В забвении

Отли медленно заходит в комнату окутанную полутьмой. Все пространство вокруг подобное бескрайнему мраку освещается лишь одним , совсем слабым источником света. Рассыпчатый луч светит прямо на кровать, подсвечивая холодными лучами дрожащее тело. Не смея задерживается у дверного проема, робот закрывает за собой дверь, короткими но быстрыми шагами подходя к кровати. В его руках поднос, на подносе таблетки и бокал с непонятным содержимым. Отли оставляет его на столешнице у кровати, а сам садится к своему принцу, опуская бесчувственную холодную руку на чужую голову. Когда-то мягкие и блестящие волосы стали совсем грязными. На концах они спутались, выглядели ужасно растрёпанными, у основания сильно взмокли от пота. Мужчина боролся со страшной болью, Отли же пришел для того чтобы облегчить её. Кто же знал что человеческое существо настолько хрупкое? Кто же знал что небольшое повышение снотворного так сильно скажется на ослабшем теле. Хёрли крайне безнадёжный правитель. Ветреный, совершенно несерьёзный, крайне безответственный повелитель целого государства. Он безнадежен настолько,что вынужден доверить себя своей копии. Жалкому подобию того, каким бы он мог стать. Мужчина не иронично считал робота лучшей версией себя. Конечно же, ведь Отли не только неустанно заботился о нем, навещал, кормил и поил, но ещё занимался государственными делами. Страна не видела подобного взлета со времен захода Хёрли на престол. Отли был прекрасен, банально лучше во всем. В харизме, в уме. Даже в красоте, как казалось, он превосходил поблекший оригинал. Отли был настоящим чудом инженерии, его лучшим творением. Поэтому он даже не задумывался над тем, чтобы просить у него помощи в правлении, пока сам борется с недугом. Принц считал что его сразила неприятная болезнь. Тому следствием была постоянная тошнота, головная боль, медленная потеря памяти. Единственный кого отлично помнил он, ныне совсем жалкий силуэт себя прошлого, был Отли. Но и тот не редко становился адресатом вопроса «кто вы?» время от времени. С каждой неделей память и воспоминания покидали Хёрли все больше и больше. Но в те моменты когда он вспоминал, когда прозрение накрывало его и он осознавал где и кто он сейчас, рядом всегда был... —Отли... пожалуйста!— Хёрли взмаливал ему подобно Богу, на локтях стараясь приподняться. Голова болела так сильно, так ужасно, что в какой-то момент парень занёс руку и ударил себя пару раз по голове, в надежде обрести мимолётное облегчение,— Отли! Прошу, прошу...лекаря. В какой-то момент гул в голове и стучащая боль стали совсем невыносимы. Сорвавшись на безудержные рыдания от боли, принц согнулся в три погибели. Внутри желудка неприятно закрутило, желчь начала стремительно подниматься вверх по горлу. Несчастный, бедный принц. Сегодняшний день у него,очевидно, был куда хуже чем предыдущие. А ведь ещё недавно принц грезил о том, что сможет впервые за весь свой болеющий период посетить праздник. Кажется Хёрли тогда впервые встал с кровати сам, шаткими шажками подойдя к окну. Его поразило то, насколько изменился мир вокруг и окрылённый безудержным желанием наконец-то посетить фестиваль юмора и смеха, принц поведал эту идею своему самому близкому другу. А после он слег, пропустив все два дня торжества. Как некстати. Сегодняшнее утро...или день? А может даже ночь, была той в которое он наконец-то очнулся. Как побитый кот Хёрли тянулся к холодному. Горячей рукой схватив ладонь Отли, принц переместил её на свой лоб, а затем щёки, в попытке отыскать хоть немного успокоения. Ему нужен был холод,открытое окно, мокрая тряпка на лбу, желательно помощь лекаря. Но он был не в состоянии даже поднять голову, что тут говорить о словах? Поэтому довольствовался чем мог, в горячке не видя другого решения проблемы. —мой принц,— Все тело Хёрли дрожит как осиновый лист. Однако у него даже в мыслях нет сопротивляться тому, как нежно Отли гладит его по лицу. Принц прикрыл глаза, когда холодные пальцы легли на его подбородок. Моментально слезы с новой силой градом скатываются с уставших , молящих глаз. Прикосновение читалось таким заботливым, что парень поддался сладкому чувству. Удивительным образом робот действовал на него как успокоительное, Хёрли позволил этим движениям медленно вернуть его в чувства. Позволил ладоням