Больше не твоя

Соседи как всегда ругались. Я неспешно поднималась по ступеням, уже с первого этажа слыша эти вопли. В основном орал он, как ни странно. Кричал, что она бестолковая и что зря потратил на нее столько денег. Ее голоса не было слышно до тех пор, пока я не доползла до четвертого этажа. Спешить мне было решительно некуда — с работой на сегодня закончила, дома особо делать нечего, а деградировать под сериальчик пока возможности не было — крики перебивали все. Я в который раз пообещала себе, что с зарплаты куплю хорошие наушники, толстые, чтоб ни единого звука не доносилось кроме как из моего компа. Их дверь была ровно напротив моей — тяжелая, железная, с неприметным глазком и обязательной видеокамерой над головой. Камеры висели над всеми дверями, такое вот нововведение от коммунальной компании, как ее там… что-то про городстрой. Это была уже пятая компания на моем взрослом веку, так что я предпочитала не тратить зря свою память и не запоминать их. Но толку от тех камер немного — все данные уходили на телефон или компьютер владельца квартиры, так что достать запись и доказать в полиции, что там происходит за дверью весьма проблематично. Я неспешно достала ключи — предпочитала пользоваться и механическим замком, и электронным по отпечатку ладони. Никогда не знаешь, что из этого выйдет со строя, так что лучше пусть будет два замка, чем ни одного рабочего. От соседской двери послышался глухой удар, будто кто-то швырнул что-то в дверь. — Головой бахни, — проворчала я, наконец открывая свою дверь. Вечер точно обещал быть томным — если они дошли до драк, то спокойствие мне только снится. Вызвать полицию или не вызвать, вот в чем вопрос. Если этот чертов Гжегож ее там бьет, то стоит вызвать. Если он просто захерачил табуреткой по двери или чайником каким-нибудь, то мне засчитают ложный вызов и заставят платить. Второй удар был сильнее. Не похоже, чтобы это была табуретка или чайник. Я со вздохом достала телефон и набрала номер полиции. Опять будет звонок о домашнем насилии, да-да. Ну что поделать, я не виновата, что весь подъезд слушает это все уже сколько-то времени. Может быть и часы. Но никто не шевелится. Голос дежурной девушки на том конце был немного усталым. Я назвала ей адрес и номер квартиры, где буянят. Сказала, что не знаю, жива ли та девушка, поскольку ее голоса не слышно. Мне было страшно от того, что в дверь могли колотить трупом… И звонила я далеко не первый раз. Зачем эта девчонка вообще с ним живет? Ладно был бы красивый там, богатый, умный, так нет же, валенок валенком — морда небритая, помятая, бухает потихоньку, не запоями, а так, квасит каждый день. И выглядит так, будто его полдня колотило в стиральной машине, а потом еще и в гладильной за компанию — весь какой-то мятый, мутный, стремный. Ни разу не видела, чтобы он утром ходил на работу, но тут еще можно списать на удаленку или дежурства посменные, хоть и в форме я его тоже ни разу не видела. Странный сосед, короче. Полиция приехала спустя пятнадцать минут. Достаточно быстро для домашнего насилия, но недостаточно быстро на случай, если ту девчонку Гжегож и правда убивал. Ругань и крики к этому моменту притихли, зато явно послышался плач этой девочки. Юная совсем, молоденькая, связалась с этим огрызком общества… такого надо в минуту знакомства уже за милостыней посылать, а поди ж ты, любовь… Иначе объяснить весь этот ужас я не могла. — Чего полиция? Зачем полиция? Я у себя дома делаю что хочу! — снова завелся сосед, открывая двери. Он стоял в растянутой майке и помятых шортах с неопределенными пятнами. Ну спасибо хоть не кровь. — Это ты, курва старая, вызвала полицию? — набычился он на меня. — Ну да, а че ты орешь? Вечер на дворе, люди отдыхать хотят, а не вашу драму с побоями слушать, — я оперлась на косяк своей двери плечом и с интересом смотрела на то, как он бесится. У такого кишка тонка быковать на соседей в присутствии полиции. — Не твое собачье дело, чем я занимаюсь у себя дома, — прорычал он. И морда ж такая мерзкая, ужас полный. Наверное, я все-таки уже слишком старая, чтобы воспринимать мужчин красивыми. Ну или этого вот конкретного образчика. Полицейские вывели в подъезд заплаканную побитую девчонку. Под глазом у нее красовался синяк, быстро наливающийся багровым, а правая рука была неестественно вывернута. — Э, куда вы куклу мою тащите, козлы? — завопил сосед. — Не имеете права! — Какую куклу, это пострадавшая, — один из полицейских удивленно перевел взгляд с девчонки в рваном халате на соседа и обратно. — Кукла это, — фыркнул сосед и ловко дернул девчонку за волосы, обнажая светящийся заполошным желто-зеленым диод за ухом. — Линейка специальная, полная реалистичность и схожесть с человеком. Так что оставьте ее. Полицейский ненадолго остановился, а потом все же сунул жетон девчонке прямо в глаза. И ее глаза моргнули на