Absolute Zero

⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀                            

* * *

⠀⠀⠀              ⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Sleep Token — Hypnosis]

⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Черная матовая ауди плавно движется по заснеженной дороге, приближая к неизбежному. Белоснежные горы с тёмно-синими верхушками вдалеке, кристально-чистое небо с легкими прожилками пушистых облаков из дыма небольших домов у подножия гор. Величественная гора Этёрнал, стоящая казалось бы недалеко, но вместе с тем так недосягаемо от особняка, к которому приближалась машина. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Тёмно-зелёные глаза Зейна оставляют дорогу впереди, чтобы устремиться в зеркало заднего вида. Он смотрит на то, как на заднем сидении его машины, почти незаметным, свернулся в клубок его младший брат, припав виском к холодному стеклу и рисуя на нём своим Эволем ледяные узоры. Зейн вздыхает тяжело, приподнимая широкие плечи. Это замечает и ещё один человек, сидящий на пассажирском, что тут же протягивает руку и укладывает ладонь на предплечье Зейна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Устал? — мягкий женский голос окутывает салон, заставляет Сонхуна едва заметно дрогнуть от неожиданности. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Немного. Скоро приедем. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Зейн убирает одну руку с руля и перехватывает тонкие пальцы в свою большую ладонь, целуя их. Сонхун сжимает челюсти сильнее и отворачивает от этого зрелища взгляд своих тёмно-синих глаз, возвращая его на узоры на стекле, что он нарисовал ранее. Видеть старшего брата, милующегося со своей женой, Сонхуну почему-то неприятно. И не только потому, что они увозят его из светлого и яркого Линкона в заснеженный и отдалённый от цивилизации Сноукрест. Но было внутри что-то ещё…что-то мерзко скребущее под рёбрами в самой грудной клетке. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сонхун? — Зейн снова смотрит на одно только плечо брата в зеркале заднего вида. — Есть какие-то предпочтения по еде? Как только мы приедем, Тесса займётся обедом. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Приготовлю всё, что захочешь, — девушка перегибается с пассажирского сидения, чтобы посмотреть на мрачное лицо Сонхуна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он сужает тёмно-синие глаза, смотрит на неё. Длинные серебристые волосы, бледная кожа и гетерохромия такая, будто она ради шутки попала в их семью и теперь один её глаз носил цвет Зейна, а второй Сонхуна. Простое совпадение, но Зейн частенько об этом упоминал, о том как она была послана ему судьбой с самого детства, когда он только увидел её и влюбился. Их история…романтичная до скрежета зубов и слишком сладкая. Тесса такая же. Слишком милая, добрая, улыбчивая и сердобольная. Быть может, Сонхуну не нравилось именно это? В ней не было подвоха, плохих черт характера, она всегда бросалась на помощь, особенно, когда ещё работала Охотницей. Она была…слишком хорошей. Слишком для таких, как Сонхун и Зейн. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но вот она — сидела и смотрела внимательно со всё той же, неизменно тёплой улыбкой на Сонхуна, у которого на лице было написано всё отвращение к этому миру, и смиренно ждала от него ответ. Любой. Сонхун никогда не упускал возможности нахамить ей при случае. Не потому, что не любил. Потому, что вот такой вот он был человек. Или Эвол, разъедающий его кости и мозг… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Хочу твоё сердце с эфиром, — монотонно и бесцветно произносит Сонхун, не отпуская её взгляд. Видит, как в синем и зеленом глазах на секунду вспыхивает пережитый ужас. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сонхун, — грубо рыкает с водительского Зейн. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун знает, куда бьёт. Сонхун прекрасно знает историю…создания Тессы. Сонхун прекрасно знает, как её несколько лет назад выкрал глава Оникайнуса Сайлас и держал у себя, надеясь резонировать с ней и создать сильнейший союз, чтобы разгромить Эвер Групп. Сонхун, к сожалению, всё это в свои двадцать знает так, будто это история его личная. Но никогда, никогда он не упускает возможности напомнить об этом. И не потому, что он плохой, он…он правда не был таким в детстве. Но потому, что Эвол внутри него, так же, как и у Зейна когда-то, питался этим страхом, болью в глазах и отчаянием. Своей силой. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун шикает, чувствуя, как чёрный лёд пробирается на шею под одеждой и ёжится, замечая встревоженный взгляд Тессы, что отворачивалась к Зейну. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Опять… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты знаешь, что делать. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Все они знали. И только Сонхун вжался покрепче в дверь всей своей долговязой фигурой так, чтобы Тесса не смогла дотянуться. Но машина брата не была огромной, и Тесса спокойно смогла коснуться колена Сонхуна, тело которого выгнуло на сидении от жгучей боли в груди. Сцепив зубы, он смотрел дикими глазами на тонкие пальцы, объятые золотым светом, на своём колене, и чувствовал, как резонанс их Эволей останавливал распространение чёрного льда. Гасил его буквально. Но ненадолго. Это никогда не было надолго. И вот почему, Зейн принял решение увезти Сонхуна на какое-то время в Сноукрест, где они с Тессой жили последние полгода после смерти профессора Ноа, в его особняке. Зейн надеялся, что Сноукрест поможет Сонхуну также, как и ему когда-то. Тем более, что у Сонхуна были оба — он и Тесса. Всё должно было сработать… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— На ближайшие пару часов поможет, — бормочет Тесса измождённо, опадая на своём сидении. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Рука Зейна мгновенно тянется к её, накрывая и сжимая крепко, пока Сонхун позади приходил в себя, тяжело дыша и волком глядя на двоих. Они, как нерадивого щенка забрали его из небольшой однокомнатной квартиры, в которой Сонхун остался жить, когда Зейн и Тесса решили переехать ненадолго в Сноукрест, чтобы решить дела профессора. Они, как невоспитанную и нашкодившую псину, везли его на перевоспитание. А он не сделал ничего из ряда вон выходящего. Всего лишь защитил себя, когда это потребовалось, как умел. Едва не лишил жизни одногруппника, но и поделом ему? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Приехали. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун осматривает из окна огромный, светлый особняк, наполовину стеклянный, что странно смотрелось в этих краях. Он так и видит, как яркое, утреннее солнце, отражаясь от морозных сугробов, заливает комнаты сияющим светом…и морщится от представленной картины. Сонхун зашторивал в квартире все окна. Он в последнее время просто ненавидел яркий свет, как и любой свет в принципе. И брат додумался притащить его именно туда, где этим светом заполнен каждый уголок пространства…чем не пытка? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун ёжится, но не от холода. Под его кожаной курткой и толстовкой ему ни капли не холодно, холод — его стихия, но ему неприятно. От того, как яркий бело-золотой свет бьёт по глазам, словно это не Сноукрест, а мир, созданный из Эвола Тессы; от того, что его ждёт целый месяц взаперти здесь, и не то чтобы ему нравилось ходить в университет и пересекаться со всякими идиотами; от того, как бережно Зейн обнимал Тессу, что шла осторожно вперёд, всё ещё слабая от помощи Сонхуну. Возможно, Сонхун так недолюбливал её именно за это. За помощь, о которой не просил, а по итогу оказывался причиной слабости девушки. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Пойдём, я покажу тебе твою комнату, — произносит негромко Зейн, как только включает камин и усаживает Тессу на диване напротив. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун даже не осматривает дом, ему настолько всё равно. Он ещё насмотрится на него за целый месяц, выучит наизусть детали, повороты, трещины в стенах. А пока, он просто следует за Зейном на второй этаж, держа руки в карманах кожаной куртки, и смотрит исключительно себе под ноги, слыша за спиной удаляющийся треск камина. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Наша с Тессой спальня здесь, — указывает Зейн на первую от лестницы комнату. — После идёт кабинет, мы до него пока ещё не добрались, но там ничего интересного не было и при жизни профессора. А вот тут, — они проходят дальше, почти в самый конец коридора, Зейн толкает дверь и отходит немного в сторону. — Будет твоя спальня. Она была гостевой, я частенько оставался в ней раньше, но мы подготовили её для тебя. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун хмурится, не понимая этих слов старшего брата, и заглядывает в комнату, делая полшага вперёд. Подготовили для него? Что сделали, впаяли в стены и кровать наручники с цепями, чтобы по ночам приковывать его? Создали там минусовую температуру, чтобы ему спалось комфортнее? Но брови Сонхуна невольно приподнимаются в легком удивлении. Комната явно не выглядела так, учитывая то, каким был весь дом. Светлое дерево, светлые стены, ковры и современная техника. Его же спальня отличалась тёмно-серым цветом стен, большим чёрным ковром с коротким ворсом посередине, а главное — шторами блэкаут на всё панорамное окно, скрывающие его так, словно там глухая стена. Сонхун задумчиво и одобрительно мычит, приваливаясь плечом к дверному косяку и глядя на Зейна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ну, прям постарались над будкой. Молодцы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сонхун, прекрати, — сужает зелёные глаза Зейн. Голубой отсвет льда лишь едва искрит в его радужке. — Мы тебе не враги. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— А как вас назвать, если вы притащили меня сюда на месяц? Запрещая мне видеть людей, вести обычную жизнь… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Можно подумать, ты вёл её и имел друзей. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ауч, — сужает теперь тёмно-синие глаза Сонхун. — Ты прекрасно понял, о чём я. Вы лишаете меня жизни на месяц, Зейн. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Мы надеемся вылечить тебя за этот месяц, Сонхун, — припечатывает Зейн. Эти слова очень неприятно бьют Сонхуну по сердцу. Будто он в самом деле какой-то больной или сломанный, Зейн ведь сам был в его шкуре, зачем говорит такое? — Гора Этёрнал и сам Сноукрест помогли мне в своё время, как и Тесса. Я просто… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Просто вали уже к ней, она заждалась. Мои вещи можешь оставить у двери, я потом заберу. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун даже не дожидается ответа от брата и заходит в комнату, захлопывая дверь, что даже изнутри была вручную покрашена в цвет стен, дабы не выделяться. Нет, Сонхун…какой-то частью своей ещё не до конца потемневшей души ценит это. Это наверное даже мило в их представлении, то как они постарались оборудовать для него всё под его вкус. Но это только ухудшало его ощущение пленника и нерадивой собаки, для которой в учебном центре создали все условия, похожие на домашние, чтобы он меньше переживал стресса от перевоспитания. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун проходит вперёд и падает на кровать прямо так, в чём был. Валится на неё спиной, уставляясь в белый потолок, и старается дышать глубже. Он знает, чёрный лёд сейчас не возьмёт над ним верх, Тесса постаралась на ближайшие два часа; он знает, что как бы он сейчас не злился, максимум, что произойдёт — он просто заморозит к чертям комнату, возможно, расколет парочку вещей. Но ему не становилось легче. Ему не хотелось спускаться вниз, обедать и ужинать вместе с Тессой и Зейном, разговаривать с ними и делать вид, что у них не более, чем семейная поездка в красивое место и дом старшего брата с небольшими тренировками. Сонхуну хотелось домой. В его тёмную квартиру, в ненавистный универ, где он мог открыто пакостить и успокаиваться. Ему хочется одиночества, тишины и… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Жду тебя через час на обед, — слышится голос Зейна из-за двери. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Покоя. Сонхуну очень хочется покоя. И, возможно, даже вечного. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

* * *

      

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Spiritbox — Sun Killer]

