***
Суббота наступила быстрее, чем ожидал Изуку. Весь день он провёл в напряжении, думая о предстоящей тренировке. В полночь он стоял перед заброшенным складом в промышленной зоне. Здание было старым и разрушенным, но внутри было достаточно места для тренировки. Он вошёл внутрь и увидел Всемогущего, стоящего в центре пустого зала. — Ты пришёл, — сказал Всемогущий, его голос эхом разнёсся по помещению. — Я знал, что ты не подведёшь. Изуку подошёл ближе. — Было бы тупо сначала сказать вам да, а потом не прийти. — чуть раздражено сказал он. — Да, да ты прав. — он стал чуть растерянным — Ты готов начинать? — Да. — твердо сказал он. — Хорошо, — сказал Всемогущий. — Сегодня мы начнём с основ. Твоё тело должно привыкнуть к моей силе, прежде чем я передам её тебе. Он подошёл к Изуку и положил руку ему на плечо. — Я не буду использовать всю силу, — сказал он. — Только её малую часть. Ты должен почувствовать её, понять, как она работает. Изуку кивнул, чувствуя, как его сердце колотится. — Я готов. Они начали тренировку. Всемогущий показывал Изуку, как использовать силу, как направлять её, как контролировать. Изуку делал ошибки, падал, вставал и пробовал снова. — Ты учишься быстро, — сказал Всемогущий. — Я стараюсь, — ответил Изуку, тяжело дыша. — Это хорошо, — сказал Всемогущий. — Но мы должны продолжать. У нас мало времени. Тренировка продолжалась до самого утра. Изуку чувствовал, как его тело болит, но он не останавливался. Он знал, что должен быть готов. Когда небо начало светлеть, Всемогущий остановил тренировку. — На сегодня достаточно, — сказал он. — Ты показал отличные результаты. Но мы должны продолжать. Твоё тело должно привыкнуть к силе, прежде чем я передам её тебе. Изуку кивнул, чувствуя, как его тело дрожит от усталости.***
Шла последняя учебная неделя перед каникулами. Был вторник. Изуку шёл по коридору академии, чувствуя, как его сердце бьётся быстрее. Сегодня начинались письменные экзамены. Пусть он и знал весь материал который они проходили.. все равно он готовился, чтобы сдать хорошо. Он вошёл в класс 1-А и увидел, что большинство учеников уже были на своих местах. Атмосфера была напряжённой — все готовились к экзамену, перелистывая конспекты и повторяя материал. — Мидория! — сказала Урарака, подбегая к нему. — Ты готов? Я так волнуюсь! — Я тоже, — ответил Изуку с улыбкой. — Но мы справимся. — Надеюсь, — сказала она, нервно теребя ручку. Каминари сидел за своей партой и пытался запомнить даты, но его голова, казалось, была занята другим. — Я не могу запомнить эту дату! — простонал он. — Почему история такая сложная? — Потому что ты не учил, — сказал Киригима, сидящий рядом. — Я же говорил тебе, что надо было готовиться. — Я готовился! — возмутился Каминари. — Просто это слишком сложно! Бакуго сидел в углу с мрачным видом. Он не перелистывал конспекты и не повторял материал. Он просто сидел, скрестив руки, и ждал начала экзамена. — Ты не готовишься, Бакуго? — спросил Киришима. — Мне не нужно готовиться, — ответил Бакуго. — Я всё знаю. — Ты слишком самоуверен, — сказал Каминари. — Заткнись, — ответил Бакуго. В 9:00 в класс вошёл Айзава. Он выглядел уставшим, как всегда, но его глаза были внимательными. В руках он держал стопку экзаменационных листов. — Доброе утро, — сказал он, обводя класс взглядом. — Сегодня у вас письменный экзамен. Он состоит из трёх частей: история героев, тактика и общие предметы. У вас есть два часа. Он начал раздавать листы, проходя между рядами. — Вы должны ответить на все вопросы. Если вы не знаете ответа, пропустите его и вернитесь позже. Не тратьте время на одно задание. Изуку взял свой лист и начал читать вопросы. Они были сложными, но он знал ответы. Он начал писать, чувствуя, как его рука быстро движется по бумаге. Айзава сел за свой стол и начал наблюдать за классом. Он смотрел на каждого ученика, оценивая их состояние. Киришима нервно кусал ручку, Урарака быстро писала, но иногда останавливалась и задумывалась. Бакуго писал уверенно, почти не задумываясь. Изуку тоже писал уверенно. Его рука двигалась быстро, и он почти не останавливался. Но он также заметил, как Изуку иногда массировал запястье. Он вспомнил повязку, которую видел на его руке. Сердце сжалось. Блять, ничего никогда не скажет! — думал он — Проблемный ребенок! Он нервно потер переносицу.***
