Эхо чужого приговора

- О, еда! - воскликнула Лера, радостно потирая руки при виде дымящейся яичницы и блинчиков. Они дружно устроились за угловым столиком. Лина задумчиво крутила в руках чашку с кофе, не сводя глаз с часов на стене. Еда не лезла в горло, внутри до сих пор гудело и саднило от того, что произошло у багажника. Тело, кажется, до конца не поняло, что эксперимент закончился, и продолжало настойчиво требовать продолжения. - Андрей, сколько нам точно ехать от границы? - спросила она, очень переживая из-за дедлайна и заодно радуясь поводу отвлечься от собственных мыслей. - От границы часа четыре. – ответил Андрей. Голос его звучал глуховато, он смотрел куда-то мимо неё, сосредоточенно изучая меню, - Сейчас почти шесть, к полудню точно будем в Чернобыле. В этот момент к их столу нерешительно подошел незнакомый мужчина лет сорока пяти в помятой куртке и с большим туристическим рюкзаком за плечами. - Ребят, извините ради бога, - негромко заговорил он. - Я случайно услышал, что вы про Чернобыль говорили… Вы туда направляетесь? - И? - Лина окинула его холодным, выжидающим взглядом. Она была не в том настроении, чтобы заводить новые дорожные знакомства. Андрея ей вполне хватило. - Дело в том, что мне тоже очень надо в ту сторону, - поспешно объяснил мужчина. - Вы не могли бы меня подбросить? Дорогу знаю, за бензин заплачу, без проблем. Лина безразлично пожала плечами и перевела взгляд на Антонова: - Мне всё равно. Как он скажет, машина его. Андрей до этого не поднимал глаз от тарелки. Он тоже почти не ел - гонял вилкой кусок омлета по краю тарелки с видом человека, у которого аппетит куда-то делся вместе со здравым смыслом. Но сейчас отвлекся от яичницы, внимательно посмотрев на мужика. - Подбросим, нет проблем, - кивнул Андрей, оценив габариты салона «Крузака». - Машина большая. - Спасибо ! - мужчина заметно повеселел и скинул рюкзак на пол. - Меня Николаем зовут.

***

Границу они, вопреки опасениям, прошли на удивление гладко, пограничники лишь мельком глянули документы Андрея и махнули рукой. Внедорожник уверенно покатил по шоссе. - А зачем вы едите в Чернобыль? - из любопытства спросила Лина, повернувшись к новому пассажиру. - Ну, я не совсем туда еду. Я ученый, у нас там исследовательская база недалеко. Туда и возвращаюсь. Мы в аварию попали, сотрудника моего на скорой увезли, машина наша в хлам, а мне туда надо срочно. - Понятно, - ответила Лина, отворачиваясь к окну. Ей ничего не было понятно, но, честно говоря, чужие проблемы её сейчас волновали меньше всего - своя шкура была дороже. Гораздо сильнее её волновало то, что происходило прямо сейчас в салоне машины между ней и Андреем. Напряжение между ними возникло такое, что чувствовалось каждым нервом. Мысли Лины упорно возвращались к одному и тому же - к тому, как именно он оттолкнул её там, у багажника. И всё-таки… почему он дал заднюю? Ладно, пускай он с секретами. Но ведь он же мужчина, в конце концов! Стояк-то у него был такой, что не скроешь, его буквально трясло, когда она его прижала. Так почему остановился? Лина вздохнула. Может, она сама себе всё напридумывала про его тайные мотивы? Может, он просто испугался? Ну да, парню двадцать с небольшим, перед ним девчонка, которая, по его же собственным словам, ему дико нравится, берет его на абордаж на глазах у пограничников. И он отказывается… Но от мысли, что он просто сдержался из какого-то своего внутреннего благородства, внутри почему-то становится жарко. Она снова и снова прокручивала в голове его лицо в тот момент. Может, всё-таки совесть заела? Или вообще какие-то моральные принципы насчёт того, что нельзя целоваться с почти незнакомой девицей посреди дороги? Лина усмехнулась про себя. Версия про принципы быстро отпала. За последние сутки она достаточно успела насмотреться, как этот «принципиальный» парень смотрел на её грудь, чтобы поверить в его внезапную сдержанность из высоких соображений. А потом ей в голову пришла другая