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Что Сонхун и делает. Он не выходит на обед, прося Зейна оставить его одного переваривать и привыкать. Он из последних сил старается не нахамить даже Тессе, которая приходит, чтобы позвать его на ужин, но в итоге сдаётся и просто резонирует с ним вновь, чтобы позволить Сонхуну спокойно поспать эту ночь. Но, если бы только всё было так просто и бессонница Сонхуна зиждилась на одном только чёрном льде, разрывающим вены изнутри. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Когда особняк погружается в тишину и темноту, а Зейн и Тесса засыпают в своей комнате, измотанные дорогой, переживаниями и резонированием, Сонхун выползает в коридор на цыпочках, прислушиваясь. В их комнате глухая тишина, не слышно ни шёпота, ни других звуков, и Сонхун спокойно проходит к лестнице, проскальзывая носками по деревянным половицам. Радуется тому, что это не какой-то старый жуткий дом из американских фильмов, который скрипел бы деревом под его ногами, выдавая его присутствие…и не только его. Он спускается вниз, осматривая ночную гостиную и длинный хол, ведущий ко входной двери. Панорамные окна впускают внутрь яркий бело-синий свет от ночного тёмного неба, переливающегося синим и кое-где зеленоватым, и белоснежных сугробов. Свет включать даже не нужно, Сонхун прекрасно видит всё и так. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Разбросанные по кофейному столику документы, книги и блокноты. Ни единой оставленной чашки, и он даже фырчит, замечая это. Ему, на самом деле, иногда, когда не совсем всё равно, бывает интересно: как Тесса уживается с тошнотворной педантичностью и чистоплотностью Зейна? Но, видимо, раз они столько лет вместе и она даже бросила Ассоциацию Охотников ради него и уехала в эту глушь — уживается она с ним прекрасно. Мысль о чём снова неприятно бьёт Сонхуна в грудь, но он забивает её другими мыслями, когда склоняется к столику и поднимает несколько бумаг. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Куча непонятных записей, схем и расчётов профессора Ноа, которые Зейн и Тесса всё ещё изучают, что-то уничтожают, что-то пытаются исправить. Сонхун, зная всю историю, искренне считал, что борются они уже с ветряными мельницами, потому что Эвер Групп пала в войне со 109-й Зоной и Сайласом, всех подпольных и прячущихся даже в Скайхэвене учёных удалось найти и предать суду. Распустили и предали трибуналу также и весь Воздушный Флот Калеба, потому что буквально каждая крыса там была замешана в ужасных опытах и ходила под указкой Эвера из-за чипов в головах. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун морщится от отвращения, вспоминая ночи в квартире брата, где ещё тогда они жили втроём. Как Тесса, вернувшаяся после операции Калеба по извлечению чипа и стиранию памяти, проплакала в комнате всю ночь так, будто потеряла не одержимого ею психа, а любимого мужчину, уже будучи помолвленой с Зейном. И…может быть, и это было причиной такого к ней отношения Сонхуна…? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он оборачивается и смотрит в темноту под лестницей, где приоткрыта дверь в подвал, из которого Зейн и Тесса постепенно вытаскивали коробки, содержимое которых лежало на столике и немного на диване. И Сонхун даже удивляется, при всей одержимости чистотой и порядком Зейна, странно, что он оставил и все бумаги здесь, и дверь открытой. Но он перестаёт думать об этом, когда бездумно движется к двери, поглощаемый темнотой. Он на ощупь находит на стене включатель, озаряя подвал слабым белым светом, и неспешно спускается. Не планирует найти там что-то из ряда вон выходящее, потому что знает, что Зейн и Тесса за полгода прошерстили этот дом на наличие каких-то внезапных и опасных объектов. Просто ведомый бессонницей, скукой и любопытством, он спускается в подвал…и чувствует даже отчасти разочарование, видя перед собой лишь бетонные пол и стены, кучи неразобранных коробок и пустые металлические полки. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ В доме сумасшедшего профессора, причастного к таким диким делам, Сонхун искренне ожидал увидеть что-то более интересное, даже после рейда его брата и его жены. Но увы, интересного там не было абсолютно ничего. Но Сонхун, ведомый всё той же скукой и бессонницей, наобум хватает одну из коробок и тащит её в дальний угол, даже в таком большом пространстве выбирая самое мрачное и укромное место за металлическими стеллажами. Опускаясь задницей на бетонный пол и приваливаясь к угловой стене так, что его со стороны лестницы даже не видно, он смотрит на коробку у своих ног, и слегка удивляется. Спустя полгода она, полностью запечатанная, смотрела на него плотным слоем скотча и даже не мятыми боками. Сонхун отбрасывает все правила приличия и рвёт скотч, открывая коробку и закапываясь в неё. Находя вовсе не бумаги, а десятки блокнотов в кожаном переплёте и без каких-либо опознавательных знаков. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Пожимая рассеянно плечами на свои мысли, он откидывается спиной о холоднвй бетонный угол стены, и открывает первый попавшийся блокнот, листая его. Очередные полотна текста, цифры…а вот зарисовки заинтересовывают Сонхуна не на шутку. Он даже садится ровнее, когда вглядывается в схематичные очертания человеческих органов и частей тела, с какими-то пометками. Вчитывается уже внимательнее и даже перелистывает на пару страниц назад, чтобы понять, что за чертовщина попала в его руки, и с чем сейчас имеют дело Зейн и Тесса. И без того ледяные пальцы Сонхуна холодеют ещё больше, а шалый взгляд засветившихся голубым глаз резко взметаются к лестнице. Но к нему никто не спускается. Зейн и Тесса по-прежнему спокойно спят наверху, пока Сонхун находит, кажется то, что его брат и его жена искали всё это время, бесполезно перебирая кипы пустых бумаг с экспериментами, которые давно были закрыты. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀«Эксперимент «Абсолютный Ноль»» ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Читает Сонхун, крепче впиваясь пальцами в блокнот. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀«Имея на руках все наши с Зейном наработки, после его скорого отъезда, мне всё же удалось сохранить самое важное от его глаз и не дать ему разрушить моё главное творение. Надеюсь, что я смогу довести этот эксперимент до конца и вывести его в люди, как самое совершенное существо, принявшее в себя осколки чёрного льда, заменившие в умершем теле все недостающие элементы. Мальчик по имени Чонвон получил вторую жизнь, а мой эксперимент, наконец, получил своё продолжение и право на жизнь единственную и вечную. Расчёты состояния мальчика на момент регенерации его сердца под воздействием скрепляющих кристаллов чёрного льда…» ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун буквально бросает блокнот обратно в коробку и вжимается спиной в стену, тяжело дыша и глядя дико на кипу таких же блокнотов, ровно уложенных в коробке. Он должен прямо сейчас вскочить на ноги, побежать к Зейну и Тессе, разбудить их и показать им то, что порфессор Ноа сделал за спиной Зейна, когда тот сбежал из-под его опеки и помощи много лет назад. Показать брату, что Ноа удалось. Как бы Зейн не противостоял этому, Ноа удалось воскресить человека и воссоздать его функционирующую систему, с помощью кристаллов чёрного льда, который был так опасен…но Сонхун сидит. Дышит через раз и сидит, всё также с жутью смотря на блокноты и чувствуя…безошибочно чувствуя, как эти внезапные и резкие эмоции прорвались сквозь защиту Тессы, пронзая теперь его тело жгучей болью. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун сцепляет зубы и упирается ладонями в бетонный пол под собой. Он жмурится от боли, рычит и пытается контролировать своё дыхание, но не выходит. Чёрный лёд с хрустом покрывает бетон под его пальцами, затем и сами бледные ладони, врезаясь в вены изнутри и превращая его кровь в чистый ледяной яд, с кусками осколков, буквально взрезая его внутренности постепенно. И теперь-то он уж точно должен пойти и разбудить брата и его жену, чтобы спасти себя…но Сонхун лишь сильнее вжимается в стену, начиная часто и рвано дышать. Но вдруг замечает, как чёрный лёд исчезает позади него, уползая. Как становится легче дышать, чем сильнее он вжимается в стену. И впервые за двадцать лет жизни, Сонхуну страшно вот так. Страшно просто обернуться, чтобы увидеть, что скрывает обычный угол подвала, если скрывает. Страшно, что он погибнет вот так, как крыса здесь, неспособный сдвинуться с места и попросить о помощи. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхуну никогда за двадцать лет ещё не было страшно так, как сейчас, когда он всё же находит в себе силы и оборачивается медленно, тут же отшатываясь от стены, потому что видит за ней длинный, каменный проход. Темный угол подвала из глухого серого бетона неожиданно проясняется плотным стеклом, окутанный его чёрным инеем. Сонхун стоит на коленях, дыша через раз и держа своё тело лишь на одних ладонях, которыми уперся в пол, и наблюдает за тем, как его Эвол, проползая под пальцами, тянется к этому углу, буквально пропадая там и раскрывая плотное стекло в глухом бетоне всё больше и больше. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что за… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун сглатывает тяжело, облизывая нервно губы, и во все свои горящие голубым глаза смотрит на бесконечный кажется проход, ведущий (он не сомневается) к горе Этернал. К лаборатории, которую Зейн и Тесса прошерстили от и до, но кажется, так и не нашли главного. Того, что нашёл этой ночью случайно Сонхун. И не спешил никому рассказывать. Он медленно на коленях подползает к углу, в котором сидел, глядя на странное плотное стекло, искрящееся по краям его чёрным льдом, и поднимает дрожащую руку, чтобы коснуться ею стекла. Вздрагивает и отшатывается назад, когда понимает, что ладонь его, вибрируя и резонируя, спокойно в стекле этом утопает. Так, будто пропуском в этот секретный лаз — был его Эвол. Так, будто профессор Ноа намеренно сделал этот проход возможным только лишь с использованием… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— …Эвола чёрного льда Зейна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Если тот окончательно сдастся и станет Доунбрейкером. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀        ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Vurtist — Pain]