сместиться на плечи и уложить на кровать. Позволил Отли наклониться к нему, остановившись в паре сантиметрах. Позволил начать гладить себя вновь, — мой бедный, бедный принц. Отли был безжалостен к Хёрли. Он знал как сильно тот в нем нуждается, особенно в такие моменты, особенно сейчас. Он давал ему это. Давал надежду— самое человечное чувство, которое было не понять бездушному механизму. Все зажатое лицо и искаженное от мучений лицо мигом расслабилось под приятные ласки. Казалось что даже жар на секунду отступил. Но уже в следующее мгновение, дыхание принца замирает. Что-то вдруг изменилось в этой душной комнате. Хватка на его лице вдруг стала сильнее, большой палец и мизинец сомкнулись на щеках, надавливая на них. В ту же секунду глаза Хёрли распахнулись от непонимания и чего-то странного, похожего на испуг. Пальцы сжались ещё сильнее и зрачки принца , напуганные до ужаса, уставились прямо на потолок. Он видел размытые силуэты в отражении, видел то как подсветилась кисть робота под единственным лучом света,видел свое лицо в этот момент. Два пальца , средний и указательный, скользнули с подбородка вверх по губам. Не произнеся ни слова, они вдавались прямо в рот принца,раздвигая мягкую плоть с пугающей лёгкостью. В уголках губ тут же засаднило, что здесь чёрт возьми происходит? Не успев осознать что творится вокруг него, до ушей Хёрли доносятся звуки, издаваемые им самим. Короткие ,чавкающие, полу-вздохи полу-стоны, одно короткое «а!», когда Отли задел колокольчик. В ту же секунду его язык оказался прижат к нёбу и только сейчас до Хёрли дошло что происходит. Неприятный вкус заполнил ротовую полость. То было не что-то сладкое, горькое или кислое. Странная смесь пластика, кожи и озона заполнила все: от зубов до гортани. Отли , его пальцы, были везде. Заполняли его всего , вызывая позыв отвратительной желчи. Тошнота подступала все больше, таким мерзким способом робот действительно смог вызвать у него её быстрее. И вот казалось бы все , дальше он справится как-то сам. Но Отли даже не собирался останавливаться. Хёрли дёрнулся назад, но деревянное изголовье кровати ударило в затылок, не давая отступить ни на дюйм дальше. Он оказался натурально в ловушке, в собственной постели. А что-то неприятное из желудка уже поднималось к горлу. Хёрли страшно давился. Слюна накопившаяся в его рту медленно вытекала вниз, по губам к подбородку и дальше, оставляя мокрую дорожку на шее. От испуга принц сжал челюсти. Пять секунд он смотрел на реакцию Отли, но не увидел ровным счётом ничего. Совсем ничего. Ни намека на боль или на нечто другое , хотя бы отдаленно напоминающее первое чувство. Пальцы внутри его рта не дрогнули, ведь у них нет нервов, у Отли нет понимания боли. То что заставило бы живого человека вскрикнуть и отдернуть руку, вызвало у робота ровным счётом ничего. И от этого Хёрли била ещё более крупная дрожь. Он не знал как справиться со своим собственным творением, от чего был обречён из последних сил биться и мотать головой в разные стороны, в попытке хоть как-то освободиться. Из уголка глаз снова хлынули слезы. Сначала одна, потом вторая , третья и так целый град. Что делать он не понимал, а кусать снова боялся — был высокий шанс что его зубы встретятся с железом и он попросту останется без них, а эта рука ничего не заметит. Поэтому он плакал, что-то мычал. Выгибался, старался вырваться, но толку было мало. Впервые за долгое время Хёрли в полной мере ощутил свою беспомощность. Принц думал о том, что Отли даст ему таблетки, может позовет лекаря, но никак не заставит вытошнить все то что накопилось в его желудке. Что-то большое, жидкое и горячее поднялось из пищевода. Хёрли почувствовал резкий, кислый привкус на корне языка, теперь это стояло уже у самого горла и требовало скорейшего выхода. От безысходности, двигаясь уже на животном страхе, Хёрли резко схватил руку робота. Принц отдернул её с такой силой, что пальцы робота выскользнули из его рта с неприятным, влажным звуком. Парень мгновенно откинулся в сторону, теряя равновесие и падая на прохладные простыни. Да и плевать что упал, ему хотелось поскорее отползти подальше от робота. Из последних сил, на чистом адреналине Хёрли пнул свою копию прямо в живот, но не столкнулся ни с чем кроме внезапной боли. Он надеялся на то что это позволит ему выбить пару секунд форы. Минимум пять, а в лучшем случае - двадцать. Но реальность оказалась куда более благосклонной. Оттолкнуть Отли достаточно не вышло, но он, как оказалось, даже не собирался ловить своего создателя. Сердце бешено колотилось, было страшно. Оказавшись на другом краю, Хёрли позволил себе остановиться и оценить ситуацию. С испугом посмотрев прямо на холодные глаза робота, парень тут же поджимает к себе ноги, закрывая рот рукой. Он вытирает дорожки слез и слюны, старается держать себя в руках. Нет, не получается.