Hide&Seek

              ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀              

* * *

⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀              

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Johnny Goth — don't fear the end]

⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Вытирая насухо тело Сону, Сонхун не позволяет ему надеть ничего, кроме тонких черных брифов, а затем тащит его за шею обратно в комнату. В приглушённом холодном свете, он толкает его к медицинскому креслу, о которое Сону опирается, оглядываясь вопросительно. Его глаза всё ещё немного заплаканные, а тело дрожит после оргазма. Ему сейчас наверняка тяжело воспринимать своё обычное состояние после всего, что Сонхун заставлял его чувствовать и не чувствовать вовсе. Норма для Сону теперь была сломана. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Садись. Я не планирую затаскивать тебя туда, — командует Сонхун, пока отходит к тумбочке, открывая её ящик. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он не боится оставлять Сону, не боится не держать его. Сонхун теперь точно знает — даже с открытой дверью, Сону не уйдёт. Как минимум, не хватит сил, как максимум, будет слишком страшно, потому что способность Сонхуна не предполагает даже зрительного контакта и он сможет поймать Сону в любую секунду. Сону с трудом забирается на медицинское кресло, его ноги всё ещё дрожат, но он усаживается на кресло, глядя на Сонхуна. Все мышцы в его худощавом теле напряжены и заметны. Глаза его распахиваются, когда он видит, что Сонхун достаёт из тумбочки, идя теперь к нему. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Так смотришь, будто тебе это знакомо, — усмехается Сонхун, вставая напротив кресла и разглядывая взволнованное и испуганное лицо Сону, упершегося взглядом в стальной чокер в руках Сонхуна. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Знакомо… — шелестит он, его голос всё ещё его предаёт. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Готов поспорить, — Сонхун приближает чокер к Сону. — Никто ранее не просил тебя трогать это. Верно? Коснись его. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Возьми чокер в руки, Сону. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун видит, как плечи лисы вздрагивают, а зрачки пульсируют от звука своего имени так холодно, громко и непоколебимо. Он сжимает тонкие пальцы в кулак, прежде чем наконец протягивает руку и забирает стальной толстый чокер из рук Сонхуна. Это тонкий, но тяжелый металл, широкой полоской обвивающий шею с тонкой цепочкой и кольцом позади. Или спереди… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что ты чувствуешь, пока держишь это? — спрашивает Сонхун. Сону абсолюино теряется от вопроса и поднимает на него распахнутые глаза. — Опиши свои ощущения. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Тяжелый… — брякает Сону, осторожно опуская взгляд на чокер в своих пальцах. — Большой. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Точно описываешь чокер? — усмехается Сонхун, оглядывая бледное тело перед собой. Он видит, как по телу Сону идут мурашки. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Чувствую безысходность. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Это буквально кликает в Сонхуне. Его брови приподнимаются в изумлении, но и признании. Он поджимает губы, забирая чокер из рук Сону. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Голову вверх. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сону лишь на долю секунды сомневается, прежде чем сдаться и поднять голову, вонзаясь обреченным взглядом в лицо Сонхуна, пока тот спокойной открывает чокер и прислоняет холодный металл к шее Сону. Тонкое серебро прижимается к длинной шее широкой полоской, обнимая его. Заставляет Сону вздрогнуть всем телом, когда защёлкивается под его затылком. Толстое кольцо ложится на его хребет. Руки Сонхуна всё это время так искуссно движутся, что даже ни разу не касаются кожи Сону, лишая контраста. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ложись. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун сужает глаза, наблюдая за тем, как нехотя Сону укладывается спиной на кресло, пока его ноги выпрямлены и уперты пятками в край кресла. Сонхун хмыкает удовлетворительно, включая несколько сенсорных экранов сбоку от кресла, позволяя теперь Сону видеть его самого насквозь. Буквально. Чокер активизирует показатели его пульса, температуры, давления и дыхания. Сонхун всматривается в показатели, где давление понижено (Сону долго не ел, не удивительно), температура стабильна, дыхание почти ровное, а вот сердцебиение…слишком спокойное. Стабилизатор? Вряд ли, он чувствовал как гулко билось сердце Сону в ванной. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сону? — зовёт он тихо и вкрадчиво. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И улыбается, потому что пульс подскакивает мгновенно, а глаза Сону мечутся к его лицу. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Неплохо. Твоя судьба предрешена. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты раздавил мой навигатор…конечно… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Нет, — качает головой Сонхун. — Я решил это буквально час назад. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он лжёт. Но именно эта реакция ужаса и непонимания на лице Сону, его скакнувшее вверх давление — то, что было нужно. Максимально снизить важность Сону, как человека, как шпиона, как инструмента. Как тела. Если до этой секунды он думал, что Сонхун имел его в планах уже тогда, когда вырвал чип — теперь он точно был уверен в том, что Сонхун даже тогда подумывал просто убить его. И только теперь почему-то, перед тем как измучать его в душе, решил зачем-то его оставить. Такую мелкую сошку… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— И, если ты будешь хорошо справляться, — тихо проговаривает Сонхун, склоняясь к Сону и упираясь руками в кресло по обе стороны от его бёдер, — то я, может быть, даже не убью тебя после выполненного задания. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он видит, как пальцы Сону впиваются в подлокотники медицинского кресла, видит искру в его глазах. Оставалось ещё немного. Совсем чуть-чуть до того, как Сону поймёт окончательно, что пути назад нет. А путь вперёд, единственный возможный, чтобы пожить подольше — следовать приказам Сонхуна. Быть его целиком и полностью. Во всех ипостасях. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— В тоннелях холодно? — вдруг спрашивает Сонхун, склоняя голову. Сону хмурится непонимающе сперва. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Немного…? В одежде и.в движении — незаметно, — отвечает он также тихо. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Хорошо. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Потому, что Сонхун знает, что Эвер пойдёт на всё, чтобы вытравить мышь из тоннелей, если она всё же туда проникнет без их ведома. А значит… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ах…! ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сону вцепляется пальцами в подлокотники до побеления костяшек и изгибается слегка, потому что Сонхун воздействует на него своим Эволем и заставляет его тело чувствовать неукротимый холод. Щиплющий голую кожу, пробирающийся под неё и вгрызающийся в кости. Выкручивающий и сковывающий мышцы, вонзающийся в горло. Холод, как если бы Сону оставили в леядной камере при минус сорока и направили на него ледяную пушку. Его кожа идт мурашками, тело дрожит и сокращается каждой мышцей. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Имя? — рычит Сонхун, склоняясь ближе к рассеянному взгляду Сону, что пытается держаться. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Сону… — шелестит он. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Кто я? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— С-солон…? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Неверно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун рычит и включает сенсорику Сону на максимум, вырывая из него очередной болезненный крик. Тело его дергается на кресле, руки пытаются подняться чтобы обнять его, но Сонхун приковывает запястья Сону к подлокотникам своими пальцами, не давая пошевелиться. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Кто я? — почти урчит он в искаженное болью и внутренним холодом лицо. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— С…а! ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сону кричит вновь, потому что Сонхун резко швыряет его тело из холода в огонь. И теперь, после минусовой температуры, Сону горит. Сонхун лишь краем глаза смотрит на монитор, показатели Сону скачут, как будто мониторы испортились. Сону теперь тяжело дышит, испарина выступила на лбу, к нему прилипли и без того влажные после душа прядки. Сонхун пьёт его такое состояние, больнее впиваясь пальцами в запястья и придавливая их к подлокотникам. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Кто я, Сону.? — рокочет он. Глаза в расфокусе смотрят на него, Сону бегло облизывает губы, едва дыша от жуткого и удушающего изнутри жара. Он словно проживает лихорадку раз за разом. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Пожалуйста. — шепчет он. — Скажи мне… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Что? — фырчит изумленно Сонхун. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Скажи мне…что я должен ответить…? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И улыбается, обнажая удовлетворенно клыки. Тянется одной рукой к шее Сону, чтобы перевернуть чокер и схватиться за кольцо, подтягивая Сону за него к себе ближе. Их носы почти соприкасаются, Сонхун не отрывает разноцветных глаз от замыленного взгляда, впитывая в себя состояние Сону. Впитывая в себя его почти сломанную покорность. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Хозяин. Я — теперь твой хозяин, Сону. Не Эвер групп, не 108-я зона. Я. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сону едва заметно вздрагивает, сглатывая тяжело. Его сердце колотится, как бешеное, его показатели резко сбрасываются до нормы с запредельного максимума, потому что Сонхун отключает воздействие Эвола, возвращая всё в норму. Держит Сону за кольцо чокера, заставляя приподняться над креслом, упиваясь тяжелыми вдохами меж пухлых искусанных губ. И почти приникает к ним жадным взглядом, когда они размыкаются, произнося: ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Хозяин… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Ухмылка на лице Сонхуна дикая и слишком довольная. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

* * *

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀               ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Kayzo, Bad Omens — Suffocate]

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Сонхун всё же не до конца рассчитывает на здравый рассудок Сону, а потому, утром, дав ему выспаться, как следует после ночи мучений и изучений, он приносит ему черный тренировочный костюм и выжидающе смотрит за тем, как Сону собирается. Он по-прежнему сонный, холодная вода не помогала проснуться, узкий костюм не с первого раза приник к бледной коже, чоке мешался при наклонах. Но, когда Сону был подготовлен и подошёл к Сонхуну, молча и ожидающе глядя в его глаза, Сонхун лишь щёлкнул замками наручников на его запястьях и потащил к выходу. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он и не думал давать Сону слишком много воли и свободы, не сейчас, а потому, отключив его зрение и слух, он вёл его за собой, лишь одним пальцем небрежно держа за цепочку меж наручников. Но Сону никуда не рвался, и Сонхун жадно пытался понять: было ли это подчинение или временное затишье перед каким-нибудь фокусом? В любом из случаев, то, куда Сонхун его вёз: оставалось неизменным. А во-втором и вовсе не самым благоприятным исходом для Сону. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он вытаскивает его из машины, дёргая за собой и оглядывая холодно окрестности пустоши, окутанной красно-черным светом нагнетающего неба. Погода им сегодня благоволила и даже запаха озона в воздухе не витало, но вот же жалость, в планах у Сонхуна не было прогулок под чарующим убийственным небом. В его планах был только холодный и темный подземный лабиринт с подготовленными полу-абберантами. Терять Сону в такой прекрасный и удачный для мести Эверу момент не хотелось. Но риск — дело всей жизни в 109-й Зоне. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Кивни, если слышишь меня, — урчит Сонхун на ухо Сону, когда останавливает его перед огромной железной дверью в темном коридоре, возвращая ему наконец зрение и слух. Сону же, вместо кивка, тихо шелестит: ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Слышу. Где мы? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Тц-тц-тц. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун журит его и, скользя ладонью с одного плеча, вцепляется в волосы Сону на затылке, резко отдёргивая его голову назад к себе, и шипит в самое ухо. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Это может быть твоей последней возможностью ослушаться меня. Потому, что, если ты не пройдёшь этот лабиринт — от тебя не останется даже упоминаний в системе. Кивни, если понял? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И вот на этот раз, Сону судорожно кивает. Металлический чокер неприятно впивается в затылок, скальп болит от крепкой хватки Сонхуна, а атмосфера места, в которое они прибыли, и угроза — звучат слишком уж пугающе. И Сону уверен — Сонхун не блефует точно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Хорошо, — хватка Сонхуна в волосах Сону ослабевает, он возвращает его голову в нормальное положение и отщёлкивает с рук наручники, всё ещё стоя позади него и почти обнимая своими длинными руками; он тихо проговаривает Сону на ухо: — В лабиринте несколько полу-абберантов, ты знаешь, кто они. Тебе необходимо справиться с каждым и добраться до центральной кнопки. Не справишься — я не буду скучать, хоть и будет жаль. Справишься — получишь награду. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я ведь… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Не умеешь драться? Я знаю, — спокойно кивает Сонхун, отстраняясь от спину Сону. — Покажи мне то, чего я не знаю, если хочешь выжить. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун исчезает во тьме, отступая назад, пока совсем не пропадает в небольшой комнатке с множеством камер, следящих за лабиринтом. Он уже видит, как растерянные абберанты мечутся меж узких стен, пытаясь найти выход. Он видит, как замерший Сону стоит перед главной дверью входа в лабиринт. И улыбается, прекрасно зная, что творит с людьми страх смерти. И, если Сону не умеет драться в привычном понимании этоого слова, Сонхун уверен — обученный на проникновение в 109-ю Зону, Сону явно был натренирован так, как это подошло бы ему. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И он не ошибается, замирая и примагничиваясь жадно к мониторам. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Едва только ладонь его касается монитора для открытия двери, а Сону попадает внутрь, вздрагивая от того, как она тяжело и гулко закрывается за его спиной, Сонхун наблюдает, как хищник за добычей. Словно экспериментатор за мышью в пластиковом лабиринте, только многим опаснее. Он смотрит за тем, как Сону бежит, мечется меж высоких стен в полумраке, слышит его сбивчивое дыхание, видит на мониторе своего телефона показатели, что передаёт чокер. Сону в ужасе, Сону напряжен, Сону на пике своих человеческих способностей…и Сонхун не гнушается их немного улучшить, на расстоянии воздействуя своим Эволом и почти сбивая Сону с ног. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он включает его слух и зрение почти на максимум, и видит, как Сону почти врезается в стену и закрывает голову руками от переизбытка звуков. Но недолго. Через пару мгновений, тяжело вдыхая, Сону поднимает голову. Сердце Сонхуна словно замирает, потому что взгляд Сону меняется, упираясь в стену, где через несколько проходов бежал абберант, которого Сону теперь — слышал. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ В считанные секунды — жертва превратилась в охотникка. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сону бросается вперёд, пока разноцветные глаза Сонхуна жадно и внимательно следят за каждым его действием. Его руки напряженно впиваются в стол, все тело льнёт к экранам, на которых происходит чистейшая магия, несравнимая даже ни с одним Эволем в этом мире. Потому, что изящное тело Сону, обнятое черным узким тренировочным костюмом, что сливался с тенями, настолько грациозно перепрыгивало от пола к стене, что у Сонхуна застывало в горле дыхание. И замерло совсем, когда в очередной раз оттолкнувшись ногами от стены, Сону приземлился аккурат на спину рассеянного абберанта, опасным хищником возвышаясь над ним…и одним лёгким движением тонких рук — свернул объекту шею, спрыгивая грациозно и плавно на пол, чтобы двинуться дальше. Оставляя за своей спиной мертвое тело. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Оставляя Сонхуна в комнате наблюдения изумлённым…и возбуждённым. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Стол почти трещит под хваткой Сонхуна, пока он всем телом льнёт к камерам, разноцветными глазами выжигая через экран путь Сону. Смотрит за тем, как пластичное тело, сливаясь с тенями, движется прямиком к центру лабиринта, убирая на своём пути всё лишнее. Он, кажется, даже не боится. Он, как самый настоящий хищник, движется быстро, плавно и тихо, пока не настигает очередного абберанта, прыгая на его спину и сворачивая шею, как крышку на бутылке. Легко, просто, с оглушительным в тишине лабиринта щелчком. С каждым таким звуком лопается и что-то внутри Сонхуна. Его пальцы до боли врезаются в столешницу и ослабевают лишь тогда, когда Сону, тяжело дыша, наконец останавливается в центре лабиринта и бьет по кнопке открытия двери. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун вылетает из комнаты наблюдения за секунду до того, как ладонь Сону соприкасается с металлом. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Они почти одновременно оказываются на выжженном поле друг напротив друга. Сону — влезший наверх по ржавой лестнице. Сонхун — заставивший старый лифт подниматься быстрее, чем тот может. Сону всё ещё тяжело дышит, глядя в разноцветные глаза Сонхуна. Сонхун сжимает пальцы в кулаки, глядя в суженные глаза и ожидая от Сону какого-нибудь подвоха, чего угодно. Его сенсорные ощущения сейчас на максимуме, он возможно видит каждую прожилку в радужке Сонхуна, слышит, как бьется его сердце, быстрее чем нужно. И Сонхун ждёт. Но Сону лишь делает шаг к нему… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И падает в его подставленные вовремя руки, закрывая изнурённо глаза. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀        ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀       

* * *

⠀⠀⠀              ⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀[Esoterica — you are mine]

⠀⠀⠀              ⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Проходит тяжёлая, упорная и беспощадная неделя подобных тренировок, отключения и включения на максимум сенсорики Сону, прежде, чем Сайлас говорит Сонхуну о том, что всё готово. Его люди максимально подготовлены со стороны 109-й Зоны, все оружия, датчики, камеры и сенсоры на high-allert системе. Облажаться не может только Сону, от действий которого зависит и Сонхун. И вот этого Сонхун, конечно, не хотел. Но именно к этому он себя привёл, натренировав и переломив Сону под себя. Буквально. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Его разноцветные глаза примагничены к городу, укутанному алым небом за панорамными окнами; его тело слегка напряжено, расположенное на мягком диване прямо напротив окна в его комнате в отеле; в одной руке у него уже потеплевший бокал с остатками виски, когда как другая покоится на холодном серебре чокера на шее Сону. Сону, что спал истощённый на диван рядом с ним, завёрнутый лишь в шёлковую простыню и прижатый щекой к колену Сонхуна, экипированного полностью в свой кожаный костюм с цепями и ножами. Палец Сонхуна в кожаной перчатке совсем бездумно оглаживает край чокера, едва касаясь кожи Сону, когда он слышит тихий вдох. Но даже не смотрит вниз. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Надеюсь, ты выспался. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сону лишь слегка сдвигается на диване, чтобы уткнуться носом в бедро Сонхуна и тяжело вздохнуть. Сонхун правда пытался дать ему отдохнуть после тяжелых тренировок и перед смертельно-важным заданием. Но слабое и такое прекрасно гибкое в его руках тело продиктовало своё. И всю последнюю ночь Сонхун провёл за глубокими истязаниями бледной кожи и жарких внутренностей. Он брал Сону на любой попадавшейся под руку поверхности своей комнаты, наслаждаясь то криками боли из-за открытых ран от острого лезвия, то стонами наслаждения из-за давления его члена на нежные стенки. Он отключал ощущения Сону насовсем и включал их на максимум, заставляя того кончать до хрипоты и бессилия. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И ни разу за ночь не ощутил того, что ему было достаточно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Это уже сегодня? — сипло спрашивает Сону. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун только теперь опускает на него взгляд. Его руки спрятаны под шелковым покрывалом — Сону нельзя касаться Сонхуна без разрешения. Его нос осторожно, но достаточно крепко прижат к бедру Сонхуна — потому что это единственное, что он может делать и не быть наказанным. Но порой Сону всё равно делает что-то, чтобы наказанным быть. И за всю неделю, Сонхун так и не смог выяснить: делал ли Сону это неосторожно или намеренно? Да и какая была разница, если наслаждение от этого в итоге получали они оба, пусть и по-разному? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Через пару часов. Сайлас уже там. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И не Сайлас один. Сонхун хмурится от этой мысли, делая глоток уже теплого и противного виски. За то время, что он был полностью погружён в Сону, фигурально и не очень, Сайлас преуспел и в обуздании своей Охотницы. Тесса (даже в мыслях это имя отдаётся Сонхуну с шипением) пускай и не сломилась окончательно, но смирилась на время с нынешним положением. Стены и вещи в доме Сайласа больше не были побиты её Эволем, а чёрно-красные путы вокруг её рук или шеи, всё реже появлялись на бледной коже. В последний визит Сонхуна домой к брату, Тесса и вовсе о чем-то спокойно разговаривала с близнецами в гостиной. Сонхуну это не нравилось, Сонхун задницей чуял грядущие проблемы, потому что чёрта-с-два Сайлас отпутит её домой…но Сонхун ничего не мог с этим сделать, кроме как предупреждающе посмотреть на брата с тревогой в разноцветных глазах…и отвернуться. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ На его плечах был ничуть не меньший грешок. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но на его плечах этот грешок висел теперь послушным ручным лисом, а не необузданной рысью, какой была для Сайласа Тесса. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Хозяин? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Хм? — Сонхун промаргивается, понимая, что слишком долго смотрит на Сону, утонув в своих мыслях. Глаза того под рыжей челкой кажутся почти алыми. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я могу спросить? — тихонько бормочет Сону, глядя на него снизу вверх так безропотно и покорно. Сонхун лишь слегка сжимает пальцы на задней стороне его шеи, придавливая чокер к нежной коже. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Спрашивай. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Если… — Сону поджимает губы, раздумывая над словами, прежде чем продолжает ещё тише: — Если я умру…ты просто заменишь меня? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Такой простой для Сонхуна вопрос. Такие тяжёлые для Сону из-за него размышления. Сонхун почти видит, как шестерёнки движутся в этой рыжей голове, как темнеет взгляд, заполняясь отчаянием и разочарованием. И Сонхун не сдерживает ухмылки, запуская пальцы в кожаной перчатке в рыжие прядки на затылке Сону, слегка сжимая их и вырывая слабый вздох с розовых губ. Сону не был кем-то, кого Сонхуну нужно было бы и хотелось бы заменять. У Сонхуна, в общем-то, никогда и не было постоянного послушного существа рядом, чтобы у него было хоть какое-то желание или та же нужда в замене. У Сонхуна всегда были эксперименты, тела, долгосрочные игрушки. Однако, Сону для него оказался иным. Личным оружием, в сжатые сроки воспитанным и перепрошитым под его нужды и желания. Личным оружием, с которым Сонхуну, к его удивлению, хотелось бы долгих перспектив. В работе…и в постели. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Только вот Сону он отвечает совершенно другое. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Да, — просто бросает он, глядя во вспыхнувшие глаза. — Незаменимых нет, Сону. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И то, как даже спустя неделю, слетевшее с его губ имя — заставляло Сону вздрагивать, лишь укрепляло в Сонхуне это странное и обсессивное желание сохранить Сону у своих ног на подольше. Зависело всё правда только лишь от самого Сону. И от судьбы, которая либо отправит ему пулю в лоб, либо убережёт. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Значит… — слегка хмурится Сону, но льнёт к руке Сонхуна в своих волосах. — Значит, я должен выжить. Чтобы быть единственным? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Это заставляет Сонхуна рассмеяться. Рокочуще, угрожающе и почти беззвучно, глядя прямо в глаза Сону. Пожалуй, ему стоит предложить Сайласу поставить его во главу армии, если они однажды решат создать таковую. Он натренирует каждого солдата преданности, как следует, раз у него вышло это настолько хорошо с Сону. По крайней мере, думать о том, что в прошивку Сону вмешалось что-то ещё — не хотелось совершенно. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Зависит от тебя, — говорит он просто, отпуская волосы Сону. — Поднимайся. Тебе нужно собраться. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И, как бы Сонхуну не хотелось схватить изящное тело, укутанное в тёмно-синий шёлк, и повалить обратно на диван, чтобы вкусить его быть может в последний раз — он сдерживается. Наблюдает только жадно и горячо за тем, как Сону плавно поднимается и исчезает за дверью спальни, чтобы пройти в ванную комнату. И сам встаёт на ноги, чтобы оставить бокал с недопитым алкоголем на тумбе и проверить все мониторы и датчики перед походом в тоннели Гайя лаборатории под землёй. Сонхун проверяет локацию брата, замечая, что иконка Сайласа движется по экрану по пятам с другой. Он цыкает языком, без девчонки, к сожалению, не обошлось, но и глупо было на это надеяться. Всё-таки — Эвер групп создали её также, как и Сайласа с Сонхуном. И хоть что-то у них было всё же общее, кроме Эфира в сердцах. Жестокая и непоколебимая месть, горящая в этих самых сердцах. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун уже ходит назад и вперёд возле двери, когда Сону, наконец, покидает спальню. И то как у Сонхуна лишь на долю секунды замирает дыхание — ненормально. Но он подумает об этом позже. А пока — он вдыхает в себя аромат черной кожи, обнимающей тело Сону, что подошёл ближе, покорно заглядывая в глаза. Слабый аромат его собственного геля для душа, который всё равно перебивает костюм из натуральной кожи, сидящий на Сону слишком хорошо и льнущий к бёдрам и груди греховно идеально. Сонхун сделал всё, чтобы Сону было комфортно, удобно и тихо в этом костюме. Он проверял его движения в искусственно сделанной вентиляции и менял схему костюма каждый раз, когда Сону что-либо выдавало, пока не довёл всё до идеала. Как и всегда. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И сейчас, он протягивает руки к Сону и касается пальцами чокера, чтобы отщёлкнуть его. Но не ожидает того, что руки Сону вскинутся вверх, замирая в миллиметрах от его, и не касаясь. Потому что нельзя. В глазах Сону замерший ужас. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Зачем? — шепчет он испуганно. Сонхун склоняет голову, усмехаясь лишь уголками губ. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— На тебе не должно быть никакого металла. Мы не знаем, что может выкинуть Эвер, так что лучше быть подготовленными ко всему. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Но… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Глаза Сонхуна вспыхивают, потому что он понимает это замешательство Сону. Потому что он видит это в его движениях, глазах и слышит в биении сердца. И это настолько же чертовски очаровательно и глупо. Насколько и опасно. Он хмыкает, отщёлкивая всё же замок и снимая с шеи Сону чокер, слыша разочарованный и встревоженный вдох. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Разве твоё подчинение заключается в нём? — приподнимает бровь Сонхун. Глаза Сону мгновенно вспыхивают решительностью. И Сонхун никогда, кажется, не привыкнет к тому, как смог его изменить за столь короткий срок. К тому, как прекрасен был Сону теперь в своём слепом подчинении ему. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Нет. Но… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Но Сонхун был бы глупцом, если бы до конца Сону в этом доверял. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Заслужи его, — говорит он холодно, стирая ухмылку со своего лица и откладывая чокер на тумбу возле двери. Сону как примагниченный следит за его движениями, прежде чем снова воззряется в разноцветные глаза. — Заслужи его. И он вернётся на твоё горло. Если это в самом деле то, чего ты хочешь. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Он смоттрит на Сону выжидающе и хищно. Ждёт, что в Сону что-то вспыхнет, предаст его. Выдаст его терпеливость, которую он хранил в себе всю неделю, чотбы сейчас использовать возможность сбежать, пока ему дают доступ в тоннели Эвера, в которые никому хода нет. Сонхун ждёт. Но Сону лишь кивает судорожно и опускает взгляд на свои руки, сглатывая тяжело, будто проверяя что чокера на месте правда нет. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Я заслужу, Хозяин. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И Сонхун был бы глупцом, если бы до конца Сону в этом доверял. Но ему, глубоко внутри, этого очень хочется. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Для 109-й Зоны нет понятия рассвета, сумерек и заката. Глубокой ночи или яркого полудня. Небо здесь всегда кроваво-черное, луна здесь всегда ярко-алая, а тени самые темные. Но во всех других мирах и Зонах — понятие времени и смены дня на ночь еще существуют, а потому, вторжение Сайлас спланировал в глубокой ночи, зная, что Эвер, хоть и сумасшедшие ученые, но глупо уважают сон и бездействуют сейчас. Беззащитные и открытые. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхун выходит из машины первым, открывая перед Сону дверь и наблюдая за тем, как тот без промедлений выбирается на холодную улицу, тут же занимая своё место по его левую руку. Не отстаёт и следует за Сонхуном так, словно цепь от чокера всё ещё в его руках. И Сохуну так хочется верить… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Доброй ночи, Солон, — улыбается Сайлас, стоя возле стены и опираясь о неё лопатками. Его большие руки скрещены на груди, а тело удивительно расслаблено для грядущих событий. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ночи, Сайлас, — кивает Сонхун. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Вонзается разноцветными глазам в Охотницу, что слишком откровенно и заинтересованно рассматривала Сону, стоящего к Сонхуну слишком билзко и очевидно послушно. Её такие же разноцветные глаза изучают его с ног до головы, пока не проскальзывают на Сонхуна, что прямо и холодно выдерживал её взгляд, почти сжирая в ответ своим. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Всё готово, Босс, — отзывается Люк, отстраняясь от мониторов и глядя на Сайласа и Сонхуна. — Солон, твой готов? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Глубоко и тяжело вдыхая, Сонхун кивает и заводит руку за спину, подталкивая Сону под поясницу к небольшой лестнице, стоявшей перед зияющей дырой вентилляционной трубы, ведущей прямиком в Эвер. Сону заметно сжимает пальцы в кулаки, но движется вперёд, не глядя по сторонам. Он идёт, словно на плаху, и это практически так, но Сонхуну так хочется верить… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Хозяин? — тихо шепчет Сону, оборачиваясь. Где-то за спиной Сонхуна охает от этого слова Тесса. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Да? — Сонхун всматривается в лицо Сону, в его распахнутые глаза и розовые губы, будто в последний раз. Готовя себя к тому, что это может быть так. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Если…если я вдруг не вернусь, пожалуйста… — руки Сону взмывают вверх, он замирают у груди Сонхуна, едва сжатые в кулаки. — Пожалуйста… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— М? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Поцелуй меня на прощание…? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Тихая просьба, разрушающая такой нагнетенный момент мольба. Глаза Сонхуна вспыхивают недобро, этого не должен был слышать никто, но глаза Сону так упрямо и умоляюще смотрят на него. Его руки так покорно замерли у его груди, не касаясь, потому что помнят — нельзя. Пальцы Сонхуна оборачиваются вокруг ладони Сону, пока глаза их примагничаиваются друг к другу. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Ты знаешь, что делать. Заслужи это, Сону, — произносит он вкрадчиво его имя намеренно. Сону заметно вздрагивает, но не отступает, вжимая ладонь в пальцы Сонхуна крепче и делая шаг вперёд. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Но, если я не вернусь…я хочу умереть, ощущая тебя последним, Хозяин, — почти неслышно шепчет Сону. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Сонхуну жутко хочется включить его сенсорные ощущения прямо сейчас на максимум, но он сдерживает себя. Сцепляет зубы и вдыхает сквозь них опасно воздух. Сону сжимается, он знает, что за этим следует. Но Сонхун, прижимая ладонь Сону к его же губам, склоняется, и целует едва ощутимо только костяшки, не отрывая взгляда от распахнутых глаз. Запоминает кроткий вдох и дрожь в бледном теле. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ И не говорит больше ничего, подталкивая Сону к лестнице. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Потому, что, если Сонхун всё сделал правильно, а Сону и правда хочет это заслужить — он вернётся к нему. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Живым. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