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀        ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун поддаётся. Чувствуя, как боль в венах постепенно утихает, словно стена кормится его тёмным Эволем, он подползает вновь ближе и, прикрывая немного глаза, обеими ладонями упирается в угловую стену. Смотрит на то, как руки его проваливаются в плотное стекло, пропуская его внутрь. Оборачивается, глядя сперва на коробки, а после на лестницу сквозь металлический стеллаж. И не думает дважды, прежде чем, держась одной рукой за стену, второй подтаскивает к себе коробку и пробует. Тащит её ближе и ближе…и во все глаза, распахивая их донельзя, смотрит на то, как коробка, движимая его рукой, также преодолевает стеклянный барьер и оказывается на той стороне, как только он ее откидывает. Сонхун едва не матерится вслух, но звук застревает в горле. Только вот тело его не застревает в стене. Оно проходит сквозь неё, медленно, плавно и спокойно, пропуская Сонхуна в этот глубокий и длинный каменный проход. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун сглатывает тяжело вновь, с опаской оборачиваясь и находя стену вновь затягивающейся глухим бетоном, как только его черный лёд растворяется на стекле. Он задохнулся бы от ужаса, но то, что он чувствует теперь, стоя в этом узком каменном коридоре, затмевает даже ужас. Сонхун буквально ощущает, как что-то тянет его вперёд, зовёт, толкает. И ноги сами ведут его. Запинаясь, Сонхун, прямо в тонких носках, переступает по неровным камням, идёт дальше, в темноту, приподнимая свою руку и позволяя единственному светлому в его Эволе — осветить его путь, искрясь голубым на кончиках пальцев также, как и в его глазах. Он идёт вперёд, нога за ногу, словно кто-то в самом деле тянет его, пока не оказывается перед глухой железной дверью, какие обычно ставят в сейфах. И Сонхун думает, Сонхун надеется, что это тупик, что дальше ему не пробраться и он может вернуться. Похоронить этот грязный и жуткий секрет здесь, за стеной и вернуться к серой рутине и попыткам брата спасти его. Но Сонхун касается круглой рукояти двери. Сонхун приближается и замечает, что в двери, прямо на уровне его глаз, есть что-то ещё. Он на ощупь шарит по двери и находит задвижку. Сонхун двигает её в сторону и так легко поддается… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Боже… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Являя взору Сонхуна очередной плотное стекло, покрытое искристым инеем, за которым, как на ладони, прикованное к стене за железные наручи и ошейник — тело молодого парня со светлыми, почти ангельскими кудрями. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чёрт! ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Открывшее на Сонхуна свои искристо-голубые глаза так резко, что Сонхун дёргается назад в ужасе, но не может оторвать взгляда. Не может и уйти дальше, потому что притяжение становится почти невыносимым, и оно тянет его вперёд. Тянет так, словно этот парень держит за поводок, заставляя Сонхуна сопротивляться, но вернуться ближе к двери. Смотреть сквозь это жуткое стекло в двери на человека, заточённого в ледяной камере, но выглядящего так, словно он только что туда попал. Эксперимент «Абсолютный Ноль». Мальчишка Чонвон, отдавший свою уходящую жизнь во имя эксперимента и воскресший в монстра. Был ли это он? Или подвал дома профессора Ноа скрывает ещё какие-то тайны? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун не знает. Но Сонхун, ведомый теперь неизвестной силой, прикладывает дрожащую ладонь к стеклу, тут же пуская по нему ледяные узоры, перемежающиеся голубым и чёрным. Сонхун смотрит с ужасом и толикой сожаления в бледное и пустое лицо с искристыми глазами, что будто впитывали его душу через железную преграду двери. Сонхун дёргает круглую рукоять двери и открывает её так легко, словно она и вовсе не была заперта здесь чёрт знает сколько времени… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Его ноги осторожно и даже боязливо ступают на покрытый толстым слоем ледяного снега пол, будто он вошёл в огромную морозильную камеру, стоящую посреди заснеженного поля. Он пытается осмотреться краем глаз, но не может оторвать взгляда от парня, прикованного к такой же ледяной стене и смотрящего на него в ответ. Нечитаемо, бесцветно и слишком пусто. Тишина нагнетала, бешено колотящееся сердце Сонхуна будто слышали они оба, с каждым шагом становящееся всё громче. Это была камеры едва ли два на два метра, полностью покрытая ледяным снегом, режущая глаза бело-голубым светом и держащая в себе целого человека. Едва ли живого? Едва ли мёртвого? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун осматривает железные наручи, ошейник и крепления на щиколотках, буквально вжимающие тело парня в стену позади него. Не понимает абсолютно ничего. Ни его здесь нахождения, ни его собственное присутствие, ни это странное притяжение. Ни то, почему его чёрный лёд, всё ещё искрящийся немного на шее и кончиках пальцев — здесь не болел. Сонхун становится буквально в нескольких сантиметрах от замершего и недвижимого тела. Сонхун в глаза сияющие смотрит, как в своё отражение. И, если это тот самый эксперимент, ему прямо сейчас нужно бежать назад, наверх, кричать о помощи и тревоге. Но Сонхуну впервые за долгие месяцы и даже годы — так бесконечно спокойно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он дышит ледяным воздухом полной грудью. Глубоко и сладко, медленно и смиренно. Дрогнувшую руку приподнимает, но оставляет её в воздухе замереть, не касаясь чужого тела. Чёрный лёд на его костяшках и пальцах трещит, искрится и движется. Движется вперёд, и Сонхун переводит взгляд с голубых глаз на свою руку тоже, когда мальчишка опускает свои глаза на звук. И он будто тянет его своими глазами, как магнитом. Как телекинезом заставляет руку Сонхуна тянуться ближе, не позволяя даже сопротивляться. Сонхун не смог бы. Сонхун не мог. Его ледяные пальцы, трясущиеся, как в лихорадке, лишь самыми кончиками касаются шеи блондина над железным ошейником, и их обоих прошивает мгновенная дрожь, как разряд тока. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун закатывает глаза от глубокой и сильной внутренней встряски. Это правда похоже на разряд тока. Тело прошивает дрожь, трепет и резкая жгучая боль одним большим всплеском, но ты не можешь оторвать руку от источника подачи этого тока, убивающего тебя. Он пытается восстановить зрение, пытается найти фокус, но всё плывёт. Он смазано видит, что голова парня запрокидывается, как может, удерживаемая железным ошейником. Видит, как его чёрный лёд переползает с его рук и теряется в чужом теле. И Сонхун, наконец, распахивает в ужасе глаза, глядя испугано и шокировано на то, как его смертельную силу принимает худощавое тело. Но не может закричать и не может оторваться. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Не может сделать ничего, кроме того, что дышать начинает медленнее и легче. Чувствует, как осколки тёмного Эвола покидают его шею и, словно продолжающийся токовый разряд, через кончики его длинных пальцев покидает его тело, пропадая в чужом. Этот парень…не мальчишка, Сонхун всматривается в совсем не детские черты лица, забирает в себя его проклятье. Буквально питается им, размыкая вдруг бледные губы и делая полноценный глубокий вдох, кажется первый за всё это время. Сонхун с трудом отрывает свои пальцы от его шеи лишь тогда, когда весь чёрный лёд иссякает в нём так, словно Тесса вновь резонировала с его Эволем. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун впервые чувствует настолько сильное облегчение, что рушится на колени перед прикованным к стене телом, тяжело, но глубоко дыша. Никакой режущей боли в груди, никаких раздирающих вены осколков чёрного льда, никакой злости, раздражения или ненависти. Сонхун чувствовал лишь опустошение и такую легкость, словно весь его Эвол и вовсе забрали. На мгновение это пугает его и он, собираясь с силами, раскрывает свою ладонь, заставляя Эвол активизироваться в его теле. И задыхается от удивления, когда на его бледной ладони концентрируется чистейший, отдающий немного голубым, обычный лёд его Эвола, с которым он был рождён. Такой же кристально-чистый, каким теперь управлял Зейн, благодаря ежедневному нахождению рядом со своим светом — Тессой. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун поднимает шалый взгляд, сталкиваясь с глубиной голубых глаз, смотрящих на него теперь сверху вниз уже вовсе не пусто. Хищно и опасно. Голодно и жадно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Кто ты? — слышит он сиплый шёпот. Видит, как шевелятся порозовевшие немного губы, будто этот парень в самом деле ожил только впитав в себя тьму Сонхуна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но кто он? Как Сонхун мог объяснить ему, кто он, если он до конца даже не понимал, кто находился перед ним? Облизывая нервно пересохшие губы, Сонхун не отрывает взгляда от голубых глаз, так и держа на своей ладони ледяной осколок, сформированный его чистейшим Эволем. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чонвон? — лишь удаётся ему выговорить тихое. Голубые глаза вспыхивают неприкрытой яростью. Сонхуну бы отшатнуться, сидящему на коленях перед кем-то столь сильным и неизведанным, но он замер ледяной статуей и не мог даже двинуться. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Кто ты? — рычит севшим голосом на него парень. Сонхун замечает, как напрягаются под железными наручами тонкие пальцы, слабо сжимаясь в кулаки. Всё тело напротив — струна, сдерживаемая только железом, вбитым в стену. Сдерживаемая ли теперь…? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун понимает это слишком поздно. Сонхун отшатывается уже тогда, когда железо с диким лязгом трещит от прилагаемой силы и раскалывается, разлетаясь на куски. Сонхун падает назад и закрывается руками, чтобы куски железа не поранили его, но не их ему стоило бояться. Не от них закрываться и не пытаться использовать свой Эвол для создания ледяного осколка, а защищаться. Но Сонхун вжимается затылком и спиной в дверной косяк, когда парень опускается на его уровень, присаживаясь на корточки и склоняя голову к плечу, рассматривая испуганное и побледневшее пуще прежнего лицо Сонхуна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Где профессор? — сипит парень, выжигая душу Сонхуна одним только взглядом голубых глаз. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Он… — Сонхун сглатывает, упираясь ладонями в ледяной и заснеженный пол под собой. — Погиб. Его больше нет. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Ярость, сияющая в голубой радужке, внезапно тухнет. Сонхун видит это и не может поверить. Парень немного отклоняется назад, но всё ещё рассматривает его, как диковинную зверушку перед собой. Изучает. Запоминает. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Кто ты? — повторяет он свой вопрос, сужая глаза. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сонхун, — брякает тот. — Я… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но стоит ли упоминать Зейна? Знает ли о нём Чонвон? Что Ноа вложил в его голову, если вкладывал? Что Сонхун вообще должен ему сказать… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Спасибо, — вместо всего говорит тихо Сонхун. Заставляет Чонвона нахмуриться, выдавая первую обычную человеческую эмоцию. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— За что? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ А Сонхуну бы описать. Всё, что с ним творилось все эти годы, всю боль и то облегчение, которое Чонвон ему подарил, даже если вдруг пытался убить. Сонхун лишь поднимает свою ладонь, вновь позволяя голубым искрам Эвола появиться на кончиках его пальцев. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я болен, — шелестит он, впервые признавая слова Зейна и Тессы. — Вообще-то, неизлечимо. Но мой брат считает, что меня можно спасти и… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Вспоминая произошедшее секунды назад… Сонхун, если честно, начинает считать теперь также. Только вовсе не из-за помощи брата или Тессы. Не из-за грядущих тренировок, которые ему подготовил Зейн. Но из-за горы Этернал. Лаз к которой, помог Сонхуну найти самый большой профессора Ноа секрет — Чонвона. Под которой Сонхун, возможно, нашёл свою смерть в облегчении. Или всё же спасение…? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он прослеживает взгляд Чонвона на длинный, тёмный коридор. Он бездумно выбрасывает свою руку в сторону, блокируя дверь за своей спиной плотной коркой льда. Чонвон хмурится вновь и возвращает убийственный взгляд на Сонхуна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты не можешь выйти… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты решил?! — хрипота и злость в голосе Чонвона режут перепонки. Его руки, схватившие всё ещё слабо, но так цепко толстовку на груди Сонхуна, заставляют того напрячься, но не сдвинуться с места, лишь вжаться спиной в дверной косяк и ледяную преграду сильнее. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Тебя убьют там…наверху, — припечатывает тихо Сонхун. Прекрасно зная, что с Чонвоном сделает Зейн. Даже, если не своими руками. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Пальцы на толстовке Сонхуна ослабляют хватку. Чонвон лишь немного отклоняется, отпуская его, но всё ещё глядя на него неверяще и обозлённо. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— А ты? Кто ты? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Такой же заложник в этом доме, только имеющий чуть больше свободы? Такой же ходячий труп с проклятием бегущим по венам? Такой же одинокий внутри и погибающий от собственной силы? Обычный парень, родившийся не там и не тем…? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сонхун, — повторяет он. — И я не знаю, кто я на самом деле… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Потерявшиеся в глазах друг друга и непонятных, разрываемых чувствах и ощущениях. Два бесконечно одиноких и обречённых сердца. Два потенциальных убийцы и жертвы эксперимента. Один Вселенной, второй рук сумасшедшего профессора. Нашедшие друг друга так внезапно в самый тяжелый период жизни Сонхуна. Посреди неизвестности Чонвона. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Кем они были друг другу? Кем они друг другу могут стать? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Чем закончится такая длинная и тёмная ночь, закованная во льда Сноукреста? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀

* * *

⠀⠀⠀⠀⠀               ⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Sleep Token — Alkaline]

⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Сонхуну с трудом, но удаётся уговорить Чонвона остаться в камере, пока он не придумает, как вытащить его оттуда и не убить. Он не разговаривает с ним несколько часов, не сидит, глядя в голубые глаза. Сонхун сбегает из подвала сразу же, как только Чонвон соглашается его дождаться, как когда-то обещал профессору Ноа. Сонхун не приковывает его больше к стене. Сонхун оставляет коробку со всеми записями о Чонвоне там же, в подвале, но за невидимой стеной. И не сразу, но выбирается наружу, накапливая в себе немного чёрного льда. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И только находясь уже в гостевой спальне, кутаясь в одеяло с головой, Сонхун понимает: насколько вся эта система была защищена профессором от Зейна. И насколько же она была на нём завязана. Стена, которая откроется, только если Зейн отпустит своего внутреннего демона и позволит чёрному льду завладеть собой. Система, которая готова пустить внутрь, к страшному монстру, лишь такого же монстра. Сонхун содрогается от этой мысли, он никогда не считал себя таковым всерьёз, ему всегда было неприятно, когда брат или Тесса говорили о подобном. Теперь ему приходилось признавать, что это было правдой. И он был монстром. Просто пока ещё не таким смертоносным, каким был Зейн в облике Доунбрейкера. Просто не таким смертоносным, каким, кажется, был Чонвон, хоть Сонхун ещё и не знал всей его силы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Стягивая одеяло с головы, Сонхун смотрит на свои ладони в полумраке комнаты. Чонвон выкачал почти всю тьму из него так сильно, что Сонхун почти десять минут просидел у стены, чтобы накопить её обратно для открытия прохода. Сонхун давно не ощущал себя так опустошённо и тихо. Казалось, даже мысли в его голове текли спокойнее и их было куда меньше, чем обычно. Привычные ярость и раздражение тоже не гудели в голове и не копошились в душе противными червями. Он впервые дышал свободно. И, чтобы Чонвон с ним не сделал, он кажется — спасал ему жизнь. Засыпает Сонхун только ближе к рассвету, пока все эмоции и мысли не утихают, а его уставшее тело не валится на постель прямо в одежде. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он бесконечно благодарен Зейну за то, что тот не будит его ни свет, ни заря, чтобы потренироваться. Пара намеренно оставляет его выспаться и отдохнуть, привыкнуть и обжить комнату, пока сам Сонхун на самом деле просто впервые за долгие месяцы — спит спокойным сном. Ему не снятся кошмары, он не убивает в них людей. Он даже не просыпается в лихорадке и с колотящимся сердцем, наблюдая черноту на руках. Его глаза медленно открываются в такой же глухой полумрак комнаты, и лишь тонкая полоска меж шторами и потолком выдаёт истинный час, переливаясь едва золотым. Кое-как собирая себя с постели, Сонхун переодевается и умывается, разглядывая своё отражение. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сильные синяки под глазами так никуда и не делись, как и мертвенная бледность кожи, но он явно выглядел чуть здоровее, чем вчера. Не таким убитым и разбитым. Просто бледнокожим парнем, который плохо и мало спит, но не более. Глубоко вздыхая, он собирается с силами и выходит из комнаты, осторожно спускаясь вниз и слыша голоса Зейна и Тессы. Они уже сидят в гостиной напротив камина и обсуждают бумаги Ноа, передавая их друг другу. Удивительно. Но, глядя на такую домашнюю и задумчивую Тессу, сидящую на мягком ковре и опершуюся спиной о ногу Зейна, он не чувствует ничего. Никакого желания её задеть, никакого раздражения или внутреннего зуда. Лишь матовое спокойствие, окутывающее рёбра и внезапно желание поесть. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— С добрым утром, Сонхун, — тихо проговаривает Зейн, глядя на него тёмной зеленью глаз, поднявшихся над очками, спущенными на кончик длинного носа. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Утра, — улыбается лучезарно Тесса, оборачиваясь. — Хорошо спалось? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Неплохо, — ворчит Сонхун, кивая и переминаясь с ноги на ногу. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— В холодильнике остатки завтрака, — говорит она, оглядывая его с ног до головы. — Если хочешь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Спасибо. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун брякает это едва слышно и сразу направляется в кухню, не замечая, как за его спиной разноцветные глаза девушки распахиваются в удивлении и смотрят на Зейна, что хмурится задумчиво. Такое поведение брата было слишком странным, несвойственным…и подозрительным. Но Сонхун не вёл себя как-то особенно. Он прошаркал в кухню, закопался в холодильник, достав оттуда сэндвичи с яйцом, сок и какую-то мясную нарезку, и шлёпнул это всё на стол, сам упав на стул и задумчиво уставившись вперёд себя. Потому, что все мысли его были слишком заняты Чонвоном. Тем, как он там внизу? Какую еду он ест и ест ли вообще? Когда сегодня уснут брат с женой, чтобы Сонхун мог пробраться в подвал? А главное: хватит ли ему сил и как долго будет действовать этот странный эффект Чонвона на нём? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун вздыхает и вгрызается прямо в холодный сэндвич, медленно пережёвывая медленно и вдумчиво. Не сразу замечая вошедшего Зейна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Приятного аппетита, — говорит старший, беря из вазы небольшую конфету и крутя её в руках. — Как себя чувствуешь? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Нормально, — пожимает плечами Сонхун, отпивая сок прямо из бутылки. — Ты привёз с собой медицинские приборы, чтобы проверять меня ежедневно? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— В этом нет нужды. Все приборы давно здесь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун наконец поднимает на него вопросительный взгляд. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не забывай, что мне иногда необходимо следить за здоровьем Тессы, — поясняет Зейн. — Но, нет. Я не планирую проверять тебя. Пока что. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Пока что — фырчит в сэндвич Сонхун, откусывая очередной кусок. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сегодня у тебя с утра не было приступа? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Как видишь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Вижу, — тянет тише Зейн, разглядывая руки и шею Сонхуна, не скрытые рукавами и воротом черного лонгслива. — Не буду говорить, что природа Сноукреста помогает. Но возможно ты просто хорошо выспался. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Мне не каждое утро становится хреново, окей? — вздыхает Сонхун, снова глядя на старшего. — Да, в последнее время всё чаще. Но всё ещё не каждое утро. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Просто уточняю, — мотает головой Зейн, наконец, откладывая несчастную конфету обратно в вазу и убирая руки в карманы домашних штанов. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я скажу, если станет плохо. Даже звонить и ехать никуда не придётся. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун поигрывает бровями. Потому, что такое случалось дважды за этот год. Он звонил Зейну посреди ночи, говорил о том, что не может справиться сам, и они с Тессой приезжали к нему, чтобы та могла хоть немного помочь. Здесь всё действительно было куда проще, и за помощью Сонхуну всего лишь нужно было обратиться в соседнюю комнату. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Нашли что-нибудь интересное? — как бы невзначай спрашивает он, снова откусывая сэндвич и внимательно следя за эмоциями на лице Зейна. Тот хмурится и качает головой, поджимая тонкие губы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ничего, чего бы не знали. Возможно, мы действительно уничтожили уже всё опасное, и осталась только бумажная волокита и проверки. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Разве это не хорошо? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— С одной стороны — да, — Зейн нервно сжимает руки в кулаки в карманах, а затем вытаскивает их, опираясь о спинку стула и глядя куда-то в стол. — С другой — нет. Я не верю, что Ноа мог забросить все наши опыты и идею создания идеального человека после моего ухода. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ну, вы ведь находили какие-то объекты, разве нет? — приподнимает бровь Сонхун. Его сердце начинает биться быстрее, и он рад, что никто из них не обладает суперслухом, чтобы обнаружить это. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Да. Да, но…это всё больше похоже на детский лепет и подработку для Эвер Групп. Ни единого следа наших экспериментов. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не рассматриваешь идею того, что старик попросту так сильно обиделся на тебя за побег, что сжёг к чертям всё, зная, что ты не вернёшься? Какой ему был смысл работать без тебя? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Мыслишь верно, — кивает Зейн, отткалкиваясь от стула и выпрямляясь. Его темно-зеленые глаза всё ещё смотрят куда-то в сторону. — Только вот нет у меня доверия к такому простому исходу событий. Я чувствую, что что-то не так. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чувствуешь? Типа…интуиция или…? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Интуиция, — поводит плечами Зейн. — По всяким прочим ощущениям у нас Тесса, — фырчит он, наконец, едва приподнимая уголки губ в улыбке. — Но она как раз не ощущает больше ничего инородного. Ни в доме, ни в лаборатории. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Знаешь, нормальные люди такому радуются, — ворчит Сонхун, приканчивая сэндвич. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Нормальные… — Зейн смотрит на него недолго и встряхивает головой, поправляя чёрную чёлку. — Прошедшего приятного аппетита. Сегодня у тебя свободный день, тренировки начнём завтра в десять. Будь готов отправиться к горе. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Окей, босс. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун салютует брату, а сам напрягается и хмурится, когда тот уходит. Ведь неясно: сможет ли он завтра намеренно вызвать чёрный лёд, если сегодня он снова увидится с Чонвоном? И не пробудит ли он случайно ещё какое-то зло своей тьмой? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он ещё раз смотрит на свои руки, медленно тянется одной к бутылке с соком и, не касаясь её, активирует Эвол, наблюдая с содроганием за тем, как яркий и чистый голубой свет превращается в тонкую корку льда под его пальцами, расползаясь по стеклянной бутылке. Никаких следов чёрного, никакой боли в груди или венах. Он был в порядке. Настолько, что этот порядок его до чёртиков пугал. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но Чонвон начал менять его — и это факт. Как надолго? Это был вопрос. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀       

* * *

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀               ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Esoterica — Alive]

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Сонхуну приходится терпеть до часа ночи, прежде чем Тесса и Зейн наконец уходят спать. Изумлённые тем, что за весь день у Сонхуна не было ни единого приступа, тем что он ни разу не нахамил (хоть он и пытался, но так и не смог родить в себе ни единого язвительного комментария), тем что даже посидел с ними за ужином. Пусть и не отвечал, а просто кивал отрешённо, окончательно закопавшись в мысли о Чонвоне, но он был с ними. И Сонхуну это было только на руку. Несмотря на весь опыт Охотницы, Тесса легко купилась на изменения в Сонхуне, и только Зейн весь ужин рассматривал его, как под микроскопом. Однако, спать они всё же ушли, оставив Сонхуна в гостиной без лишних вопросов, позволив ему изучать уже просмотренные ими бумаги Ноа. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Зейн тихо надеялся, что они увлекут Сонхуна и он сможет в будущем затянуть его в детали их работы, Тесса, кажется, попросту радовалась тому, что её Эволем не питаются сразу двое. И только Сонхун знал правду и поглядывал на время, выжидая нужный момент, который настал для него, едва только стрелка на настенных часах ударила по двойке. Отложив бумаги в сторону, он сперва прошёл к лестнице, взглянув наверх и прислушиваясь, а после проскользнул в подвал, на этот раз плотно закрыв за собой дверь и не включая свет. Фонариком от телефона он достаточно освещал себе путь до того самого угла за металлическим стеллажом, а затем и вовсе выключил его, активировав свой Эвол. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Его ладони всё ещё светились голубым, но уже не таким чистым и Сонхун, вздохнув поглубже, сконцентрировался на всей тьме внутри него, что копилась и не находила выход целые сутки. Тьме, которая была подавлена или выкачана Чонвоном, но всё же имела свойство восстанавливаться, пусть сегодня и не так активно, как это бывало прежде. Приложив ладони к стене, Сонхун недолго ждал, прежде чем заметил осколки чёрного льда, разрастающиеся по тыльной стороне ладони до пальцев. От костяшек до самых кончиков. Сцепив зубы от жгучей и колкой боли, он терпел. Потому, что знал впервые для чего это делает. Потому что боль для него стала проводником к определенному существу. Вряд ли даже уже человеку. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но к Чонвону Сонхун не идёт. Опускаясь на каменный пол узкого прохода, он включает фонарик на телефоне вновь и кладёт его так, чтобы дать больше света, потому что сам он берёт в руки тот самый первый кожаный блокнот и начинает читать. Вдумчиво, внимательно и медленно, поглядывая в слепую тьму впереди, где находилась дверь в камеру Чонвона. Он читал и содрогался. Ни в одном документе Ноа, что Зейн и Тесса разбирали наверху, не было ничего подобного тому, что описывал профессор в этих блокнотах. То, как после побега Зейна он пытался оживить остатки опытов, собирал осколки чёрного льда, после того, как Зейн уничтожил сердце, над которым они работали. Как всё рушилось и он отчаянно пытался всё собрать заново. А потом он просто нашёл в больнице Сноукреста мальчишку, который умирал от Эвола, что разрушал его изнутри, потому что был слишком сильным для тощего тельца. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ А потом, он просто смог наконец воссоздать проклятие Зейна из единственных сохранившихся остатков. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И выкрал тело Чонвона из больницы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Умирающий семнадцатилетний мальчишка, к которому даже перестали приходить родители. Находящийся на последней стадии истощения организма, с переломанными изнутри костями и иссыхающим сердцем. Ноа забрал его в лабораторию и день за днём проводил опыты на почти бездыханном теле. Пока однажды Чонвон не задышал впервые сам. Пока однажды его сердце не впитало в себя тонкую корку из чёрного льда, вместо того, чтобы покрыться ей и окрепнуть. Ноа рассчитывал на то, что всё сработает также, как при их с Зейном экспериментах, но всё пошло абсолютно не по плану. И организм Чонвона, вместо того, чтобы жрать его изнутри — начал питаться этой ледяной тьмой и оживать. Крепнуть и становиться ещё опаснее и сильнее. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ То, что убивало Зейна, Сонхуна и стало орудием для убийства множества заражённых — оказалось единственным шансом на жизнь для Чонвона. Какая ирония. Какая жуткая и несправедливая судьба. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун заканчивает читать третий блокнот, когда время на часах приближается к трём, а злость в его груди становится всё сильнее и ярче. Кончики его пальцев дрожат, покрытые чёрным льдом, вены горят от осколков, разрастающихся изнутри. Он был в нужном состоянии для Чонвона и таком опасном для себя. И именно это поднимает его на ноги и ведёт к камере. Фонарь на телефоне выключается и погружает проход в глухую тьму, но небольшое окно в двери задаёт тусклый свет, на который Сонхун идёт, видя лишь белую стену. Возможно, Чонвон сидит. Возможно, Чонвон спит, если ему вообще нужен сон. Но Сонхун не мешкает, когда крутит ручку и открывает дверь, являя наконец себя, как и обещал. Глядя вниз на блеклые голубые глаза Чонвона, в самом деле сидящего в углу. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Привет, — шелестит Сонхун, проходя внутрь и опускаясь на колени перед Чонвоном. — Кажется, тебе нужно… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Подкрепиться? Напитаться? Какое слово Сонхуну нужно употребить правильно? Чонвон сужает глаза и слегка клонит голову, светлая пушистая чёлка падает на бок, пока он как-то даже по-птичьи смотрит на Сонхуна, что замирает, вытянув к нему руки. Он должен просто коснуться или сперва спросить? Сонхун не знает, что ему делать и просто оседает на собственные пятки, вздыхая и укладывая руки на колени раскрытыми ладонями вверх. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Когда ты в последний раз ел человеческую еду? — решает он вдруг спросить. Чонвона, наверное, нужно было разговорить, чтобы его голос пришёл в норму. Чонвона нужно было узнать напрямую, а не через бездушные страницы с жуткими описаниями экспериментов. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не помню, — тихо хрипит Чонвон. Он сидит также, как и Сонхун на своих пятках, но вскоре съезжает в бок и приваливается плечом к заснеженной стене. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Значит…тебе не нужна обычная еда? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Значит. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун хмурится и поджимает губы, снова глядя на свои руки. Удивительно, но если Чонвону нужен его чёрный лёд, а не еда, почему тогда он, как настоящий монстр, не тянется к нему сам? Не пытается схватить, опустошить и бросить, чтобы выбраться и сбежать? Почему сидит так спокойно, хоть и смотрит озлобленно? Почему разговаривает с ним, а не пытается убить? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты спишь? Вообще? — снова задаёт вопрос Сонхун, глядя на Чонвона из-под спавшей каштановой чёлки. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Нет. Мне не нужен сон, — ворчит Чонвон. И ждёт. Так смиренно ждёт, пока Сонхун сам предложит ему напитаться… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что последнее ты помнишь? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но Сонхун не торопится. Сонхуну почему-то до жадного голода в груди хочется просто…поговорить. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ноа, — почти плюётся Чонвон, отводя взгляд тусклых голубых глаз в сторону. — Он закрыл меня здесь и сказал, что вернётся, когда всё успокоится. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Где ты был до этого? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— В лаборатории. В отдельной крио-камере. Но он сказал, что на него началась охота и меня нужно спрятать, — хмыкает Чонвон. Сонхун облизывает пересохшие губы и вздыхает, глядя на него даже как-то сочувственно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— И погиб, — заканчивает он. Чонвон даже не вздрагивает от этого слова. — Я нашёл…документы. О тебе. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— И? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— И я хочу изучить их. Чтобы понять, как тебя можно вытащить. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты сказал, мне нельзя наверх, — Чонвон сужает глаза и смотрит Сонхуну прямо в самую душу. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Пока — да. Но… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что? Найдёшь способ? — насмешливо фырчит Чонвон. — Ты понятия не имеешь, кто я. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Однако ты сидишь сейчас со мной и даже не пытаешься меня убить, — прибивает Сонхун. На этот раз плечи Чонвона под странной белой робой вздрагивают заметно, а глаза его лишь на мгновение вспыхивают голубым. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я слишком слаб для этого, — цедит он сквозь зубы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Неправда. Ты не питался чёрт знает сколько, когда я открыл тебя, но ты мог наброситься на меня. А сейчас… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что? — обрывает его Чонвон, двигаясь на месте и слегка наклоняясь вперёд, сужая теперь глаза до опасного и сжимая зубы. — Надеешься, что нашёл себе ручную игрушку или карманного друга? Думаешь, вытащишь меня отсюда и я по гроб жизни буду тебе благодарен? Умоляю, ты настолько глуп? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Это задевает Сонхуна. Он теперь тоже сжимает челюсти и щурит тёмно-синие глаза, но в них нет злобы. Впервые. Только жалящая обида, потому что слова Чонвона правда его задели. У Сонхуна никогда за всю жизнь не было нормальных друзей. Он всегда распугивал всех сначала своим опасным Эволем, после ухудшившимся из-за тьмы внутри поведением. И пусть, он как Зейн в детстве никого не убил, но он был на грани, он ранил, как словом, так и способностями. И с ним никогда и никто не решался даже нормально заговорить. Надеялся ли он найти в лице Чонвона друга? Едва ли, он даже не знал, что Чонвон за существо. Но надеялся ли он спасти его, чтобы тот помогал ему потом тоже, выкачивая чёрный лёд? Больше да, чем нет, ведь обращаться каждый раз к Тессе, зависеть от неё или тем более жить остаток дней с ней и Зейном — Сонхуна не прельщало. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ А вот иметь кого-то рядом, как Зейн Тессу… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— И что? — чувствует он клокочющее раздражение в груди, сжимая пальцы на коленях в кулаки и ощущая, как колет изнутри снова вены. — Предлагаешь оставить тебя здесь навсегда? Сдать моему брату, чтобы тебя также отдали под трибунал и казнили? Ты только скажи, в моей власти сейчас сделать всё, что… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун резко прерывается и хрипит, когда тонкие цепкие пальцы вдруг стискиваются вокруг его горла. Мертвенной хваткой, жестоко, больно и так сильно, что дыхание перекрывает мгновенно. Он смотрит на Чонвона, что немного возвышается над ним, поднявшись на коленях, распахнутыми в ужасе глазами. Всё ли было теперь в его власти? Он так и читает этот вопрос в сияющих голубых глазах. Но, как только его лёд начинает впитываться в пальцы Чонвона, их обоих снова пронзает сильная дрожь, а глаза закатываются. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун чувствует, как хватка на его горле слабеет, воздух вновь может наполнять лёгкие, а под кожей в голубых венах растворяются осколки чёрного льда, убивающие его изнутри. Чонвон дышит тяжело, губы приоткрывает в каждом прерывистом вдохе, пока голова его запрокидывается, а рука будто примерзает к горлу Сонхуна. Он впитывает в себя его тьму вновь, но сильнее на этот раз, потому что касается сам. И в какой-то момент, когда лёгкость в теле сменяется тяжестью век и онемением конечностей, Сонхун с трудом, но обхватывает пальцами запястье Чонвона, пытаясь его оторвать. Он забирал больше, чем нужно. Позволяя теперь ярко-голубому свечению течь по его венам, Чонвон забирал у Сонхуна его Эвол, и начинал постепенно его убивать. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ос…тановись… — сипит Сонхун, пытаясь посмотреть на Чонвона из-под опущенных ресниц. — Чон…вон… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Port Noir — Emerald Green]