Взгляд этих глаз не имел веса. В объективах робота Хёрли видел лишь себя самого, от этого становилось противно. Уже в следующую секунду принц быстро отворачивается, падая на край и сгибаясь. Плечи Хёрли задрожали ещё сильнее, плач раздался громче. Как же отвратительно он чувствовал себя прямо сейчас. Он поднес ладонь к губам, зачем? Наверное чтобы заслониться , спрятать или сделать звук собственного воя тише. Все у него выходило плохо. Спазм подкатил с новой силой, и Хёрли окончательно отвернулся, падая лицом вниз, за край кровати. Жидкая жёлтая масса плеснула на паркет, оставив на светлом дереве пятно. Как же отвратительно себя чувствовал принц. — мой жалкий принц,— совсем тихо и безучастно говорит Отли, обойдя кровать и сев рядом. Хёрли почувствовал это только в тот момент, когда матрас прогнулся под ним. Удивительно ,но робот никогда не издавал звуков при ходьбе. Погладив принца по спине, Отли соизволил проникнуться толикой человеческого сочувствия к принцу. Или сделал вид, что проникнулся, дабы успокоить своего создателя. Холодные пальцы убирали волосы с вспотевшего лба. Заводя очередную прядь волос назад, пальцы Отли задержались на висках парня. От чего-то Хёрли представил себе как Отли медленно сжимает их, разрывая ему голову. Потом они, пальцы, медленно скользнули ниже. Тонкие пуговицы из перламутра одна за другой покидали свои пятельки. Отли раздевал его, а он совсем обессиленный позволял ему это делать, тряпичной куклой то и дело сотрясаясь от очередного приступа рвоты. Не прекратилось это даже тогда, когда выдавливать из себя было просто нечего. Казалось что организм желал вытравить весь яд что был в его теле, несмотря на то насколько жалкими эти попытки казались со стороны. Все это время Хёрли держался на руках, покуда были силы. Очередной раз пошатнувшись, последнее что ощутил принц это головокружение в голове. В следующую секунду пропало все: шум,боль,страх и стыд. Ослабевшие руки и покосившиеся ноги заставили его буквально податься вперёд. Казалось ещё секунда и принц впечатается лицом в собственную лужу рвоты. Но Отли подловил его, поднимая и прижимая к себе. Холодная рука контрастом почувствовалась на разгоряченной ,голой спине. Но Хёрли уже был не здесь, а где-то там, во снах. В своей спасательной капсуле. Он даже не заметил как в его рот подложили таблетки, а потом заставили запить той сомнительной жидкостью. Но прекрасно сумел почувствовать прикосновения губ к своему лбу, к макушке и прохладный ветерок. Очнулся принц в теплой ванной. Сознание возвращалось к нему медленно ,по кускам. Грязные волосы были вымыты и пахли чем-то очень сладким. Хёрли почувствовал что был абсолютно без одежды, конечно,он ведь находился в ванной. Но это значило что кто-то раздел его, вымыл и оставил лежать так. От этой мысли по лицу разлилась краска. Глаза опухшие от слез были прикрыты мокрой, холодной тряпкой. Несмотря на теплую воду в которой он находился, она оставалась удивительно освежающей. Поднимая её с своих глаз на лоб, парень слегка приподнялся, опираясь на скользкие бортики ванны. Руки теперь практически не дрожали. Только один человек,нет...робот мог так позаботиться о нем. —людей с температурой нельзя ложить в горячую ванну,— Хёрли слегка повернул голову в сторону двери. Как и ожидалось, оперевшись на неё Отли глядел прямо на принца. Казалось что его не смущал ни вид обнаженного тела, ни сам принц. Стеклянные зрачки не выдавали ничего похожего на похоть, интерес или смущение. —ты потерял сознание и находился в очень , очень, очень-очень-очень! Плохом состоянии,— робот подошёл близко, настолько, что теперь в лёгком смятении прибывал сам Хёрли,— бедный принц , ты выглядел так измученно. Последнее слово повисло в воздухе.

А что было до этого?

