За закрытыми дверьми

— Знаете, тот студент с юриспруденции пугает. — Ага, лицом-то хорош, как никто другой, а характер, конечно, от слова совсем не сладкий.. — Я слышала, что он вообще работает с тем известным прокурором из нашего города. С господином Варкой, кажется? Он ещё студент, а уже такие связи.. О Лоэне, первокурснике с юридического факультета, ходило много слухов. Прошёл почти год учёбы, однако из запоминающегося — только поступивший юноша, который оставлял за собой нить загадок. Изначально он мало кому понравился. Можно даже смело сказать, что таких по итогу и не оказалось. Даже в его внешности находили множество противоречий: у него были мягкие волосы выцветшего зелёного цвета, совсем бледные; у него были большие глаза, аккуратный нос, не слишком пухлые губы и мягкие щёки, словно эта детская черта не до конца ещё прошла. Лоэн был низким, носил по большей части открытую одежду всегда тёмных оттенков, отчего некоторые стали сравнивать его со студентом исторического факультета — Скарамуччей. Но, несмотря на такую миловидную, но привлекательную внешность, Лоэн самый настоящий дьявол. Этот юноша хитёр, умён и безжалостен, а в тёмно-зелёных глазах плескалось что-то злое, умышленное, похожее на красные искры. Очевидцы говорили, что однажды эта малявка помогла местному участку открыть трудное дело, и, как полагается бедному студенту, даже выручку не взял со своей помощи. После нескольких происшествий в университете также выяснилось, что Лоэн отлично дерётся. Какие-то выскочки, если смели задеть его, в итоге не уходили от этого без каких-либо последствий. Лоэн дерётся не только отлично, но и страшно — ловко, быстро, не колеблясь, даже в какой-то степени отчаянно, словно заяц, на которого начали охоту, но которую так и не завершат по весьма очевидным причинам. Иногда даже жертва может стать охотником. Только стоит уточнить, что рядом с равным жертва может не желать менять своего положения и даже будет ему радоваться. Охота может быть позволена. Иллуги не любил эти грязные слухи и постоянные косые взгляды в сторону его парня, но всё забывалось, стоило Лоэну утянуть его за угол, где не работает свет и нет камер, развешенных на всех этажах и по всем коридорам. Иллуги абсолютно плюёт на всё это, потому что его нетерпеливый Лоэн специально ищет для них укромные места, чтобы после целоваться так, как хотелось — долго, без перерывов, без лишних глаз. Лоэн любит поцелуи, Иллуги знает. Лоэн любит, когда человек, которому он беспрекословно подставляет свою белую шею, так же настойчиво отвечает на них, берёт контроль и кусает, кусает, кусает.. Лоэн становится подобно послушному питомцу, когда кто-то, кого он считает равным и сильным, не стесняясь фиксирует ему руки над головой — так, чтобы точно не вырваться, пусть этого не произойдёт, уж точно не по его желанию. Лоэн каждый раз горячо вздыхает прямо в губы, стоит прижать его спиной к себе, заставить почувствовать себя меньше, в подобии опасности, но у него словно отключались все животные повадки, потому что в эти моменты Иллуги позволено всё. Лоэн обожает подчиняться, если речь идёт об Иллуги. Тот в свою очередь всегда смотрит на тех, кто распускает никудышные слухи, и думает о том, что эти люди никогда не узнают, как Лоэн умеет преклонять голову и колени перед кем-то, кого любит. Они никогда не узнают, как Лоэн умеет смотреть своими прекрасными глазами с обожанием, как сам ластится, как сам просит быть грубее, заламывать, уничтожать. Что у них есть немая договоренность — во время близости Лоэн никогда не снимает свой чокер. Иллуги не знал причины. В первый раз он просто потянул за украшение в порыве, и тут же понял, в чём дело. Лоэн любит не только подчиняться, но и ходить по тонкой грани. В ответ на удушение он лишь глухо застонал под давлением, закатив глаза, а затем улыбнулся так искренне, словно не его прямо сейчас вбивают в кровать, прижимая к себе и лишая кислорода. Иллуги, честно, картины сексуальнее этой не видел нигде. И вряд ли вообще в будущем увидит, потому что в памяти остаётся только чужое горячее тело под собой, жгучие поцелуи, прикрытые глаза с алыми искрами, скатившаяся капля пота с виска, слегка лохматые волосы и приоткрытые, влажные в слюне и смазке губы, роняющие высокие стоны при особенно глубоком толчке. А ведь никто и не подумает, что Иллуги с безупречной репутацией, отглаженной до идеала рубашкой и поверх надетой жилеткой кофейного цвета, что Иллуги, со всеми добрый и понимающий, трахает парня, которого все боятся. А тот что? Только подставляется под руки и жмурится от удовольствия, как кошка в лучах закатного солнца. Только и делает, что на грани срывающегося голоса вскрикивает и говорит едва внятно «сильнее», «грубее», пока сам царапает лопатки своего поддающегося парня. Только и делает, что пытается держаться в сознании, но после первого оргазма он всё равно выдыхается, произнося лишь просьбы и посматривая на Иллуги из-за плеча. Лоэн всегда просил кончать внутрь. — Иллуги, всё в порядке? Юноша медленно моргает, а затем поднимает глаза на одногруппницу, которая его позвала. — Да, конечно. Вы.., — он оглянулся на других людей поблизости, смотрящих точно так же на него, — хотели что-то спросить? — Мы хотели спросить, что ты думаешь по поводу того странного студента. Его зовут Лоэн, вроде бы? — остальные покивали, подтверждая вопрос. — Ну.., — неуверенно начинает Иллуги, — я не знаю его достаточно хорошо, а на слухи не хотел бы ориентироваться. Он просто студент со своими секретами и очень отличающимся от остальных характером. Три студента, решив не перечить вечно доброму парню, только угукнули и вернулись к обсуждению прошлых тем. В это же время Иллуги ловит на себе взгляд проходящего мимо аудитории хитро улыбающегося Лоэна. Уголки его губ приподнялись даже выше, стоило ему увидеть внезапно порозовевшие щёки своего парня, поймавшего взгляд. Лоэн неспешно, будто в намеренно замедленной съемке подносит кулак к своим губам, прежде чем единожды толкнуться языком в щёку. Его взгляд так и просит: Выйдем, поговорим. Разговором, конечно, не ограничится. Жаль — Иллуги не может рассказать другим о том, как божественно трахается Лоэн, задыхаясь от натянутого до предела чокера.