Webbed up with you

Это уже становилось смешным. За последнюю неделю Ландо трижды видел Человека-паука — и каждый раз подозрительно близко к тому месту, где он находился. Первый раз — возле библиотечного кафе, второй — на краю парка рядом с его квартирой, а теперь… теперь он был уверен, что только что заметил красно-синюю фигуру на крыше напротив его любимой пекарни. Он потягивал кофе, не поворачивая головы, и поглядывал на крышу. Ага. Вот он. Человек-паук — он сидел, пригнувшись, в своей обычной нелепой позе, как будто закон всемирного тяготения на него не распространяется. Дело в том, что… у Ландо было предчувствие, что это не совпадение. И на его лице медленно расплылась улыбка. Он поставил чашку, откинулся на спинку стула и без стеснения крикнул на всю пустынную улицу: — Если ты собираешься за мной следить, то хотя бы угости меня ужином! Фигура замерла на месте. На мгновение маска повернулась в его сторону, и Ландо мог поклясться, что почувствовал на себе недовольный взгляд с высоты десяти метров. Затем Человек-паук легко спрыгнул с крыши и приземлился в переулке рядом с пекарней. Как будто Ландо его и не провоцировал. Но Ландо уже был на ногах. «Ну уж нет», — пробормотал он, перебегая через дорогу. Если Человек-паук думает, что может просто прятаться и наблюдать за ним, как какая-нибудь горгулья на крыше, то Ландо покажет ему, кто здесь главный. Он свернул в переулок как раз вовремя, чтобы увидеть, как Человек-паук с лёгкостью запрыгивает на пожарную лестницу. — Не собираешься убегать, да?! — крикнул Ландо, ухмыляясь. Ответа не последовало, но Ландо знал, что тот его услышал. И этого было достаточно, чтобы бросить ему вызов.

***

Прелесть подражания супергерою в том, что... навыки паркура у него намного лучше, чем у вас. Ландо бежал ближе к земле, петляя по переулкам и следя за едва заметными движениями над головой. Человек-паук не мчался на полной скорости — и это было странно. Как будто он не хотел потерять Ландо из виду… просто… хотел быть впереди. Но через десять минут здания стали выше, улицы — уже, а движение — менее интенсивным. Теплые огни района пекарен и кафе сменились более мрачными неоновыми тенями старой части города. И тут Ландо понял... что возможно, это была не лучшая идея. Здесь воздух пах по-другому — чем-то едким, с едва уловимым металлическим привкусом. Где-то рядом разбилась стеклянная бутылка, и кто-то вскрикнул. Он поднял голову и на секунду увидел Человека-паука, который замер на замахе и оглянулся на него. По выражению лица под маской ничего нельзя было понять, но Ландо почувствовал присутствие осуждения. И тут, словно по сигналу, из-за двух мусорных баков впереди показалась фигура. Еще одна прислонилась к стене и закурила. — Добрый вечер, дорогой, — сказал один из них. Ландо остановился. — …Привет? Они не были похожи на тех, кто просто вышел поболтать. Он сделал шаг назад и только тогда понял, что за ним тоже кто-то стоит. Отлично. Идеально. Все в порядке. Он не собирался становиться идиотом из новостных заголовков. «МЕСТНЫЙ УРОД СЛЕДУЕТ ЗА ЧЕЛОВЕКОМ-ПАУКОМ В ПЛОХОЙ РАЙОН. И СОЖАЛЕЕТ ОБО ВСЕМ». Не успел он продумать план побега, как что-то красное и быстрое пронеслось между ним и парнем, который был ближним к нему. Человек-паук приземлился прямо перед ним, припав на корточки. Одной рукой он опирался на асфальт, а другую сжимал в кулак, словно решая, ударить его или прижать к стене паутиной. — Добрый вечер, джентльмены, — сказал он низким голосом, в котором слышались опасные нотки. — Кажется, вы заблудились. Трое парней были не дураки. Они взглянули на супергероя, пробормотали что-то вроде «не стоит оно того» и отступили. Когда они ушли, Человек-паук повернулся к Ландо. — О чем, — медленно произнес он, — черт возьми, ты думал? Ландо скрестил руки на груди. — Что, мне нельзя выйти прогуляться? — В эту часть города? — рявкнул Человек-паук. — Ночью? Один? — Я был не один, — самодовольно заметил Ландо. — Ты же следил за мной. Повисла пауза. Маска слегка наклонилась, и Ландо поклялся, что увидел, как напряглись плечи Человека-паука. — Я не следил за тобой, — сказал Человек-паук. — Я просто хотел убедиться, что ты не сделаешь ничего подобного. — А, так ты за мной следил. Человек-паук резко выдохнул через маску. — Невероятно. Он шагнул вперед, оказавшись так близко, что Ландо мог видеть, как под костюмом поднимается и опускается его грудь. — Послушай меня: если ты видишь, что я за тобой наблюдаю, значит, на то есть причина. И эта причина не в том, чтобы ты гнался за мной до переулка, где мне придется спасать твою задницу. Ландо ухмыльнулся, стараясь не показать, что его пульс участился. — Значит… ты признаешь, что следишь за мной. Повисла еще одна пауза. Затем Человек-паук наклонился и тихо произнес: — Иди домой, Ландо. И он исчез — красно-синяя вспышка взмыла в ночное небо, оставив Ландо стоять с глупой ухмылкой и бешено колотящимся сердцем.