миг алым, считывая данные. — Пожалуй, сниму с нее записи, — фыркнул он, — для протокола. А вы постарайтесь не развлекаться с куклой в неурочное время… таким образом. Девушка полицейская все-таки вправила девчонке руку. Послышался щелчок, будто что-то металлическое передвинулось, и ее рука снова заработала. Синяк же оставался каким был. Даже слезы по лицу текли. Полная реалистичность. Я растерянно смотрела на это все. Полицейский перекачал данные с куклы себе и выписал соседу штраф за шум. Сосед лениво сунул бумажку в карман замызганных шорт — было видно, что чихать он хотел на этот штраф и на все остальное. — Слышь, курва, еще раз вызовешь полицию из-за куклы… — он нагло усмехнулся, глядя вслед уходящим полицейским, и показал мне кулак. Я в ответ показала шокер, который всегда носила при себе. Поздно вечером тем более он был в кармане. — Только попробуй. Я тебе не секс-игрушка, могу и яйца отбить, и заявление напишу. Так просто не отделаешься. — Все вы бабы суки такие, — сосед махнул рукой и буквально зашвырнул свою куклу в квартиру. Дверь громко лязгнула так, что у меня на миг заложило уши. Я закрыла свою дверь и уселась на полу. Длинно выдохнула. Снова послышался женский плач. Только теперь я знала, что плачет реалистичная кукла. Даже слишком реалистичная. Черт побери, за этот год я ни разу не слышала, как она смеется, только слезы, скандалы и жалобное нытье. Ведь эти куклы могут смеяться? Я достала телефон и полезла смотреть в интернете. Да, куклы, а точнее, специальные роботы могли смеяться. И могли много чего еще. Разработкой таких реалистичных роботов занимались три фирмы. Одна делала упор больше на технологичность и специальные линейки для тяжелых работ, другая больше клепала секс-кукол, а третья ударилась в более полноценных компаньонов. При всем при этом роботы были весьма похожи на людей. Если не знать, где искать этот диод, то так сразу и не отличишь. Думаю, некоторых делали и вовсе без диода, на заказ можно было сделать любого робота с любыми параметрами, только плати. Пожалуй, я увлеклась просмотром. Компания «Лучший друг» предлагала роботов на любой вкус, цвет и кошелек. Хоть для постельных утех, хоть для дружбы, хоть в роли няньки для детей или стариков. Буквально для всего. И цены у них стояли куда более приемлемые. Да, самые навороченные модели стоили, конечно, очень дорого, но имелись и довольно бюджетные варианты, и б/у после ремонта и замены программ. И функции у них были весьма обширны и разнообразны — почти все виды досуга, кроме самых экстремальных, разговоры на любую тему, быстрый поиск информации, справки из википедии, буквально все. Я призадумалась — если даже чертов Гжегож-алкоголик может позволить себе реалистичную говорящую и плачущую секс-куклу, то чем я хуже? Мне вот плачущую не надо, мне бы просто с кем-то тут поговорить или хоть на прогулку выйти. Одной валандаться по городу скучно и не интересно, а все подруги семейные и с детьми, куда им еще по вечерам таскаться со мной, своих проблем хватает. А глядя на таких вот соседей, как-то само собой пропадало желание искать романтический интерес. Я открыла каталог весьма бюджетных роботов. Сама не знала, что хочу выбрать. Скорее что-то среднее между всем. Ну, по крайней мере, вопрос в том, кто в старости принесет стакан воды, многие уже для себя решили. Роботы не стареют, а если их не ломать, то способны прожить весьма долго. Выбор мой пал на весьма обычного среднего робота. Внешность достаточно приятная, функционал не бог весть что — быт, поддержание распорядка дня, разговоры, мелкий бытовой ремонт… в целом все то, что в хозяйстве пригодится. И стоит он божески, мне не придется голодать после покупки. Модель называлась «Джоуи», но выглядел он слегка похожим на какого-то актера. Не полностью, конечно, иначе компании пришлось бы хорошенько отстегивать за авторские права актеру, но достаточно похоже, чтобы взгляд зацепился. Я наморщила лоб, пытаясь вспомнить актера, но не вышло, так что я забросила это гиблое дело, еще раз перечитала всю информацию о роботе и нажала кнопку «Заказать». Только после этого я поплелась готовить ужин. Снова яичница и макароны… что ж, надеюсь, робот оправдает указанные в каталоге кулинарные умения, потому что у меня их не было, а идти теперь в кафе уже никакого настроения нет, спасибо долбанному Гжегожу. И почему из всех поляков в мире мне достался в соседи самый отбитый? Вскоре мне позвонили из компании «Лучший друг» для подтверждения заказа. Я подтвердила и перевела деньги на счет. Робота обещали привезти завтра, поскольку сегодня уже доставка у них не работала. Я назначила время на вечер и вздохнула. В душе проснулось что-то вроде… предвкушения? Ну правда, неужели за столько лет я не заслужила себе хоть чего-то хорошего? Почему крема я достойна, а помощи и компании нет? Пожалуй, компании я тоже достойна.

