Влюбиться в свою цель

      Вечером того же дня я не знал как себя морально подготовить к следующим событиям. То есть мне нужно сначала найти этот клуб, а потом что? Я больше чем уверен, что даже с моим нехилым умением драться, меня разорвут как тузик грелку. Я не знал с чего начать.       Телевизор не спеша прокручивал новости. В принципе ничего интересного там не было, вновь упал долла, пьяный мужчина зарезал свою жену и тому подобные байки. Почему байки? Да потому что для привлечения зрителей к зомби ящикам нужна жесть, трагедии, убийства, изнасилования. Люди уже просто от безысходности выдумывают лживые факты и понять когда тебе говорят правду, а когда врут невозможно. Невозможно обычным людям. Раскусись врунишек могут только психологи, сами сценаристы и ФБР, но от этого никому не будет выгоды, поэтому к таким делам никто не притрагивается.       «Внимание! Важная информация!» раздалось из динамиков. И тут меня осенило. Информация. Чёрт возьми обычная информация.       Я сразу же побежал к компьютеру. На огромное количество фактов надежды не было, ведь зачем в открытый доступ выставлять всё, что происходит за стенами «Шторма».       Порывшись в сетях интернета, мне удалось найти единственный сайт, где было пару-тройку имён, которые были хоть как-то связаны с клубом.

***

Тихие

•Александр Буланов, прозвище Банан. Он был новичком в этом грязном деле. Его выперли живым, но сломленным. Говорят, он на пьяную голову что-то ляпнул главному и за это поплатился своим языком. Не перенеся мучительной боли умер на месте. •Артём Виноградов, прозвище Отомчик. Считается пропавшим без вести. Его имя осталось в архивах клуба. •Николай Цугленок, прозвище Карась. Его называли «невышедший». Официальный термин для тех, чьё тело не забрали родственники. Его тело сожгли в заброшенной котельной за пределами города. А зрителям объявили: «Боец не вышел на гудок».

***

      Я вчитывался в имена людей, некоторые казались мне знакомыми, как будто раньше мне приходилось их слышать, но вспомнить я не мог.       И вообще что за нелюди обитают в этом гадюшнике. Неужели сам Ломбарди кроет их, лишь бы потешить себя и свору своих людей.       Но почему же он «Доктор»? Хуёктор он, а не доктор. У меня начинает плавится мозг, слишком много мыслей, вопросов и самое досадное на них нет ответов. Что делать? Что придумать? Как найти больше информации?       На протяжении ночи я искал хоть что-то, но ни единой детали, за которую можно ухватиться. Ничего нет. Уставший, я стою перед зеркалом. Моё отражение смотрит на меня с тупой покорностью. Под глазами синяки, зрачки расширенны, в них тускло блестит мёртвый свет от настольной лампы. Я трогаю своё лицо, парень напротив делает тоже самое. Пальцы холодные, как у мертвеца. Где-то в глубине номера тикают часы. А я смотрю на и думаю: Почему ты не можешь попросить помощи? Почему не подключишь информаторов? Да сука потому что это бесполезно. Их система защиты прошита на сто рядов. Никто не может выдать нужного. А сайт? А сайт это подляна от самого «Шторма». Они специально опубликовали эту статью, чтобы такие как мы велись и сливались с заданий. За годы работы я и ещё куча моих коллег видели многое, но к некоторым вещам подготовиться морально неосуществимо. Знаю людей, которые до сих пор проходят реабилитацию в психлечебницах. Это молодые бойцы, на которых были возложены огромные надежды, но их самоуверенность их же и погубила. А отражение смотрит на меня так, будто знает ответ на все мои вопросы. Но молчит. Молчит, потому что он – это и есть я.       Экран телефона загорается. Щурясь, я разблокирую его и пытаюсь прочесть сообщение. В глазах всё рябит, от чего становится больно. ______________________________________

Nežinomas

Lombardi kitoje šalyje.

Turi mėnesį pasiruošti.

Aš tau padėsiu.

03:42

Вы Kas tu? 03:43

Nežinomas

Mažiau žodžių, daugiau darbų.

Susitiksime ketvirtadienį aštuntą valandą vakaro pajūryje.

03:45

Пользователь ограничил доступ к сообщениям

______________________________________       Осознание, что меня заблокировали пришло не сразу. Сначала я просто смотрел на экран. Свет от дисплея противно резал глаза, выхватывая из темноты спальни моё собственное ошарашеное лицо. Сообщение висело передо мной, каждая буква в нём была на месте, складывалась в слова, слова — в предложения. Но мозг отказывался собирать эту мозаику в цельную картину.       Я отложил телефон на кровать, экраном вниз. Сердце колотилось где-то в горле, пульсируя в такт с застывшим в углу комнаты мраком. Время на компьютере только и успевало близиться к утру, а я сидел, уставившись в одну точку на стене.       Отказываться не в моём приоритете сейчас. Ведь так? Если я туда пойду какова вероятность, что мне реально помогут? Или же есть другой исход. Меня вычислили раньше времени и просто убьют. Одно другого лучше. Но я всё равно в плюсе. Во-первых у меня есть месяц на подготовку, а во-вторых... А больше плюсов у меня и нет.