Хёрли на мгновение задумался. Что было до этого? Как он оказался в ванной? Неужели ему снова стало плохо? Резкая тянущая боль сразила его виски, нет он не может, как не старается но не может вспомнить то, что происходило. Не получается. Опираясь на бортики, робот сократил расстояние между ними до считанных сантиметров. Он потрогал тряпку на чужом лице так, словно мог почувствовать её температуру. Нет, совсем не мог. Хёрли не позаботился об этом. —ну не трогай, отойди. Тут все в воде, совсем катушки полетели?— голос принца звучал хрипловато. Горло неприятно саднило, боже,что произошло? Собрав остатки сил Хёрли сел ровнее, выпрямив спину. Вода стекла по груди, обнажая красивые изгибы его тела. Теперь Отли не остаётся ничего,кроме как послушно подчиниться. Он отходит, оторвав руки от бортиков ванны, не смея ослушаться приказа. Заместо него теперь здесь орудуют маленькие помощники. Существа размером не больше сантиметров семидесяти деловито сновали по помещению. Шуты бегали туда-сюда, помогая принцу закончить с принятием ванны и встать. Они подают полотенце, закидывая одно особо большое , махровое ,на плечи принца, тут же проходятся сухими тряпками по полу а после сбегают ,оставляя за собой пустоту. В просторной ванной комнате остаётся лишь робот и человек. Ноги принца держат его плохо. Он настолько долго пролежал в собственной кровати что теперь едва ли мог сделать два шага не упав и не пошатнувшись. Именно поэтому ему требовался тот, кто может подсобить. Стоило ему только повернуть голову, слабо улыбнувшись Отли, как тот сразу же оторвался от стены. Холодные руки легли на плечи и Хёрли вздрогнул, но не отстранился. Сам не мог понять почему секундно испугался. Принц позволил себя вести. Закинув руку через плечо, найдя наиболее удобную для себя точку опоры, они начали свой путь обратно до комнаты . Первые десять метров они шли нормально, потом ещё шагов пять, шесть, семь , восемь. На девятый нога Хёрли зацепилась за собственную ступню. Мозг посылал ему сигналы, но ноги отвечали запоздало. Он споткнулся один раз, второй. На третий рука Отли придержала его, сжавшись на талии. Хёрли слегка вздохнул от неожиданности. —я сам! Неожиданно он попытался отстраниться, но наткнулся на издевательскую улыбку со стороны Отли. —да ну? Они шли дальше и Хёрли уже просто волочил ноги. Все больше его собственное тело казалось ему лишь мешком с мясом и костями. И мешок этот ,как на зло, становился все тяжелее. Уже скоро его плечи опустились а спина совсем согнулась. Головой он практически доставал до груди, глядя на свои странные ноги. Разве так они должны выглядеть? Разве должны быть такими тощими? Такими бледными? Разве они не должны слушаться его, а не вечно натыкаться друг на друга, спотыкаться, путаться. Он смотрел на свои и не иронично на ноги Отли. Он шел ровно, размеренными шагами, местами подстраиваясь под больной темп Хёрли. Рука робота сместилась ниже к его талии, он остановился, желая поднять принца на руки и донести до кровати. —..нет,— едва ли сумел сказать это принц, как горло тут же начал мучать рваный кашель,— я могу. Ещё немного,я могу! Оттолкнувшись от чужих рук, Хёрли сделал два шага вперёд. В груди ликовала свобода. Он ходит, правда ходит! Он может и ничуть не хуже, чем сам Отли! Искренняя улыбка тут же появилась на его лице, он мог, действительно мог. Пол ринулся ему на встречу. В ту же секунду принц упал на пол, не сумев больше устоять на ногах. Сначала он ударился коленями, упав прямо на них, после от сильной боли свалился на бок, щекой коснувшись холодного пола. Из раскрытых губ вырвался тихий, почти беззвучный стон, а после всхлип. Не смог, не дошёл. Он попробовал опереться на руку ,но локоть скользнул по камню. Его пальцы беспомощно сжались в кулак, но не нашли опоры. Тело отказывало, а мышцы, и без того слабые, окончательно отказались как либо подчиняться приказам. Он не мог даже перевернуться на спину. Не мог подтянуть колени к груди, чтобы хотя бы прикрыть нагое тело. Ничего не мог и от этого чувствовал себя только хуже. Отли стоял прямо над ним. Без каких либо сопутствующих указаний, его руки скользнули под тело принца, поднимая его на руки. Хёрли не помнил того, как буквально сегодня Отли поднял его в комнате. Но в этот раз что-то поменялось. Робот прижимал его к своей груди. Но Хёрли, казалось, совсем не замечал этого. Одна рука принца безвольно свесилась вниз. Голова запрокинулась назад, открывая бледную, тонкую шею. Отли наклонился к ней, опустив голову. Он слушал и чувствовал то ,как дышит Хёрли. Как он сглатывает слюну, как вздыхает. Он слушал как бьётся его сердце и начинал имитировать нечто похожее, но уже внутри своего механического тела. Отли слушал и повторял биение, а после прижал принца к себе ещё сильнее, дабы тот почувствовал. И принц действительно повернул голову к нему, не смотря в глаза прижался и замер, молча вслушиваясь. Жар, как казалось, возвращается к нему снова, но теперь по совершенно другой причине.