***

После работы я застала у подъезда грузовик с логотипом компании «Лучший друг» и курящим у лавочки водителем. Проверив мои документы, водитель подозвал парня грузчика-техника и велел доставать капсулу с роботом. Вдвоем они вместе с капсулой втиснулись в лифт, а мне опять пришлось подниматься пешком, но я не жаловалась. Мне так даже больше нравилось. Особенно после того, как я разок застряла в лифте. На счастье сосед сегодня не буянил, наверное, отсыпался после своих подвигов. Парни занесли капсулу в дом, выставили в центре комнаты и вручили мне томик с инструкцией и настройками. — Мы сейчас сами все настроим и включим систему самообучения, чтоб он запоминал все, — пояснил один из парней. Надо же, а я думала, что он просто грузчик. Видимо, по совместительству, а так-то техник. — Можете его сразу к домашнему интернету подключать, все равно же будет пользоваться, — разрешила я. Так будет быстрее. — У него свой встроенный, но спасибо, — ухмыльнулся этот парень. Я поплелась заваривай чай и пытаться сделать что-то похожее на ужин. Мне не хотелось сидеть голодной потом, но и не хотелось оставлять чужих людей в квартире без присмотра. Впрочем, деньги я уже потратила на робота, так что… воровать у меня особо и нечего. Вскоре робот уже сидел поближе к роутеру — видимо, техники все-таки воспользовались разрешением. В реальности выглядел он весьма неплохо — короткие темные волосы аккуратно зачесаны набок, лицо нейтральное, глаза серые, тоже ничего не выражающие, одет в типичный комбинезон серого цвета. Никакого разнообразия. — Здесь еще есть комплект одежды его размера, — пояснил один из техников, указав на небольшой чемодан. Второй скачивал на мой телефон нужное приложение. — При покупке премиум продукции вам бы полагалась целая гардеробная… — Спасибо, в случае чего докупим все необходимое сами, — я покосилась на робота. Ну, в целом, он же не будет потеть как человек, значит и одежды ему столько не нужно, достаточно несколько комплектов для повседневности, остальное будет докупаться по сезону. — На будущее — не переохлаждайте его и не перегревайте, — предупредил техник. — То есть, в морозилке не закрывать, в печке тоже, не давайте работать с сильно горючими веществами. — А что, были прецеденты? — удивилась я. — Все бывает, — махнул рукой техник и отошел. — Ждем, пока загрузится, а вы подпишите здесь и здесь, — он протянул мне свой планшет. — О том, что вы уведомлены обо всем, соблюдаете правила пользования и не нарушаете протокол. — Кстати, у меня вопрос… у соседа есть такой же робот… девушка, — я вздохнула. — Он ее регулярно бьет. — Я бы не рекомендовал повторять это, — техник качнул головой. — Они крепкие и могут поднимать тяжести вплоть до тонны, но от ударов по корпусу могут отвалиться запчасти, повредиться память… — Нет-нет, я не собиралась повторять, я хотела узнать, можно ли что-то с этим сделать, как-то повлиять на него. — Увы, если он купил робота не в расстрочку и не в кредит, то изъять его мы не можем, — техник лишь скривился. Тем временем приложение загрузилось, оповестив всех тихой трелью. Я взглянула на телефон. — И что теперь? — Теперь вы должны подтвердить права владения. Робот запомнит ваше лицо, отпечатки рук и сетчатки. Приложите руку к телефону. Закончив с процедурой, мы выбрали роботу имя. Оскар. Волне звездное, даже если он и не похож на именитого актера. Лицо Оскара ожило — теперь он смотрел на всех присутствующих с явным любопытством. Мне вот стало интересно — та девочка тоже так смотрела вначале? В ее глазах горел этот странный блеск… надежды? — Ну все, Оскар, осваивайся в новом доме. Если возникнут проблемы или трудности, позвоните по номеру, — техник вручил мне бумажную визитку. Экая красота, могут себе позволить. — Центр поддержки работает круглосуточно, вы всегда можете уточнить интересующий вас вопрос. — Спасибо. И все же запишите адрес соседа. если вдруг что-то случится… — я лишь махнула рукой. — Ничего не случится, роботам запрещено причинять вред людям и домашним животным, — техник попрощался и вышел, оставив меня разбираться с Оскаром. Его приятель водитель уже давно слинял из квартиры, оставив дверь не запертой. — Что будем делать? — робот вышел в коридор, прервав мою задумчивость. — Да что… попробуем твои кулинарные навыки? — предложила я. — Идем, покажу тебе кухню. Увы, я плохая хозяйка. — Не говори так, — Оскар решительно пошел изучать мое царство бардака.

