Совсем не сказочное путешествие

Я – Алиса Фьюжн, неудачливая волшебница и обладательница самого бесполезного дара. Я умею проникать в книги. Может, это и увлекательно в первое время, но пользы не приносит никакой. По крайней мере, мне за мои 17 лет не принесло. Мои родители успешны в магии. Мама телепортируется (это очень кстати, когда мы куда-то опаздываем), папа видит судьбы людей (наши с братом держит в строжайшем секрете, хотя и так понятно, что у меня всё будет ужасно с моим-то даром), а брат обладает невидимостью, из-за чего временами незаметным образом пропадают все мои вкусняшки. Учусь я в самой обычной магической школе, не отличаюсь выдающимися способностями и чудом сдаю экзамены. Друзей у меня нет. Я не придаю этому трагического значения: в конце концов, не только в этом счастье – мне хватает просмотра фильма по выходным. – Фьюжн, к доске. Вспоминаю, что сижу на занятии по астрологии. Тяжело вздыхаю и иду к доске. Отвечаю ужасно, еле натянув на "удовлетворительно" с помощью подсказок неравнодушных одноклассников. Сажусь с греющей душу мыслью, что я не изгой класса. Пожалуй, если бы все знали о моём даре, я бы стала изгоем, но я держала свою способность в тайне и говорила, что обладаю невидимостью, как мой брат. На самом деле, чтобы стать изгоем не только класса, но и всей школы, можно обладать и крутой способностью, но отказывать в помощи ученикам, в чём помочь может только этот дар. Таким изгоем стал мой одноклассник с одной из самых лучших способностей – чтение мыслей. А всего лишь нужно было отказывать во всех просьбах: узнать задания ближайшего теста, прочитав мысли учителя, или подсказать ответ на уроке. В нашей школе, к сожалению, как и во многих других, действует два негласных правила: помогать во всём, с чем справится только твой дар, и беспрекословно подчиняться ученикам со способностями лучше твоей. Я со своей так называемой невидимостью сохраняла статус среднего ученика и избегала буллинга. Одноклассник-экстрасенс, хоть и относился к самым "престижным слоям общества", был изгоем и потому не обладал привилегиями. Звонок прозвенел. Я облегчённо выдохнула, радуясь, что нелюбимый урок наконец закончился. На парте появилась записка, и я нехотя развернула её. Как я и предполагала, это было очередное поручение... Из-за моей способности невидимости, которая якобы у меня была, меня частенько просили пробраться в кабинет директора и исправить кому-то оценки или найти ответы на экзамен. Часто я попадала в неприятности, но важнее было сохранять легенду о моём даре невидимости, не раскрывая истинную способность. Алиса Фьюжн, с Вас ответы на завтрашний тест. Они в кабинете директора. Пробраться туда Вам не составит труда. Дэвид Шварценеггер Приказной тон возмутил бы меня, если бы не подпись. Это была записка от одного из лучших учеников школы, обладающего магией трансформации. Не выполнить его просьбу означало мгновенно вылететь из школы, ведь он был очень близок к директору и учителям. Одно его слово – и ученика исключат без объяснений. Я, конечно, не понимаю, почему он сам не может достать ответы с его-то магией – превратился бы в жучка какого-нибудь и забрался без труда в кабинет директора. Ему или не хочется самому этим заниматься и рисковать, или нравится заставлять рисковать других ради себя любимого. – Скорее второе, - прозвучал тихий голос за спиной и последоваший за ним смешок. Вряд ли это было обращение ко мне. Запихнув листок в карман пиджака, я вышла из кабинета и, чувствуя увеличивающуюся дрожь в коленях, направилась к кабинету директора. Всё время пути я слышала спешные шаги, словно преследовавшие меня, но как только оборачивалась – видела только шумную толпу школьников. Наконец, дойдя до двери с надписью "Директор", от которой по телу пробежали мурашки, я боязливо оглянулась по сторонам. В том, что директора сейчас не было в кабинете, я была уверена: каждый раз ровно в 10:00, как и сейчас, он выходил из кабинета и гулял по школе, то и дело наказывая учеников даже за незначительные мелочи. Не сказать, чтобы наш директор – профессор Джонсон – был строгим, но любил временами ни за что выносить приговоры бедным школьникам, которым приходилось выполнять