Иллюзорный мир

— Погоди, Капитан! Я могу всё объяснить! — Ты ввела всех в заблуждение, использовала идолов, использовала Лайк! Он как-то по-особенному выделил чужое имя, это не утаилось от слуха Аннет. — Твой аватар приговаривается к стиранию! У всех перехватило дыхание. Аннет сжалась, приготовившись к чёрному экрану, как внезапно… — Стой, Капитан! Поток собирающих квартиратиков едва успел коснуться кончиков ботинок игрового аватара. Тихий, с заминками от неуверенности, голос остановил разбушевавшегося детектива. Твёрдой рукой робкий Идол Информации остановила карающий жезл справедливости Капитана. — Ты сотрёшь её насовсем? Ах, Вики. Её голос был запрограммирован звучать испуганно, с опаской, ибо он был таким у скромных людей с низкой самооценкой. Вся Вики была собирательным образом девочек, которые любят сидеть в библиотеке и мало общаются с социальным миром. Такими её сделали родители Аннет. Но они всегда говорили: — «Мы сами творцы своей жизни, наши создания тоже должны иметь возможность меняться.» Вики изначально тихая, застенчивая, боявшаяся сказать слово поперёк, теперь же высказывала своё мнение. — Идол Вики, — от голоса Капитана веяло холодом, его тон был лишён всяческой окраски. Он был самим воплощением искусственного интеллекта в самом обывательском понимании этого слова, — твои действия препятствуют выполнению моей работы. Угроза архивации не отменена. — Только попробуй, Капитан! — голос Бана всегда был громким и разносящимся по округе. Он был тревогой, предупреждением нарушителям. Своим телом он закрыл Вики, спрятал за своей спиной, как обычно делают люди, когда хотят защитить тех, кто им дорог. И как можно было раньше не заметить, как он относился к Вики? В его действиях явно сквозила симпатия, а может быть и… влюблённость. Любовь ведь хаотична, в самой её сути нет какой-то закономерности, какого-то порядка. Она просто случается и всё. Идол Порядка влюбился. Как парадоксально. Вот, что имели в виду родители Аннет — они оставили возможность Идолам меняться. Они дали им свободу, не заперли в клетке кода и условий. Вики научилась отстаивать свою позицию, Бан впустил в себя неупорядоченное. А что поменялось в Лайк и Омгусе? Аннет теперь посмотрела на Идолов с совершенно иной стороны, со стороны человеческой. Они более не были одним лишь кодом, искусственно созданными марионетками, они стали живыми. Все, кроме одного. Одного единственного, к чьему написанию родители Аннет не приложили руку — Капитан. — Идол Порядка… — Капитан, позволь мне исправить твой код! — Аннет забрыкалась, пытаясь освободиться, — Лайк, Вики, Омгус, Бан, я… Лайк, пожалуйста, прости меня. Я не хочу больше врать. Я знаю, как устроен ТехноЛайк, я знаю про множество багов, я умею работать с кодом, потому что… мои родители были создателями ТехноЛайка. Их оклеветали, я хочу найти доказательства их невиновности. Теперь я поняла секрет, который оставили родители. Капитан, пожалуйста, позволь мне тебя подправить. — В моей работе не может быть ошибок. — М-м, — Аннет попыталась снова вырваться, — а ты разве не замечаешь, что твоя работа бесполезна?! Чем ты занимаешься целыми днями? Конечно, разбирать письма-спам самое то для нейронки-детектива. Да ты даже не смог поймать Анонимуса-тридцать-шесть без прямой наводки! Почему какой-то аватар смог соединить рисунки Анонимуса, а ты нет? Разве это не первое, что приходит в голову? Почему о багах в ТехноЛайке известно всем, кроме тебя? Ладно. Ты умеешь отличать аватары от Идолов. Ответь мне на вопрос: когда ты смотрел на Лайк, ты ничего странного не замечал? — К чему эти вопросы? Твой приговор останется неизменным. — Просто ответь на мой вопрос! — в голосе Аннет слышались открытые истеричные нотки. — Аннет! — тут уже вмешалась Лайк. Её руки были сжаты в кулаки, на глазах поблёскивали пиксельные, однако настолько натуральные в своей причине слёзы, что сердце Аннет на секунду сжалось в щемящей боли. — Лайк, пожалуйста… — Не могу припомнить за Лайк ничего странного. — Вот о чём я и говорю! Твой код недоработан! Пожалуйста, позволь мне его исправить! Как только я это сделаю, так ты сразу всё поймёшь, тебе станет легче работать! — Как я могу позволить какому-то подозрительному аватару влиять на мой код? Мой код был разработан гениальным создателем ТехноЛайка… — Да пустозвон он! Может только пафос разгонять вокруг своей личности! Я уверена, он подставил моих родителей и присвоил их заслуги себе! — Твои доводы не имеют под собой подкрепления, Аннет. Это лишь жалкие попытки отсрочить наказание. — Погоди, Капитан. Аннет затаила дыхание. Рядом с Капитаном встала Лайк. Аннет ещё во время обвинительной речи заметила, как Капитан по-особенному выделил её имя, быть может, ещё не всё потеряно, что-то есть, основа для свободы, для разбиения оков кода! Её нужно лишь доработать, довести до ума. Лайк грозно посмотрела на Аннет. В её нахмуренных бровях, во взгляде — таком живом — угадывались боль от предательства. От её слова зависела сейчас судьба Аннет. — Позволь ей помочь тебе. Аннет не могла поверить своим ушам. — Лайк… Идол Популярности — заносчивая выскочка, которая и в сторону низкорейтинговых не посмотрит — прониклась сочувствием к трусливой Аннет, к Аннет с низкой самооценкой, к Аннет, от которой все отвернулись. Как и тогда, в самом начале их странной дружбы, когда она протянула ей свою палочку — пусть и из чувства корысти — чтобы попасть на конкурс, так и сейчас она протянула ей руку, но уже из благородного чувства прощения. На мгновение перед глазами пронеслась известная фреска «Сотворение Адама»; Руками родителей — теперь же и руками самой Аннет — были созданы Идолы. Они передали Идолам частичку себя, они создали их по своему образу и подобию, сейчас же Идолы возвращают создателям, что было даровано. Они тоже передают жизнь, таящую в себе прощение. — Я даю тебе последний шанс! — Лайк указала на неё пальцем в довольно заносчивой манере, — если ты снова меня обманешь, я тебе этого никогда не прощу! — Я обещаю, Лайк, я не буду больше лгать. — Раз на твоей стороне Лайк, я могу дать тебе возможность, однако… — Здесь есть Бан! — затараторила Аннет, — он меня сразу схватит, если я что не так сделаю! Да и остальные Идолы меня в покое не оставят. — Хорошо, — равнодушно согласился Капитан и опустил Аннет на пол, — я дам тебе доступ к моему коду. О твоих трюках не узнает руководство. — Спасибо-спасибо, Капитан. Аннет вышла в оффлайн.

