Созвездие Кошки - том 1; контракт Афу-Эндалера - тысячелетие под мирным небом

Завтрашний день будет той еще занозой в заднице для полиции и служб безопасности Ландарики. Ничего особого, просто у нас там прайд-парад. Нет, я не имею в виду буквальную занозу в заднице, я лишь беспокоюсь о ходе контртеррористической операции. Что если эти засранцы из СБА найдут способ проскочить мимо нас и сделать свое злобное дело? Преступления происходят всегда и везде, но терроризм - не шутки. Мы должны держать ухо востро - но лично я проследить за ходом операции не смогу... «Слушай, брат...» - Наэв вздыхает и поправляет шерсть на щеках - «люди... они же тупые. Особенно когда дело касается принятия отличий. Милки передал довольно точные данные, но я всё еще беспокоюсь...» «Беспокоишься? Даже если мы не поймаем подозреваемого, Прайд должен пройти по плану. На Эндалере всегда найдутся идиоты, кричащие что-то вроде «горите в аду» или «смерть гомосекам» - мы за ними проследим, но мало кто среди них реально осмелится подорвать себя.» - я успокаиваю Наэва. «Да, брат Сан-Вон, ты правду говоришь, но я не могу избавиться от предчувствия...» - Наэв снова издает тяжкий вздох и смотрит на Мзу, как будто она не пыталась оторвать мне лицо пару минут назад. «Мы отправили на Прайд все наши силы, никто не пройдет незамеченным.» - мне приходится убеждать главнокомандующего. Вся эта паранойя по поводу терроризма уже бесит меня. Мы ждем гостей конкретно из СБА, но они ведь не единственные гомофобы на этой планете. Чем больше беспокоишься о чём-то одном, тем выше вероятность, что случится совершенно другая трагедия. «Сан-Вон?» «Ага?» - я отрываюсь от долгих раздумий.. «Ты считаешь, что отпускать туда Милки - тоже хорошая идея?» - очередной бесячий вопрос от Наэва. Еще чуть-чуть и я на него накричу, хоть он и выше меня по рангу. Сегодня хуевый день, ясно? «Наэв, а может спросишь его сам? Он же буквально здесь, за стенкой. Просто открой дв... ай!» - тупая ебучая Мзу прыгнула на меня сзади! Повезло, что я развернулся как раз в момент ее атаки, так что она пролетела в паре сантиметров от меня. Сейчас она прижимает уши и шипит. Я ей отвечу тем же! «Сан-Вон!» - Наэв в шоке. «Сан-Ван, ты охуел? Ты ее разозлишь!» - к нам присоединяется Юша. «Сан-Вон, пожалуйста, успокойся - ты сегодня дерганый какой-то. Иди себе спокойно к Ю Шилаю - только так, чтобы безмозглая кошка не откусила тебе нос.» - спасибо, Наэв. Спасибо, что возвращаешь меня в чувства, но лучше не вставай между мной и Мзу - это слишком опасно. «Мзу не нападает ни на кого, кроме тебя, Сан-Вон. Успокойся, ладно?» - что за... Юша мои мысли читает? «Пожалуйста, Сан-Вон, тебе сегодня нехорошо и это заметно. Поговори с Ю Шилаем и оставь нас в покое, мы сами разберемся.» - слова Наэва успокаивают и оскорбляют одновременно. «Выходит я вам не нужен?» «Нет, конечно, без тебя в долгосрочном плане никак, но пока бери отгул и расслабься. Всё будет хорошо, нам две недели без тебя нормально будет, всё пройдет как надо.» - Юшу местами трудно понять, но с ее мягким голосом ее советы звучат куда приятнее, чем любое доброе слово от Наэва. «Юша, ты всё еще обижена на меня?» - Наэв меняет тему. «Тьфу!» - Юша издает звук плевка и продолжает - «Я всегда хотела поехать в Новую Москву, особенно на праздники - Прайд, Новый Год, Масленица... ты говоришь, что мне нельзя из-за работы, но моя работа - сидеть на жопе и читать сраную документацию. Я целую неделю не писачила код, только проверяла бумажки и чинила ваше говняное железо... эээ, компьютеры, и...» «Юша, давай без скандалов - поедешь в Новую Москву на День Победы, обещаю. Мы тогда успеем подготовить тебе транспорт, организовать всё, найти человека, который сопроводит тебя... Прайд - не самое безопасное место, тызнаешь.» - Наэв забывает обо мне, обсуждая планы Юши и поглаживая Мзу. «Да, но моя работа - говно, так что хочу в отпуск. А еще хочу в Новую Москву, потому что я была в Москве раньше, до войны.» «Да блять, я понял. Поговорю с Ю Шилаем позднее.» - Наэв вспоминает о нём - «Сан-Вон, что ты тут стоишь? Можешь идти.»