***

Оскар освоился довольно быстро. Я ожидала, что ему понадобится какой-то период обучения и мысленно готовилась покупать новую посуду взамен битой и угоревшей, но все оказалось не так уж плохо. Если первые пару дней он осваивался дома, то потом на выходные предложил пойти со мной гулять, чтобы я не деградировала на диване. А после прогулки обновил карту и стал допытываться, что находится дальше и дальше от нашего дома. Признаться честно, я не ожидала такой активности, но сочла, что так и надо. И все бы ничего, если бы на выходных у соседа опять не начался загул. И если первую половину загула мы пропустили, прогуливаясь на свежем воздухе, то вторую застали в полной мере. Крики и лязг чего-то металлического ясно давали понять — Гжегож сегодня в полном ударе. — Что это? — настороженно спросил Оскар, когда из-за соседской двери раздался отборный мат. — Пан Гжегож отмечает что-то… в своей манере. Идем, он там бесится со своим роботом. Бедная девочка, это же надо такое творить с нею, — я поспешила открыть дверь. К слову, Оскару теперь явно понадобится второй комплект механических ключей. Мы вошли и я захлопнула дверь. Порой я размышляла о звукоизоляции, но все же это не мне ее надо ставить, а соседу, чтоб его крики не будоражили остальных жильцов. — Ты сильно волнуешься, — Оскар остался стоять в коридоре, дожидаясь меня. — Мне жалко эту девочку. Понимаешь, я думала она — человек. Звонила в полицию, когда мне казалось, что там ее убивают. А когда я узнала, что она робот… ничего не изменилось. Мне ее все равно жалко, — я наконец отошла от двери. — Это называется эмпатия, — Оскар чуть склонил голову, будто изучал меня до самого мозга костей. Не удивлюсь, если так и было. — Это называется человечность. Ладно, идем, все равно мы ничего не можем сделать. Он на своей территории, а тихий час еще не наступил. Я включила какой-то фильм, но то и дело отвлекалась на шум. Спасибо хоть Гжегож живет не через стенку, иначе я бы его уже сама убила за такое. Но все равно ничего хорошего. Оскар тоже оглядывался в сторону двери. Мне показалось, или на особо громком звуке он вздрогнул? Он ведь робот, не должен дрожать. Но может так работала программа. Он знал о моей тревожности, я знала о его, и мы друг друга подпитывали тревожными мыслями. Когда вдруг внезапно наступила тишина, мы синхронно вглянули друг на друга. Я поставила фильм на паузу и включила обзор со своей камеры у двери. Поначалу ничего не происходило и я уже хотела выключить, но тут вдруг дверь соседа открылась. Гжегож был особенно помят, абсолютно небрит, наверное, с неделю, и определенно точно пьян. Пошатываясь, он потащил за ноги куклу. Девчонка сейчас выглядела гораздо хуже, чем всегда. Платье задралось, обнажив неестественно выгнутую ногу, один тапочек спал, второй еще болтался. На руках ее были вмятины. Я поежилась от ощущения, будто сосед тащит труп. Хотя, собственно, так оно и было. — Курва, тварь, и ты меня бросила, — приговаривал сосед, оттаскивая куклу в сторону. Он прислонил ее к стене и теперь ясно стало видно, что у куклы напрочь отбита нижняя челюсть, а обрывки искусственной кожи прикрывают кусок искореженного металла. Длинные черные волосы свалялись в неопрятный колтун. — Вот урод, — вздохнула я. — Доломал-таки. — Что он делает? — тихо спросил Оскар, глядя в экран. Мне показалось, будто он всерьез опасается, что с ним будет такое же. — Собирается ее выбросить, что ж еще, — вздохнула я. Небось потом купит новую, если будет за что. Или будет кошмарить живую собутыльницу, как было пару лет назад, пока та не сбежала с переломанной рукой прочь. Интересно, как такой образчик ужаса умудряется найти себе пару? Гжегож утащил куклу прочь, будто намеренно бухая ее головой по ступенькам. Я поежилась от ощущения, будто и меня за компанию приложили по затылку. Какое-то время ничего не происходило, в подъезде наконец-то наступила тишина. Я оставила Оскара смотреть видео из камеры подъезда, а сама пошла заварить чаю и серьезно подумать. Мне все еще было жалко эту девочку, кем бы и чем бы она ни была. Потому что на свете есть куча таких же настоящих молоденьких девушек, которые могут вот так попасть в жизни. Нарваться на такого же неадеквата и алкоголика. Оказаться в замкнутом цикле насилия. Жаль, что она не человек, так бы хоть полиция помогла. — Он вернулся, — спустя какие-то время сказал Оскар, и мне показалось, будто в его словах звучало осуждение. — Без нее и с пакетом с бутылками. — Чего и следовало ожидать, — я напряженно прошлась по квартире. — Слушай, а как эм… утилизируют роботов? Извини за такой странный вопрос… — Ничего странного. Если робот сломается, ты обращаешься в компанию «Лучший друг», приезжает техник, осматривает и озвучивает вердикт — можно починить или нет. Если нет, то в зависимости от типа поломки могут предложить нового робота взамен, если появился заводской брак, или предложить купить другого со скидкой, если поломка произошла по вине производителя. Старого робота забирают на завод и там утилизируют, — звучало это так буднично и просто, что я лишь поморщилась. — Ну этот точно не звонил никуда, сам вынес, — я кивнула в сторону