***

С Капитаном пришлось повозиться. Его код был очень странно написан, пришлось какое-то время разбираться, а затем уже исправлять недочёты. Благо ей дали относительно большие сроки. Когда же Аннет снова вернулась в ТехноЛайк, Капитан стоял как громом поражённый и пялился в одну точку. — Эм… Капитан… — Ты что с ним сделала?! — Лайк вскипела в мгновение ока и двинулась было на Аннет. — Да погоди ты, Лайк, наконец-то хоть кто-то заткнул Капитана, а то слушать было невозможно. — Помолчи, Бан. — А! Резкий окрик со стороны Капитана, заставил всех в комнате вздрогнуть. — Так вот, что это было. А как вы телами поменялись? Лайк парализовало. Её розовое лицо сделалось белым, как смерть. — Т-ты… ты как узнал? — Подумал, — пожал плечами Капитан. — Я же говорила, что в твоём коде были недочёты, — скромно заметила Аннет. — Да, кстати об этом, так это ты, Аннет, а не Лайк. Аннет промолчала на такое заявление. — У меня не выходит из головы аватар Роза. Она не аватар, она Идол. — Что? — Лайк взвизгнула, — да как это возможно?! От её голоса сотрясался весь ТехноЛайк. — Этого я сказать не могу. Но по моим умозаключениям, она ответственна на глобальные сбои и срыв мероприятий. Больше некому. Вики, — он обратился к девушке, и та ощутимо вздрогнула. Бан держал руку на её плече, — сможешь найти информацию об Идоле Розе? — Я не думаю, — она погладила лицевую сторону ладони, её поза рефлекторно стала сжатой, — если мы о ней не знаем, значит информацию о ней удалили. — Нам бы мог помочь Идол Поиска, — скромно вставила Аннет. — Действительно, — согласился Капитан. Он махнул своей палкой, и в светло-голубом свете появился знакомый пиксельный пёсик. — Хэппи! — девчачий визг заполнил комнату. — Как я рада, что с тобой всё хорошо, — слышался самый спокойный голос Вики. — Хэ-пи-и, — протяжно ныла Аннет. — Наконец-то мы тебя вернули, — победно заявила Лайк. — Идол Поиска, найди нам информацию об Идоле Розе. Со стороны милой собачки, послышался пиксельный скулёж. Даже квадратные ушки прижались к голове. — Мог бы и повежливее! — Лайк закрыла собой Хэппи, — это ты его заархивировал! Зачем?! Капитан пожал плечами. — Его код был недоработан, вот он и совершал странные поступки, — тихонько сказала Аннет, прижимая собачку к груди. Слова не убедили Лайк. Она лишь обидчиво фыркнула, подняв голову. — Хэппи, — обратилась к нему Аннет, — сможешь найти нам информацию об Идоле Розе? Она много шуму наделала, нам нужно её остановить. Пёсик довольно гавкнул. — Сейчас посмотрим, что можно найти. Пиксельные лапки стали копать в поисках информации. — Мог бы и извиниться, — Лайк скрестила руки на груди и глядела на капитана из-за опущенных бровей. Тот не ответил ей, но по глазам были видно — он понял.

