Kiss a champion

      Кими тяжело вздохнул и откинулся на диван, со стоном растекаясь по мягкой обивке лужицей. Тото позаботился, чтобы у Кими был хороший номер, где можно было и отдохнуть, и хорошо повеселиться, если бы Кими решил кого-то к себе позвать. Но к счастью менеджеров, тусить и громить собственность отеля Кими совершенно не хотелось, даже наоборот, хотелось лечь и просто ничего не делать, совершенно ничего.       Где-то внизу по узким дорогам Монте-Карло ездили дорогущие спорткары, плескалось море о борты яхт, а в клубах гремела музыка. Все это казалось таким далеким, и Кими так не хотелось думать о том, насколько много вокруг него чьих-то зарплат. Зато на подушке поблескивал новенький трофей, который он завтра днем передаст Тото на хранение, чтобы не было соблазна сломать, но сегодня это только его радость. Он дался без особой борьбы, как и было всегда в Монако, обгонов тут происходило до смешного мало, а сама трасса была слишком узкой, но исторической, а потому оставалась в календаре из года в год.       Телефон валялся с другой стороны от Кими, и ему в какой-то степени было страшно представлять, сколько там скопилось уведомлений. Кими отключил уведомления практически сразу, как сел в такси до отеля, ответив только на парочку: от семьи и Макса. За его сход в самом начале было обидно, хотя самому Ферстаппену было глубоко насрать, он спокойно отправил поздравления Кими и поставил сердечко на его хвастливое селфи с очередной новенькой наградой.       Как прилежному пилоту и заинтересованному лидеру чемпионата Кими наверное стоило бы прочитать новости, но и на этого сил просто не было. Было понятно, что читать пришлось бы много: ФИА сегодня расщедрились на штрафы по пять, а то и десять секунд, обламывая позиции и хоть какие-то надежды на и без того сложной трассе. За друзей и коллег было обидно, но не прям сильно, всё-таки искренне грустить за штрафы у Габи было тяжело, когда сам Кими держит приз за первое место. Завтра он посочувствует всем в личных сообщениях, но пока что он хочет просто побыть чемпионом гран-при Монако 2026, вряд ли кто-то осудит его за это желание.       Мысли перетекали из одной в другую медленным потоком и совершенно нехотя, будто просто чтобы создать видимость того, что Кими ещё не дремлет на диване в обнимку со своим трофеем. Сердце билось ровно, отдаваясь в ушах из-за полной тишины комнаты.       Тук. Тук. Тук. Тук.       ‘‘Это не я’’ внезапно пронзила мысль голову и Кими чуть нахмурился. Стук, который казался мерным стуком сердца был слишком громким, чтобы быть таковым, и до полусонного сознания Кими дошло — стучатся к нему в дверь. Антонелли сонно потер лицо и разлепил глаза, но вставать даже не пытался, надеясь, что человек по ту сторону не станет донимать его слишком долго и уйдет. Но стук не прекращался несколько минут и уже начал сильно раздражать, реально давить на и без того уставшие мозги Кими. Зато человеку по ту сторону было совершенно насрать. Или он был глухим. А может просто отбитым, Кими был готов поверить во все, лишь бы вновь погрузиться в тишину и всё-таки уснуть.       Прозрачный намек ‘‘вам тут не рады, уходите’’ незваный гость не распознал и продолжил мучить бедную дверь Антонелли, пока тот с тихим стоном упал на подушку, отбирая её у своего трофея. Ленивые мысли о том, живут ли здесь крабы, сменились потоком ругательств на итальянском, которые шли перед глазами бегущей строкой. Это была настоящая психологическая атака, не иначе! Спокойная, настойчивая и беспощадная атака на мозги Кими, которые стоили несколько миллионов, если верить нынешним условиям контракта.       В конце концов Кими вскочил с дивана, чуть пошатнувшись от такой резкой смены позиции. Мир быстро вернулся к обычной плоскости, но Антонелли не решился идти сразу и просто пару секунд стоял. Стук не стих и за это время передышки, так что широкими шагами Кими пересек просторную гостиную и коридор, оказавшись перед самой дверью. Антонелли повернул замок и дернул ручку вниз, толкая дверь вперед.       — Che cazzo… — начал Кими и замер.       На него уставился Джордж, хлопая своими длинными ресницами и прижимая руку ко лбу, который Кими кажется случайно зашиб.       ‘‘Ой’’ подумал Кими, прикусив губу.       Они пялились друг на друга секунду, две, три. По ощущениям прошла вечность, когда Антонелли осознал, что практически висит на двери, и выпрямился. Джордж же опустил руку, но всё также сверлил напарника очень недовольным взглядом. Вряд ли Кими ударил его слишком сильно, иначе бы разразился тихим, но ядовитым потоком комментариев.       Сегодня Джордж финишировал на позорной тринадцатой позиции. Реально плохо, особенно когда его напарник, вчерашний новичок, забрал первое место в этой же гонке. И ещё хуже, учитывая, что Кими как бы прошлогодний новичок, он тут всего второй раз как пилот Формулы 1, а не восьмой. Когда Кими спросил о Джордже у Боно, тот прикрыл глаза, явно соображая, какой ответ дать своему пилоту. Думал он долго и в итоге ограничился общими фразами, которые были обо всем и ни о чем одновременно, подытожив типичным ‘‘Сосредоточься на себе, Кими’’. После этого желание расспрашивать отпало, и Кими сам для себя решил, что чуть позже сам посмотрит полную запись, чтобы понять, как это вообще случилось.       — Поздравляю с победой, — спокойно произнес Джордж, а Антонелли сглотнул. Прозвучало излишне сухо для искренних поздравлений, хотя может Кими себя накручивает.       — Спасибо, Джордж, прости, что зашиб — он неловко улыбнулся и опустил руку, которой держался за дверной косяк. Тишина вновь повисла тяжелым грузом, но кажется в этот раз Джордж продолжать диалог не хотел. — Не хочешь зайти? Выпить там что-нибудь или перекусить.       — У тебя есть еда? — вскинул бровь Рассел, и Кими чуть смутился. Конечно не было, Кими не очень-то умел готовить и предпочитал не пытаться, даже если временное жилье позволяло, когда не был дома с семьей, где вокруг Антонелли прыгали с бубном и фуршетом из любимых блюд. — Я так и думал, так что нет, спасибо, я тут за другим, — тем временем продолжил Джордж.       — Ну и за чем же?       — Поздравить тебя захотел, а то позже не будет нормальной возможности.       Слова почти сорвались с губ Кими, всё-таки ему было интересно чем таким собирался заняться Джордж, что выпустит телефон из рук, как внезапно мысли вышибло из головы. И воздух из груди, и звуки, которых и без того почти не было, Кими попал в полноценный вакуум, которого не мог почувствовать с самого начала сезона. Вокруг всегда что-то происходило, а кто-то ходил рядом, не оставляя в одиночестве. Сейчас Кими точно не был один, ведь с ним был Джордж. Тот самый Джордж Расселл, который целовал его прямо сейчас посреди шикарного отеля в Монте-Карло, выбивая почву из-под ног.       Первым к Кими вернулось осознание того, насколько губы Джорджа мягкие и как приятно было их целовать, удивительно, как до этого Кими в голову не приходила мысль об этом. Знал бы, что это так клево, точно нашел бы повод поцеловаться раньше. Остальное вернулось с небольшим запозданием и почти одновременно, наваливаясь на Кими грудой всего, запахов, звуков. Не было того самого чувства, будто душа вышла из тела, да и Кими её бы не отпустил в такой ответственный момент, иначе он бы точно упал, но наверняка нашел бы способ утянуть Джорджа за собой. Руки дрожали, так хотелось коснуться Джорджа, но ладони ощущались слишком тяжелыми, чтобы потянуться к пальцам напарника, так что приходилось довольствоваться одним лишь поцелуем. Но не Кими об этом жаловаться, уж точно не ему.       