, пролетая мимо гриффиндорки. — Увидимся на трибунах, змея, — огрызнулась Джинни, закладывая крутой вираж и забивая очередной гол в кольцо Слизерина. Хладнокровие Аи начало трещать под натиском усталости и нарастающей ярости. Лестрейндж не собиралась проигрывать Уизли. Только не ей.Внезапно над полем, прямо между ними, золотой молнией промелькнул снитч. Ловцы обоих факультетов ринулись вниз из верхних слоев облаков, но они были слишком далеко. Зато Джинни и Ая оказались в самом эпицентре игрового момента.Джинни увидела мяч и, позабыв, что она охотник, инстинктивно рванулась вперед, чтобы просто заблокировать траекторию для слизеринского ловца и дать шанс своему. Она уже видела краем глаза золотисто-красную форму Гарри, летящего к снитчу. Победа была буквально в одном шаге. Но Ая Лестрейндж просчитала этот шаг. В ее серых глазах вспыхнул холодный, торжествующий блеск. Заметив мчащийся сбоку бланджер, она вложила всю свою злость, всю фамильную гордость и накопленную ненависть к Уизли в один сокрушительный удар биты. Тяжелый шар полетел по безумной, искривленной дуге.Джинни заметила угрозу слишком поздно. Она попыталась сделать крутое пике вниз, но бланджер, пущенный рукой Аи, на излете врезался точно в хвост ее метлы. Раздался громкий треск расщепленного дерева. «Молния» Джинни резко потеряла управление, закрутилась волчком и камнем потащила гриффиндорку вниз, к размокшей земле. Джинни отчаянно вцепилась в древко, пытаясь выровнять полет у самого поля и не сломать себе шею.Эта секунда замешательства Гриффиндора стала решающей. Слизеринский ловец Драко, следовавший точно за траекторией Аи, беспрепятственно проскочил вперед и со всего размаху сжал пальцы вокруг бьющегося золотого снитча. — Снитч пойман! Слизерин побеждает! — взорвался динамик ошарашенным голосом комментатора Ли Джордана.Зелено-серебряные трибуны взвыли от дикого восторга, взрываясь зелеными искрами фейерверков. Ая Лестрейндж затормозила у самой земли, тяжело дыша. Ее лицо было испачкано грязью, мокрые волосы липли ко лбу, но на губах играла холодная, хищная и абсолютно торжествующая улыбка.В десяти ярдах от нее из лужи тяжело поднималась Джинни. Она подняла голову и встретилась взглядом со своей победительницей.Ая победно вскинула подбородок, закинула биту на плечо и, даже не скрывая своего глубокого презрения, развернула метлу к празднующей команде. Слизерин ликовал. А Джинни Уизли, сжимая кулаки до белых костяшек и вытирая грязь с лица, поклялась себе, что Лестрейндж еще очень дорого заплатит за эту секунду триумфа. В честь победы на турнире, слизеринцы устраивали вечеринку. По приходу команды в гостинную, студенты ликовали -С победой! -Вы лучшие! Больше всех окружили поклонники именно Аю. Девушку обожало пол школы. На то были причины. Слизеринка имела очень привлекательную внешность: высокий рост, чёрные кудрявые волосы, доставшиеся от матери Беллатрикс Лестрейндж и голубые, будто хрустальные глаза, за которые и девушки и парни готовы были растерзать друг-друга. Так же квиддич и успеваемость в школе сыграли свои роли. Однако не смотря на толпу влюблённых, у Аи не было партнёра. Она предпочитала одиночество. Даже друзей не заводила. Общалась она только со своим кузеном Драко Малфоем. Гостиная Слизерина гудела от восторга. Зелёное пламя в камине взлетало до самого потолка, бросая резкие тени на каменные стены. На столах высились горы сладостей из Хогсмида и бокалы с ледяным тыквенным соком. Пятый курс притащил откуда-то ящик контрабандного сливочного пива. Из заколдованного граммофона гремел тяжелый рок «Ведуний», заставляя дрожать стёкла окон. Кто-то взорвал пачку навозных бомб в углу, но заклинание «Очищай» быстро вернуло воздуху свежесть. Ближе к полуночи начались танцы прямо на столах. Старосты закрывали на всё глаза — сегодня факультет праздновал триумф. Чистокровный снобизм на одну ночь уступил место безумному, дикому веселью.