***

Давно я не заходил к высшему менеджеру в офис. А сегодня я тут по серьезному поводу. И Сосагх никак с этим не связан. «Эээ, Шилай?» - я окликаюсь в пустоту. Передо мной огромный и темный офис, заваленный проводами, пыльными удлинителями и светящимися индикаторами - мне от этого места всегда было не по себе, будто тут не хватает воздуха. Зеленые и синие огни освещают один конкретный уголок комнаты - там, в окружении человеческих экранов и скомканных салфеток, он сидит в своих защитных очках и смотрит на тысячи букв и цифр. Здесь работает высший менеджер - тот самый Ю Шилай, мой бывший любимый Ай-Токл. «Шила-ай! Ты здесь?» «Да, брат, подойди ближе. Не надо кричать через всю комнату.» - Шилай отвечает без эмоций - маловероятно, что он всё еще способен на сочувствие. Мои глаза привыкают к темени - я спокойно обхожу удлинители и провода, раскиданные по полу. «Прости что беспокою, но, Шилай, можно попросить об услуге?» «Конечно, что там?» «Отпустишь меня в Солар Сити на пару дней? Я уже сделал часть работы наперед, и Наэв согласился взять мои обязанности на себя, если надо...» «Да, а что так? Объяснишь?» «Просто... мой брат... мой брат умирает.» «Твой брат... Йи-Майрю? Какой ужас, он же такой хороший парень. Живая драгоценность, подарок для нашего Солар Сити...» «Да, и мне надо увидеться с моим родным Йи-Майрю. Сегодня прислали сообщение из больницы, где его лечат. Говорят, что ему осталось не больше недели, и если я хочу попрощаться, то надо сейчас...» - я чувствую, как мое дыхание становится резким, несмотря на все попытки сохранять спокойствие. «Как жалко. Я недавно с мамой общался - она сама ушла с поста мэра из-за болезни, но я не думал, что всё так плохо обойдется с Йи- Майрю. Местные называли его самым достойным, трудолюбивым и честным лидером полиции за всю историю Солар Сити.» - Ю Шилай прерывает разговор на какое-то время, и я сам не хочу нарушать тишину. Иногда нужно помолчать, чтобы как следует высказаться. «Так, Йи-Сагор, я дам тебе 8 дней отпуска по семейным причинам и 12 дней для восстановления ментального здоровья. Можешь просить еще, если будет необходимость. Сейчас велю уборщику подать мне чистый лист бумаги и ручку. И, если сможешь, скажи Йи-Майрю, что Ай-Токл тоже хотел попрощаться.» «Ай-Токл... я... я... я хотел сказать... спасибо тебе...» «Не надо благодарить, я сам с ним знаком. И с тобой тоже - я знаю, как он тебе важен. А ты думал, что я монстр, полностью потерявший эмпатию?» «Нет, нет, я просто...» - больше не могу сдерживаться. Плевать, пусть Ай-Токл видит мои рыдания. Ему от этого не станет ни лучше, ни хуже. «Еще раз скажу, Йи-Сагор, мне очень жаль. Я закажу йилабсик до Солар Сити сегодня к полуночи - можешь сразу собирать вещи и готовиться. Если не трудно, подожди здесь немного - я попрошу уборщика принести бумагу и всё нужное.