***

Роза была первым Идолом ТехноЛайка. Ей даже особого статуса не придумали — просто Первый Идол. Она задумывалась, как прототип, испытание нейронной сети, проверяли будет ли она вредить пользователям, будет ли помогать, во что она превратиться? Но когда она стала выходить из-под контроля, то её стёрли и создали новых Идолов, которые работали уже в команде и составляли некий парламент. Полностью её удалить не получилось. Теперь же она вернулась, чтобы отомстить. Одному Богу известно, что творится в её глючной голове. Однако у Капитана был план, как можно её остановить.

***

Он просто сообщил о баге в поддержку. Однако было ещё кое-что: Капитан начал копать по поводу происшествия с кражей исходного кода. И нашёл некоторые интересности. — Аннет. Он появился внезапно посреди комнаты Лайк. Девочки лишь переглянулись. — Возьми, — он протянул ей стопку прозрачных, толщиной с тонкую книжку, сенсорных дощечек, — тебе остаётся только сделать анонимный донос, и полиция зашевелится, — сказав это, он просто исчез. — Теперь даже как-то не по себе, — Лайк взглянула на Аннет, — Капитан начал выполнять свою работу.

***

Капитан теперь подмечал, что происходило вокруг него. И все Идолы его окружавшие, разбились по парочкам, по отношениям. Бан стеснялся рассказать Вики о своих чувствах, а сама девушка была слишком наивна и не догадывалась о природе чувств Бана. Лайк преспокойно была с Омгусом. Они не афишировали своих отношений, однако между ними всё равно чувствовалась искра. Капитан закрыл глаза на вторую оболочку Омгуса; он делал вид, что ничего не знает. И как раньше он мог не замечать всего этого разнообразия беспорядка, что творился у него под носом? Все Идолы были в чём-то да замешаны: Лайк поменялась телами с аватором, Бан влюблён в Вики, Омгус создал себе второй аватар. А он Идол Безопасности вообще ничего не контролировал. Но сейчас всё изменилось. Теперь благодаря Аннет он мог видеть, он прозрел, до этого момента он был незрячим, даже не так — он был мёртвым — Аннет — неуверенная в себе девушка — вдохнула в его код жизнь, своими руками она коснулась его цифровой души и будто произнесла: «встань и иди», и Капитан встал; в его голове в одно мгновение пронеслось всё, что он успел увидеть в ТехноЛайке: странная аура от аватара Аннет, обычно свойственная Идолам, аура Идола от аватара Розы, странное поведение Лайк, резко ставшее дёрганым, неуверенным и неопытным, непонятные эмоции на лице Бана, когда тот видел Вики; и Капитан пошёл: он стал собирать доказательства, стал анализировать код, стал отслеживать баги, он стал работать. Он почувствовал себя нужным, он почувствовал свои эмоции, он почувствовал себя живым. И всё благодаря Аннет. Наблюдая за Идолами после очередного собрания, в его голове стала появляться цепочка размышлений, подходящая под определение рефлексии. А может ли у него быть существо, которое он мог бы защищать так же, как Бан защищал Вики? Может ли у него быть тот, от взгляда которого бросает в краску, как это происходило с Лайк, когда она встречалась взглядом с Омгусом? Может ли он захотеть быть ближе к тому, кто нравится, как это сделал Омгус, создав второй аватар? И тогда он пришёл к одному-единственному ответу — да.

