первый день сотворения мира

      Урса хотела сбежать из этого душного дворца, ненавистной жизни и нелюбимого мужа. Но она не могла это сделать, не подвергнув опасности и себя, и своих детей. Зуко был похож на неё. В каком-то роде ей даже хотелось, чтобы его магические способности так и не проявились. Озай плохо влиял на обоих детей, но, в основном, на Азулу, которая, к сожалению, родилась слишком талантливой. Для её мужа они были лишь расходным материалом и обычными пешками. Урса это прекрасно знала. Она тоже не имела особого права выбора: в этом браке вообще не было ни щепотки любви. Более того, этот брак строился на взаимной ненависти.       Её жизнь стала золотой клеткой, из которой не было выхода. Ей оставалось только мечтать и сплетничать со служанками, которые, удивительным образом, понимали, через что она проходила. Пусть брак давал ей престиж, но на этом преимущества заканчивались. — Вам следует сходить к шаману, — как-то посоветовала Мин, когда расчесывала ей волосы. — К шаману? — переспросила Урса. — Да, — Лин, сестра Мин, подала ей чаю. — У нас в городе есть одна женщина. Она держит лавку, в которой продаёт всякие магические штуки. Но, помимо этого, она занимается гаданием и проведением ритуалов. — Я пару лет назад замуж выходить собиралась, а за мной сразу два парня бегали. Так она мне нагадала, с кем я буду счастливее. Вот и получилось всё! — продолжила она.       Урса сделала глоток чая, задумавшись над словами сестёр. Может быть, правда, ей стоило поговорить с этой таинственной женщиной и разобраться в себе? Она думала, что потихоньку сходит с ума. И тот факт, что Озай старательно ссорил Зуко и Азулу, ей спокойнее жизнь не делал. Она чувствовала, что всё выходит из-под контроля. — Может быть, вы и правы, — Урса поставила чашку на стол. — Она подскажет правильное решение, — кивнула Лин.       Разве что ей стоило оставаться осторожной. Озай давно перестал за ней пристально следить, но её подозрительные действия вполне себе могли привести к смерти. Поэтому Урса решила не действовать в одиночку. Мин и Лин, верящие в любые гадания, были только рады ей помочь. Может быть, на самом деле, этот разговор успокоит её душу?       Лавка находилась в столице, относительно недалеко от дворца, но почему-то оставалась неприметной. Урса даже дважды проверила, туда ли её привели. Она осторожно вошла внутрь и, прикрывая лицо капюшоном, принялась с интересом рассматривать заставленные артефактами полки. Ей на глаза сразу бросилась золотая статуэтка с драконом. Она была небольшой, с какой-то стертой надписью на туловище. Зато глаза-рубины дракона неестественно продолжали сиять. — Это статуэтка дракона вашего деда, — как будто бы их пустоты появилась женщина с длинными седыми волосами, облачëнная в красные одеяния. — Но сегодня я ждала вас, а не его. — Вы меня напугали, — неловко произнесла Урса, после чего взяла себя в руки. — Вы меня ждали? Вам сказали Мин или Лин? — О, нет. Агни предупредил меня об этом визите. Строго между нами, но в последнее время он какой-то болтливый, — она заговорчески хихикнула. — Ах да, я же не представилась. Я Шу, моя госпожа. Вы рано, я ждала вас в тот год, когда вашему сыну исполнится десять. Но так даже лучше! — Что ж, вы поняли, кто я такая, — она тяжело вздохнула. — Но сможете ли вы ответить на мой вопрос? — Смогу, я прекрасно знаю, что вас гложет. Но я могу вам предложить кое-что более действенное, — Шу направилась к выходу и закрыла дверь на ключ. — Лишние уши нам не нужны в любом случае, правда, моя госпожа?       