Ты ушел

Ирджи родился в день одноименного святого. 24 апреля, когда чехи празднуют настоящее вступление весны в свои права. Считалось, что в этот день земля, согретая солнцем, выпускает на поверхность тварей разных, но яд их в тот день всё ещё не опасен. “На святого Ирджи выползают змеи и скорпионы…” Ирджи был воплощением весны: огненно-рыжий, с нежным румянцем на бледном лице и карими миндалевидными глазами, огромными, ласковыми. Таким он был для Олли. Но сегодня не был, не теперь... “…змеи и скорпионы…” Ирджи подъезжал к замку Чеса. Граф Чесуэй, уважаемый лорд парламента церемониально выставил слуг на крыльце своего поместья для встречи гостей, прибывающих на свадьбу Олли и Виго. Как бы внутренне не протестовал Ирджи сегодня, обливая матом Виго ставшего частью жизни Олли, украденного у него навсегда, и Чеса, и всех "вонючих аристократов" иже с ними, представший перед ним замок 16 века потряс его своей мощью, незыблемостью, внушающей трепет британской надёжностью. Ирджи теперь был обеспокоен, он не верил себе, когда понял, что готов осуществить, то что задумал: “ Я убью его, а Олли убьет меня… и, убитый горем, умрет сам .. ахах..” “ Нет, я просто убью себя, и Олли будет горевать обо мне всю жизнь, но я буду знать, он думает обо мне, каждый божий день будет, курва, думать…” Ирджи пытался заводить новых возлюбленных, все они были похожи на Олли. Влюблялись в огненного Ирджи с пол пинка, но Ирджи не мог, не мог по настоящему отдаться никому из них, даже представляя на их месте Олли, даже чувственно воскрешая его запах для себя … нет… Он бросал изумлённых, ни в чем не повинных парней снова, и снова, как перчатки в автомастерской после переборки двигателя. Негодных, использованных, одноразовых. И Ирджи был несчастен. “ Мои змеи и скорпионы...” Почему сегодня, да он, сука, знал, знал как Олли мечтал об этом дне. А Ирджи просто слушал. Когда Виго и Олли чуть не расстались, и там где-то маячил поблизости чертов Глен, Ирджи хотел, было рвануть в Лондон и прилепиться к Олли с его разбитым сердцем, похуй на Глена, ведь добрый друг Ирджи утешит ... как надо. И Олли будет хорошо. - Ведь хорошо же тебе, Олли, со мной? Ну так какого ты трахаешь других?! Не выдержал как-то Иржди после их очередного секс марафона, случавшегося каждый раз, когда Ирджи приезжал к Оллишеку в Прагу. - Не начинай, Ирдж, ты знаешь мы с тобой как братья, ты мой Ирджичек и всегда им будешь…забей, жарь все что нравится, ты же адски красив, талантлив...посмотри на меня, твои художества со мной навсегда! И Олли показал ему себя во всей красе, напрягая роскошные мускулы тела, где разместилось множество искусных тату, выбитых Ирджи… - Иди ко мне, у тебя ещё три часа до отъезда… трахни своего Олишечека, ты хочешь, по глазам вижу, курва, как ты меня хочешь. И Ирджи зло бросался на Олли и со слезами брал его, и отдавался ещё горше, намеренно позволяя Олли делать себе больно, как тогда в их первый раз… На том острове, который любовники окрестили для себя "островом траха", они часто потом предавались бурной страсти. В их первый раз, когда Ирджи просто рыдал и от боли, и от счастья, Олли крепко держал его в объятьях, испуганно утирая ему слезы. - Это хорошо, Олли, правда, мне так хорошо. Но его лицо кривила гримаса боли. Для первого раза они не на шутку увлеклись. Поясница Ирджи болела, словно почки отваливались, он попытался подняться, но осел на песок. Они и не ели уже часов 12, на вечеринке было только бухло, а на острове они провели в объятиях друг друга часов 8. - Ирдж, иди