Свежие шрамы
22 июня 2026 г., 15:54
Тот же день. Ночь. Город Мустафу.
Изуку лежал на диване в своей комнате, глядя в потолок. Сон не шёл. Кошмары всё ещё кружили в голове, но тело требовало движения. Требовало выхода.
Я не могу спать, — думал он. — Если я усну, они снова придут. Голоса. Рэн. Айзава. Все они.
Он сел и посмотрел на стену, где висела маска. Чёрная, безликая. Рядом висели очки-линзы, они как будто ждали.
— Ты хочешь выйти? — прошептал он. — Я тоже.
Он встал, подошёл к стене и снял маску. Его пальцы скользнули по холодной поверхности. Три года он носил её. Три года она была его вторым лицом.
Сегодня я не могу оставаться в этой комнате. Мне нужно двигаться. Мне нужно быть Фантомом.
Он надел костюм — чёрный, с множеством карманов для снаряжения. На пояс — крюки, верёвки, дымовые шашки, аптечка. Всё, что могло пригодиться в ночном городе.
Маска и очки скользнули на лицо, и в зеркале отразился Фантом.
Он вылез через окно и побежал по крышам. Ночной город дышал холодом и опасностью. Изуку чувствовал, как адреналин разгоняет кровь, как страх и боль отступают, уступая место привычному ритму.
Здесь я — Фантом. Здесь я сильный. Здесь я не боюсь.
Он прыгал между зданиями, перекатывался, скользил по теням. Его тело работало как машина — чётко, слаженно, без лишних движений. Ночной город был его территорией.
Он не знал, куда бежит. Просто бежал. Пока не оказался на крыше высотного здания в центре района, где обычно патрулировал.
И там он увидел его.
***
Фигура стояла на краю крыши, глядя на город. Длинные тёмные волосы развевались на ветру, шарф медленно парил в воздухе — готовый к атаке или защите. Айзава Шота. Изуку замер. Сердце пропустило удар. Он стоял в двадцати метрах от человека, который три года гонялся за ним. От человека, который сегодня смотрел на него с подозрением в классе. От человека, который во сне говорил: «Ты должен был сдохнуть». Он должен был уйти. Просто развернуться и исчезнуть в тени, как он делал сотни раз. Но он не ушёл. Айзава услышал шум. Он медленно повернул голову и увидел Фантома. В темноте ночи они стояли друг напротив друга — герой и линчеватель, учитель и ученик, преследователь и цель. Никто из них не знал правды, но оба чувствовали, что эта встреча не случайна. — Фантом, — сказал Айзава, и его голос был холодным, как ночной воздух - Ты давно не появлялся. Я думал ты опять пропал. Изуку стоял неподвижно. Его сердце колотилось как бешеное, но голос, когда он заговорил, был ровным — Фантом говорил через модулятор. — Я не мог исчезнуть. У меня были дела. — Дела? — Айзава приподнял бровь. — Я думал, у линчевателей нет дел. Только охота. Изуку шагнул в сторону, обходя Айзаву по дуге. Он не хотел стоять на одном месте — это было опасно. — Ты же сам знаешь, я не охочусь. — сказал он. — Я защищаю. — Защищаешь? — Айзава развернулся, следя за ним взглядом. — Ты нарушаешь закон, Фантом. Ты действуешь вне системы. Это не защита — это анархия. — Система не защищает всех, — ответил Изуку. — Ты это знаешь. Ты видел, что происходит в тёмных углах города. Там, куда герои не заглядывают. Я закрываю эти углы. Айзава замолчал. Он смотрел на Фантома, и в его глазах мелькнуло что-то странное — не ненависть, не злость. Интерес. — Ты изменился, — сказал он вдруг. Изуку замер. Что? — В смысле? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Твои движения, — сказал Айзава. — Они стали точнее. Ты двигаешься по-другому. Более... профессионально. Как будто ты прошёл тренировку. Изуку внутренне похолодел. Айзава заметил. Он сравнивает движения Фантома и Мидории. — Я всегда двигался так, — ответил он. — Нет, — сказал Айзава, делая шаг вперёд. — Три месяца назад ты был грубее. Теперь ты отточил технику. Кто тебя учил? Изуку молчал. Он не мог ответить, потому что правда была слишком опасной. — Никто, — сказал он наконец. — Я учился сам. Айзава смотрел на него долго, пристально, как будто пытался заглянуть под маску. Изуку чувствовал, как пот стекает по спине. Он должен был уйти. — Зачем ты здесь? — спросил он, пытаясь перевести разговор. — Ты патрулируешь этот район каждую ночь. Почему? Айзава слегка улыбнулся — не тепло, а холодно. — Ты сам знаешь. - он говорил ровно - Наша с тобой игра не закончена. —Я патрулирую, — ответил он. — Ты мешаешь. Изуку усмехнулся. — Я? — Изуку приложил руку к груди, изображая обиду. — Я просто стою здесь, дышу свежим воздухом. Мешаю? Это ты меня нашёл, Шота. Может быть, это ты за мной охотишься? Айзава шагнул вперёд, но Изуку не отступил. Он стоял на месте, глядя на героя с вызовом. — Ты наглый, — сказал Айзава. — Это не наглость, — ответил Изуку, наклоняя голову. — Это уверенность. Я знаю, что ты не можешь меня поймать. Мы оба это знаем. Айзава остановился в пяти шагах от него. — Ты слишком самоуверен, Фантом. Однажды я тебя поймаю. — Однажды, — повторил Изуку с усмешкой. — Но не сегодня, Шота. Сегодня ты слишком устал, чтобы догнать меня. У тебя мешки под глазами. Ты не спал двое суток? Или трое? Айзава напрягся. Его шарф чуть дрогнул. — Откуда ты знаешь? Изуку улыбнулся под маской. — Я тебя вижу. Ты думаешь, я не замечаю? Ты всегда такой — уставший, но не сдающийся. Это в тебе... привлекательно, знаешь? Айзава замер. Его глаза слегка расширились. — Что ты сказал? Изуку наклонился вперёд, сокращая дистанцию. Его голос стал тише, почти шёпотом. — Я сказал, что ты привлекательный, Шота. Ты слышал меня. Или хочешь, чтобы я повторил? Айзава открыл рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Он привык к тому, что злодеи угрожали ему, провоцировали его, боялись его. Но никто никогда не говорил ему такого. — Ты засранец Фантом.. - прошипел Шота. — Я об этом знаю Шо. — Ты пытаешься отвлечь меня от моей работы. - голос был твердым - Ты действуешь подло. — И это работает, — сказал Изуку, делая ещё один шаг вперёд. — Ты стоишь здесь, говоришь со мной, вместо того чтобы атаковать. Почему, Шота? Ты ведь мог бы попытаться схватить меня. Но ты не делаешь этого. Почему? Айзава посмотрел на него долго, пристально. В его глазах мелькнула странная смесь раздражения и любопытства. — Потому что ты не злодей, — сказал он наконец. — Я знаю тебя три года. Ты никого не убил. Ты всегда оставляешь злодеев живыми и связанными. Ты не похож на преступника. Изуку усмехнулся. — И поэтому ты меня не ловишь? Потому что я хороший? — Я не ловлю тебя, потому что я не уверен, что ты сделал что-то неправильное, — сказал Айзава. — Ты работаешь в серой зоне, Фантом. Ты не герой, но ты и не злодей. Ты что-то... другое. — Другое? — Изуку наклонил голову. — Например? Айзава помолчал. Он смотрел на маску, на глаза, которые светились в темноте, и не знал, что ответить. — Например, ты — проблема, — сказал он наконец. — Которую я не могу решить. Изуку шагнул ещё ближе. Теперь между ними было всего два шага. Он мог видеть каждую тень на лице Айзавы, чувствовать его дыхание. — Может быть, я не проблема, Шота, — сказал он тихо. — Может быть, я — решение. Может быть, я здесь, чтобы показать тебе, что не всё в этом мире делится на чёрное и белое. — Ты придурок Фантом. - он устало вздохнул - Ты единственный придурковатый линчеватель который будет говорить такое. — Пусть и так, но я вижу тебя не как героя, а как уставшего Шоту. Айзава задержал взгляд на зеленых глазах парня. Тот не включал линзы сегодня. — Странно, что ты видишь меня как Шоту, а не как героя который гоняется за тобой. - он усмехнулся — А как ты хочешь, чтобы я тебя видел? — спросил он тихо. — Как героя или как Шоту? Айзава задержал дыхание на мгновение. Он смотрел в глаза Фантома, и ему казалось, что он видел их раньше. Эти зелёные глаза... где он их видел? — Я не знаю, — ответил он честно. — Никто никогда не задавал мне этого вопроса. — Тогда я задам, — сказал Изуку, делая ещё полшага вперёд. — Ты — Шота. Ты устаёшь, ты злишься, ты боишься. И это нормально. Ты — герой, но ты также человек. И это делает тебя красивым. Айзава застыл. Его глаза чуть расширились. — Красивым? — переспросил он, и в голосе проскользнула лёгкая хрипотца. — Красивым, — повторил Изуку, и его голос был почти шёпотом. — Ты выглядишь... уставшим. И это придаёт тебе шарм. Как будто ты носишь на себе весь мир. И тебе тяжело, но ты не сдаёшься. Это... впечатляет. Айзава усмехнулся — сдержанно, но Изуку увидел это. — Ты всегда говоришь такие вещи героям? - в его голосе была легкая насмешка — Только тебе.- ответил Изуку - Ты другой. Айзава сделал шаг навстречу. Теперь между ними был всего один шаг. Он поднял руку, и Изуку подумал, что он хочет сорвать маску, но Айзава просто коснулся пальцами края капюшона. — Ты смелый, — сказал Айзава тихо. — Но ты и глупый. Я могу поймать тебя в любой момент. — Но ты не поймаешь, — сказал Изуку, не отводя взгляда. — Потому что тебе интересно, кто я. Ты хочешь знать, что скрывается под маской. Айзава наклонил голову. — А если я прямо сейчас сорву с тебя маску? - спросил он с ухмылкой — Ты хочешь сорвать ее с меня прямо сейчас? - спросил Фантом Айзава посмотрел ему в глаза. Он чувствовал странное притяжение, которое не мог объяснить. Этот линчеватель был врагом, но он был также кем-то, кто спас ему жизнь. Кем-то, кто понимал его без слов. — Ты прекрасно это знаешь. - ответил он — Тогда ты увидишь меня настоящего..- сказал его голос в помехами - и ты разочаруешься. Айзава смотрел на него долго, пристально. В его взгляде была смесь эмоций — удивление, растерянность, что-то ещё, что он не мог назвать. — А сам то ты, хочешь чтобы я увидел тебя настоящего? - спросил Шота. Его рука, всё ещё касающаяся капюшона, чуть дрогнула. — Я не знаю Стерка. - признал парень - Но рано или поздно ты должен узнать. Изуку шагнул назад, разрывая дистанцию. Он знал, что пора уходить, но он не хотел этого делать. Ему нравилось стоять здесь, смотреть в глаза Шоте, чувствовать его дыхание. — Я ухожу, — сказал он. — Но я вернусь. Мы ещё встретимся, Шота. Айзава молчал. Он смотрел, как Фантом отступает к краю крыши, и не мог найти слов. — Фантом, — сказал он вдруг. Изуку остановился. — Да? — Я буду ждать нашей встречи. Изуку улыбнулся под маской. Он не знал, что сказать. Он просто стоял там, глядя на человека, который три года гонялся за ним и только что сказал что-то теплое. Пусть это и было отдалено. Он шагнул в тень и начал исчезать. — Увидимся, Шота, — сказал он. — И... береги себя. Он исчез. Айзава остался стоять на крыше, глядя в пустоту. Его сердце билось чуть быстрее, чем обычно. Ты загадка, Фантом, — думал он. — Но теперь я хочу понять тебя. Я хочу узнать, кто ты. И я хочу увидеть твоё лицо. Я хочу увидеть его, потому что... потому что я тоже хочу быть рядом с тобой. Он не знал, что эти слова когда-нибудь будут иметь значение. Но он знал одно: он не сможет забыть этот разговор.***