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Пальцы Чонвона резко раскрываются и отпускают Сонхуна. Он отшатывается назад и приваливается спиной к заснеженной стене, съезжая по ней и плюхаясь на задницу. Чонвон дышит тяжело, его щёки слегка порозовели, как и губы, а глаза горят неистово голубым, каковым был цвет Эвола Сонхуна. Прикасаясь дрожащей рукой к своей шее, Сонхун едва переводит дыхание и смазано смотрит на Чонвона, пытаясь понять, что только что произошло? Пытался ли он в самом деле его убить? Показать, у кого из них больше сил и власти? Или попросту решил заткнуть и наконец напитаться? Он потирает горло, чувствуя, как к рукам и ногам снова возвращается чувствительность, а голова перестаёт так сильно кружиться…и вдруг в его голове что-то щёлкает. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Этот…это место… — собирается Сонхун с мыслями. — Я смог проникнуть и выбраться отсюда обратно только с помощью чёрного льда. Если ты выкачаешь всё — я не смогу пробраться наверх, — сипло говорит он. Чонвон хмыкает, прикрывая глаза и облизываясь так, будто съел сейчас самый жирный стейк, а не тьму Сонхуна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Останешься здесь. Ты вроде не восприимчив к холоду. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун щурится, фокусируя взгляд на слабой усмешке розовых губ. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Но я не смогу выкачать всё, — продолжает Чонвон, поводя плечом. Железный ошейник на его шее дёргается, привлекая внимание и напоминая о себе. — Ты рождён с этим, как и я со своим Эволем. Я могу лишь питаться тобой и забирать то, что в тебе копится. Но избавить тебя от этого — я никогда не смогу. Если вдруг ты надеялся на это. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун шумно выдыхает носом и стискивает зубы. Он не надеялся на это. Не совсем на это, но Чонвон обрубил всяческие даже намёки внутри него на полное исцеление. Выходит, Чонвон мог лишь, как Тесса — на время забирать его тьму себе, питаться ей, но никогда бы не смог избавить его от проклятия внутри. Но… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты едва не забрал и мой Эвол. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Потому, что твой Эвол и эта скверна — связаны, — припечатывает Чонвон, наконец, приоткрывая теперь уже обычные голубые глаза и уставляясь на Сонхуна, как на идиота. — Ты же не дышишь огнём. Это тот же лёд, просто убивающий тебя изнутри. Как…обратная сторона твоего истинного Эвола. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Но ты мог забрать его и убить меня, — не унимается Сонхун. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Потому, что таков — мой Эвол, — уже без тени усмешки и расслабленности говорит Чонвон. — Потому, что Ноа создал меня для того, чтобы «излечивать», таких, как ты. И лишать всяческих сил тех, кто не умеет ими пользоваться. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун сжимает в кулаках край своего лонгслива и замолкает, обдумывая услышанное. Переваривая и слыша, как сильнее бьётся его сердце с каждой секундой. Ноа создал Чонвона почти таким, как Зейн. С одной разительной деталью. Чонвон не убивал никого, когда чёрный лёд отравлял организм и сердце, Чонвон питался им. Чонвон не убивал абберантов, чтобы избавить мир от неправильных людей. Чонвон был создан для того, чтобы убивать всех, кто вовсе отклонялся от нормы, установленной Ноа. Он мог убить абберанта, мог убить Зейна с Сонхуном. И даже Тессу. Если бы посчитал, что они как-то неверно используют свой Эвол. Чонвон был создан палачом. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Самым опасным и страшным существом в мире. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Таким, что даже Сайлас для него был не более, чем сосудом. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ — И ты хочешь забрать меня отсюда наверх? — хмыкает Чонвон, откидываясь затылком о стену. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Нет, — мотает головой Сонхун; Чонвон приподнимает брови под светлую чёлку. — Сперва я изучу всё, что написал о тебе Ноа. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— После, поймёшь, что меня нужно оставить здесь и будешь приходить каждый раз, только чтобы облегчить собственную учесть? Ну, удачи. Ноа и тот был менее жесток. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Это так больно задевает Сонхуна, что его дыхание обрывается на середине. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не говори так. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Иди. Изучай. Я не знаю, сколько времени провёл здесь уже, — взмахивает легко рукой Чонвон, железный обруч вокруг его запястья проблёскивает в белом свете. — Не думаю, что твоё отсутствие как-то повлияет на меня теперь. ⠀⠀⠀⠀⠀ Но то, что щёлкнуло в Сонхуне, то, что он ещё не озвучил, снова выходит на поверхность. И ему приходится озвучить это сквозь зубы, нехотя. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я не смогу выйти отсюда теперь, когда ты опустошил меня до нуля. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— М, останешься со мной? А как же те, кто наверху? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Нет, — сужает глаза Сонхун, поднимаясь по стене и нависая теперь над Чонвоном, протягивая ему руку. — Ты пойдёшь со мной и откроешь мне проход. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— С чего бы мне? — фырчит Чонвон, отворачивая голову. — Куда как проще оставить тебя здесь и питаться тобой. Ты сам сказал, что проход открывается только твоей силой. Никто не найдёт тебя здесь. Представь, никогда, если я захочу? — Чонвон лишь на мгновение смотрит наверх голубизной своих глаз. У Сонхуна от этих мыслей сводит желудок, но он всё ещё протягивает Чонвону руку. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Поэтому ты и нужен мне. Моё проклятье сейчас в тебе и ты сможешь открыть стену. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— За-чем? Просто ответь себе на этот вопрос. Сонхун. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сглатывая тяжело, Сонхун ощущает, как рука его вздрагивает в самых кончиках от имени, произнесённого Чонвоном впервые. Он не отпускает его взгляд и держит, дыша тяжело и медленно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— За тем, — тихо проговаривает он. — Что я найду выход, Чонвон. И вытащу тебя отсюда рано или поздно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Хочешь посмотреть на то, как падёт мир? — уголки губ Чонвона до болезненного медленно тянутся в колкой ухмылке. — Как умрут все, кого ты любишь? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун замирает, словно от выстрела, но старается не подать виду и отталкивается от стены, всё ещё глядя Чонвону в глаза. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я буду в конце коридора и не закрою твою дверь, — говорит он, пятясь назад. — Если ты всё же решишь мне помочь. Чтобы я смог помочь тебе. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он не ждёт ответ, разворачивается на пятках и шаркает тапочками по каменному проходу, освещённому теперь тускло-белым из открытой двери камеры. Ему тяжело даются шаги, он по-прежнему слаб, но он падает возле коробки, включая вновь фонарик на телефоне и доставая очередной блокнот. Он сам понятия теперь не имеет: зачем ему всё это нужно? И может быть было бы не так плохо быть привязанным всю жизнь к брату и его жене? И может быть он смог бы излечиться и сам в этом проклятом Сноукресте, с их помощью, чем выпускать наружу в самом деле настолько опасное существо? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но что-то в Чонвоне не давало Сонхуну покоя. Что-то в Чонвоне не позволяло Сонхуну его отпустить и оставить. Что-то, что Сонхун вообще ощущал впервые в своей жизни к кому-то. Что-то кроме раздражения, злости, ненависти и обиды. Что-то… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что нужно делать? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун вскидывает голову вверх, на хрипатый голос, и воззряется с неприкрытым удивлением на Чонвона, что стоял рядом, скрестив руки на груди и недовольно смотря вниз. Сонхун даже теряется на мгновение, но тут же приходит в себя и гасит фонарь, захлопывая блокнот и швыряя его в коробку. Поднимается на ноги, придерживая себя рукой о стену. Всматривается в лицо Чонвона в почти глухой темноте этого угла, всё ещё не веря тому, что он вышел, согласился ему помочь…и не затянул с этим до утра. Или на сутки вовсе. Сонхун так давно не ощущал этот странный и почти детский трепет и надежду… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Приложи руки к стене, выпусти чёрный лёд и…я смогу пройти. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Чонвон хмурится, цыкает языком и обходит Сонхуна, проделывая всё по названной инструкции. Сонхун с замершим дыханием стоит за его спиной и смотрит за тем, как спокойно и без тени боли на лице, Чонвон владеет его Эволем, пуская по ладоням и пальцам чёрный искрящийся лёд, как становится постепенно прозрачной стена, открывая для него выход. Видит едва различимые в темноте очертания стеллажей и коробок в подвале, его глаза почти привыкли к темноте, и свет от ладоней Чонвона слегка подсвечивал всё вокруг… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что теперь? — Чонвон убирает ладони от стены и смотрит на Сонхуна через плечо яркой голубизной своих глаз. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун медленно и осторожно обходит теперь его тоже и пробует коснуться рукой стены. Проваливается сквозь и шагает вперёд, покидая каменный тёмный проход и становясь теперь напротив Чонвона. Смотрит на него через разделяющую их стену, что затягивалась обратно мучительно медленно той же ледяной коркой, за которой проявлялся бетон толстой стены. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я вернусь, как что-нибудь придумаю, — обещает Сонхун. Чонвон фырчит, мотая головой. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— А я считал, что я одинокий и брошенный. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Чонвон произносит это легко и с лёгкой издёвкой, которая так сильно режет Сонхуну сердце. Был ли он брошен? Едва ли, Зейн и Тесса притащили его из Линкона в Сноукрест, рисковали своими жизнями, чтобы спасти его. Был ли Сонхун одинок, имея семью и возможных друзей в университете и целом городе? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Бесконечно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но, кажется, больше нет… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я скоро вернусь, — шепчет Сонхун, прежде чем вместо голубых глаз во тьме перед ним вновь оказывается глухая бетонная стена. Он глупо касается её ладонью, тихо дышит, приходя в себя. И не сразу сходит с места, вслепую шаркая к лестнице, чтобы подняться наверх в свою комнату. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сквозь панорамные окна рассвет окрашивал особняк в персиково-розовый, подсвечивая бледную кожу Сонхуна и играя нежно-кораловым по скулам. Золотился в каштановых волосах и отражался искрами в тёмно-синих глазах, смотрящих вперёд и вникуда одновременно, пока Сонхун медленно выползал в холл и к лестнице, ведущей на второй этаж. Нежный, не выедающий сетчатку свет так тепло и мягко ложился на ресницы и кожу. Касался тонкими нитями розоватых губ и замер в глубокой синеве глаз, когда Сонхун поднял взгляд прямо в панорамные окна, которых так хотел избегать. Что-то в нём безвозвратно менялось. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Что-то в Сонхуне оживало трепетно и осторожно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Дверь в его комнату тихо закрывается одновременно с тем, как открывалась дверь соседней спальни. Потерянный взгляд разноцветных глаз устремился вглубь коридора, на кончиках серебристых волос искрился золотым рассвет и остатки активного Эвола. Этой ночью в особняке не спали не только Чонвон и Сонхун. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Этой ночью в особняке вновь проснулось давно позабытое зло. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀

* * *

⠀⠀⠀⠀⠀              

⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Exploring Birdsong — Stitch]

⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Сонхун спит почти до вечера, а когда наконец выходит из комнаты и спускается вниз, он застаёт там только Зейна, перебирающего бумаги и делающего какие-то заметки. Он поднимает на Сонхуна тяжелый взгляд тёмно-зеленых глаз. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— С пробуждением. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Мгм. Где Тесса? — Сонхун осторожно обводит взглядом гостиную и открытую дверь в кухню. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Отдыхает. Ты не замечал ничего странного сегодня ночью? — глаза Зейна слегка сужаются, изучающе глядя на лицо Сонхуна, что стискивает невольно зубы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Кроме ваших сомнительных бумаг — ничего. А что? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Тессе стало плохо, потому что она почувствовала очень сильный импульс, как это было однажды с Сайласом, когда он пытался резонировать с ней. А ты уже третьи сутки не обращаешься к ней за помощью с твоим Эволем. Мы подумали, что это может быть связано. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Или она просто задолбалась быть аптечкой для нас обоих, — шикает Сонхун, кривя лицо. Желваки на лице Зейна заметно дергаются. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты не знаешь, о чём говоришь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Да плевать. Я не видел ничего необычного, со мной всё в порядке, как вы и мечтали. И я понятия не имею, что там почувствовала Тесса. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— С тобой всё в порядке, — тихо проговаривает Зейн, рассматривая обычную и здоровую бледность лица младшего брата. Ни единого следа недосыпов, как раньше, никакой измождённости, а главное — уже три дня ни единого следа чёрного льда. — Это и удивляет нас. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не это ли и было вашей целью? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чтобы обуздать это в себе — мне пришлось проходить тренировки внутри самой горы, отключить эмоции и едва не потерять любимую девушку. Я не могу поверить в то, что тебя лечит просто свежий воздух и сон до обеда. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не приплетай меня к себе, ага? Мы — разные, Зейн, — щурит обозлённо тёмно-синие глаза Сонхун, сжимая руки в кулаки. — Как минимум, я не пытался в двенадцать убить свою будущую жену и не был в плену чокнутого профессора, чтобы «обуздать» свою силу, — эти слова заставляют Зейна вздрогнуть, но Сонхун не останавливается. — А, как максимум, мне двадцать, а я всё ещё не убил никого. Хоть и пытался. Но мои руки — чисты. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он видит, как ранит этими словами брата, знает, что кроме того, что Зейн едва не убил Тессу в детстве, после убил лучшего друга и ещё многих невинных людей, он потерял и сам не мало. Родители, друзья, огромная часть жизни и детство. Зейн потерял достаточно, но и обрёл не мало. Хорошая работа, любимая девушка, ставшая женой, даже после того, как ей помогли вспомнить инцидент из детства, теперь свой дом, уважение множества людей и заслуги. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Твои руки чисты, — повторяет Зейн, поджимая губы и глядя на кулаки Сонхуна. — Слишком чисты, Сонхун. А ты вне себя от злости. Не находишь это странным? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сперва Сонхун не понимает, о чём брат говорит ему, но после опускает взгляд на свои кулаки, понимая, что даже когда ярость клубится в груди — чёрный лёд не наступает. Он не окутывает коркой его кожу, не искрится на костяшках и не режет вены изнутри. Сонхун просто жутко зол и раздражён. Но то, что забрал у него этой ночью Чонвон, то, что отравляло его жизнь столько лет — всё ещё дремлет внутри, медленно возможно восстанавливаясь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— И ты хочешь, чтобы я поверил, что Сноукрест помогает тебе свежим воздухом? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— А я-то тут при чём?! — огрызается Сонхун. — Радуйся, что я излечиваюсь. Ты ведь был так пристыжен своим больным младшим братом. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Это не так. И ты это знаешь… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чего ты хочешь от меня, а? Видишь? — поднимает он ладони. — Я в порядке. Наконец-то. Просто порадуйся уже и иди займись женой. Кто знает, вдруг её Эфир всё же не выдержит однажды помогать тебе и разорвёт к чертям её сердце. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сонхун! ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Зейн не выдерживает и вскакивает с дивана, зелень в его глазах искрится яростью, и Сонхуну даже приходится отступить на полшага. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— За что ты так к ней жесток? — понижает голос Зейн, в нём сквозит отчаяние. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ — А за что жизнь так жестока к нам всем? Кто-то рождается в полных семьях, без Эвола и просто живёт свою жизнь. Кого-то он убивает медленно и рушит в самый неожиданный момент. А кто-то и вовсе вынужден умереть в семнадцать и стать лабораторной крысой, — шипит Сонхун. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Не сразу понимает, что болтает слишком многое и закусывает язык, но Зейн, как доктор и человек прошедший слишком многое с Эвер групп, к его счастью, не понимает скрытый намёк, думая лишь обо всех пациентах и аберрантах, что умерли в больнице в своё время. Он вдруг смотрит на Сонхуна сочувственно, неверно считывая его эмоции. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я не знаю, Хун. И я пытался это изменить, — Зейн опускает взгляд и смотрит на бумаги на столе. — Мы с Ноа пытались. Пока он не обезумел идеей создавать идеальных людей на базе чёрного льда и моего Эвола. Мы могли бы помогать людям. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Так продолжи. В чём проблема? У тебя есть я, мой лёд и наш Эвол. Эти лаборатории, в конце концов. Ты знаешь всё, что нельзя делать, так почему нет? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Потому, что это не поможет, Сонхун, — Зейн вновь смотрит в его глаза. В тёмной зелени ничего, кроме боли. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Есть только два пути и оба они — ужасны. Подопытные либо начнут умирать, не выдерживая слияния с чёрным льдом, либо… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ — Либо? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Либо начнут превращаться в таких же монстров, как те, с которыми боролась Тесса и Ассоциация Охотников. Которых… — Зейн делает глубокий вдох. — Которых убивал я, когда был Доунбрейкером. Пути два, но итог один — смерть. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун буквально дёргается от этого слова, задушенно вдыхая. Перед его глазами мгновенно бледное лицо, обрамленное белыми волосами. Чонвон, которому Зейн тоже пророчит смерть. Чонвон, которого Зейн определённо убьёт, как только увидит, если переживёт воздействие его Эвола, который Чонвону не составит труда забрать. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— А если… — шепчет Сонхун, Зейн тут же хмурится вопросительно. — Что, если…есть всё же возможность… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Её нет, Хун. Ни единой. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Но всё же, — рычит тот, стискивая зубы. — Что, если бы ваши опыты наконец увенчались успехом и вы помогали бы людям, просто…просто делая их совершеннее. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Зейн кривит лицо, оглядывая теперь Сонхуна неверяще. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не говори, что сходишь с ума, также, как и Ноа… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— А то что? Убьёшь меня? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не говори так, — Зейн делает шаг вперёд и наставляет на Сонхуна палец. — Ты знаешь, что я никогда не причиню тебе зла. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Даже, если однажды я выйду из-под контроля? — вздергивает бровь Сонхун. — Даже, если убью кучу человек и буду опасен для общества? Даже тогда меня не тронешь? Это же часть твоей работы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я найду способ, как привести тебя в чувства и оставить в живых. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Тогда почему ты не находил его для всех тех, кого убил? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Зейн замирает от этих слов. Видно, как боль разъедает его внутренности а зеленые глаза искрятся той эмоцией, которую Зейн обычно скрывает ото всех и даже от Тессы. Сонхун сужает глаза. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Скажешь, что во всём виновато наше проклятье? Едва ли. Мне почему-то удалось никого не убить. И вот, Зейн, почему мы разные, говорю тебе это снова. Я всё ещё никого не убил. А ты даже не попытался обуздать лёд и найти способ оставить их в живых. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И Сонхун был прав. Зейн боролся не в полную силу, Зейн позволял льду затуманить мозг и отравить сердце. В глубине души — Зейну нравилось быть палачом, и быть такой важной и устрашающей фигурой во всех своих воплощениях. И теперь, если поставить перед ним Чонвона — он забудет о своём благородстве и выпустит Доунбрейкера наружу, только чтобы просто избавить мир от скверны и даже не попытаться… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— На твоём месте, я бы просто радовался, что со мной всё в порядке и занялся своей жизнью, — хмыкает Сонхун, расслабляя кулаки и выпрямляя плечи. — Пока это вообще ещё возможно и очередная Эвер Групп не начала свои грязные делишки. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун разворачивается на пятках и выходит из гостиной, прячась в кухне и опираясь руками о столешницу. Он знает, что Зейн не пойдёт за ним следом, что он набросал ему в голову миллион новых и тяжёлых мыслей. Но ему самому было до удушья тяжело теперь думать о Чонвоне. О том, как спасти его, вытащить, и что делать, если к вечеру его чёрный лёд не вернётся. Как тогда добраться до Чонвона? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И можно ли было его спасти вовсе.? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀                             ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

* * *

⠀⠀⠀              ⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Esoterica — I'm just one]