Урса не знала, чего ждать от Шу. Её никто не предупреждал, что эта женщина окажется такой спокойной и безумной одновременно. И это можно было понять после одного короткого разговора с ней! А что стоило ей ждать потом? Шу же не попытается убить её? Все-таки закрытая дверь — это опасность для тех, кто запрет в этой комнате. — Что ты мне предлагаешь? — нетерпеливо спросила Урса, после чего замерла и продолжила более спокойным тоном. — Ты говоришь так, как будто бы всё обо мне знаешь, но это не так. Я только что пришла. И сейчас твои слова — это лишь предположения. — Тогда расскажите же, госпожа, — она широко улыбнулась, начиная рыться в шкафу, но продолжая то и дело смотреть на неё. — Если вам от этого будет спокойнее. Вы всё-таки здесь в безопасности. Я ваша верная подданная. — Я, — пауза, — не чувствую себя счастливой. Я понимаю, что не имею права жаловаться, ведь я жена принца народа Огня, но я всё жду, когда мне станет легче. И этого не происходит. Мой муж… — Не самый лучший, верно? Вы хотите уйти, и, в каком-то роде, имеете на это полное право. Каждый человек достоин своего собственного счастья. — Как бы я бросила своих детей?       Урса провела ладонью по своему лицу. Она чувствовала себя той, которую ведут на публичную казнь. Её сил больше не хватало: Озай все равно делал всё для того, чтобы успешно отправлять её жизнь. Урса не скрывала: она его боялась. И боялась того, что он мог сделать с их детьми. — И вы все равно хотите уйти. Вам просто нужен благородный повод, чтобы вина не давила так сильно, — Шу сделала паузу. — Но у меня есть более безболезненное решение. Третий путь, так сказать. — По правде говоря, я не вижу его. Так что посвяти меня. — С большим удовольствием. Знаете, из-за чего все ваши проблемы? — она подозвала Урсу ближе, чтобы они обе оказалась ближе, разделяемые одним столом. — Из-за чего? — Да. Нужно видеть корень проблемы. И это система. Но на её вершине стоит королевская семья. В нашем случае, ваш муж, Озай. Его мысли и действия напрямую влияют на вас, — Шу поставила на стол небольшой стеклянный флакон с какой-то зеленоватой жидкостью внутри. — Ты хочешь, чтобы я его отравила?       Урса замерла, не ожидая от этой женщина чего-то настолько радикального. С другой стороны, была ли она так против этого? Конечно, оставался ещё Азулон, но что ей мешало тоже убить его? Айро, наверное, меньше всего создавал ей проблем. Он вообще редко появлялся во дворце, больше занимаясь этой бесполезной войной. — Мне нравится огонь в ваших глазах, моя госпожа, но нет. Это снадобье лишь изменит ум вашего мужа. Но изменит кардинально. Ему лишь нужно выпить один глоток, и после сна вы уже не узнаете его. — Ты уверена, что это сработает? — Уверена ли я, что через несколько лет объявится аватар? Да, более чем! — Хорошо?       Урса все равно не имела полной уверенности, что всё сработает. Ведь она просто пришла к случайной женщине, чтобы та помогла ей советом. Но это был абсолютно новый уровень. — Осталось только закончить ритуал. Для привязки мне нужен ваш волос, госпожа. Пожертвуете ли вы им? — Я слишком далеко зашла, чтобы сказать «нет», верно? — Правильный настрой.       Шу осторожно вырвала волос, после чего бросила в жидкость и, закрыв крышкой, резко потрясла пару секунд, бормоча какие-то фразы на неизвестном языке. Это выглядело бы забавно, если бы в это момент не прогремел гром. Урса даже испугалась, ведь это произошло настолько неожиданно. — Это всё? Всё готово? — Так и есть, моя госпожа. Вам осталось только подлить это снадобье вашему мужу в напиток. Или же добавить в еду. И дальше уже будет действовать сам Агни.       Урса взяла в руки холодный флакончик и сразу же спрятала его в рукаве. Она ощущала легкое волнение. Неужели совсем скоро всё изменится? Неужели ей больше не нужно будет боятся? — Сколько я тебе должна? — Нисколько, моя госпожа, — Шу склонила голову. — Своими действиями вы сделаете то, что многое изменит. Мне этого будет более чем достаточно. — Спасибо, — Урса ей улыбнулась. — Ты подарила мне желание жить.       