***

Йилабсик доставил меня на вокзал в Солар Сити, а сейчас я жду такси джет-кросс - он отвезет меня прямо к больнице, где Йи-Майрю лечится уже целую итерацию. Порой мне хотелось бы, чтобы Мау умели рыдать как энкадале - тихо, с беззвучными слезами на глазах. Вместо этого Мау резко вдыхают и выдыхают через рот - как рыба, выброшенная на сушу. Не хочу ностальгировать по своей молодости. Я был просто питомцем местного мажора, хотел себе привилегий взрослой жизни, но не был готов к обязанностям. Беспилотный джет-кросс везет меня по указанному адресу, а я думаю - неужели это конец? Проверяю поясную сумку - ключи, карта военного, стерильная маска, какие-то крошки от печенья и свернутая записка от Ай-Токла. Ничего больше мне и не надо - личные данные хранятся на микрочипе-импланте под кожей, а сменная одежда лежит в отдельном рюкзаке, который я в больницу не потащу. Я стою около гостевой раздевалки в приемном отделе. Какие-то малыши в масках пялятся на меня - они никак не могут определить, какого я пола. Раньше мне было стыдно от этого, но моя психика резко поменялась после жизни на Эндалере, где каждый встречный энкадале открывает рот и тыкает в меня пальцем с криком: «говорящий кот!». Теперь мне не так уж и неловко среди своих. «Йи-Сагор 7 от Фертанмуа, пожалуйста заходите в раздевалку 4, кабинку 2B.» - как бы они не старались это исправить, стандартная ИИ говорилка звучит противно. От ультрафиолетового света в раздевалке болят глаза, что мотивирует быстрее надеть защитный костюм и двигаться дальше. Сам костюм полностью изолирован от внешнего мира - лишь воздух, которым я дышу проходит через какой-то фильтр - остальные части тела полностью покрыты герметичным силиконом. Пора войти в запретную зону. «Йи-Сагор 7 от Фертанмуа, пожалуйста подождите около палаты 4Е - у пациента осмотр.» Осмотр... это важно. И тут мне становится грустно, ведь я на очереди один - к Йи-Майрю кроме меня не пришел. Согласно ЕСУВ, посещать больного может любой гражданин, если его связывают с пациентом какие-то отношения - родственные, рабочие, дружеские или любовные. Но у Йи-Майрю, несмотря на высокий статус и кучу связей, в последние дни не осталось совсем никого, кроме брата. Йи-Майрю как-то подхватил вирус, известный как «лихорадка Марра’йе» - ее не так уж и сложно лечить, если делать это грамотно. Беды начались, когда утомленные долгими сменами кагамхэрэ по ошибке ввели Йи-Майрю неправильно упакованный кровяной эмулятор, что вызвало сильнейшую аутоиммунную реакцию. Очередной гражданин умирает из-за паршивой медицины Содружества. Этих кагамхэрэ судить не будут - в Солар Сити и так мало специалистов. Просто таков риск, который ты сам берешь на себя, если идешь за лечением. Молодая Мау выходит из палаты, закрывает дверь и тщетно пытается вытереть пот с подушечек на ладонях через защитный костюм. Заметив меня, она бойко спрашивает: «Здравствуйте, вы должно быть... Йи-Сагор, да? Брат-близнец пациента, верно?» «Да,этоя-авы?» «Обо мне забудьте, вы как раз вовремя. Йи-Майрю давно в коме, показатели очень плохие - похоже это его последние минуты.» «Серьезно?» - мое сердце бьется быстрее. «Давайте, живее! Я дождусь и объясню всё.» «Йи-Сагор 7 от Фертанмуа, пожалуйста заходите...» - отъебись, жестянка! Я наклоняюсь над кроватью, окруженный проводами, странными трубками и экранами с незнакомыми мне значениями. Я еле-еле вижу рыже-белый мех Йи-Майрю под толстым одеялом с кучей медицинских приборов - его шерсть мятая и тусклая, местами видны залысины с розовой кожей. Я хочу рыдать и рыдаю, но фильтр для воздуха мешает мне делать резкие вдохи. «...» - Йи-Майрю всё еще жив. Я слышу, как воздух шуршит в дыхательном аппарате, и ко мне приходит мысль - брат не может двигаться или говорить, но вдруг он всё еще слышит? «Да, да, это я, братишка! Я люблю тебя, я всегда тебя любил! Прости меня, что не прибыл раньше, братиш, мне так хотелось побыть с тобой еще чуть-чуть.» «...» «Йи-Майрю, я тебя очень сильно люблю. Я всегда буду помнить тебя. У тебя была хорошая жизнь, мы все любим тебя...» «...» «Йи-Майрю...» - я вижу его левый глаз где-то под прозрачным покрытием маски - зрачок становится всё бледнее, а взгляд направлен в пустоту. У нам нет времени для длинных монологов - «Прощай, Йи-Майрю. Всё будет хорошо. Я тебя не забуду. Ай-Токл тоже тебя помнит и ценит. И снова прощай...» «...» Мой брат жив только благодаря всем этим хитрым устройствам кагамхэрэ - одно из них только-что запищало. Бóльшая часть мозга уже мертва, а сердце скоро остановится. Очки моего костюма уже запотели от истеричных вздохов, так что я ничего не вижу на выходе из палаты - и мне плевать, если я наступлю на чей-то хвост или уроню вазу с цветами. «Эй, смотри по сторонам!» - как и ожидалось, я столкнулся с маленькой девочкой и ее мамой. «Простите, сестрицы...» - я извиняюсь на автомате. Мать с дочкой исчезают, и та самая девушка, что торопила меня, помогает мне сориентироваться и заводит разговор: «Вот... Йи-Сагор, примите мои сожаления.» «Вы кагамхэрэ?» «Нет, я медсестра, ассистент кагамхэрэ. Уточните, пожалуйста, Йи-Сагор - вы заберете тело и проведете ритуал?» «Видимо я... а еще, какие у него были последние слова?» «Самые последние слова были неразборчивы, он сильно лихорадил перед тем, как впасть в кому. Но, Йи-Сагор, я слышала в этом бреду слово «брат» и ваше имя, а еще он взывал к Вечной Матери и к Справедливости... обычно так и происходит, мало кто выговаривает мудрые цитаты будучи при смерти.» «Спасибо, сестра.» «Раз уж вы займетесь ритуалами, пожалуйста возьмите чашу и используйте ее - это бесплатно, за счет больницы.»