Изуку бежал по крышам, не останавливаясь. Его сердце колотилось, но не от страха — от странного ощущения, которое он не мог объяснить. Он не мог понять своих чувств к этому герою, но сегодня он сам признался себе. Этот герой красив. Фантом не хотел уходить. Ему нравилось стоять и смотреть на него, но если Айзава узнает кто за маской.. Я не знаю, что будет завтра, — думал он. — Но сегодня... сегодня я счастлив. Впервые за долгое время.***
Изуку проснулся. Впервые за долгое время он спал спокойно — без кошмаров, без голосов, без крови на руках. Встреча с Шотой на крыше оставила в нём странное тепло, которое он не мог объяснить. Он встал, умылся, надел школьную форму и вышел из бара. Утро было солнечным, город просыпался, и Изуку чувствовал себя почти нормальным. Почти, — поправил он себя. — Но это лучше, чем ничего. Он встретил Рэна у ворот академии. Друг выглядел озабоченным. — Зу с тобой все в порядке? - голос был взволнован - У тебя жуткие мешки под глазами. — Все нормально, я всегда так выгляжу. Рэн нахмурился, но ничего не сказал. Он чувствовал, что в жизни его друга происходит что-то странное, но не знал, что именно. — Ладно, идём. — сказал он. - Я слышал учителя хотят провести практику. Изуку кивнул. Практика — это то, что он любил. Это то, где он мог быть собой, не скрывая своих навыков. Но не слишком, — напомнил он себе. — Я должен сдерживаться. Айзава уже подозревает. Парни разошлись по своим классам. Изуку вошел к себе в класс. Урарака уже сидела на своём месте и махала ему рукой. Изуку улыбнулся и сел рядом с ней. Но не успел он достать тетрадь, как услышал знакомый голос. — Эй, ты, беспричудный. Изуку поднял голову. Перед ним стоял Бакуго Кацуки. Взрывной, агрессивный, с горящими глазами. Он смотрел на Изуку с ненавистью, которую не мог скрыть. Изуку не дрогнул. Он знал, что рано или поздно этот момент наступит. — Бакуго, — сказал он ровно. — Ты занял первое место, — сказал Бакуго, сжимая кулаки. — Как ты это сделал? Ты же беспричудный ничтожество! В классе повисла тишина. Все смотрели на них — на этого агрессивного парня и на спокойного зеленоволосого, который не показывал страха. Изуку медленно встал. Он был немного ниже Бакуго, но в его глазах читалась сталь. — Я тренировался, — сказал он просто. — Я много тренировался. — Тренировался?! — заорал Бакуго. — Ты не можешь просто тренироваться и стать сильнее меня! У тебя нет причуды! Ты — никто! — Может быть, — ответил Изуку, и его голос оставался спокойным. — Но я занял первое место. А ты — нет. Бакуго замер. Его глаза расширились от ярости. Он схватил Изуку за воротник и притянул к себе. — Ты пожалеешь, что сказал это, — прошипел он. Изуку не сопротивлялся. Он смотрел в глаза Бакуго и видел в них не только злость — он видел страх. Страх быть обойдённым тем, кого он всегда считал слабее. — Отпусти его, Бакуго, — раздался голос Ииды. — Это не место для драк. — Заткнись, очкарик! — рявкнул Бакуго, но руку отпустил. Изуку поправил воротник и сел на место. Его сердце билось ровно — он не боялся Бакуго. Он знал, что если бы захотел, то мог бы вырубить его за секунду. Но он не мог. Он должен был быть тихим, незаметным учеником. Но если Бакуго продолжит лезть ко мне... — подумал он. — Мне придётся его остановить. Бакуго отошёл в угол класса, сверля Изуку взглядом. Он не мог понять, как этот беспричудный слабак мог быть сильнее его. Я убью его, — думал Бакуго. — Я покажу ему, кто здесь настоящий герой. Изуку чувствовал его взгляд, но не оборачивался.***