***

— Как дела, Аннет? — Что делаешь, Аннет? — Я испёк тебе печенье, Аннет. Это очень странно. Слова Капитана крутились в голове под равномерный звук от пиксельных шагов. Дорога вела к дому Лайк и за однообразным ярким пейзажем предстали мысли, которые действительно беспокоили. И чего Капитан стал так активно в последнее время проявлять интерес? — Приветик, Аннет. Девушка рефлекторно подняла голову. К ней подлетела Лайк. — Привет, а ты, чего так рано? — Да вот решила тебя встретить, тебе не попасть в мою комнату, — она как-то сникла, — не знаю, что можно было бы придумать… — Да ладно. — Не ладно! А если что-то случится? Ты даже попасть туда не сможешь без посторонней помощи! — Лайк подвинулась, уступая место на своём флайборде. Аннет скромно пристроилась рядом. Лайк продолжила в своей громко-истеричной манере: — Я же хочу тебе помочь! Мы подружки! Может тебе создать копию флайборда? Жаль, что возможность копирования погибла вместе с Розой. Аннет лишь неловко посмеялась. Когда они ступили на пол комнаты, Лайк сразу же стала проверять углы на наличие кого-то или чего-то. — Лайк, а к чему это? — У меня к тебе очень-очень-очень странная просьба! Что-то новенькое. Лайк обычно столь уверенная, оглядывалась по сторонам, будто её вот-вот готов уличить в обмане. — Тебе кто-то угрожает? — Нет, нет, это вообще не касается ТехноЛайка… ну отчасти… это скорее касается нас с Омгусом. Аннет терпеливо слушала. Сердце пропустило пару ударов. — Мы баловались с кодом и файлами. Точнее Омгус! И нашли, что ТехноЛайк создали с некоторыми ограничениями, с функциями, которые даже не были прописаны… Мы случайно вышли в интернет, мы обошли цензуру. Аннет лишь рефлекторно открыла рот. — Ну и мы… Лайк саму на себя не была похожа, смущение на её лице отражалось всё сильнее и сильнее, речь становилась всё спутаннее и спутаннее, но основная мысль угадывалась. Оставалось только подтвердить её. — Мы хотели бы попробовать то, как люди это делают, когда в отношениях, — быстро, шёпотом произнесла Лайк, — не думай, что мы хотим превратить ТехноЛайк в Содом! — это она уже произнесла с наездом, постепенно возвращаясь к заносчивой манере, — мы просто хотим быть ближе, стать одним целым. Аннет лишь склонила голову на бок. — А как вы вообще почувствовали половое влечение? — Тебя только это сейчас интересует?! — она замахала руками, — и не называй это так! — Не называть вещи своими же именами? — как-то слабо получилось усмехнуться. — Да! Аннет не знала, что и сказать. Знали бы родители, как их нейронки развились… Теперь они просят добавить им возможность — Аннет поперхнулась и покрылась краской на этих мыслях — быть друг с другом в полном смысле этого слова. — Капитану это не понравится, — только и сказала Аннет. — Аннет, мне больше некого попросить, только ты знаешь обо всех тонкостях и только ты можешь менять структуру ТехноЛайка. — Если ты спрашиваешь меня о таком опыте, то я тебе ничего сказать не могу. Я и сама ничего не знаю, — Аннет зажалась, донельзя смущённая. — Так можно узнать, — Лайк расставила руки, будто была сейчас перед зрителями и представляла им новое событие, — ТехноЛайк — мета-вселенная, что было здесь, не отразится на реальности. Это заставило призадуматься. — Я подумаю, что можно сделать. Но давай без лишнего пафоса. Не нужно, чтобы Капитан об этом узнал. Будет рад маленький секрет, как у настоящих подружек, — она хихикнула. Радости Лайк не было предела. Она бросилась на Аннет с объятиями.

***

Аня долго разрабатывала — как она это назвала — мод на ТехноЛайк. Нужно было всё предусмотреть: сгенерировать новые модельки (максимально приближенные к анатомии и физиологии людей), создать коды шифрования, а главное — найти сервак, на котором это всё будет храниться. С каждым из пунктов пришлось повозиться, но зато теперь в комнате Ани появился небольшой ящичек, который содержал в себе сервер для хранения одного-единственного помещения для одной-единственной цели. Через специальный переходник Аня могла подключать и отключать мод по своему желанию. Через ТехноЛайк в данное помещение можно было попасть через комнату Лайк — совместно было выбрано именно это помещение, поскольку в него могли попасть только Идолы. Потайную дверь спрятали за шкафом. Код доступа был только у Лайк и Аннет. Дверь была соединена системой оповещения. Аннет и Лайк всегда могли узнать, когда кто-то туда заходил. Неловко конечно, но сделано было для обеспечения безопасности и тайны. Можно было с этим мириться. Готово. Особый дом без цензуры и максимально приближенный к реальности был готов.

