Великолепная язва

1998 год Ему показалось, что откуда-то идет странный, непривычный для этого дома звук, и Драко замер в коридоре, забыв, куда шел. Звук доносился из-за двери столовой. Тяжелая резная створка из черного дуба была притворена неплотно, осталась щель шириной в два пальца, из которой лился теплый желтый свет, а вместе со светом вытекал и звук. Сначала Драко подумал, что отец ночью переставляет мебель, стол скрипел. Но мебель не вздыхает, тем более так глубоко, протяжно. Женский голос срывался на стон в конце каждой фразы. Драко знал этот голос, еще бы ему не знать. Шесть лет за слизеринским столом, сотни часов в гостиной, десятки колких замечаний в адрес Гриффиндора. Какое-то время назад, когда у него было время размышлять на отвлеченные от жизни и смерти темы, он даже думал, что было бы неплохо, чтобы этот голос шептал непристойности ему, Драко, пока он познает грани сексуальной жизни вместе с яркой слизеринкой, но не сложилось. И сейчас он слышал этот голос в своем доме, так, как хотел бы слышать в своей постели, только все это явно доставалось не ему. Редкие визиты Пэнси к Лорду, начиная с прошлого Рождества, проходили тихо, обычно он встречал ее приходящей или покидающей поместье, и единственное, чего Драко опасался, так это того, что подруга тоже получит метку, но этого пока не происходило. В детали своего взаимодействия с Темным Лодом Пэнси никого не посвещала. Он услышал еще один стон и не выдержал: бесшумно толкнул дубовую створку и осторожно заглянул в комнату. Столовая утопала в полумраке. Горела всего одна свеча, и ее дрожащего света хватало лишь на то, чтобы вырвать из темноты центр комнаты. Пэнси лежала на столе совершенно обнаженная. Темные волосы разметались по полированному дереву, голова запрокинулась так сильно, что шея превратилась в напряженную дугу. С влажных припухших губ срывались звуки, которых Драко никогда раньше от Пэнси не слышал. Ее ноги были высоко подняты, ступни лежали на плечах мужчины, стоявшего перед ней. Лорд Волдеморт, такой же обнаженный, как и она, стоял между ее разведенных бедер, прижимая ее ноги к своим плечам. Длинные бледные пальцы с темными ногтями впивались в ее тело. Он размеренно двигался, входя в нее. В этот момент Драко понял, что теперь видел в этой жизни все, даже то, чего никогда не желал бы видеть, но так и не мог отвести взгляд. Лорд то погружался в нее до основания, то выходил почти полностью, прежде чем вновь толкнуться обратно с влажным, хлюпающим звуком, и Драко видел, как напрягаются его ягодицы. «Мерлина ради, почему именно в нашем доме, в нашей столовой? Как мне теперь завтракать за этим столом?» Каждый толчок заставлял тяжелый дубовый стол скрипеть, и с каждым Пэнси съезжала чуть выше по столу, а Лорд подтаскивал ее обратно. Ее податливое тело было полностью подчинено его ритму. Стоны становились громче. — А-а-ах… о, Мерлин… а-ах… Лицо Волдеморта оставалось в тени, свеча освещала только край скулы и подбородок. — Плохо слышу твои стоны, — сказал он хрипло. Пэнси приоткрыла глаза и растянула губы в кривой усмешке. — У тебя… а-а-ах… вроде… только носа нет, — выдохнула она, задыхаясь от его толчков, — а уши… а-ах… на месте… Драко оцепенел и подумал, что сейчас видит последние секунды жизни девушки, Лорду хватило бы оригинальности заавадить ее прямо на своем члене. Но тот не остановился и даже не сбился с ритма. — Ты мне их ногами закрываешь, — ответил он, ухмыляясь в ответ. — Тогда… а-а-ах… твои проблемы…не могу же я… о, Мерлин, да… — Она не договорила, Лорд ускорился, и каждый толчок сопровождался влажным шлепком бедер о ее ягодицы. Пэнси вцепилась в край стола, ногти царапали дерево. — Вы… а-а-ах… даже не поздравили меня… — продолжила она, — с днем… а-ах… рождения… лорд В… Ее голос сорвался на высокий, отчаянный крик, когда он вошел особенно глубоко. Рука Волдеморта скользнула по ее животу, и длинный палец лег на ее клитор, медленно выписывая круги. Пэнси выгнулась дугой, стол заходил ходуном, а он наклонился вперед, сгибая ее сильнее, прижимая колени к груди и приближаясь к ее лицу. И в этом положении, прижав ее к столу, он продолжил двигаться, погружаясь еще глубже. — Поздравляю, — выдохнул он хрипло. Толчок, Пэнси яростно застонала. — …с днем… Толчок, и ее руки отцепились от стола и метнулись к его плечам, впиваясь алыми ногтями в бледную кожу. — …рожде… Волдеморт вошел в нее так, что она зашипела, хватая губами воздух, а он продолжал смотреть ей в глаза. — …ния… Ее тело свела судорога, и она задрожала, издав гортанный хрип. — О… Лорд… Тот не отводил взгляда от ее лица. — Язва… — он зарычал и вжался в нее до конца и откинул голову назад, уже явно не контролируя себя. — Для первого раза такое поздравление сойдет, — пробормотала Пэнси, когда смогла говорить. Лорд ничего не ответил, поглаживая пальцами ее бедра там, где остались следы его ладоней. Драко бесшумно закрыл дверь, отступил в коридор и медленно пошел дальше. Он не помнил, как дошел до погреба, сел на ступеньках. Отдышался, взял бутылку «Огдена» и сделал длинный глоток прямо из горла. — Твою мать, — сказал он, и достал из кармана пачку магловских сигарет, которые иногда покуривал тайком. Достал сигарету, затянулся. — К такому, — сказал Драко пустому погребу, — меня жизнь не готовила. И долго сидел в темноте, глядя перед собой и слушая, как в ушах пульсирует кровь.