Первый урок был теоретическим — история героев. Изуку слушал вполуха, записывая только самое важное. Его мысли были далеко, на крыше, где он стоял рядом с Шотой. Но когда началась практика, Изуку проснулся. Они вышли на тренировочное поле — то же самое, где вчера сдавали нормативы. Учитель сказал: — Сегодня вы будете отрабатывать боевые навыки в парах. Ваша задача — обезвредить противника, не используя смертоносные причуды. Изуку смотрел, как ученики разбиваются на пары. Он надеялся на обычного противника — Урараку или Ииду, с кем можно было провести спокойный бой. Но Айзава, который стоял в стороне и наблюдал, сказал: — Мидория, ты будешь с Бакуго. Изуку замер. Он специально это сделал, — понял он. Он хочет проверить меня. Бакуго вышел в центр поля, ухмыляясь. — Попался, беспричудный, — сказал он. — Я размажу тебя. Изуку вышел напротив него. Его сердце билось ровно. Он не боялся — он анализировал. Бакуго — агрессор. Он атакует первым. Его причуда — взрывы из ладоней. Слабые места — перегрев ладоней, потеря ориентации в дыму. Я могу победить его. Если я не буду сдерживаться. Но он должен был сдерживаться. Айзава наблюдал за ним. Если он покажет слишком много, Шота поймёт, что он — Фантом. — Начали, — сказал учитель. Бакуго рванул вперёд, его ладони светились огнём. Он атаковал прямо, без тактики, надеясь уничтожить Изуку одним ударом. Изуку ушёл в сторону. Бакуго пролетел мимо, но быстро развернулся и ударил снова. Изуку снова увернулся, но не контратаковал. — Ты будешь только уворачиваться, трус? — заорал Бакуго. Изуку не ответил. Он ждал момента. Бакуго атаковал в третий раз, и Изуку сделал то, чего тот не ожидал. Он не ушёл в сторону — он нырнул вперёд, оказался под рукой Бакуго и ударил его в корпус. Бакуго вылетел назад, но не упал. Он был сильнее, чем думал Изуку. — Ты... — прошипел Бакуго. — Как ты сделал это? Изуку выпрямился. — Я же сказал, я тренировался, — ответил он. Бакуго зарычал и снова атаковал. Его удары были быстрее, жёстче, но Изуку продолжал уклоняться и контратаковать. Он не использовал все свои навыки — только те, которые мог объяснить обычной тренировкой. Но даже этого было достаточно, чтобы Бакуго начал выдыхаться. Через три минуты Бакуго стоял на коленях, тяжело дыша. Изуку стоял над ним, не прикасаясь. — Я выиграл, — сказал он ровно. Бакуго поднял на него глаза, и в них была ненависть. — Ты ещё пожалеешь, — прошептал он. Изуку развернулся и пошёл к своему месту. Он чувствовал на себе взгляд Айзавы. Шота смотрел на него с прищуром. Он видел движения Изуку — слишком точные, слишком отточенные. Он видел, как Изуку уклонялся, контратаковал, просчитывал. Это не обычная тренировка, — думал Айзава. — Это профессиональные навыки. Ты не перестаёшь удивлять меня, Мидория. Он ничего не сказал, но его подозрения только усилились. После уроков Изуку ушёл в тихое место кампуса — старый сад за главным зданием. Там он мог быть собой, не скрывая свою усталость. Он сел на скамейку и закрыл глаза. Сегодняшний день был тяжёлым. Бакуго, Айзава, уроки... Он чувствовал, как маска начинает трескаться. — Зу. Голос Рэна. Изуку открыл глаза и увидел друга, идущего к нему. — Ты сегодня был крут, — сказал Рэн, садясь рядом. — Я видел твой бой с этим взрывным парнем. Ты размазал его, хотя у тебя нет причуды. — Я просто использовал его агрессию против него, — сказал Изуку устало. Рэн посмотрел на него с беспокойством. — Ты выглядишь уставшим, Зу. Что с тобой происходит? Ты какой-то... далёкий. Как будто ты не здесь. Изуку посмотрел на него и почувствовал, как внутри поднимается волна вины. — Я просто... много думаю, — сказал он. — О прошлом, о будущем, о том, кто я. — Ты — Изуку, — сказал Рэн. — Мой брат. Мой лучший друг. И ты — герой. Даже без причуды. Изуку улыбнулся, но улыбка была горькой. Изуку замялся. Он хотел сказать правду. Хотел рассказать о Фантоме, о ночных патрулях, о том, что он — линчеватель, которого ищет полиция. Но он не мог. — Ничего, — сказал он. — Я просто рад, что ты здесь. Рэн обнял его. Он не знает, — думал он. — И я не скажу ему. Я не могу.***