***

С Максом вообще никак не клеилось. Он стал ещё более озлобленным и обидчивым, когда правда о деятельности его отца вышла наружу. Сколько было криков и обвинений! Что она разрушила его жизнь, и что он лучше бы с ней никогда не встречался! Больно. Очень. И тогда Аннет сбежала в ТехноЛайк… в котором у всех её друзей были стабильные счастливые отношения. Особенно у Лайк с Омгусом. Эти двое вообще перестали отлипать друг от друга. Аннет лишь отводила взгляд, зная, что послужило причиной такого поведения. Сейчас хотелось удавиться. Слёзы подступали к глазам. Аннет побежала в укромное местечко, села на бордюр их пиксельного тротуара и уронила голову на руки. А как она могла поступить? Преступник должен понести наказание, а Макс утверждал, что она должна была выбрать его, а не правду, если, конечно, любит. Больно. Как можно выбирать между семьёй и любовью? Как можно ставить перед таким выбором? Она разрушила его счастье, и он теперь её ненавидит. Разрушила потому, что хотела снова увидеть родителей, но для него она разрушила их любовь. Слёзы скатились по щекам. — Аннет, — послышался обеспокоенный баритон, — почему ты сидишь здесь и плачешь? Капитан. Он нашёл её, хотя сейчас она так хотела спрятаться. Вот действительно нейронка-детектив. Он смотрел на неё, как зверёк, который не совсем понимал, что происходит, но однозначно очень хотевший помочь. Капитан сел рядом, на бордюр. И так его строгий и лаконичный образ не сочетался с тем, как он сидел, что даже смешно было. — Что-то случилось, Аннет? Как-то всё так навалилось сразу. Пальцы неосознанно сжались. Ей так хотелось, чтобы кто-то и был рядом и чтобы все свалили куда подальше. Ей так хотелось, чтобы её обняли, и хотелось побить всякого, кто прикоснётся. Всё сжималось, как перед взрывом сверхновой. — Аннет… Девушка разрыдалась — громко и протяжно. Она прижалась к чужой груди, норовя испачкать чужую форму своими слезами. Капитан застыл на месте, его брови поднялись вверх, на щеках проступил румянец. Он неловко оглянулся, не зная, что делать с плачущей девушкой. Единственное, что ему подсказывало его запрограммированное сердце, это медленно поднять руки и осторожно поместить их на чужую спину, затем мягко притянуть ближе к груди и сказать: — Я рядом, Аннет.

***

Что ещё оставалось девушке, чьё сердце разбили? — она искала утешения и нашла его в нейронной сети. Капитан окружал её самым необходимым: сочувствием, словом, сладким, объятиями. Всем, что помогло бы. И это помогало, однако ненадолго. Аннет хотелось любви, хотелось любви и платонической и сладострастной. Ей хотелось непотребств, ей хотелось почувствовать себя нужно хоть кому-то из мужского пола. Аннет утонула в чувствах к Капитану. Придумала себе влюблённость. Это было не сложно, учитывая, что Капитан тоже был влюблён в неё. Он был готов выполнить любой её каприз.

***

— Я хочу тебя, — прошептала Аннет прямо в губы прежде, чем накрыть их своими. Капитан застыл, чувствуя как по пиксельному телу расползается неведомое приятное покалывание. Он не знал, как правильно себя повести. — Ан-нет, — проговорил он до безобразия смущённый. Он был готов на всё ради неё. Она его починила, он её до конца жизни. Было мало. Прикосновения пикселей не давало той отдачи, которая нужна была им обоим. Всё неведомое, что клокотало в теле, было придуманным, стоило отпустить на секунду фантазию — исчезло бы, как дымка по утру. — В ТейхноЛайке присутствует цензура, — он мягко отстранил её, — я не могу тебе помочь. — У меня есть решение, — она потянулась к нему, чтобы тихие слова попадали прямо на уши, -ты же тоже этого хочешь? В нём всё перевернулось. Он не смел никогда подумать о таком! Представить столь непотребный образ! Однако. Однако. Однако интерес не обошёл его стороной. Капитан имел доступ ко всей информации, и недоступной рядовым пользователям тоже. Он изучил материалы, вывел, что людям нравится, но никогда не смел представлять на их месте себя и Аннет. Он считал неправильным, если Аннет не согласится, он не смел делать хоть что-то, что могло ей навредить. Капитан хранил душевное и телесное целомудрие. Лишиться его он мог только с Аннет. — Я никогда тебе не откажу. — Тогда идём.