компьютера, где все еще виднелась площадка перед квартирой. — Значит он вынес ее на ближайшую помойку. Судя по скорости его движений и опьянению, вынес недалеко, скорее всего туда, куда мы выносим мусор каждое утро, — ответил Оскар. — Слушай, пошли посмотрим, может быть ее можно будет починить? — не выдержала я. Если она просто лежит на помойке… ничего же страшного не случится, правда? — Ты серьезно хочешь чинить поломанную чужую секс-куклу? — в голосе Оскара на миг мелькнуло удивление и, как ни странно, восхищение. — Ну хотя бы посмотреть… может там уже и чинить нечего, — предложила я, разведя руками. В самом деле, вдруг он там ей процессор переколотил в кашу из проводов и плат, чинить там уже серьезно нечего и не зачем. — Идем, — Оскар плавно поднялся с дивана и направился к двери. Я спешно натянула кроссовки и поскакала за ним, на ходу набросив куртку — ночью на улице довольно прохладно. Свет фонарей освещал крыльцо и часть двора, но вот ближе к краю двора уже было довольно темно. Глаза Оскара засветились сами собой, как фонари, мне оставалось лишь кивнуть — тот, кто продумывал этих роботов, явно понимал в человеческих слабостях. Мы поспешили к мусорным бакам, пока нас не обогнали всякие товарищи, собирающие запчасти, старую бытовую технику и прочее добро. На счастье мы успели до того, как эту несчастную куклу разберут на запчасти. Гжегож бросил ее возле одного из контейнеров, не удосужившись засунуть внутрь. Оскар склонился над нею, тщательно осматривая, и замер на несколько очень долгих для меня минут. — Процессор цел, память цела, — наконец заявил он, повернувшись ко мне и на миг ослепив своими глазами-фонариками, — но поврежден резервуар с ожладительной жидкостью, ее еще используют в данной модели для реалистичного румянца и синяков. Кроме того, повреждена несущая основа, то есть, позвоночник. — Мы можем это исправить? — спросила я сразу. Охладительная жидкость… хм… я даже не знала, что у них там внутри такое есть. — Резервуар с охладительной жидкостью можно заказать в интернете, я сумею его заменить. Другое дело несущая основа… там много проводов и соединений, поэтому нужна заводская починка. — И без завода никак? — уточнила я. — В домашних условиях ремонта я никаких гарантий не дам. Она сможет функционировать сидя или лежа, но ходить уже вряд ли будет. А зачем тебе такой робот? — удивился Оскар. — Давай попробуем. В конце концов даже если она будет просто сидеть в кресле… черт… так у меня хоть будет спокойна совесть, что я сделала все, что смогла. — Совесть… — задумчиво повторил Оскар, словно пробуя это слово на вкус. Я же подхватила девчонку за ноги. — Давай ты бери под руки. — Не беспокойся, я ее донесу, — Оскар отстранил меня и взвалил куклу на плечо как мешок. Легко и просто. Она на самом деле была не слишком и тяжелой, гораздо легче меня. Пластик все-таки и немного металла. В этот момент я не задумалась о том, что он не выполнил мое указание. Решил, что так будет целесообразней. На наше счастье ночью соседи на лестнице нам не попались. Оскар занес куклу в дом и положил на пол, я же тщательно заперла дверь и только после этого присела осмотреть ее. Кусок искусственой кожи на лице приклеить не проблема, с этим мы справимся. А вот что делать с искусственным позвоночником… загвоздка, однако. Я достала ножницы и срезала с куклы грязное рваное платье. Оскар принес упаковку влажных салфеток и принялся стирать с нее грязь и брызги темно-синего и бордового охладителя, попутно рассказывая: — Бордовый хранится в голове, он используется чисто косметически для румянца и красноты губ, его немного и он не так важен, больше краситель, чем охладитель. А вот синий — настоящий охладитель, он хранится внутри тела и не дает роботу перегреваться от работы. После первичной очистки он осторожно отделил края искусственной кожи от центра ее живота, обнажив треснувший пластиковый корпус. Ловко нажал в нужных местах и открыл скрытую крышку. Если не присматриваться, я бы ее точно не заметила сразу. Внутри все оказалось залитым синим охладителем. И одной пачки салфеток тут точно не хватит, чтобы привести в порядок технику. — Иди отдыхай, я отмою, — Оскар поднялся с корточек и направился в ванную. — Охладитель водорастворимый, справлюсь. — Ты же не только поэтому… — догадалась я, взглянув на искореженную куклу. Ее ведь не только били. Она может быть грязной и в других местах. — Я все отмою, — Оскар сделал ударение на слово «все». Будто он не хотел, чтобы я видела, что именно Гжегож делал с куклой. Хотя порой я не могла представить даже, какие идеи так просто приходят мужчинам в голову и что именно они готовы сделать с женщинами. Ведь кукла — это всего лишь зеркало обычной женщины. Где-то когда-то существовала юная девушка с таким или похожим лицом, компании заплатили ей за фотографии и снятие мимики специальными программами, чтобы потом массово использовать в своих разработках. Девушка уже наверняка давно стала взрослой женщиной, может быть, она даже старше меня сейчас, но все же… Я вздохнула и вышла, оставив Оскара в компании таза с водой и губки. Моющего средства он не использовал, явно опасался что-то повредить.