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀И Сонхун не находит ничего лучше, чем сбежать ночью в заснеженную улицу. Оставляя позади спящий особняк, брата и Тессу, он выходит в ночной холод Сноукреста и осматривается, чтобы понять, как он может добраться до горы Этернал. И не находит ни единого варианта, кроме, как использовать свой нестабильный Эвол. Он помнит, как в детстве, когда чёрный лёд ещё не поселился в его сердце, Зейн забавы ради учил его подобным трюкам. Но ещё ни разу он не выполнял их на высоте нескольких сотен метров с реальной возможностью умереть. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун образует одну ступень изо льда за другой, зависающих в воздухе и пошатывающихся под его весом. Он уже не был тем восьмилетним ребёнком, который мог с легкостью перепрыгивать по ледяным ступеням, созданным братом или им самим. Он ощущал, как тяжело было использовать Эвол настолько много, долго и упорно. Он никогда раньше не делал ничего подобного и это буквально высасывало из него всю энергию. Но пути назад не было, его тело зависло на ледяной ступени посреди обрыва между отвесной скалой горы и склоном, на котором находился особняк. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сглатывая тяжело, Сонхун чувствует, как дрожать начинают руки, но продолжает. Заставляет их засветиться голубым вновь, пока в пустоте перед ним не образуется новая ступень. Заметно тоньше и чуть меньше, но он всё же пробует, наступает на неё и шатается, едва удерживая равновесие, когда резко расставляет руки в стороны. Он дышит тяжело морозным воздухом, его щеки порозовели от напряжения, а глаза горят неистовым огнём ледяного Эвола. Но оставалось ещё немного. И он не мог сдаться. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Последняя ступень даётся ему с таким трудом, что он почти задыхается, когда создаёт её, дрожит всем телом и думает, что вот-вот упадёт, но встаёт всё же на неё, переводя дух. И решает перепрыгнуть с неё вперёд, чтобы больше не мучать себя. Он столько раз лазал по заборам и лестницам, когда был подросткам, у него большой рост и в принципе не мало сил. Он должен справиться, расстояние не больше полутора метров… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но, когда Сонхун делает прыжок, его тело срывается с края ледяной ступени и всей своей слабостью летит вверх над обрывом, смотрящим на него снизу своей чернотой, как бездной. Сонхун даже не успевает закричать, воздух застревает в горле, так же как и его пальцы застревают во льдах отвесной скалы горы Этернал, за которую он цепляется отчаянно. Его зубы сжаты до боли, тело напряжено насколько возможно в его слабом и измождённом состоянии. Но из последних сил, он заставляет свой Эвол работать опять и образует плотную корку льда от скалы к своей руке, чтобы держаться. А выше ещё одну. И ещё. Чтобы залезть наконец наверх и повалиться на ледяной выступ, лицом в снег, едва дыша. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он перекатывается на спину и смотрит на тёмно-синее, как его глаза, небо. Где-то вдалеке сияет Аврора, которую он так любил в детстве и так возненавидел теперь. Его Эвол должен был быть таким же прекрасным, чистым и волшебным. Его Эвол стал орудием самоубийства в его сердце. Стискивая зубы и переводя дыхание, Сонхун с трудом поднимает себя со снега и, пошатываясь, упрямо идёт вперёд. Зейн смог однажды прийти к точке Абсолютного Нуля в своём теле и внутри горы Этернал, так почему это не сможет сделать и Сонхун? И пусть он не знает совершенно, что именно брат делал и что нужно делать ему…это ведь не сложно, да? Просто опустить температуру своего тела до температуры целой горы, слиться с ней, срезонировать с её энергией. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун шипит и сразу же закрывает рукой лицо, когда уже на входе в пещеру его сносит ледяной поток силы. Гора будто выталкивает его, пытается доказать ему, что ему здесь не место, что она сильнее. Но Сонхун, сцепляя зубы, активирует свой Эвол, его ладони светятся голубым и он буквально пробивает себе путь вперёд, превозмогая этот поток силы и едва перебирая ногами по замёрзшему снегу. Он дрожит внутренне, потому что впервые ощущает холод зимы на своих костях. Это чувство странное, ему незнакомое, новое. Оно не нравится ему, пробираясь под одежду и кожу, взрезая её хлеще, чем чёрный лёд. Но Сонхун идёт в самый центр, где лёд под скалами переливается голубым, как и его ладони. Где лёд подсвечивает бледность его лица и сливается с яркой голубизной его сияющих глаз. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он рушится на колени, не доходя до камня в центре всего пару метров и тяжело дышит, вминая пальцы в замёрзшую снежную землю под ногами. Пытаясь прикоснуться к самой горе, почувствовать её на кончиках замерзающих пальцев. Его руки краснеют, бледная кожа покрывается розоватым, сосуды темнеют. Он никогда раньше не замерзал и не знал, каково это: ощущать такой дикий колючий холод, дрожать всем телом от холода и…постепенно остывать. Он держится. Вдавливая руки глубже, он почти ощущает ледяной камень под слоем замёрзшего и осевшего снега в пещере. Снег вокруг от его ладоней искрится голубым, как и стены, покрытые магическим льдом. Сонхун ждёт. Ждёт, когда ему наконец станет лучше, как это было с Зейном. Он ведь смог, почему же у Сонхуна не получается? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И как ему вообще прийти к точке Абсолютного Ноля, если он уже сейчас едва дышит? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он жмурится, морщится. В его голове вместо всепоглощающей тишины, что была до этого — внезапно резкий и оглушительный гул целой горы. Она давлеет на него, она ругается на него, она борется с ним. И отчаянно пытается выплюнуть его, не желая принимать. Сонхун же отчаянно применяет свой Эвол к ней, не желая сдаваться. Он слышит, как сквозь весь этот оглушительный гул и вой, бьётся всё медленнее его сердце. Как вместе с упорством и яростью, из него уходят последние силы…и активируется чёрный лёд. В и без того истощённом и изувеченном внутренне теле — просыпается снова замершее ненадолго проклятье. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун смотрит на свои руки, как по тыльной стороне ладоней искрится инеем чёрный лёд, как утопает в снегу, где его пальцы. И как отравляет он яркий голубой свет, превращая его в чёрно-серебряное свечение. Его проклятый Эвол вырвался наружу, отравляя теперь не только его или людей вокруг, но и целую гору, что взвыла лишь громче от боли. Сонхун впервые не чувствовал боли своей, когда чёрный лёд уже поднялся по шее, покрывая её тонкой коркой. Не чувствовал, как режет вены, потому что холод, которым его окутала пещера — был сильнее. Кости выкручивало, а вены жгло от того, что Сонхун замерзал так, что уже никакой его чёрный лёд не был ощутим. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун погибал. И понял это слишком поздно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Перед его глазами пещера двоилась, размывались ледяные стены, что теряли теперь свой голубой свет тоже, покрываясь чернотой и угасая. Сонхун терял себя и свою жизнь, убивая вслед за собой целое природное явление, чего не смог даже Зейн в своё время. Поддавшийся силе горы, позволивший ей окутать и принять себя, он принял её помощь и медитировал в пещере часами. Когда как Сонхуну хватило жалких минут, чтобы убить всё живое вокруг вместе с собой. И вот чем они ещё отличались тоже. Вечно находящийся в контроле своих эмоций старший и хаотичный и взрывной младший. Они никогда бы не смогли справиться с этим проклятием одинаково. Но Зейн почему-то питал к этому такие большие надежды, оказавшийся в этом больше простым человеком, нежели хладнокровным учёным. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И вот к чему это привело. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун моргает раз, два. И падает на бок, отпуская гору из-под своих рук. Дышит через раз и перекатывается слабо на спину, закрывая глаза и принимая свою участь. Как минимум, он уже не чувствует никакой боли, кроме разъедающего, как кислотой, кости холода. Он замёрзнет здесь в считанные секунды и не почувствует ничего сильнее, чем лютый мороз, сковавший кости и даж внутренние органы, смешанный с его проклятьем, острыми иглами текущим по венам. Сонхун чувствует, уже без боли, он просто чувствует, как чёрный лёд заползает на его челюсть, лицо. Покрывает тонкой коркой инея его бледную кожу. Он умрёт в этом коконе. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но хотя бы больше не причинит никому зла. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Его сердце начинает пропускать уже два удара. Руки валятся вдоль тела, а в голове пропадает гул, потому что гора Этернал победила его. Она успокаивается, теперь лишь убаюкивающе урча под ним и восстанавливая свои силы. Сонхун проиграл. Ей и этой жизни. Уголки его губ дёргаются в слабой разбитой ухмылке. Чонвон навсегда теперь останется один. Погребённый под двумя этажами секрет профессора и смерть всего человечества. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что ты за идиот вообще такой?! ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун слышит манерный и злой голос. Сонхун усмехается шире. Галлюцинации — одна из стадий предсмертной агонии. И, если честно, он так рад, что ему слышится Чонвон, а не нравоучения Зейна или слёзы Тессы…но крепкие руки хватают его под спиной и ногами, выволакивая из яркой светящейся пещеры. Всё вокруг гаснет и Сонхун прощается с этим неприятным и холодным миром, но воздух вокруг слишком живой. Сияние Авроры вдалеке слишком уж реально перед его едва открывшимися глазами, наполненными усталой влагой. Рука под его головой слишком грубо дёргает его, заставляя посмотреть в другую сторону. На чистое и бледное лицо, склонившееся над ним с сияющими голубым огнем глазами. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Давай, дыши, идиот. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Тело Сонхуна выбрасывает вверх, почти ломая в позвоночнике, когда его груди касается ладонь, пока вторая держит крепко за затылок. Он несдержанно кричит от ужасающей боли, раздирающей лёгкие и вены, врезаясь пальцами в снег под собой. Чонвон забирает из его тела чёрный лёд быстро, хладнокровно и без остатка…чтобы спасти. Чонвон выбрался из подвала дома и пришёл к нему сюда…чтобы спасти. Чонвон. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун находит в себе силы, чтобы схватить его за запястье и уставиться шало в нахмуренное и сосредоточенное лицо. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чонвон… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не дёргайся. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Какого чёрта?! ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Memorist — Kigo]