Изуку лежал на диване, глядя в потолок. Тело требовало движения, адреналина, выхода. После дня в академии, после Бакуго, после взгляда Айзавы — ему нужно было выпустить пар. Парень посмотрел на свои запястья. На низ были шрамы, свежие и очень давние. Все таки от этой дурной привычки Изуку никак не может отучиться. «Блять не хочу больше» подумал парень. «Нужно проветриться» Он встал, подошёл к стене и взял маску. Чёрная, безликая. Рядом — очки-линзы, усиливающие ночное зрение. Он надел их, проверил снаряжение на поясе: крюки, верёвки, дымовые шашки, аптечка, нож — не для убийства, для резки верёвок и вскрытия замков. Маска скользнула на лицо. В зеркале отразился Фантом. — Пора, — сказал он. Он вылез через окно и побежал по крышам. Ночной город дышал холодом и опасностью. Изуку чувствовал, как адреналин разгоняет кровь, как страх и боль отступают, уступая место привычному ритму. Парень бежал через весь район, перепрыгивая с крыши на крышу, скользя по теням. Он знал этот район как свои пять пальцев — темные переулки, заброшенные здания, места, где полиция редко появлялась. Места, где правили злодеи и наркоторговцы. Фантом остановился на крыше заброшенного склада, глядя вниз. Три человека стояли в тёмном переулке, окружённые ящиками с товаром. Они переговаривались, смеялись, не подозревая, что за ними наблюдают. Изуку включил линзы. Они усилили изображение, показывая каждую деталь — оружие в руках одного из них, сумку с деньгами у второго, товар в ящиках. Трое. Вооружены. Один с причудой — я вижу, как он сжимает кулаки, в них что-то искрится. Электрический тип. План: нейтрализовать электрического первым. Затем двоих оставшихся. Фантом спрыгнул вниз, приземлившись беззвучно, за спинами торговцев. Он ждал секунду, пока они не заметили его. — Добрый вечер, — сказал он низким, модифицированным голосом. Торговцы обернулись. Первый, тот самый электрический, сразу поднял руки, готовясь к атаке. Второй схватился за оружие, третий рванул к ящикам, пытаясь скрыться. — Не советую, — сказал Фантом. Электрический засмеялся. — Ты один, придурок. Силенок то хватит? — Хватит. — Ха! — электрический шагнул вперёд, его кулаки засветились. — Да я тебя одним ударом... Он не договорил. Изуку бросил дымовую шашку себе под ноги, и переулок заполнился белым туманом. Электрический закашлялся, пытаясь увидеть цель, но Изуку уже был за его спиной. Удар по шее — и торговец рухнул на землю без сознания. Второй поднял оружие, но Изуку был быстрее. Он нырнул вперёд, перехватил руку с оружием, выкрутил её и ударил локтем в лицо. Торговец упал, теряя сознание. Третий пытался сбежать. Изуку достал крюк с верёвки, метнул его, и металлический захват обвил ногу беглеца. Тот упал, ударившись головой об асфальт. — Это было легко, — сказал Фантом, связывая их всех. Он вытащил телефон и позвонил Тсукаучи. — Привет. Я тут задержал трех уродов, они торгуют наркотой. Промышленная зона, 5-я улица, переулок между складами 12 и 13. — Опять ты работаешь за нас Фантом? - спросил голос Тсукаучи — Вы не справляетесь вот и помогаю. — Не хочешь подождать нас и сдаться мирно? — Не горю желанием. - сказал парень и усмехнулся - Да и к тому же Стерка сам должен поймать меня. — У вас с ним странные «брачные игры». — Все пока полицейский. Изуку отключился от звонка. Брал телефон и пошел дальше прочищать районы.***