***

Ветер пусть поёт, Солнце пусть горит, И Мать наша Небесная Грех твой растворит… Звезды пусть блестят, Небо пусть молчит, А Мама наша Вечная Боль твою смирит... «Спи спокойно, Йи-Майрю - в этом мире больше нет боли, только воспоминания. Сегодня еще одно дитя вернулось к своей Небесной Матери.» Свернутые записки сгорают в чаше для благовоний, что стоит на коробе с прахом. Этой традиции тысячи лет, и ее до сих пор чтят по всему Содружеству - на бумажках пишут пожелания или вопросы для усопшего, а потом эти послания сжигают вместе с телом (или сжигают отдельно и позже смешивают с прахом). Пока они тлеют, нужно петь молитву. Обычно Мау молятся лично Создательнице Вселенной, той самой Небесной Матери - кто-то может молиться конкретному йиману или нескольким йиманам, в зависимости от личных взглядов. Известно одно - Вселенная не может забывать. Небытие есть форма бытия, как мы верим. Время - лишь точка зрения. Что появилось хоть раз, останется здесь навсегда - даже если наши глаза этого не видят, уши не слышат и тело не чувствует. Что до меня, я скоро вернусь из Солар Сити - еще пара-тройка суток и назад на Эндалеру. А пока мне надо купить здесь кое-что и встретиться с Ай-Уаттур - она лично позвала меня в гости после того, как Ай-Токл сообщил ей о ситуации с Сосагхом. Надо бы Ай-Токла поблагодарить за то, что организовал поездку настолько быстро - но сначала мне надо побыть наедине с собой.