бессмысленные требования вроде уборки в кабинетах без помощи магии, и это было ещё самым лёгким видом наказания. Только я взялась за ручку двери, собираясь открыть, как за спиной послышался голос: – Фьюжн, ты так уверена в себе? Я резко отдёрнула руку и обернулась. Напротив меня стоял блондин с изумрудными глазами, проницательно смотрящими на меня. Что-то жуткое было в его уверенном, холодном взгляде. Но это было объяснимо: этот ... человек был мой одноклассник-экстрасенс – Джон Миллер, изгой школы, не считающий себя таковым и с удовольствием шантажирующий всех, чьи мысли он читал, ещё больше нелюбимый за это. Я боялась его с дня поступления в школу. Он легко мог раскрыть мою истинную сверхспособность в любую минуту, но не делал этого. От этого становилось не по себе, тем более что я постоянно ловила на себе его неоднозначные взгляды, напоминающие о моей бессильности перед ним. – Джон? - еле скрывая дрожь в голосе, сказала я, хотя скрыть что-либо от такого человека невозможно. Он ухмыльнулся. Расстояние между нами значительно сократилось, отчего стало совсем жутко. Я старалась не смотреть в его глаза, словно читающие душу. Миллер казался мне страшным человеком не только в смысле власти, которую он имел над всеми с помощью своей способности, но и вообще: его манера говорить, фирменная ухмылка, ледяные глаза, всегда холодные пальцы, от прикосновения которых становилось так плохо, что перестаёшь соображать и беспрекословно подчиняешься, а прикасаться он любил, когда шантажировал жертву, – словом, всё было пугающим в нём. – Значит, ты меня боишься? - ещё больше усмехаясь, поинтересовался Джон. Его ледяные пальцы едва коснулись моей шеи, но у меня было ощущение, что меня душат. Время, за которое я должна была найти ответы, стремительно утекало. Но думать, пока рядом Миллер, я не могла. – Ч-что ты хочешь? - сглотнув, спросила я, напрягаясь от каждого пробирающего прикосновения. Хотелось, чтобы кто-нибудь из учителей, да хотя бы директор, нас заметил, но, как нарочно, в коридоре никого почти не было, а пару учеников, увидевших нас, сразу же ушли. – Нас никто не увидит, не волнуйся, Фьюжн, - прочитав мысли, довольно хмыкнул Джон и, поймав мой взгляд, не дал отвести. - Значит, обладаешь невидимостью? Я обречённо вздохнула, понимая, что он уже всё знает с первого школьного дня, но подойти решил только сейчас. – Мне нужен твой дар. Представь себе, твоя бесполезная способность может пригодиться, - открыто насмехаясь надо мной, сказал он. - Сегодня после школы в библиотеке. Сегодня у меня назначено свидание, о котором я мечтала всю школьную жизнь – с Лукасом Роджерсом, моим возлюбленным, который недавно признался мне в чувствах. Я была на седьмом небе от счастья, когда он назначил свидание, а теперь всё отменялось... – Думаю, Лукас разлюбит тебя, как только узнает о твоей истинной способности, - не сдержал смешок Джон и, к моему счастью, наконец убрал руку и отошёл на шаг, давая мне выдохнуть. – Ты так уверен в этом? - смело спросила я, но сразу же пожалела о своей самоувсамоуверенности. – Хочешь проверить? - холодно усмехнулся блондин. Я поспешно замотала головой и покорно сказала, что приду после уроков в библиотеку. Джон кивнул мне в сторону кабинета, напомнив о невыполненном поручении, про которое я уже забыла. Когда Миллер ушёл, я смогла спокойно выдохнуть. Больше никто не читал мои мысли, и шантаж, которого я так боялась, оказался не таким ужасным. Всё могло быть гораздо хуже... Я осторожно приоткрыла дверь, но послышался громкий скрип, раздавшийся по всему коридору. Испуганно оглянувшись и убедившись, что никто не следит, кроме Джона, всё ещё следящего за мной зачем-то из-за угла, на которого мне было уже плевать, я вошла в кабинет. На столе было слишком много бумаг. Думала, найти ответы будет проще. Но время приближалось к половине одиннадцатого, и директор мог войти с минуту на минуту. Кое-как я нашла ответы, постаравшись вернуть все разбросанные документы так, как они лежали. Думала, что задание выполнено успешно, и я обошла встречу с профессором Джонсоном, но, открыв дверь, увидела седого старичка в тёмно-красной мантии, резко нахмурившегося при виде меня, и поняла: всё кончено.