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун задыхается. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Одновременно от того, что последний чёрный лёд проскальзывает по ладони Чонвона из его тела, и голоса Зейна, что вместе с Тессой оказались на горе вместе с ними. От ужаса за жизнь того, кто спас только что жизнь его и может быть никем, кроме него, не понят. От ужаса за то, что он может потерять того, кого толком даже не успел обрести. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Чонвон движется быстрее. Отстраняясь от Сонхуна, он выпрямляется на ноги и склоняет опасно голову, сверкая голубыми глазами в сторону Зейна и Тессы, что буквально висела на его теле, цепляясь за руку и пальто. Слабая, как никогда бледная и дрожащая. На подгибающихся ногах, придерживаемая Зейном за талию, с блёклым золотом на кончиках серебристых волос. Она выглядела такой, какой Сонхун даже не всегда видел её после миссий со Скитальцами. Такой, словно это из неё Чонвон выкачал все силы и остатки Эвола. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Отойди от него, — рычит Зейн, вскидывая руку и активируя свой Эвол, искрящийся голубым и слегка бирюзовым светом, как та самая чертова Аврора за его спиной. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты ещё кто.? — шипит Чонвон, двигая тонкими пальцами и образуя на ладони острую льдину, сотканную из чёрного льда, которым он так искусно управлял, забрав у Сонхуна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Прекратите… — слабый шёпот Сонхуна, его такие же слабые попытки подняться, опираясь ладонями о снег. — Чонвон, помоги мне… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он даже не думает молчать или стесняться, когда обращается к нему за помощью. Он тянет к нему руку так безоговорочно доверчиво, выжидая, пока озлобленный взгляд голубых глаз метнётся к нему. Видя, как он едва заметно меняется, когда Чонвон, перебрасывая льдину в другую руку, вторую протягивает ему и дёргает на себя, помогая подняться. И теперь, они так жутко и одновременно комично смотрелись на самом краю Этернала. Две пары, в которой один готов был ворваться в бой, а второй буквально падал в руки первого, пытаясь сыскать опору или остановить. Сонхун бездумно и отчаянно цепляется за робу Чонвона на плече, повисая на нём всем своим ростом. Выдыхает, когда ощущает цепкие пальцы на своём плече, что поддерживают. И обращает свой измождённый взгляд на брата, стоящего неподалеку напротив. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Замирает, хмурясь вопросительно, потому что рука Зейна опускается. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чонвон? Ян Чонвон.? — шепчет Зейн, но шепот его такой громкий в этой тишине, что Чонвон под весом Сонхуна вздрагивает и щурит голубые глаза. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Кто ты, чёрт возьми?! — рычит он. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Палата девяносто два, — произносит Зейн. — Мальчик, который исчез… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун вцепляется в плечо Чонвона крепче и подцепляет второй рукой робу на его спине, будто пытаясь удержать, а не только удержаться самому. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Эксперимент «Абсолютный Ноль»…так это ты? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Дыхание в горле Сонхуна застревает. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Так ты знал?! ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— У него получилось… — не слыша вопроса брата, шепчет Зейн, крепче прижимая к себе Тессу, что снова дёрнулась от резкой боли в груди. Её сердце светилось золотым даже сквозь одежду, и Сонхун содрогнулся от этого вида, мечась взглядом меж Зейном и Тессой. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Это мой брат, — шепчет Сонхун на ухо Чонвона. — И его жена. Они привезли меня сюда. Они… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что? — фырчит Чонвон, перехватывая Сонхуна под спину удобнее и крепче, держа его так просто, словно он не был меньше него ростом и тощим, как палка. — Будешь умолять меня не трогать ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Они могут помочь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Да им самим бы помощь не помешала. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Эти слова заставляют Сонхуна повернуться вновь. Посмотреть на извивающееся от боли тело Тессы, которое Зейн укладывал на своё пальто, что бросил на землю. Она, кажется, не видела и не слышала никого вокруг. Она, кажется, в самом деле страдала так сильно… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Она чувствует его, — потеряв всю спесь и злобу, бормочет Зейн, прикладывая ледяную руку к её лбу и щекам, чтобы унять возможный жар. — Со вчерашней ночи она чувствовала его, но не знала, в чём дело. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Он, как Скиталец для неё? — Сонхун впивается пальцами в робу Чонвона крепче, не зная, чего от него ожидать. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Он, как Сайлас для неё, — рыкает Зейн, поднимая взгляд на них двоих. — Прекрати. Что бы ты не делал. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И Сонхуну так хочется вскрикнуть, защитить Чонвона, сказать, что он ничего не делал, кроме того, чтобы защитить его. Но вот Чонвон цыкает языком, закатывает глаза и отворачивается от них, чтобы перехватить тело Сонхуна рядом с собой удобнее и посмотреть на его лицо. А тело Тессы внезапно опадает в руках Зейна, переставая светиться золотым в сердце сквозь одежду и кожу. Её в самом деле отпускает, когда Чонвон отворачивается. И кости Сонхуна буквально выкручивает от ужаса. Ужаса того, в чьих руках он сейчас находился и кому решил доверять. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чонвон… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Она жива, — просто говорит он, сужая голубые глаза и всматриваясь в лицо Сонхуна. — Какого чёрта ты попёрся сюда? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ — Что? — растерянно моргает Сонхун. — Ты серьёзно будешь спрашивать это сейчас… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— В дом. Живо, — командует Зейн, а затем сгребает тело Тессы в охапку и одним большим прыжком бросается с края скалы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Все внутри Сонхуна замирает, но вот под ногами Зейна даже без особых усилий появляются те самые ледяные ступени, на создание которых Сонхун потратил, кажется, все свои силы. Зейн же легко перескакивает по ним, умудряясь держать тело Тессы в руках, перебираясь к особняку и исчезая в его темноте. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты…- он оборачивается на Чонвона. — Так же..? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Нет, — хмыкает тот. — Я могу пересечь этот обрыв в один прыжок. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И Сонхун не успевает ничего даже сказать, когда Чонвон хватает его под рёбрами и тащит к краю, прыгая с него и действительно в один длинный рывок оказываясь напротив особняка, вновь возвращая Сонхуна на трясущиеся ноги. Сердце Сонхуна так и не пришедшее в норму, начинает колотиться сильнее. Глаза его шало и дико смотрят в спокойное лицо Чонвона. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— И теперь он посадит меня на цепь или вовсе попросит самоликвидироваться? — прыскает Чонвон, глядя туманно на особняк. — Ты ведь понимаешь, что я буду бороться за свою жизнь? — переводит он этот взгляд на Сонхуна. — И я выиграю. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Пальцы Сонхуна на его плечах стискиваются до боли. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я говорил тебе, что я что-нибудь придумаю, Чонвон. Просто дай мне попытаться… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я не стану тянуть, если почувствую опасность. Учти это. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун лишь коротко кивает. Зная, на какой жуткий риск он идёт, зная, чем он рискует и жертвует сейчас, проводя Чонвона обратно в дом. Зная, чем всё может кончиться, он проходит внутрь и ведёт Чонвона за собой, глядя на то, как под слабым светом огня в камине, Зейн гладит волосы Тессы, что лежала без сознания на диване, накрытая пледом. Отдавшая ему всю себя, всю свою жизнь и дело, к которому стремилась с детства. Осознававшая тоже все риски, она лежала сейчас там, словно бездвижная кукла. И Сонхуну больше не за что было на неё злиться. Сонхуну впервые стало её безудержно жаль. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что всё это значит, Сонхун? — тихо вопрошает Зейн, даже не глядя на брата и сидя на полу возле Тессы. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун не успевает раскрыть рот для ответа, как Чонвон внезапно исчезает из-под его, казалось, крепкой хватки. Он лишь моргает, бросаясь вперёд, чтобы догнать, но Чонвон скрывается за дверью подвала так быстро. Сонхун никогда не видел никого столь быстрого, никого с подобным Эволем. Казалось, Чонвон хранил в себе не один даже десяток чужих способностей. Но вот он возвращается также внезапно и быстро, как исчез, швыряя коробку под ноги Зейна и возвращаясь к Сонхуну, вставая возле него, как будто там и было его место. Коробку, которую Сонхун нашёл в первую ночь и разворошил, начиная читать все толмуты Ноа. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что это. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— История моего создания, — бросает Чонвон. — Если тебе так интересно, что это всё значит. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Мы искали… — растерянно произносит Зейн, подтягивая к себе коробку и доставая первый попавшийся блокнот. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не нашли бы, даже, если бы захотели. Ноа стал окончательным параноиком и спрятал меня там, где именно ты не смог бы найти, — парирует Чонвон, скрещивая руки на груди неуютно поводя плечами. — Я вспомнил кто ты, док. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Вопросительный и диковатый взгляд тёмно-зеленых глаз Зейна поднимается на Чонвона. Стоящего немного впереди Сонхуна, будто пытаясь закрыть его собой. Зейн смотрит и на Сонхуна. Осознание в его глазах слишком очевидна, заставляющая потухнуть яростный огонь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чёрный лёд… — блокнот из его рук почти падает, но он перехватывает его, опуская голову и пытаясь понять хоть что-то. — Я находил осколок моего Эвола, запечатанный в старинную трость, — бормочет он. — Но я понятия не имел… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что она открывает тайный проход ко мне? Да никто бы до этой чуши не додумался, — плюётся Чонвон. — В последние дни он был совершенно отбитым, говорю же. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Но как ему удалось… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Зейн закапывается в блокноты. Один, второй. Он листает каждый по очереди, доставая из коробки, вчитывается в строки и показатели, теряется в мыслях и осознании, подсчётах и попытках понять. Сонхун чувствует, как кружится голова и падает на край дивана, тут же цепляясь рукой за край кофты робы Чонвона, что не упускает это из виду и вздыхает, опуская ладонь на его плечо. Сонхун вздрагивает, ожидая что Чонвон снова начнёт питаться теперь его Эволем. Но Чонвон просто сжимает пальцы и не отпускает. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ А, когда искристый взгляд Зейна вдруг резко вскидывается на Чонвона, а его пальцы незаметно сверкают голубым, Чонвон поднимает вверх вторую руку и сжимает пальцы в кулак, схлопываясь способность Зейна на расстоянии. Заставляет его задохнуться от удивления и ужаса, на этот раз действительно роняя блокнот. Сонхун вцепляется в кофту Чонвона сильнее, желая его остановить. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты не сможешь убить меня, Доунбрейкер, — качает головой Чонвон. — При всём твоём великом желании, опыте и силе…никто из вас не сможет. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Кого ты создал, Ноа… — едва слышно шепчет Зейн, сглатывая. Сонхун впервые видит брата таким. Разбитым, поверженным и потерянным. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Абсолютный Ноль, — усмехается колко Чонвон. — Того, кого не смог создать из тебя. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чонвон… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун тихо и почти жалобно зовёт его, поднимая взгляд тёмно-синих глаз и встречая на себе уставший немного взгляд голубых. Пальцы Чонвона на его плече сжимаются чуть крепче. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ — Ну что? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Пожалуйста… ⠀⠀⠀ Сонхун не хочет, чтобы прямо сейчас на его глазах Чонвон убил последнего родного для него человека, пусть их отношения с Зейном и испортились с годами. Сонхун не хочет, чтобы Чонвон убил и Тессу, быть честным, она так сильно настрадалась в своей недолгой жизни. Но Сонхун не хочет и терять Чонвона, так и не обретя его даже до сих пор. Сонхун просто хочет, чтобы эта ночь кончилась. Сонхун просто хочет Чонвону и себе помочь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Тц, — Чонвон цыкает и отходит вдруг от Сонхуна, заставляя его сердце замереть. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но Чонвон подходит к дивану, на котором лежит Тесса и, под протестующий и испуганный взгляд Зейна, просто касается её грудной клетки…и постепенно выкачивает тот Эфир, что был лишним и убивал её постепенно с каждым годом. Тот, что копился с каждой битвы, каждого прожитого года, каждого раза, когда она помогала Зейну и Сонхуну. Обнуляя её буквально. И помогая ей прожить ещё несколько лет, пока показатели снова не станут критическими. Помогает потому, что Сонхун. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что ты сделал?! — взрыкивает Зейн, поднимаясь на ноги и возвышаясь над Чонвоном, что убирал руки от Тессы, принимая в себя через кончики пальцев золотой свет, искрящийся по его венам теперь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Почему-то до сих пор не убил вас, — не отстаёт Чонвон в тоне голоса и спокойно возвращается к Сонхуну, глядя в его застывшее в шоке лицо. — Доволен? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Доволен ли Сонхун? Он буквально не знает, что ему делать…его взгляд вспыхивает голубым от осознания, впиваясь в Зейна, когда он вдруг встаёт, пошатываясь и почти падая в подставленные руки Чонвона, так спокойно поймавшего его. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Отвези нас домой, — тихо просит он брата. Глаза Зейна распахиваются в непонимании и удивлении. Немом шоке и недоверии. И даже Чонвон под руками Сонхуна напрягается всем телом. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Отвези нас домой. Мне больше не нужно помогать. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сонхун, ты не осознаёшь… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Осознаю. Слишком хорошо осознаю. Мне больше не нужна ваша помощь, Зейн. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ — Он убьёт тебя однажды! — отчаянный вскрик Зейна заставляет Сонхуна поморщиться. Лицемерие брата так сильно бьёт в его сердце. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты тоже едва не убил Тессу. Уже дважды. Но она осталась с тобой. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Туше. Зейн ранен теперь точно также, словами брата, как и тот его лицемерием. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сонхун… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Просто отвези нас домой, — шепчет Сонхун, опираясь о Чонвона и чувствуя, как его пальцы теперь тоже впиваются в спину. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты чего удумал, идиот? — шикает Чонвон ему на ухо. Но Сонхун лишь держится за его плечо и локоть, мотая головой. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я же говорил, что придумаю что-нибудь, — смотрит он на Чонвона. — А ты вполне выжил вне камеры, — слабо усмехается он. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Глядя на то, как спокойно Чонвон выбрался оттуда, преодолел немалое расстояние до горы, спас его…и стоял теперь рядом, не пытаясь напитаться, а просто поддерживая его слабое тело. Не пытаясь даже никого из них убить, Чонвон стоял и держал его в своих руках так, будто не был смертоносным оружием и самым опасным в мире существом. Просто был тем, кому Сонхун доверился однажды. И доверяет теперь всецело свою спасённую жизнь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Утром, — сдаётся Зейн, опуская голову и запуская в волосы пятерню. — Я отвезу вас утром. Но, если Тесса не проснётся… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Хватит, — выдыхает Сонхун, падая лбом в плечо Чонвона и наконец расслабленно дыша в его руках. — Утром мы будем ждать внизу, — говорит он, продолжая тише, только для Чонвона. — Моя комната наверху. ⠀⠀⠀⠀⠀ И даже не вздрагивает, когда тот на своей невероятной скорости утаскивает его наверх, будто по запаху находя нужную комнату и проваливаясь вдвоем в её темноту. Он отпускает Сонхуна только тогда, когда оба они валятся на постель. Перекатываются на спины, воззряясь устало в темный потолок. Никто из них не произносит ни слова, привыкая к тишине и темноте, пока Сонхун наконец не поворачивает голову, встречаясь с сощуренными на него глазами. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Идиот, — бормочет беззлобно Чонвон. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Добро пожаловать обратно в мир живых, Чонвон, — шепчет Сонхун, находя на кровати его руку и сжимая её крепко. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Находя в Чонвоне свой собственный Абсолютный Ноль. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀        ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