***

Поутру кукла изменилась. Теперь она была чистой и блестящей, уже высохшей. Оскар вытащил часть ее содержимого и теперь уверенно перебирал все это добро, сортируя его на моем столе. Все, что не удалось вытащить, внутри куклы тоже было чистым. Только сейчас я поняла, что вряд ли смогу разобраться с ее починкой самостоятельно, ведь я даже не знала, что входит в ее «начинку» и как это все вместе работает. — Доброе утро. Хорошие новости — процессор не поврежден, вода в него не попала, — Оскар поставил передо мной одну из «коробочек» — чисто черную матовую, отчасти кажующуюся мне олицетворением самолетного черного ящика. — Память сохранена, поэтому если ты захочешь ее в будущем включить для тестировки, то нужно будет сменить ей хозяина, иначе она будет на руках ползти к Гжегожу. — Хорошо, но сначала стоит разобраться с поломками. Если мы ее не починим, то и включать не имеет смысла, — я задумчиво взглянула на него — не видит ли он ничего зазорного в том, чтобы копаться во внутренностях сломанной модели? Не пугает ли его самого подобная участь? — Что ж, тогда я закажу новый резервуар с охладителем на твое имя, — согласно кивнул Оскар. — Еще я разобрал ее позвоночник. Повреждено пару десятков проводов, их нужно заменить и спаять специальным паяльником, модель я тебе покажу в телефоне, но… — он немного замялся. — Но? — Но такой паяльник есть только у специалистов, которые занимаются ремонтов роботов. Компании… не любят, когда кто-то перехватывает их заработок, — улыбка Оскара получилась извиняющейся и какой-то затравленной. — То есть, мы должны заплатить за ремонт? — поняла я по-своему. — Нет, такую поврежденную и тем более б/у модель не будут ремонтировать официально, я сделал запрос. Извини за самодеятельность, просто хотелось чем-то заняться, пока ее мою, — он выглядел несколько обескураженным. — Но есть же… частные специалисты, — предположила я. Всегда были те, кто за деньги готов отремонтировать все, что нужно, поставить пиратские программы и вообще предоставить много чего любопытного. — Есть, — спустя несколько мгновений молчания подтвердил Оскар. — Мы можем поехать к такому и я покажу нужный паяльник. Вопрос в том, какую цену он заломит за работу. — Ну всяко дешевле, чем эта девочка стоит, — я подняла руку куклы. Идеально красивый маникюр на удивление сохранился, несмотря на побои и полный разгром. — И еще вопрос… если ты восстановишь ее, как будешь использовать? — прозвучало это тихо-тихо, будто Оскар и правда боялся повторить судьбу этой куклы. — Не знаю. Если восстановим и она сможет ходить… ну что-то придумаю, — я на миг задумалась. — Будете вдвоем вести скромное хозяйство. Может я спустя двадцать лет ударюсь в дачу и садоводство, куплю участок и будем садить помидоры. — первое, что пришло мне в голову, хоть я никогда не жила нигде, кроме города. Но говорят, после сорока наступает кризис среднего возраста, а после шестидесяти еще какой-то там кризис, так что у меня были все шансы успеть сменить хобби, интересы и увлечения так, чтобы их хватило и на двух роботов. — Главное, чтобы это не повторилось, — Оскар кивнул в сторону куклы. — Со мной точно нет, — я слабо улыбнулась. — Мы ее ремонтируем не для того, чтобы снова бить. Даже если она сможет меньше половины заложенного функционала, то и это не станет причиной. — Ты же прекрасно понимаешь, какой у нее основной функционал, — горько ответил Оскар. — Но не переживай, разговоры она поддержит в любом случае. — Ты боишься, что с тобой будет такое же? — понятливо кивнула я. Мы все прекрасно понимали, что большинство обычных домашних роботов были с функцией секса. Чтобы хозяевам не скучать и чтобы техника зазря не простаивала. — Нет, у нас… в одном чате, который я вчера нашел, пишут роботы. Я попросил помощи в ремонте, — Оскар говорил медленно и осторожно, будто старался как можно правильнее подобрать слова. — И там сказали, что если в хозяевах женщина, то можно особо не беспокоиться, главное, чтобы не сдавала в аренду мужчинам. И посоветовали способы правильно ее отремонтировать. Я приклеил кожу, — он указал на лицо куклы. Черт, я совсем не глянула туда, но и правда, на лице не было ни следа от вчерашнего. — Ты молодец, Оскар, — вздохнула я. — И не бойся. Никто никого не будет бить в этом доме. А вот за его пределами я уже бессильна. Все, что я могу — это носить с собой шокер. — Разумеется, — наконец и Оскар выдавил тонкую почти незаметную улыбку. Надеюсь, все наладится.