мысль, совсем примитивная. А может у него просто есть девушка? Да, вот так вот всё просто… Какая-нибудь давняя любовь, которой он верен по инерции? Лина искоса бросила взгляд на Андрея. Тот сидел, словно каменное изваяние, намертво вцепившись в руль. Был еще один вывод, который ей категорически не нравился: он остановился не потому, что не хотел. А потому, что кто-то или что-то стояло у него за спиной и диктовало правила игры. Но этот вывод она старалась выкинуть из головы, потому что при мысли об этом становилось совсем не по себе. Андрею в этот момент было физически хреново. Присутствие Лины на соседнем сиденье после того безумного, горячего поцелуя превратилось в изощренную пытку. Ткань джинсов предательски давила, в штанах стало невыносимо тесно, а в голове до сих пор стоял туман. Это была просто катастрофа. Она сидела в полуметре, а его до сих пор колотило. Зачем она это сделала? Издевается? Проверяет? Да какая разница… Главное, что она сама этого хотела. Сам этот поцелуй… Твою ж мать… Как она дышала ему в губы, как прижалась к нему!  Не стала бы девушка так целовать парня, который безразличен. И от этого осознания крышу рвало еще сильнее. Плевать на шефа, плевать на работу… Доехать бы до этой Припяти, разобраться с этим заданием… а там я её уже никуда от себя не отпущу. Пусть шеф увольняет. Пусть делает, что хочет…Но сейчас надо просто сдержаться. Атмосфера в машине была настолько наэлектризованной, что, казалось, щелкни пальцами и полыхнет. Бешеное, дикое притяжение буквально затапливало салон, и оба это чувствовали, из последних сил сохраняя внешнее безразличие. - Слушайте, давайте остановимся, - вдруг подала голос Лера, - мне в туалет надо. Лина устало закатила глаза, прерывая свои мысли. - Времени полно, - негромко сказал Андрей, мельком глянув на Лину. В его глазах на долю секунды вспыхнуло что-то, что у Лины перехватило дыхание. - Успеем. И, обращаясь к Лере в зеркало заднего вида: - При первом же удобном случае остановимся. Минут через десять они затормозили возле небольшого,  придорожного заведения с простенькой и незамысловатой вывеской «Кафе». - Давайте, - скомандовал Андрей, глуша двигатель, - Мальчики направо, девочки налево. Лина, Лера и Глафира друг за другом зашли в пахнущую моющими средствами дамскую комнату. Пока Глаша умывалась у раковины, Лина оперлась спиной о подоконник и посмотрела на подругу. Ей нужно было срочно выговориться, чтобы не сойти с ума от этих мыслей. - В общем, Лерка… Ты была права. Насчет Андрея. Что-то с ним не так. - В смысле? - не поняла Лера, вытирая руки бумажным полотенцем. - С чего ты взяла? - С того, - многозначительно прищурилась Лина. - Пока вы со в магазине на границе были, я к нему целоваться полезла. И грудью прижималась, и за шею хватала… по полной программе, только что не раздевала. - А он чё?! - глаза у Леры загорелись нездоровым азартом. - А он - ничего, Лер! - То есть как ничего?! - А вот так! Вообще! - с нажимом сказала Лина, - Руки мои аккуратненько так перехватил, со своей шеи снял и в сторону меня отодвинул. - Да ладно! - не поверила Лера. - Не может такого быть! - Лерка, я его там чуть не изнасиловала! - слегка приукрасила  Лина, чувствуя, как к щекам подступает румянец от воспоминаний. - А он ничего. - Может, он того… - Лера многозначительно подняла брови. - Импотент? - Не, - Лина уверенно мотнула головой, вспомнив, как от их горячих объятий чуть не поплавилась крышка багажника. - Со стояком там всё в полном порядке, реагирует как надо. В штанах тесно, а вот голова холодная. Контролирует себя жестко. - Так бывает? - Сама в шоке. И это, признаться, задевало её сильнее, чем хотелось бы. Одно дело - равнодушный мужчина, которого не зацепило. С таким всё просто: пожала плечами и забыла. Но Андрея зацепило, причём очень даже ощутимо, она это чувствовала всем телом в ту секунду, когда он прижимал её к себе. А потом он всё равно нашёл в себе силы остановиться. Значит, что бы там у него ни сидело в