***

Капитан действительно не знал о таком дополнении к ТехноЛайку. Разумеется, его же Аннет построила. Даже если бы Капитан и узнал, он бы и слова не сказал. Как они пересекли дверь, то преобразование произошло до неузнаваемости. Капитан стал более человекоподобным. Тело вытянулось, стало мускулистым — отчётливо выделялись грудные мышцы через облегающую рубашку, что воротником окольцовывала шею. Руки стали тяжелее и массивнее, он лишь слегка напряг руку, а на ней уже выделились мышцы предплечья и проступили вены. Кожа приобрела бледный оттенок: он более не был голубым. Капитан твёрдо стоял на своих ногах, рассматривая тело. Брюки были с высокой посадкой и с широким поясом, который подчёркивал талию. Если он так изменился, значит и там… тоже… — О, Капитан, ты такой красивый в этом обличии! — женский восхищённый голос заставил кончики ушей покраснеть. Он боялся поднять взгляд, и сам не знал почему его сейчас настигла робость. — Какие мышцы, — тонкие пальцы легли на предплечье и повели выше к плечу, а затем сжали проверяя жёсткость, — прямо деревянные! Капитан не мог оторвать взгляд от тонких фаланг, от миндальной формы ногтей, от персикового цвета пластинки. Пальчики были такими изящными, тонкими в косточках и расширенными в суставах — совсем не как у авторов в ТехноЛайке. Капитан никогда не видел столько красивых рук. Аннет же игралась с его мышцами. И тогда он решился поднять на неё взгляд. Она выглядела иначе, чем в реальном мире. Короткие синие волосы, как у её аватара, европеоидный разрез глаз, тонкие губы, худое с аристократическими чертами лицо. Она слегка исправила себя, сделала более привлекательной, как она считала. Её тело тоже приобрело изменения, оно приобрело формы: очерченная талия, стройные бёдра. На ней было то же платье, что у аватара, только более открытое, с декольте и открытыми плечами. Руки покрывали перчатки без пальцев. Вместо леггинс, что были на ногах у аватара, теперь были чулки до середины бедра. Обуви на ней не было совсем. Всё модифицировалось на определённый лад. — Аннет, — даже голос его стал более человечным, будто ушли электронные нотки, — можешь описать, как я выгляжу? Девушка посмотрела на него широко раскрытыми голубыми глазами. Этот взгляд он всегда назвал бы самым красивым в ТехноЛайке, красивее, чем звезда ТехноЛайка. Его звёздочке приходилось запрокидывать голову, чтобы увидеть его — её макушка едва доставала до его подбородка. — Давай я не просто опишу, я тебе покажу! Она взяла его за запястье и потащила к зеркалу. Она хихикнув спряталась за ним. — Твои плечи широкие, — ладони легли на них и погладили, — наверно, как две мои ладони. У тебя очень красивая рубашка, — она повела вниз по мягкой скользящей ткани, — оголённые предплечья — очень красиво. Твоя спина полностью открыта, — она коснулась его кожи лишь ноготком, а тело дёрнулось, как от удара током, — здесь есть золотые цепочки, что начинаются от ворота и ниспадают до краёв рубашки. Вот общая цепь, под самым воротом, — она провела под ней, едва касаясь пальчиком его кожи, — от неё идёт, раз, два, три… — наверно их было шесть, Капитан перестал слушать, пытаясь заглушить неведомое трепетание, что стало появляться в его теле, — есть одна которая ни к чему не крепится, она центральная, — Капитан весь сжался, приготовившись, что Аннет сейчас дёрнет за эту цепь, как за поводок. Но ноготочки лишь слегка оцарапали кожу, и эта нежность была невыносимее грубости, его раззадоривали, но приза не давали, его приманивали и отдаляли. Нестерпимый зуд сковал его. — У тебя стройная мужская талия, как у императоров, — её руки опустились на широкий пояс, сминая и вторгаясь. Капитан едва не подпрыгнул на месте. Ему было невыносимо. Он знал, что она делала, он читал, он смотрел, он отводил взгляд от себя в зеркале, потому что знал, что там увидит лицо, которое смущено, глаза, которые желают, рот, который хочет ощутить тепло её рта. Он знал, что если взглянет на себя, то уже не остановится, если увидит её, то падёт перед ней. Он метался, он сомневался, он потерялся в потоке новых чувств, новых сильных чувств. Это было желание. Об этом люди писали, об этом снимали фильмы, это они описывали в романтических книгах. А какой типаж нравится Аннет? — Брюки у тебя белые, — ладони легли на его бедра с несильным хлопком, — ты весь в белом, как эльф. Капитан взглянул на себя. Его лицо было очерченным, с выделяющей надбровной дугой, с аристократическими плавными чертами. Такие обычно нравятся всем, таких зовут Аполлонами. Он был альбиносом. Волосы зачёсаны назад, глаза голубые с пеленой от накрывающих чувств. Он более не смог. Он развернулся и шагнул на Аннет, вынуждая её отступить к стене. Коридор узкий, с приглушённым светом, с гладкими стенами. Аннет прислонилась к поверхности, смотря на Капитана снизу вверх. Он опёрся о стену около её головы и навис над ней. Аннет неловко свела ноги вместе и опустила голову. Это не укрылось от взгляда Капитана. Он подцепил её подбородок пальцем и вынудил поднять голову. — Кем ты хочешь, чтобы я был, Аннет? Девушка протяжно выдохнула, Капитан не мог отказать себе в удовольствии просмаковать каждый звук. — Лидером. Ему более и не надо. Её слово — закон. Захочет, он будет верным псом у неё на поводке, захочет, он возьмёт инициативу — всё, что угодно ради неё. Он наклонился к ней, его губы накрыли её. Это ощущалось совсем иначе, то прикосновение пикселей не шло ни в какое сравнение с тем, что было сейчас. Внутри всё перевернулось, зациркулировало. Было тепло, влажно, совсем иначе, совсем по-другому. Вкусно. Хотелось ещё и ещё. Снова и снова накрывать губы, снова и снова брать глубже, снова погружаться, снова вкушать. Аннет обхватила его шею, притягивая ближе. Её пальцы зарылись в волосы на его затылке. И он замурчал от этого, от её тонких пальчиков, что сейчас перебирали его волосы. Он оторвался от её губ, не отказав себе в удовольствии взглянуть на её покрасневшее лицо. Что делать дальше? В его памяти хранились тысячи прочитанных новелл, там были разные способы дойти до постели. Какой же ей больше понравится? Взять за запястье? Закинуть на плечо? Поднять на руки? Хм… Капитан потянулся к Аннет, его руки подхватили её под коленями и за плечи. Аннет вскрикнула от удивления и обхватила его за шею. Сделала она это скорее из флирта, чем из страха, что Капитан может её уронить. Капитан надёжный, его руки сильные.