***

Ночной воздух был теплее, чем должен быть в это время года. Внизу, в городе, царил шум пятничного вечера: сигналили машины, из полуоткрытых дверей пабов доносилась музыка, вдалеке шумела река. Ландо балансировал с двумя бумажными упаковками шаурмы в руках, стараясь не уронить их, пока взбирался по ржавой пожарной лестнице здания, на которую ему не следовало подниматься. Человек-паук снова за ним наблюдал. Он заметил эту фигуру в тот вечер, когда возвращался домой из магазина. Она сидела на корточках на краю противоположного здания, словно терпеливая горгулья. Ландо шел домой с опущенным капюшоном, вполуха слушая музыку в одном наушнике, когда поднял глаза и — да. Вот он. Дружелюбный паук, который притворяется незаметным, но бросается в глаза, если знать, куда смотреть. — Ладно, — нарочито небрежно бросил он в пустоту. — Я знаю, что ты там. Человек-паук поступил как классический супергерой — слегка кивнул, полуприветственно взмахнул рукой, будто ему не надо было полноценно отвечать, — и развернулся, чтобы уйти. Именно поэтому Ландо пошел за ним. В итоге Ландо каким-то образом убедил его остаться и попробовать шаурму. Как? Надо было всего лишь сказать: «Серьезно, дружище, тебе нужно попробовать шаурму из того места, оно лучшее. Если ты сейчас уйдешь, я всем расскажу, что ты привередливый едок». Теперь они сидели бок о бок на выступе на крыше, а внизу, словно сверкающий ковер, раскинулся город. Ноги Человека-паука свисали с края крыши, а Ландо, стараясь вести себя непринужденно, разворачивал свою шаурму. — Это просто безумие, — сказал Ландо, откусывая кусочек. — Я ем шаурму с Человеком-пауком. Может, попросить у тебя автограф? Или селфи? Нет, ты, наверное, с меня за это денег потребуешь. Человек-Паук выдохнул через маску, звук получился слегка приглушённым. — Я не беру за это плату. Его голос звучал ниже обычного, как будто он пытался его замаскировать — и не слишком удачно. Плохой британский акцент не помогал. Ландо и раньше замечал, что у него иногда проскальзывают гласные, как будто он не может решить, говорит ли он на лондонском сленге или на вычурном языке дикторов BBC. Это было… даже мило, хотелось поддразнить его за это, но в то же время не хотелось, чтобы он перестал говорить. — Тебе правда стоит поработать над своим акцентом, дружище, — сказал Ландо с набитым ртом. — Такое ощущение, что ты запоем смотрел драмы BBC и обучающие видео на YouTube о том, как говорить с британским акцентом. Человек-паук слегка обиженно склонил голову набок. — Это мой настоящий голос. — Ага, — ухмыльнулся Ландо. — Конечно. Несколько минут они ели в дружеском молчании, которое не было неловким, оно было просто... уютным. В воздухе витал слабый запах жареного мяса и городского смога, а время от времени порыв ветра трепал кудри Ландо. Когда Ландо съел уже половину своей шаурмы он заметил какое-то движение. Небольшой уверенный жест: пальцы Человека-паука в перчатках подхватили край маски и сняли ее до самого носа. Нижняя часть его лица внезапно оказалась на виду. И Ландо… застыл. Город и так был полон острых углов — стекло, сталь, тени, — но это? Это было что-то другое. Челюсть была чистой и угловатой, на ней играли отблески слабого оранжевого света уличных фонарей. Мягкие, полные губы были слегка сжаты от сосредоточенности, пока он возился с фольгой. А эти зубы — белые, чуть неровные, что делало их человечными, несовершенными, с двумя слегка выступающими передними зубами, которые сверкали, когда он говорил. Пульс Ландо участился. О, трахни меня. Он с трудом сглотнул, заставив себя снова сосредоточиться на еде, но это было бесполезно. Его мозг уже начал опасную игру в ассоциации. Потому что единственный человек, которого Ландо знал с такими зубами... был Оскар. Но — нет. Ни за что. Оскар? Его Оскар? Его саркастичный, слегка ворчливый Оскар, который плохо рассказывает анекдоты? Тот, кто однажды пролил на себя кофе и обвинил в этом чашку? Тот, кто делал вид, что ненавидит супергероев, но все равно посмотрел с ним все три фильма о Темном рыцаре? Он никогда не смог бы. Ландо засунул в рот еще один кусочек шаурмы, чтобы отвлечься. — У тебя что-то на… — он неопределенно указал на свою губу. Человек-паук слишком быстро слизал, и Ландо чуть не подавился. — Неплохо, — пробормотал Ландо, отчаянно пытаясь сохранять спокойствие. — Ты тренировался перед зеркалом? — А что? Ты впечатлен? Ответ прозвучал так легко и дерзко, что Ландо пришлось прикусить щеку, чтобы не улыбнуться во весь рот. Они доели шаурму и выбросили обертку в бумажный пакет. Какое-то время они сидели неподвижно, слушая уютное гудение на крыше. Но в конце концов Человек-паук встал и одним плавным движением натянул маску, снова скрыв от глаз этот потрясающий рот. — Тебе лучше вернуться домой, пока не поздно, — сказал он. — Ты говоришь как моя мама, — поддразнил его Ландо, вскакивая на ноги. — Я серьезно. В этой части города тихо, но все может поменяться. Ландо ухмыльнулся. — Что, опять за мной следить будешь? Пауза. — Может быть. А потом он исчез — один резкий прыжок, натянутая паутина до стены здания, и силуэт растворяется в сиянии горизонта. Ландо постоял еще секунду с бумажным пакетом в руке, чувствуя, как бешено колотится сердце, хотя он только что поужинал. Зубы Оскара. Зубы Человека-паука. Нет. Он даже не думал об этом. Вовсе нет.