голове - страх, расчёт - оно оказалось сильнее, чем она сама. Очень неприятное открытие для девушки, привыкшей быть тем фактором, который ломает любые расчёты мужчин в радиусе километра. - Лин, а на кой хрен он нас тогда вообще повез? - ошарашенно спросила Лера. - Я-то думала, он от твоих прекрасных глаз. Ну, чтобы трахнуть тебя побыстрее где-нибудь по дороге. - В том-то и дело, что нет, - развела руками Лина. Ей очень хотелось верить в версию про его «благородство и робость», но здравый смысл все равно нашептывал про нестыковки. -Значит, у него есть какой-то другой, сугубо личный интерес во всей этой поездке. Вопрос- какой? - Дела… - протянула Лера, переваривая информацию. - И что теперь делать? - Не знаю, - Лина пожала плечами. - В любом случае, сейчас он нам нужен. Без него мы до Припяти не доедем. А там на месте разберемся. Ладно, пойдем, ехать пора. Когда девушки вернулись к машине, Стас уже вовсю скучал на пассажирском сиденье, а вот Николая нигде не было видно. Прошло десять минут, пятнадцать, двадцать… - Блин, что он так долго то? - начала нервничать Лина, непрерывно поглядывая на часы. -Нам уже давно ехать пора! - Пойду схожу за ним, что ли? - Андрей выбрался из-за руля и быстрым шагом направился к дверям кафе. - Прихватило человека, - усмехнулась Лера, с аппетитом откусывая свежую булочку, которую успела прихватить на кассе. - Лер, заканчивай жрать, а? - поморщилась Лина. - Отвали, - беззлобно ответила Лера, -  я нервничаю! - Я тоже ! Но не мету же всё подряд. - Что-то Андрей один идет, - прервала их Лера, кивая на стекло. - И что это у него с лицом? Лина присмотрелась. Андрей буквально летел к машине, его лицо было напряженным, а челюсти плотно сжаты. Он рванул водительскую дверь и запрыгнул в салон. - В машину, быстро! - рявкнул он, с силой проворачивая ключ в замке зажигания. - Что случилось? - спросила Лина. - Быстро, я сказал! Сваливаем отсюда! - повторил Андрей, резко включая передачу. - А где это Николай? – Лера уселась на заднее сидение рядом со Стасом, - Мы его ждать не будем? Андрей ничего не ответил. «Крузак» с пробуксовкой сорвался с места, выскочил на шоссе и на бешеной скорости погнал прочь от кафе. - Андрей, что случилось? – не выдержала Лина, хватая его за рукав рубашки, - Что происходит? От кого мы убегаем? Где мужик этот? - Мужика этого грохнули в туалете, - глухо, не отрывая глаз с дороги, сказал Андрей. Он крутанул руль, обходя выбоину. - Что?! - в один голос вскрикнули Лина и Лера. - То! - ответил он. - я захожу, он в кабинке лежит, с огнестрелом. - И… и кто его? - заикаясь, спросила Лера, у которой булочка едва не полезла обратно. - Ты знаешь, мне как-то никто не представился! - раздраженно рявкнул Андрей, сильнее вжимая педаль газа в пол. - И покойник тоже, странным образом, ничего не сказал. Лина молча сидела вжавшись в кресло. Ситуация становилась уже не просто странной, она становилась страшной. Всё окончательно вышло из-под контроля. Побыстрее бы забрать эту проклятую флешку и бежать отсюда, назад, домой. Андрей же, вцепившись в руль обеими руками, чувствовал, как пульс до сих пор колотится где-то в висках, частично от увиденного, частично от того, что произошло у багажника час назад, и эти два потрясения почему-то слились в одно общее ощущение полной потери контроля над происходящим. Сначала он чуть не сорвался с заданием, позволив себе забыть обо всём ради одного поцелуя. Теперь рядом появляются трупы, и непонятно, имеют ли они отношение к флешке, к боссу, или к чему-то третьему, о чём он не имел ни малейшего представления. Это здорово нервировало. Краем глаза он покосился на Лину, бледную, напряжённую, вцепившуюся в ручку двери побелевшими пальцами, и впервые за всю поездку почувствовал не желание и не служебное раздражение, а что-то похуже: тревогу. Настоящую, неподдельную тревогу за конкретного человека, сидящего рядом, а не абстрактный «объект наблюдения» из досье. Это было плохо. Это было совсем не по протоколу.