Прошёл час. Изуку уже закончил первую часть и перешёл ко второй. Он чувствовал, как его рука устаёт, но он продолжал писать. Он вспомнил тренировки со Всемогущим, его слова о том, что он должен быть готов. Он вспомнил слова Айзавы о том, что он должен быть сильным. Я уже заебался писать эту парашу. — обреченно сказал он про себя. Урарака сидела за своей партой и пыталась вспомнить даты. Она чувствовала, как её голова начинает кружиться. Я не могу вспомнить эту дату! — думала она. — Почему я не запомнила её? Она сделала глубокий вдох и попыталась успокоиться. Я сдам, — думала она. — Я должна сдать. Киришима сидел и смотрел на вопрос, который не мог решить. Он чувствовал, как его голова начинает болеть. Я не знаю ответа, — думал он. — Что мне делать? Он вспомнил слова Айзавы о том, что нужно пропускать сложные вопросы и возвращаться к ним позже. Он пропустил вопрос и перешёл к следующему. Бакуго писал уверенно, почти не задумываясь. Он знал все ответы и не тратил время на раздумья. Это слишком легко, — думал он. — Я мог бы сделать это быстрее. Но он продолжал писать, не останавливаясь. Тодороки сидел за своей партой и писал спокойно. Его лицо было непроницаемым, но внутри он чувствовал напряжение. Прошло два часа. Айзава поднял голову и посмотрел на класс. — Время вышло, — сказал он. — Отложите ручки. В классе послышались вздохи облегчения и разочарования. Ученики отложили ручки и откинулись на спинки стульев. — Теперь, — сказал Айзава, — ученики с последних парт пройдитесь по своим рядам и соберите работы. Ученики с последних парт встали и начали собирать листы. Они проходили между рядами, собирая работы и передавая их вперёд. Изуку отдал свою работу и почувствовал, как его сердце начинает биться ровнее. Ну наконец-то. — подумал облегченно он. Он посмотрел на Урараку, которая выглядела уставшей, но улыбалась. — Ты как? — спросил он. — Устала, — сказала она. — Но я думаю, что всё прошло хорошо. — Я тоже. — сказал Изуку. Бакуго сидел в углу с довольным видом. Он знал, что сдал экзамен. — Это было легко, — сказал он. — Для кого как! — возразил Каминари. После письменного экзамена класс 1-А заполнил столовую. Все выглядели уставшими, но облегчёнными — самое страшное было позади. Они взяли подносы с едой и расселись за большим столом, который уже стал их традиционным местом. — Я не знаю, как я сдала этот экзамен.. — сказала Мина, падая на стул. — Эти даты... я их просто ненавижу! — Какие даты? — спросил Киришима, жуя бутерброд. — Все! — воскликнула Мина. — Когда произошла битва при таком-то, когда был подписан такой-то закон... Я запуталась в них! — Я тоже запутался, — признался Каминари. — Но я думаю, я хотя бы половину ответил правильно. — Половину? — переспросила Урарака. — Это хорошо! — Для тебя, может быть, — сказал Каминари. — Но для меня это провал. Бакуго сидел в углу стола с мрачным видом, но в его глазах читалось удовлетворение. — Вы все слабаки, — сказал он. — Экзамен был лёгким. — Для тебя всё лёгкое, — сказал Киришима. — Ты просто гений. — Я знаю, — ответил Бакуго. Изуку сидел рядом с Тодороки, слушая разговоры одноклассников. Он чувствовал облегчение — письменный экзамен был позади, и он был уверен, что сдал его хорошо. — Ты как? — спросил он у Тодороки. — Нормально, — ответил Тодороки. — Вопросы были не слишком сложными. — Это да, только вот сначала нужно было хорошо вдуматься. — Ага. Когда обсуждение письменной части стихло, Тсую, которая сидела рядом с Ураракой, подняла голову и задала вопрос, который заставил всех замолчать. — Кто-нибудь знает, что будет на практическом экзамене? — спросила она своим спокойным голосом. — Ква. В классе повисла тишина. Все переглянулись. — Я не знаю, — сказал Киришима. — Айзава-сенсей ничего не говорил. — Может быть, это будет что-то вроде полосы препятствий? — предположила Урарака. — Или командный бой, — сказал Иида. Через несколько минут к их столу подошёл Рэн. Он выглядел спокойным, но в его глазах читалась лёгкая усталость. Он сел рядом с Изуку. — Привет, — сказал