ко мне... Олли взял Ирджи на руки и понес в воду. Ирджи положил голову на плечо Олли и крепко обнял его жалобно всхлипывая. - Сейчас мы оживим твою сладкую попку. Вода была холодная, но Ирджи и правда почувствовал облегчение. Олли кружил Ирджи по воде как в танце и целовал его, и нежно, и страстно, и они снова вышли на берег, горя желанием продолжить изучать друг друга. Олли разжёг костер и закопал Ирджи в песок, чтобы тот согрелся. И лежал сверху, и целовал глаза и губы, заплетал рыжие волосы в косу, украсив нежно-голубой кувшинкой и снова любил своего маленького Ирджичека. - Ирджи, просыпайся! Олли целовал ему лоб, убирая челку и проходя языком по бровям темно- коричневого оттенка, как и глаза. - Я понял, ты ещё не трахал меня, осилишь? И Олли картинно напряг свои мускулы, изображая силача в цирке, поднимающего гирю. - Иди сюда, и узнаем! Поначалу Ирджи был очень ласков, он нежно растянул задний проход Олли, совсем деликатно просовывая пальцы, вылизывал ему анус, затем перевернул Олли на спину и нежно, может и слишком осторожно сделал минет, это было неумело и робко, но Олли оказался на седьмом небе от этих ласк, и уже хотел схватить Ирджи и навалиться снова. - Нет, Олли, Ты обещал мне отдаться! Сверкая своими темными очами произнес Ирджи. - Отдаться, курва, где ты набрался такого!!! - Не смейся, уебок, я стараюсь, чтобы твой первый раз тебе зашёл как надо! Олли встал на четвереньки и выгнул спину. - Давай, твой заход, Ирджусик. Ирджи медленно и осторожно проникал внутрь Олли, чувствуя как напрягаются мышцы внутри его любимого, но Олли не кричал, он прислушивался к своим ощущениям, и когда Ирджи задвигался быстрее натянув Олли за волосы и перехватив его огромный член в руку, Олли понял, что такое - Это блаженство - вот так на острове с лучшим другом получать ни с чем ранее не сравнимые минуты удовольствия на рассвете своей жизни. Ирджи вышел из машины. На пороге замка, помимо хозяина, стояло с десяток слуг. " А он красив, очень даже красив!" Отметил Ирджи, рассматривая Гарри Чесуэйя, высокого широкоплечего брюнета с улыбкой Кларка Гейбла. "Кларк Гейбл" в свою очередь внимательно рассматривал Ирджи, ведь его обожаемый Вигуарт прожужжал уже все уши об этом чешском любовнике Олли. - Чеес, это его гребаная первая любовь, ты не понимаешь, он хорош, очень хорош! Олли проебался с ним всю юность, они и не расставались почти до его знакомства со мной! Что мне делать, Чеес?! - Виго, приди в себя, ты серьезно? Олли Престол выхаживал тебя, и чуть не угробил врачей, Олли Престол трясется от тебя, как диабетик, желая сладкого, Олли Престол - твоя вторая половина, Виго! И это, заметь, говорю я, всё ещё любя тебя безответно! И лорд Чесуэй изобразил на своем красивом лице самую страдальческую мину. - Ах, я уговариваю любовь всей моей жизни не сомневаться в любви всей его жизни! Охуеть, и да простят мне мой кокни! Виго рассмеялся и чмокнул Чеса в щеку. - Ты всегда был мне лучшим другом. - И только, любовь моя и только... И вот он, чешский змей, на пороге его поместья. " Красив, дьяволёнок, ох какой!" - Добро пожаловать, Ирджи, наслышан о вашей красоте, но и представить не мог, что она столь убийственна! " А неплохо стелет, мне нравится, и ведь не слова лжи, искренне, курва, стелет..." Ирджи уверенно шагнул навстречу Гарри Чесуэйю. - Ирджи, ваше сиятельство. С обворожительной улыбкой произнес он, захлопав ресницами и приподняв каштановую бровь. - Зовите меня Чес, мальчик мой. И Добро пожаловать в Чесуэй Корт. " Змеи и скорпионы"... Спите пока.