***

К умельцу мы поехали на следующих выходных, я как раз получила аванс и вполне могла выделить немного денег на куклу. Оскар привел ее в божеский вид, вернул на место резервуар с охладителем и в целом, если бы не порванные провода, то ее вполне можно было бы включить. Но я пока не рисковала. Умелец жил за городом неподалеку от городской свалки, что выглядело персонально для меня весьма красноречиво. Впрочем, большой ухоженный дом и сад намекали на то, что у человека хватало денег и времени заниматься растениями, а свободная площадка под навесом, заваленная всевозможными запчастями, намекала на способ заработка этого человека. На удивление мы были здесь далеко не одни. Несколько женщин разных возрастов приценивались и присматривались к деталям, одна и вовсе сверялась со списком в телефоне, а еще одна с кем-то консультировалась по видеосвязи. Выглядело странновато, поскольку я подсознательно ожидала увидеть тут мужчин. Единственным мужчиной здесь был хозяин дома и импровизированной торговой точки — невысокий седой старик, которому с равным успехом могло быть и семьдесят, и под девяносто. Сухощавый, но довольно подвижный для своего возраста, он ловко передвигался между различными деталями, объяснял что-то покупательницам, одной и вовсе принес глаза с камерами для робота какой-то устаревшей модели. Когда они закончили с глазами, я подошла к старику и объяснила ему нашу ситуацию. Мол, нам нужны специальные провода и паяльник. Оскар добавил технических характеристик, поскольку роботы разных производителей и даже разных линеек от одного производителя могли незначительно отличаться. — Хм, кое-что должно быть, — он отошел куда-то в глубь залежей запчастей, попутно указал какой-то девушке на нужный прибор и пояснил, как им пользоваться. Я прислушалась — что-то про измерение глубины. Наверное, для реки или озера, поскольку море от нас находилось очень далеко. Спустя несколько минут он, ловко лавируя между крупными запчастями, принес целый ворох проводов и принялся их перебирать. Нужные отдавал Оскару, а тот ловко скручивал так, чтобы не повредить. — А вот как вы будете паять, я не знаю, — задумался тот. — Паяльник не продам. — Но арендовать-то можно? — предположила я. — А если сломаешь, кто ремонтировать будет? — хитро прищурился старик. — И как решить эту проблему? — мне казалось, он набивает цену. Может быть захочет куда больше, чем стоит этот паяльник. — Или привозите робота сюда, или давайте я к вам приеду, — внезапно предложил старик. И увидев мое удивленное лицо, махнул рукой. — Ты еще молодая, дочка, а я уже всякого навидался. И девчата тут тоже ищут всякое разное для роботов в том числе. Вон та, — он указал рукой на блондинку в зеленом платье, — руководительница музея техники, порой выбирает у нас тут разное старье. А вон та, — его палец переместился левее в сторону женщины средних лет с невыразительной внешностью, — организовала центр помощи роботам. Выкупает совсем пропащих, ремонтирует и отправляет на полезные работы. Мусор собирают, реку чистят, зелень садят, — он хмуро взглянул куда-то вдаль. — Так что ты не первая и не последняя, кто хочет отремонтировать робота. — А если это чужой робот? — робко спросила я. — Украла? — понимающе спросил старик. — Нет, забрала с помойки, — я лишь развела руками, мол, такова ситуация. — Ну если не украла, то проблем быть не должно, — старик тихо хмыкнул. — Вот что, если доплатишь, я тебе этого робота на дому поремонтирую и программы поставлю хорошие. Кто он у тебя? — Она. Она секс-кукла, хотя выглядит как человек. Я даже полицию вызвала, думала, что он живую девушку избивает. Черт, да на ней синяки настоящие… — я поежилась, хотя солнечным днем не должно быть холодно. — Знакомая история, — взгляд старика был колким и пронзительным. — Что ж, давай адрес, заеду вечером посмотрю на твою… подругу. Он записал мой адрес, а мне в ответ скинул электронную визитку. Альберт Керович, надо же, тезка Энштейна… Я лишь хмыкнула, заплатила предоплату за ремонт и за провода, чтобы старик точно не слился. Оскар забрал все покупки и еще немного прошелся возле разной старой техники, будто выискивал что-то свое. Но покупать больше ничего не предложил. Может не решился, кто его знает. Старик Альберт не слился, приехал вечером как договаривались, привез целый чемодан инструментов и небольшой ноутбук. Первым делом осмотрел куклу, оценил чистку и замену охладителя, похвалил Оскара, из-за чего тот почти что засветился. Все же хвалили роботов редко, ведь считали, что их труд само собой разумеющийся. Пока он возился с куклой, Оскар готовил ужин и то и дело выглядывал в комнату, чтобы посмотреть, что же там. В конце концов я отправила его наблюдать, а сама пообещала присмотреть за его пирогом, чтобы не сгорел в духовке. В комнате что-то щелкало, что-то слегка гудело и шипело, но раз не прозвучало ни одно ругательство, то все шло гладко на мой непрофессиональный взгляд. Когда пирог допекся до нужной кондиции, я отключила духовку и вернулась к мужчинам. Те ковырялись в роботе, Оскар держал провода, Альберт паял и попутно пояснял, что и зачем он делает. Когда все закончилось, кукла выглядела вполне рабочей, но Альберт решил для начала полностью сменить ей программы. — Вы же не будете пользоваться… это версия для мужчин, — хмыкнул он, подключив куклу к ноутбуку. — Не буду, — усмехнулась я. Она, конечно, была красивой как для юной девушки, но это точно не по мне. — Тогда оставим просто домашние дела, прогулки, покупки… — Альберт будто помолодел, так задорно выбирал нужные программы. — А еще, если хотите, поставим самооборону. Если ее бывший хозяин узнает, то может захотеть