Она вернулась обратно во дворец, пересказав свой разговор Мин и Лин. Часть плана они взяли на себя. Все-таки для многих слуги оставались невидимыми, поэтому при желании они многое могли сотворить в тайне от своих господ. Урса занялась другим, тем, что делала на протяжении многих лет. Она притворялась, что ничего не изменилось и что она ничего не могла изменить.       Озай как обычно выглядел высокомерно, строя планы по свержению своего отца, как будто бы это было в порядке вещей. Урсу тошнило от него и всех его поступков. Но что-то внутри неё пылало: ей хотелось бунтовать и, в каком-то роде, она была крайне близка к этому. — Ты подозрительно в хорошем настроении, — произнёс Озай за ужином, выпивая отравленное вино. — Твой сын опять проводил всё время у пруда, а не за тренировками?       Зуко и Азула сидели чуть поодаль за столом, отчитываясь своими успехами перед дедом, но Урса была практически уверена, что они их слышали. Это был своеобразный семейный ужин, но она хотела сбежать с него как можно скорее. — Ты можешь меня винить, что я люблю своих детей? — Да, могу. Ты прививаешь им слабость. — Я не хочу сейчас об этом с тобой говорить. Не при детях.       Озай закатил глаза, но ничего не ответил. После ужина пришло время готовиться ко сну. Урса уложила спать обоих своих детей. Даже Азулу, которая старательно копировала своего отца и отвергала любые привязанности. И это тоже должно измениться. Она была её дочерью и заслуживала родительской любви.       Урса и Озай делили одну спальню и одну кровать, потому что так было принято, а не из-за большой любви. Она закрыла глаза, надеясь, что снадобье Шу подействует в полной мере. Ей так надоела эта жизнь, и ей так сильно нужны были эти перемены. Её муж не хотел этого, но в этот раз уже у него не было выбора. Ночь пролетела быстро, и Урса сквозь сон периодически слышала какое-то бормотание, но этого оказалось недостаточно, чтобы она проснулась.       И вот сейчас её разбудило солнце, как будто бы сам Агни велел ей вставать. По правде говоря, ей не хотелось этого. А что если ничего не сработало? Что если Озай станет только хуже? Миллион «а что если» вскружили ей голову, и в её голове уже расписывался худший сценарий, в котором умирали её дети. — О чём ты так сосредоточенно думаешь? — спросил её Озай, и Урса наконец-то открыла глаза. — Доброе утро, — она слегка настороженно улыбнулась, в первый раз слыша от него этот вопрос, причём таким расслабленным тоном. — Наверное, мне просто что-то снилось. Я сейчас и не вспомню уже, что именно. — Я тоже не помню подробности своего сна. Но это заставило меня кое-что понять. — Да? И что же? — Мы так давно не выбирались куда-то всей семьей. Что ты думаешь насчёт того, чтобы нам взять Зуко и Азулу на Угольный остров? — О, — пауза. — Да, конечно. Звучит как хорошая идея. — Наши дети в последнее время очень много учатся. Да и я ставил обязанности принца выше, чем обязанности отца. Это нужно изменить.       О, великий Агни! Это снодобье сработало на самом деле! Урса чувствовала себя счастливой. Неужели у них наконец-то всё наладится? Неужели её дети перестанут быть соперниками? Неужели она наконец-то сможет нормально дышать? — Да, наши дети заслуживают самого лучшего. — И Урса? — Да? — Кажется, я никогда не говорил, какая ты красивая. Думаю, это тоже стоить исправить. Я счастлив, что мы с тобой женаты.       О, Агни, ты, кажется, сделал намного больше! В любом случае, Урса не жаловалась. Ей нравился этот новый Озай, даже если она сотворила его сама.