Антонелли уж было хотел нагло углубить поцелуй, коснуться губ Джорджа своим языком и уничтожить последние преграды, но Джордж отстранился. Неожиданно Кими понял, насколько в коридоре прохладно, как здесь тихо и одиноко. Расселл смотрел на напарника с почти научным интересом, изучал его лицо, но не трогал, просто стоял, пока Кими пытался собрать себя в кучку, чтобы выглядеть хоть сколько-то солидно и серьезно. Кими очень хотел верить, что у него получается, но в глазах напарника он увидел что-то такое, что можно было бы принять за усмешку.       — Ну что ж, спокойной ночи, Кими, — легко произнес Джордж и пошел к лифту, оставив Кими в дверях номера.       Вот у кого точно вышло выглядеть собранным так это у Джорджа. Пока Кими тупо пялился как он уходит, Расселл даже не обернулся и не дрогнул, словно ничего и не было или было, но это был такой пустяк, что можно легко проигнорировать и забыть.       ‘‘Стоп. А почему это пустяк?! ’’ возмущенно подумал Кими и рывком заставил себя отлипнуть от двери.       — Джордж!       Кими почти влетел в лифт и успел просунуть ладонь между дверьми, не давая им закрыться. Джордж смотрел на красного, еле дышащего напарника с легким удивлением, словно не Рассел сейчас перемешал все его органы, а потом просто оставил одного.       — Ори громче, тебя слышал не весь отель, — хмыкнул Джордж, складывая руки на груди.       — Зачем?       — Что зачем?       — Зачем ты это сделал?       — Антонелли, мне из тебя слова клещами вытаскивать? Мы с тобой напарники, но я твои мысли не читаю, мы же не Макларен, — совершенно спокойно заметил Джордж, а Кими поставил руки на створки лифта, чтобы они не отрезали их друг от друга.       — Зачем ты меня поцеловал, Джордж? — выдавил из себя Кими. Иногда Джордж такой душный, что просто бесит. Очень бесит, часто излишне. Он так бесит, что даже хорошо. Иногда, совсем редко, это даже не правило, а исключение из него.       Рассел на пару секунд замолк, просто глядя в глаза Кими. От такого пристального взгляда даже хотелось сглотнуть, съезжаться и сбежать обратно в номер. Джордж знал как казаться пугающим, оставаясь нереально красивым, а Кими мог лишь вкладывать все свои силы в то, чтобы коленки не подгибались, теперь уже от слепого страха перед старшим товарищем.       — Захотел, — медленно сказал Джордж, отлипая от дальней стены лифта. — Решил, что этой ночью я хочу поцеловать будущего чемпиона.       В горле появился ком, а нос защекотал приятный аромат одеколона Джорджа, когда он вновь встал так близко, что Кими мог слышать его дыхание. Мог ощутить его на своих губах. Длинные пальцы скользнули по груди и остановились где-то в районе солнечного сплетения, из-за чего Кими почти перестал дышать, а губы Джорджа дрогнули в улыбке.       — А сейчас, я хочу к себе, выпить ещё чего-нибудь и отметить свою никчемность. Так что, спокойной ночи, Кими, дай мне уже уйти.       Двери лифта закрылись с тихим звоном, и только тогда Кими осознал, что Джордж его вытолкнул обратно в коридор. Вот так просто обрубил все и поехал вниз. Джордж спокойно пройдёт мимо ресепшена, вежливо кивнет персоналу, сядет в свой гиперкар и умчится в ночь. Сам начал и сам закончил, не давая Кими забрать и тут инициативу.       ‘‘А хочу ли я эту инициативу? ’’ промелькнула мысль в пустой голове Кими, когда пальцы коснулись собственных губ. Не осталось никакого следа от произошедшего, словно это был сон, глюк, ничего, что имело бы значение через несколько часов, когда поднимется солнце. Лишь фантомный запах и вкус, которые были скорее игрой воображения, чем реальностью.       Кими вернулся в номер, и его взгляд первым же делом упал на трофей. Сверкающий в тусклом свете лампы, золотой, притягательный и теперь принадлежащий только ему, Кими. Это останется в истории, станет частью статьи на Википедии и протокола ФИА, закрепляя звание победителя Гран-При Монако 2026 за ним.       ‘‘Неужели я уже похож на чемпиона?’’       Внизу проревела чья-то новомодная тачка, и Кими повернул голову к панорамному окну. В какой-то степени хотелось верить, что это Джордж, уезжает прочь, подальше от него, ставя точку вместо Кими.