вернуть ее обратно. — А мне такую можно? — робко спросил Оскар, с толикой зависти глядя на Альберта и его ноутбук. — Тоже боишься? Что ж, можно и тебе. Но сначала доделаем ее. — Это не опасно? В смысле Оскар же на гарантии, нельзя менять программы еще как минимум год, — я покосилась на толстый том инструкции, так и лежащий на столе. Как-то мы и без нее потихоньку разбирались. Хреновая я все-таки хозяйка. — Тогда я вам оставлю кое-что и когда гарантия закончится, поставите сами. Если все еще будет нужно, — Альберт ничуть не смутился. — Спасибо, — я смотрела на то, как у куклы открываются глаза. Синие чудесные глаза, совершенно похожие на человеческие. А спустя миг ее взгляд стал осмысленным. — Идите сюда, приложите руку к сенсору, потом отсканируем глаз, а потом дайте ей запомнить лицо, — Альберт повторил процедуру немного не так, как было с Оскаром, но мне показалось, что это не имело значения. — Придумайте имя. — Адель, — почти не задумываясь ответила я. — Пусть она будет Адель. Кукла уже не была куклой. Она серьезно смотрела на меня синими глазами, запоминая каждую черточку лица. Она сейчас показалась мне куда старше, чем выглядела, хотя ее лицо ни капельки не изменилось, только взгляд и немного мимика. — Ну вот и все, сейчас скину бонусный сюрприз, — Альберт без спросу взялся за мой компьютер. Ну что ты будешь делать, неугомонный старик… — Если что-то пойдет не так — обращайтесь. А и вот, — он порылся в кармане и достал клочок тетради в клеточку с записанным на ней номером телефона. — Это номер Кэт, той, которая занимается ремонтом роботов. Если вам надоест играть в спасительницу или вы найдете на помойке еще одного робота, просто позвоните ей. Она приедет и заберет. — Не надоест. Но спасибо, — я забрала бумажку и вбила номер в телефон. Мало ли, как жизнь обернется. Тем временем Адель медленно встала, выровнялась во весь рост. Оскар спешно принес ей мой халат, чтобы она не стояла голой. В халате она вообще могла бы сойти за мою подружку, пришедшую погостить и оставшуюся заночевать. — Пройдись, попробуй, как все работает, — обратилась я к Адель. Ну, если она смогла встать, то по идее ремонт успешный и все провода подсоединены правильно. Адель прошлась по комнате, подняла руки, по очереди постояла на одной ноге. — Все работает нормально, — голос ее звучал очень приятно, но уже без ноток плаксивости или страха. Ну и отлично. — Вот и все, благодарим нашего мастера Альберта, — я достала телефон, чтобы расплатиться. Работу он сделал качественно, тут не поспоришь. — В случае чего — обращайтесь, — Альберт принял оплату, согласно кивнул, глядя в свой телефон, явно собранный из нескольких старых, и направился к выходу.

***

Адель прижилась быстро благодаря Оскару. И если поначалу она не хотела выходить из дома, то спустя несколько дней осмелела. Сначала выбралась с нами на прогулку вечером, потом напросилась в магазин «только посмотреть» и выбрала новые удобные кроссовки. А потом и вовсе освоилась. Роботы быстро спелись и не боялись уже ни задавать странные вопросы, ни здороваться с соседями, ни выходить на улицу без меня — скучно же дома сидеть весь день, пока я работаю. Но все же в какой-то момент судьба решила нас немного вернуть в реальность. В тот вечер мы как обычно возвращались с прогулки довольные и слегка уставшие. Точнее, роботы довольные, а я слегка уставшая — эти двое надумали немного потренировать меня на спортивной площадке, напомнив, что и после тридцати бывает спорт и жизнь. Но в подъезде оказался Гжегож, будь он неладен. С новой стоящей рядом с ним женщиной, так сразу и не поймешь — куклой или настоящей. — О, это че… ты че? — вызверился он, взглянув на Адель, а потом на меня. — Ты че, куклу мою забрала, курва? — Ты сам ее сломал и выбросил, так что она больше не твоя, — я сжала в кармане шокер. Роботы, конечно, хороши, но в случае драки они мне точно не помощники. Как ни крути, но причинить серьезный вред человеку они не смогут даже с обходом некоторых программ. Разве что на них поставить совсем бандитские. — Э нет, это же моя Бусинка! — он рванулся к Адель и ухватил ее за плечо. — А ну вернись домой, паршивка! — Твой дом больше не мой, — отрезала Адель, ее глаза слегка сверкнули, а я невовремя вспомнила, что мы так и не посмотрели ее память. Никто из нас не хотел ковыряться в грязном прошлом, но и удалить его рука не поднялась. — Да ты как с хозяином разговариваешь? — Гжегож толкнул ее к стене, и легкая Адель отлетела и ударилась плечом, он шагнул близко, почти впритык. А потом она выбросила кулак вперед и вверх. Гжегож отскочил как ошпаренный с расквашенным носом, с которого капала на пол ярко-красная кровь. — Это че вообще? Это как? Что ты сделала с моей куклой, курва старая? — вызверился он на меня. — Всего лишь немного добавила смелости, — я открыла дверь и быстро втолкнула в коридор Адель, пока этот гад вытирал юшку из носа. Оскар заходил последним, бросив на Гжегожа многозначительный взгляд. Ничего, у него уже была новая кукла, судя по тому, что она не вмешалась в конфликт. И где он деньги на них берет вообще? С таким-то образом жизни… Но это уже точно не мои заботы. Как ни странно, Гжегож не стал подавать заявление в полицию за расквашенный нос. Видимо, тот факт, что его ударила секс-кукла, над которой он очень долго издевался, был для него куда более постыдным, чем оставить этот удар безнаказанным. Больше он к нам не цеплялся и следующие несколько недель я его вообще не видела. А потом все началось по новой с новой куклой. Нам оставалось только делать ставки, через сколько времени придется забирать и эту с помойки. Или звонить той самой загадочной Кэт, чтоб забрала…