***

Комнатка была небольшой, практически всё её пространство занимала кровать. Были ещё для приличия, шкаф, комод и трюмо. Но ими практически никто не пользовался. Разве что первым ящиком трюмо, в котором лежало всё необходимое. Капитан осторожно положил Аннет на перину. Постель была мягкой пружинистой, матрас сразу прогнулся под её небольшим весом. Капитан навис сверху и опустил руку на её бедро, едва касаясь кончика платья. Аннет взглянула на него из-под чёлки и отползла ближе к подушкам. Она пробуждала в нём что-то новое, звериное, если можно так сказать, он последовал за ней, постепенно настигая, пока полностью не накрыл своим телом и не прижал к кровати. Руки сами собой легли на её талию и повели вниз. Ему понравилось, как она вздрогнула от его прикосновений. Она была такой хрупкой, такой тонкой, совсем не как он. Впервые в нём засел сильный страх — он мог навредить, и сам бы даже не понял. Нужно быть осторожнее. Капитан взял её за запястье и стянул перчатку, оголяя бледную кожу. Так же медленно, шурша, перебиваясь лишь тихим дыханием, вторая перчатка покинула другую руку. Воздух стал жарким и терпким, как красное вино. Его хотелось вкушать, смаковать, хотелось разделить его с кем-то. Аннет перевернулась за живот, позволяя горячим, слегка дрогнувшим пальцам расстегнуть молнию на платье. Лязганье молнии было слишком громким для тишины комнаты, оно попало прямо на оголённые нервы. Они оба вздрогнули, по телу обоих побежали мурашки. Под мелкую дрожь обоих, ткань, сминаясь и шурша, покинула хрупкое тело Аннет. Капитан обнял её со спины, прижал к себе, примкнул к шее, обжигая её своим дыханием. Она была с ним. Его Аннет. Он повёл рукой по её животу, чувствуя, как напрягаются мышцы, как они сжимаются от предвкушения. Пальцы коснулись краешка нижнего белья и продолжили дальше, по ткани, идти к самому чувствительному месту чужого тела. Он едва коснулся, а она уже дёрнулась и вскрикнув закинула голову ему на плечо. Её тело выгнулось, подставляясь под прикосновения, ноги расползлись, открывая доступ. Капитан тяжёло дышал, он сдерживал себя, вспоминал, как правильно, как лучше. Но ему все труднее и труднее становилось это сделать, особенно, когда та, кем он восхищался, кого он любил, кого возжелал, трепетала от его прикосновений. Никто не мог ей доставить такого удовольствия, которое мог доставить он. Его губы раскрылись, обнажая скрытый ряд зубов, и опустились на нежное белое плечо. Капитан хотел расцеловались её всю, чтобы каждый в этой метавселеной и за её пределами знал, что Аннет занята. Он хотел пометить её своей! Какой же акт собственничества. Аннет прикрыла рот рукой, чтобы не застонать слишком громко. Как же это всё было смущающе! — Не будь тихой, Аннет, — легло паром на её тонкую кожу уха, и крупная мужская ладонь мягко отвела её руку. Капитан продолжил ласкать её тело. Вторая рука коснулась скромной мягкой груди. Нежная, аккуратная, он осторожно сжимал её, боясь навредить. — Ты очень красивая. С её стороны раздался тихий писк, и Капитан поглотил его, вжался губами в её шею, наслаждаясь мягкостью её кожи, оставляя свою отметку. — Аннет. Он подтолкнул её, вынуждая упасть на перину. Под её взглядом он оголился, снял с с себя изящную рубашку, едва не порвав цепи. Он был сверху, крупным большим зверем, а она столь нежная, хрупкая и такая желанная. Его тело было