он. — Как прошёл экзамен? — Нормально, — ответил Изуку. — А у тебя? — Тоже, — сказал Рэн. — А ты как Шото? Тодороки не успел ответить, потому что рядом с их столом остановилась фигура. Это был Монома Нейто — парень из класса 1-Б с растрёпанными волосами и самодовольной улыбкой. — Ой, — сказал он, проходя мимо Изуку и задевая его голову рукой. — Извини, я задел тебя. Просто у тебя голова слишком большая. В классе повисла тишина. Все уставились на Моному. — Что ты сказал? — спросил Киришима, вставая. — Я сказал, что у него большая голова. — повторил Монома с ухмылкой. — Ты что, глухой? — Ты... — начал Киришима, но Изуку остановил его. — Всё в порядке, — сказал Изуку спокойно. — Он просто пытается привлечь внимание. Монома фыркнул. — Класс 1-А, — сказал он с презрением. — Вы думаете, что вы лучшие? Вы просто кучка неудачников, которые случайно попали в геройский класс. Я больше чем уверен, что вы не написали ответы даже на самые легкие вопросы! — Ой да заткнись ты, Монома. — вдруг сказал Рэн — Я сам видел твое лицо во время экзамена. Ты сидел как потерянный котенок, который не знает, что ему делать. Весь класс 1-А смотрел в сторону Рэна и Мономы. — Пф.. Рэн не утрируй. — голос был таким же ровным и наглым — Почему ты вообще сидишь с этими идиотами из класса А? — Уж тебя это точно не касается. — голос стал напряженным — Или ты так хочешь чтобы я сел с тобой, а не со своим друзьями? — Разве не мы класс Б, твои друзья? — Я не спорю с этим, просто Изуку для меня брат. Внезапно кто-то схватил Моному за воротник и резко дёрнул назад. Это была Кендо Ицука — староста класса 1-Б, девушка с рыжими волосами и серьёзным выражением лица. — Монома, — сказала она строгим голосом. — Что ты делаешь? — Я просто разговариваю с ними! — сказал Монома, пытаясь освободиться. — Нет, ты унижаешь их! И нашего одноклассника! — Кто тут еще кого унижает. — сказал Токоями и посмотрел на Рэна. — Придурок ты Монома! Ты же знаешь про Рэна и Мидорию, так зачем ты говоришь! — Все в порядке Кендо. — сказал Рэн — Я уже поговорил с ним. Она отпустила его и повернулась к классу 1-А. — Простите его, — сказала она, слегка поклонившись. — Он иногда не умеет держать язык за зубами. — Ничего страшного, — сказала Урарака. — Мы привыкли. Кендо улыбнулась. — Я слышала, вы обсуждали практический экзамен, — сказала она. — Мой друг из класса старше сказал мне, что они сражались с роботами. Большими, мощными роботами. — Роботами? — переспросила Мина с удивлением. — Серьёзно? — Да, — сказала Кендо. — Они должны были победить их или продержаться определённое время. — Роботы! — воскликнул Киришима. — Это же легко! Мы справлялись с роботами на вступительном экзамене! — Да! — сказал Каминари. — Это будет легче, чем я думал! Изуку почувствовал, как его сердце наполняется облегчением. Роботы были тем, с чем он уже сталкивался. Он знал, как с ними бороться. — Спасибо, Кендо-сан. — сказал он. — Это хорошая новость. — Пожалуйста, — ответила Кендо. — И ещё раз извините за Моному. Она развернулась и пошла к своему столу, таща за собой недовольного Моному. Класс 1-А вздохнул с облегчением. — Ну и придурок этот Монома! — сказал Каминари. — Это же он нам перед фестивалем нес полный бред. Цую повернулась к Рэну. — Он всегда себя так ведет? Ква — спросила она. — Вообще нет. Только когда речь заходит про ваш класс. — он потер затылок — Он не может принять факт, что ваш класс сильнее нашего. — Мда, не повезло вам с ним. — сказал Киришима — Наверное вечно из-за него неприятности. — В этом ты прав, он любит быть в центре внимания. — Рэн вздохнул — Из-за этого он часто делает полную дичь. — Понятно. — сказал Киришима. — А почему ты назвал Изуку братом? — Мы вместе были в детском доме. — ответил Мидория. Повисла неловкая тишина. — Все в порядке, можете не реагировать так. — сказал усмехнувшись Изуку. — Об этом знает класс Б, и несколько ребят из нашего класса. Ну теперь уже наверное все. — Да, так что не к чему делать такие лица. — усмехнувшись сказал Рэн. После обеда класс 1-А разошёлся, готовясь к предстоящему практическому экзамену. Настроение было приподнятым — роботы были знакомым противником, и все чувствовали уверенность.