***

– Мисс Фьюжн, я был о Вас лучшего мнения, - говорил директор неприятным хрипловатым голосом, то и дело бросая на меня суровые взгляды. Далее последовала лекция о пользе наказания за нарушения, которую я почти не слушала, думая о Джоне Миллере и предстоящем задании, про которое я ничего не знала. Но неужели мой настоящий дар может кому-то пригодиться? – Итак, мисс Фьюжн, вот список кабинетов, в которых вы должны прибраться, - довольно улыбаясь, как это было всегда при наказании ученика, протянул мне бумажку профессор Джонсон и с ещё большим удовольствием добавил, - естественно, без использования магии. Я уныло кивнула, понимая, что мне итак не поможет моя способность, и директор тоже это понимал, отчего ещё счастливее улыбался. Я думаю, наш директор скрытый садист. – Когда? - уточнила я, надеясь хотя бы на завтрашний день, ведь сегодня у меня встреча с Миллером, которую я, конечно, не ждала, но не прийти на неё было бы рискованно. – Сейчас, мисс Фьюжн, - строго произнёс профессор Джонсон, дал мне в руки швабру с ведром и выставил за дверь, а скорее выкинул, потому что я не удержала равновесие и больно ударилась спиной об стену. Сбоку послышался злой смешок. К сожалению или счастью (хотя бы это не был кто-то другой, иначе бы меня засмеяли), это был ненавистный Джон Миллер. – Ты забавно ударилась. Неплохо для волшебницы. Нет, пожалуй, это слишком большая честь для тебя, с твоим-то даром, - довольно насмехался надо мной он. Я ужасно злилась на него и на директора, сильно ударивших по чувству достоинства, но внешне старалась держаться спокойной. Я заметила прожигающий взгляд блондина на себе: Миллер прочитал мои мысли. Был ли он доволен тем, что унизил меня и ударил по больному, по равнодушному взгляду было неясно, но вскоре на его лице появилась фирменная ухмылка. Да. Он был счастлив тем, что издевается надо мной. Очередной садист. – Прошу выражаться поприличнее, Фьюжн, - притворно вежливо сказал Джон и оглядел меня, останавливая презрительный взгляд на швабре. - Она тебе к лицу. Ощущение, будто вся ненависть, копившаяся в Миллере годами, выплёскивалась сейчас. – Что ж, идём в библиотеку сейчас. Я изменил планы, - продолжая злостно улыбаться, заявил он. Ну, конечно. Снова прочитал мысли. – Хорошо, идём, - буркнула я, не зная, что делать с невыполненным наказанием, за которое явно последует более сильное наказание. На деле, для меня пребывание с Миллером – худшее наказание. И он это знает.

***

В библиотеке было пусто, к счастью для меня. Я села в кресло и ненадолго расслабилась, но вскоре вздрогнула от грохота. На столе лежала детская книжка. Я перевела недоумённый взгляд на Джона. – Мы должны проникнуть в детскую сказку? - еле сдерживая улыбку, спросила я. – Будешь смеяться, я прямо сейчас выложу это фото, - Миллер ехидно улыбнулся, показывая фотографию меня, ударившейся об стену со шваброй. Чёрт. Очередной повод для шантажа. Я что, теперь навечно стану прислугой Миллера? В моей-то невезучей жизни были и будут миллионы неприятных ситуаций, о которых лучше никому не знать. – Значит так. Мне нужно забрать одно зелье у гоблинов, - серьёзно говорил Джон, и почему-то в этот момент мне вдруг стало совсем не страшно, будто это не экстрасенс, шагтажирующий всех, а обычный парень. Миллер заметил, что его устрашающий вид пропадает, и нахмурился, но я только улыбнулась. – Хочешь снова охладиться? - поинтересовался Джон, протягивая руку ко мне, и я вздрогнула от воспоминания. – Нет... - тихо пробормотала я, снова вспомнив, кто передо мной. На лицо Миллера вернулась неприятная, ужасно раздражающая ухмылка. И всё же он не тот, за кого себя выдаёт. Самый обычный неуверенный парень... – Фьюжн, так и будешь сидеть? Хорошо, сейчас пойду к Лукасу, расскажу ему всю правду о тебе, - резко ударив по столу, но будто без злости, холодно произнёс Джон, но я заметила, что его голос дрогнул. Я покорно открыла книгу на странице, где были нарисованы уродливые зелёные существа с торчащими в стороны ушами, и протянула руку Миллеру. Он неуверенно взял её и сжал с такой силой, что я поморщилась от боли, но сказать что-либо побоялась. Коснувшись книги и прикрыв глаза, я ощутила привычное чувство падения и ещё большей боли в руке. Я не проникала в книги уже несколько лет. Но сделать это с ненавистным одноклассником-экстрасенсом я никогда не желала. Пожалуй, мыть полы в кабинетах было бы приятнее.