Гастрономический терроризм для начинающих

      Все знали, что тренировочный комплекс «Ангар» — это филиал ада на земле. Ну, или предбанник. Воздух густой — дым от шашек мешается с запахом горелого металла, спецназ ГИДРЫ, уже на последнем издыхании, долбит условные укрепления. Сирены орут, холостые палят — в общем, веселуха та ещё.       И ровно в этот момент в одном из проёмов, подсвеченном красной аварийкой, возникла широкая тень. Казалось, она материализовалась из самого хаоса, как его закономерный и самый хуёвый итог. Зимний, сука, Солдат.       И тут случилось странное. Весь этот грохот споткнулся, будто его за яйца схватили. На долю секунды, которую даже хронометр не зафиксирует, воцарилась абсолютная, просто выбешивающая тишина. И сквозь неё, как ножом по стеклу, прорезался чей-то сдавленный, почти детский лепет:       — Бля…       Паника стала осязаемой, как говно в сапоге. Бойцы ждали всего: провала, ловушки, взрыва. Но не того, что в их персональный ад явится сам дьявол собственной персоной.       Но этому ебанутому терминатору было насрать. Он шёл вперёд, словно по бульвару гулял. Автоматические турели замирали, не успев даже чихнуть. Ловушки он перешагивал с таким видом, будто обходил лужи на пути к пивному ларьку. Как будто «Ангар» для него был маршрутом до ближайшего магазина.       Наконец, он остановился перед молоденьким сержантом, который явно прикидывался ветошью.       — Где Рамлоу? — осведомился Зимний таким тоном, будто спрашивал, который час. Тот только пальцем ткнул в сторону командного. И замер, явно ожидая, что сейчас его размажут по стенке.       Брок наблюдал за этим цирком, скрестив на груди руки. Когда Солдат приблизился, он снял наушник и выдал:       — Глядя на твой променад, так и хочется крикнуть: «Люди, расступитесь! Не мешайте человеку гулять!».       — Мне платят за терпение к этому бардаку? — буркнул Зимний.       — Из твоего оклада уже вычли стоимость моих нервных клеток. Ты, блядь, в курсе, сколько они стоят на чёрном рынке?       — Твои клетки давно должны были эволюционировать в бронежилет, — парировал Солдат и полез за пазуху. Достал небольшую жестяную коробку в каких-то дурацких цветочках. — Вот. Для полевых испытаний.       Рамлоу принял её с таким видом, будто ему подсунули взрывчатку. Открыл. Внутри лежали песочные печенья такой формы, будто их штамповал станок с ЧПУ. А может, так и было, хуй знает.       Брок взял одно, осмотрел со всех сторон — не заминировано ли. Отломил кусочек. Разжевал с видом дегустатора, который вот-вот выдаст вердикт «пиндосам не осилить». И зажмурился от удовольствия.       — Ну, ты конкретно отжёг, — восхищённо выдавил он. — Тебе бы кондитерскую открывать. «Кофе и карабин». Гарантия устранения недовольных клиентов — лично.       Уголок рта Зимнего дрогнул. Почти незаметно. На миллиметр. Брок готов был поклясться, что это была улыбка.       И в этот самый момент, словно в ответ на это микроскопическое чудо, оглушительно взвыла аварийная сирена, свет вырубило, где-то посыпались искры и запахло горелой проводкой.       — Мда, — невозмутимо констатировал Рамлоу. — Ад определённо сбоит. — Он перевёл взгляд на Зимнего. — Зато у нас есть печеньки.       Солдат, чьё лицо лишь секунду назад выдавало нечто, похожее на удовлетворение, вздохнул как уставший сантехник.       — Контур замыкает, — сказал он с видом специалиста, который уже всё починил тысячу раз. — Сейчас вернусь.       И исчез. Растворился в дыму, будто его и не было.       Едва дым рассеялся, в командный пункт влетел Роллинз. Он пыхтел как паровоз, и голос у него был осипший от напряжения.       — Что это, блядь, тут было? — спросил он, глядя на то место, где только что стоял Зимний.       Брок с театральным пафосом закрыл крышку коробки. С дурацкими цветочками. Погладил её, как большого, пушистого кота.       — Это, Джек, терапия. Садись, не стой как памятник самому себе. — Он повернулся к тому самому сержанту, который всё ещё не пришёл в себя. — Эй, сержант! В себя пришёл? Организуй нам три кофе. Мне, Роллинзу... и Зимнему Солдату. Ему — с молоком.       Полигон, оглушённый и так и не дождавшийся обещанного апокалипсиса, начал приходить в себя. Аварийные огни сменились ровным светом. Бойцы, получив приказ разобрать завалы и не ссать, с новой силой ринулись на штурм. Но их взгляды постоянно уплывали к командному пункту. Где, судя по присутствию Солдата, сейчас разрабатывалась новая тренировка — настолько адская, что предыдущая покажется лёгкой пробежкой до сортира.       Брок непринуждённо отхлёбывал кофе. Между ним и Джеком, нагло заняв лучшую позицию для обстрела двери, устроился Солдат. На столе стояла та самая жестяная коробка с печеньем. Из которой они то и дело не забывали угощаться. Даже Зимний.       — С орехом вышло зачётно, — Рамлоу довольно осклабился, облизывая крошки с губ. — Следующая цель, парни? У нас тут не пекарня, а полигон вкусовых испытаний. Работаем, мать вашу.       Роллинз, ободрённый, с неожиданным энтузиазмом цапнул ещё одно печенье.       — Предлагаю шоколадный десант! — рявкнул он с воодушевлением ребёнка в кондитерской.       — С шоколадом уже было, — задумчиво отозвался Солдат, даже не глядя на Джека. Он крутил в пальцах печенье, изучая его как снайпер патроны.       — Может, тогда с апельсином? — не унимался Джек. — И с шоколадными кусочками!       — Роллинз, — вздохнул Брок. — Я начинаю думать, что если предложить тебе шоколадный танк, ты и его сожрёшь. Расслабься. Это не соревнование по обжираловке.       — Цедра апельсина, — вдруг сказал Зимний. Голосом, не терпящим возражений. — И шоколад. Но крошкой. Иначе подгорит, — добавил он уже без интонаций, поставив точку в дискуссии, как приговор судьи.       Брок заржал.       — Отличный компромисс! Какао-войска Роллинза будут доставлены мелким калибром. Дробью, блядь.       — Принято, — Джек расплылся в довольной улыбке и поднял кружку. — Предлагаю тост за шеф-повара!       — За единственного человека, чьи кулинарные навыки опаснее его боевых, — поддержал Рамлоу, хлопнув Солдата по плечу. Тот даже не дрогнул. — Кстати, ты не хочешь провести мастер-класс? Назовём «Гастрономический терроризм для начинающих». Первое занятие — Маскировка в кондитерской: как сделать печенье, которое не отличить от боевой гранаты.       Зимний посмотрел на него. Долго. И сказал ровно, как отрезал:       — Ты будешь мыть посуду.       — …Идёт, — выдохнул Брок, чувствуя, что проиграл битву, но выиграл печенье. — Чёрт с тобой. Только фартук розовый не надевай. А то у Роллинза инфаркт случится.       — А мне можно розовый? — невинно спросил Джек.       — Тебе, Роллинз, можно только бронежилет. С надписью «Дегустатор». А теперь давайте работать, мать вашу, а то начальство подумает, что мы тут кофеи гоняем. Хотя мы, блядь, именно этим и занимаемся.       И цапнул ещё печенье.