Фантом бежал через район, когда услышал крик. Он остановился на крыше, прислушиваясь. Крик был детским, полным страха. Дети. В этом районе. Ночью. Он развернулся и побежал в сторону звука. Через минуту он увидел их — трое подростков лет двенадцати стояли в тупике, окружённые четырьмя взрослыми злодеями. Дети были напуганы, один из них плакал. — Отдайте свои телефоны и деньги, и мы оставим вас в живых, — сказал один из злодеев. Фантом не стал ждать. Он спрыгнул с крыши, приземлившись прямо между детьми и злодеями. Глаза были наполнены злостью. — Я бы на вашем месте ушёл, — сказал он. Злодеи замерли на мгновение, но быстро пришли в себя. — Ещё один урод в маске, — сказал один из них. — Думаешь, ты нас испугаешь? — Я не должен вас пугать, — ответил Фантом. — Я урою вас. Злодеи атаковали. Их было четверо, и они были сильнее и опытнее, чем наркоторговцы. Один из них использовал причуду, удлиняющую руки, второй — ускорение, третий был просто большим и сильным, четвёртый — с каким-то защитным щитом. Изуку начал бой. Он уклонялся от длинных рук, нырял под удары, контратаковал. Он был быстрее, умнее, но их было четверо. Он чувствовал, как усталость начинает накапливаться. Фантом беспокоился больше всего за детей, которые стоят и смотрят на этот бой. Он резко ускорился, используя весь свой опыт уличных боёв. Первый злодей — длинные руки — упал от удара в колено. Второй — ускорение — был остановлен метким броском дымовой шашки. Третий — большой и сильный — получил удар в челюсть, от которого отлетел на несколько метров. Четвёртый, с защитным щитом, был самым сложным. Изуку понял, что не сможет пробить его лобовым ударом. Он применил тактику — заставил злодея атаковать, ушёл в сторону, ударил сзади в слабое место — шею. Злодей рухнул. Бой был окончен. Изуку стоял, тяжело дыша, среди поверженных тел. — Вы в порядке? — спросил он, поворачиваясь к детям. Те смотрели на него с изумлением и страхом. — Ты... ты герой? — спросил один из них. Изуку усмехнулся под маской. — Не совсем, — сказал он. — Но я здесь, чтобы защитить вас. — Как тебя зовут? — спросил другой. — Фантом, — ответил он. Он помог детям подняться и вывел их из переулка на освещённую улицу. — Идите домой, — сказал он. — Не ходите ночью по тёмным местам. Это опасно. — Мы поняли, — сказал один из них. — Спасибо, Фантом! Изуку улыбнулся под маской. Он чувствовал тепло внутри — от того, что он помог им, от того, что он был нужен этим детям. Это то, для чего я делаю всё это, — подумал он. Он развернулся и исчез в темноте.***
На следующее утро Изуку проснулся без усталости в теле. Он чувствовал себя отдохнувшим — впервые за долгое время. Синяки на теле саднили, но он не обращал на них внимания. Он встретил Рэна у ворот академии. — У тебя синяк на скуле, — сказал Рэн, разглядывая его лицо. Изуку замялся. — Упал вчера, — сказал он. Рэн приподнял бровь. — Упал? — Да, с дивана, — добавил Изуку, улыбнувшись. Рэн усмехнулся. — Придурок. Они вошли в академию, и Изуку почувствовал на себе взгляд. Он повернул голову и увидел Айзаву, стоящего в коридоре. Он смотрел на синяк Изуку, и в его глазах был вопрос. Изуку постарался сохранить невозмутимое выражение лица. Он не знает, — сказал он себе. — Он не может знать. Но глубоко внутри он понимал, что Айзава всё ближе к правде.