мускулистым, а её изящным с плавными линиями. От Капитана не скрылось, как Аннет вцепилась взглядом в его сочные мышцы, как её тело покрылось мурашками от мысли, что такой мужчина возьмёт её. Всё правильно, именно это он мечтал увидеть в её глазах. Восхищение. Он повёл по её бедру, намереваясь убрать последнюю преграду на своём пути. Он знал, как правильно, он всё просчитал, ей будет хорошо с ним, она забудется в удовольствии, забудет своё имя, имя того придурка, будут только они вдвоём и их сладкое единение. Первый ящик комода понадобился, там был необходимый лубрикант. Его скользкие пальцы едва коснулись её нутра. — А зачем? — она скромно спросила. — Тебе нужна подготовка. — Да нет… — Не выдумывай, — коротко произнёс он и проник в неё. Аннет выгнулась, сжимая в кулаках покрывало. Непривычно, зудяще, щекотно, однако же хорошо. Его движения были нежными, осторожным. Он расслаблял её. Пальцы согнулись внутри неё, он направил ладонь под углом, чтобы задеть чувствительные точки. С её губ сорвался стон, дыхание стало шумным, поверхностным. Глаза приоткрылись. Она сжималась вокруг его пальцев, а Капитан уже был на пределе. — Господи! Я вижу, как ты хочешь этого! Сделай это уже! И тогда Капитан обнажился полностью. Аннет была в нетерпении. Они оба сильно распалили друг друга. Он взглянул на неё и рефлекторно перевёл взгляд на руку, что была около её лица. Он потянулся к ней и накрыл ладонью её ладонь сжимая. Глаза Аннет рефлекторно распахнулись, она переплела их пальцы, сжимая Капитана в ответ. И тогда это случилось — их долгожданное слияние. Он был осторожен, боялся сделать лишнее движение, и когда они оба привыкли друг к другу, то началось самое приятное и переполняющее эмоциями занятие. Они двигались навстречу друг другу, её бедра дрожали, когда она сжимала ими его торс, притягивая ближе, его дыхание сбивалось, он не сдерживал голоса, постоянно повторяя её имя. Он прижимался к ней, чувствовал жар её тела, чувствовал подрагивание её конечностей, чувствовал, как её рука обнимает его за шею, притягивает к себе, будто боясь отпустить и потерять. — Внутри тебя так влажно, Аннет, так тепло, я не могу более, — он накрыл её тело, прижал сильнее к кровати, сжал её ладонь. Аннет изогнулась, забываясь в удовольствии.

***

Аннет было неловко смотреть ему в глаза после этого. Прошло два дня с их… встречи. И теперь она не знала, что делать дальше. Капитан был хорош, очень хорош, однако же сердце Аннет всё ещё трепетало по другу детства. Аннет пыталась поговорить с Лайк об этом. Её реакция была неоднозначной. — Тебе надо выбрать! Ты не можешь вечно бегать между ними двумя! Подумай и о чувствах Капитана! Он хоть и хладнокровный, расчётливый, весь такой по протоколу, но тебя он любит, он готов на всё, ради тебя. Не ломай его. Починить разбитое сердце — это не код переписать. — Я знаю, Лайк, но я не могу. Мне нравится с ним, но я не люблю его так, как люблю Макса. — Тебе бы в себя прийти, Аннет. Ты обещала мне больше не врать! Не давай Капитану ложных надежд. Она и не собиралась. Она знала, что Капитан готов на всё, ради неё, и она знала, что он будет на её стороне, даже, если узнает (или уже знает), что она пользуется им. Иногда люди строят иллюзии, чтобы им было комфортнее жить, нейронные сети созданы людьми, и будет ли это так удивительно, если нейронная сеть создаст свой иллюзорный мир?