Виктор Пелевин посещает Южинский кружок

Виктор Пелевин посещает Южинский кружок На самом деле доподлинно известный факт то что Пелевин в конце восьмидесятых посещал южинский кружоккк- это действительно так Но здесь всё же много авторских фантазий *** Пошёл 1986 год. Был Кровавый март. Он был слишком багряно нетерпимым к осени которые всё ещё хотела оплодотворить весну собой. Весна вела себя как сучка. Весна не хотела видеть осень Выйдя из квартиры на новых черёмушках Виктор был спокоен. Вообще он был спокоен всегда ,но в моменты наибольшей интенсивности он был спокоен намного больше . Если у обычных людей в этот момент зашкаливали эмоции то у него наоборот- это своего рода и было его утрированием Войдя в саму квартиру на другой противоположности Москвы. Войдя в тот называемый затон сразу же почувствовал определенные окутанности из-под вывертого бредка Не то чтобы какие-то персонажи оттеняли собой междуусубицу потусторонних бряцаний. Но сама финно-угорская красота акварелевой наполненности стратосферы позволяла знатно охуевать Лидеров пока ещё не было. Но кажущееся периферийными персонажи источали такую нахрапистость самости что бурая стратосфера хотела лечь точнее возлечь с столичными метафизиками *** Виктор видел Головина всего пару раз. Как полагается мертвецки пьяным Разумеется сопутствующий бешеный свет(который так удивлял многих находящихся рядом что они до сих пор неустанно делятся рассказами) конечно же исходил Но в дальнейшем эмпирическая импозантность зубов Дракулы из акульева выверта не находила ничего лучше чем построить кадр - голландский угол Где ближе к левому углу находился сам Виктор Безусловно это мощнейшая глыба Насчёт того что эжен находился под протекцией Диониса вопрос дискуссионный но Безусловно мощнейшим образом может переиначивать реальность Нетактильный Виктор дотронулся со спины до эжена. Эжен же никак не среагировал. Это было многозначительно И крайне нетипично для обычных ностальгических рассказов. *** Шмары космонавтики не любят убивать шмары космонавтики так любят танцевать- Киров с Волгоградом мы научим зиговать на них с вертолёта будем тоны кокаина рассыпать--раздалась веселая песенка -Ну это слишком хорошо для Сашки мажора-подумалось Виктору Так и оказалось это было Ростислав атропинен Где-то рядом валялся в как позже скажут "сноубол" состоянии Владимир Титов Виктор подошел к окну там вережали пролы Он был очень Юн и не верил в то что Москва действительно какое-то инфернальное угодье. А то что это центр Ада объясняется геополитическими и климаксическими условиями Конечно с другой стороны оптимизм его сверстников в плане обновление и перемен затыкал уши всадникам поместье да ла круа но с другой стороны уже сам Виктор считал это крайне наивным Лица пролов были привычно без тени интеллекта Это было также отчётливо видно с 7 этажа Антуан Винницкий заговорил---А что если мамлеев прямо сейчас прямо в этот момент трогает проститутку за грудь Интересно в Париже ведь женщина имеет право называться женщиной только если у неё минимум четвёртый размер Там вообще ведь какая-то гигантамания в своём роде Сразу в воздухе разлилась приятность. Она черпала из груди Тамары гвардицели Великолепный опиум что застрял у неё в лёгких и передавала в рот рок-музыкантам. Титов не поднимая глаза от узора на ковре на стене сказал что считает что французы поскольку они изобрели Таро должны сравнить Москву с землёй. Что будет Великой башней для России. И их ядерная жестокость породит в русских ядерную радость А Таро здесь просто к тому что как бы башня башня башня осчастливит -Мне кажется настоящую башню могут прожить только те кто сами выпали из яйца. Кто-то ведь наверняка из нас пойдёт в коммерцию и сделает сериал про какого-нибудь персонажа шпунтика или может быть Лунтика - сказал один из учеников Степанова -в 20 лет не хочется об этом думать сказал Виктор Приветствую скалозубых а также рассеянных-выбил дверь ногой эжен и при этом что совершенно удивительно кажется он был трезв Он поглядел на Виктора какой-то странной улыбкой И Виктор услышал что-то зелёное -Здравствуйте Адмирал мы тут обсуждаем Какие нынче женщины у Юрия витальевича Он улыбнулся солнце было широким