Красный флаг или милая шалость?

Что мы ожидаем от свиданий в приложениях? Мысленно — встретить своего человека. Устно проговариваем, что хватит лишь адекватности. «Я уже не надеюсь кого-то найти. Ты видел, кто обычно приходит? Ничего не имею против мужчин, предпочитающих только стринги из одежды, или парней с ушками и хвостом единорога (как он вообще туда его вставил?!), дабы почувствовать себя ближе к природе, но господи боже мой! Дурдома и в жизни хватает». Как-то раз к Гарри пришел молодой человек по имени Рон, способный разговаривать только о футболе. Половину терминов даже неплохо разбирающийся Поттер осмысливал с трудом, но, вроде как, они подружились. Так вот, честно говоря, дружба дружбой, но хотелось чего-то серьезного с кем-нибудь подходящим. Опрометчиво считать, что с помощью приложения для знакомств можно найти того, кто посмотрит не на тело, чтобы разово перепихнуться, а действительно разглядит в тебе личность. И Гарри упрямо продолжал жрать этот кактус, просматривая чужие профили. Иногда он смахивал вправо, но не отвечал. Писали либо «прив» и сливались спустя пару сообщений, либо скидывали дикпик, будто у Поттера слюни должны политься от чужого стояка, как будто не было своего. Всегда поражала логика подобных индивидов. Поттера хватало дней на пять разглядываний анкет, затем он уходил в глубокую фрустрацию на месяца четыре или полгода, и снова пытался сделать невозможное — найти адекватность в рассаднике «Олег, двести метров от вас». Однажды даже пошел на свидание с девушкой. Оказалось, что она невероятная зубрила и отличница. Наверное, именно такую невесту Лили и хотела бы видеть рядом с Гарри. Но парень вежливо сказал, что знает одного интересного футбольного болельщика. Гермиона — так звали девушку — почесала щеку, но взяла Ронову визитку. А Гарри продолжил гордый одинокий путь самурая. В особо дождливый вечер он решил вернуться к старому — с этой иглы безумно тяжело слезть. Открыл анкеты. Пролистнул пару фотографий с аниме, черным экраном и подписью «любитель бдсм», фотографию игрушек для взрослых, а затем шел какой-то мужчина с пивным животом, держащий карася за приоткрытый рот. Очаровательно. Господи, какой пиздец. «Так, я точно прекращу это смотреть в двадцать два часа. У меня хватает занятий…» В час ночи Поттеру попалась необычная анкета. А, как вы понимаете, необычное среди всего этого парада означает лишь одно — она была нормальной. Единственное, что хотелось бы заметить — фотография на ней выглядела так, будто была скачена из Пинтереста. Лицо молодого человека нельзя было разглядеть, камера очерчивала только тело: он сидел в кресле, закинув ногу на ногу, в деловом костюме, и натягивал перчатку на правую руку. Между прочим, очень красивую руку. Как низко, Гарри… ты хотел чего-то глубокого, а сейчас нервно сглатываешь от сгенерированной нейросетью фотки. Ну не может же он на самом деле так выглядеть? Идеально выглаженный черный костюм, такая же черная рубашка, лакированные ботинки. И подбородок очень даже аккуратный. Жаль, что без лица, очень жаль… Он раскрыл анкету полностью. Все-таки текст тоже важен. «Том Марволо Реддл, 25 лет. Политология, макроэкономика, серпентология. Ценю обоюдную заинтересованность в общении». И сверху стоит значок бисексуала. Краткость сестра таланта. Неплохо, в общем-то. У самого Гарри в анкете было расписано почти всё, с первого осознанного дня его рождения вплоть до поступления на юридический. С другой стороны, его не смущало, если в интернете кто-то не был готов вываливать о себе сразу всю информацию. Потому он пролистал фотографии в анкете Тома дальше. На одной из них изображен презентабельный офис. На второй — рука со стаканчиком кофе из старбакса. На третьей Реддл, видимо, играл на фортепиано, потому что было видно лишь его кисти рук, эстетично расположенные на клавишах. Безумно красивые, длинные пальцы… Ох, так-так-так… Гарри смахнул вправо. Стыд и позор, да. «Ну, политолог в костюме, держись», — подумал Поттер и набрал сообщение: Гарри: Привет, мистер Реддл! Раз уж вы любите змей, разрешите вопрос: правда ли, что у них нет век и они никогда не моргают? Я просто разглядываю ваше фото — этот костюм, кресло, черную перчатку... Выглядит как профиль босса мафии. И мне чертовски интересно: вы за этой перчаткой скрываете змеиную чешую или просто спите от скуки, пока вам пишут обладатели ушек единорога? Извините, если ворвался без спроса и испортил эстетику. Ответ пришел ровно через три минуты. Вот это, конечно, невероятно — почему Реддл не спит ночами? А как же мешки под глазами утром? Или у змеек таких проблем не бывает? Том: Здравствуйте, Гарри. Да, у змей действительно нет подвижных век, поэтому они не моргают. Что касается меня — уверяю, в этом кресле я абсолютно бодрствую. Ваше появление сложно не заметить, учитывая, что до этого момента вершиной интеллектуальной беседы в моей личке был вопрос «Чо как». Обращайтесь ко мне по имени, и давайте перейдем на «ты». Гарри хмыкнул, чувствуя, как внутри приятно екнуло. На удивление, парень оказался не заносчивым снобом, а обладателем чертовски привлекательного, тонкого юмора. Писал без единой ошибки, не присылал двусмысленных намеков и вообще выглядел слишком подозрительно вменяемым для этого рассадника безумия. Они назначили встречу в пятницу в презентабельном итальянском ресторанчике. Поттер начал ловить себя на мысли, что неиронично ждет этот день. Хотя, конечно, внутренне себя настраивал на то, что очаровываться рано. Во-первых, фото могут быть поддельными. Во-вторых, человек незнакомый, а значит, неизвестно, что у него может быть в голове. И, наконец, в-третьих, Гарри справедливо боялся разочароваться. Поэтому, когда нужный день, наконец, наступил, а официант провожал его за нужный столик, парень почувствовал, как у него вспотели ладошки и участилось дыхание. Хоть бы не подстава, пожалуйста, лишь бы не она!.. Столик уже был занят гостем, которого не видно со спины, лишь аккуратную укладку. Так, окей, хорошо, он не бомж, уже плюс… Гарри обходит нового знакомого, чтобы сесть напротив. Поднимает глаза и… Мать честная. Етижи пассатижи. Ебушки воробушки. Том выглядел великолепно. Каждая черта его лица была настолько эстетически хороша, что Гарри приоткрыл рот и искренне забыл закрыть его. Острый подбородок, прищуренный уверенный взгляд зеленоватых глаз с легким красным отливом, скулы такие аккуратные, что это лицо казалось вырезанным из мрамора произведением искусства… Поттер почувствовал, что у него слюноотделение повысилось, и вовсе не из-за голода. Такие люди реально бывают? Что он вообще забыл в этом приложении? Гарри был уверен, что стоит Тому просто выйти из дома, и ему предложат стать моделью, как в кино. И Поттер бы не удивился, если бы парочка таких историй у Тома действительно была. И он, судя по анкете и их общению, не только красивый, но и умный! Очешуеть. Гарри студент юрфака, доедающий вчерашнюю пиццу из холодильника. Один костюм Тома, судя по всему, стоил столько же, сколько его годовое обучение. Будущий адвокат что, блин, та самая героиня-серая мышка, которую заметил богатый богач с идеальным всем? Но вот она, реальность, прямо перед ним. Гарри резко захотелось принять участие в лотерее — сложилось ощущение, будто он может в эту минуту выиграть миллион долларов. — Привет, — наконец выдавил из себя Поттер, чувствуя, как собственный голос предательски дал петуха на последней гласной. Чтобы скрыть смущение, он поспешно выдвинул стул и сел, умудрившись при этом задеть коленом ножку стола. Бокалы жалобно звякнули и опасно покачнулись, но устояли на месте. Гарри мысленно проклял свою грацию картошки. — Здравствуй, Гарри, — Том даже бровью не повел от этого грохота. Он изящно откинулся на спинку стула, скрестив пальцы на колене, и принялся разглядывать Поттера с таким видом, словно оценивал редкий экспонат, — Рад, что ты дошел. Вживую ты выглядишь... менее виртуально. «Он имеет в виду, что на фотках я лучше, или что у меня гнездо на голове вместо прически?» — панически заметалось в голове у Гарри. — Да, я... я тоже рад, — Гарри схватил со стола меню, раскрыл его вверх тормашками, вовремя заметив это, перевернул обратно и уставился в названия блюд, в которых сейчас не понимал ни единого слова. — Тут... красиво. И ты... то есть, костюм. Костюм отличный. Том тихо, едва слышно хмыкнул, и в его зеленоватых глазах промелькнула та самая искорка, которую Гарри заприметил еще в переписке. — Спасибо за комплимент моему чувству стиля. К счастью, в этот момент подошел официант. Поттер, не глядя, ткнул пальцем в первую попавшуюся строчку с пастой, а Том сделал заказ на безупречном итальянском, от звуков которого у Гарри окончательно улетучились остатки рационального мышления. Когда официант исчез, повисла пауза. Том молчал — не тяжело или неловко, а будто выжидая, что последует дальше. Гарри сглотнул, отчаянно ища тему для разговора. — Слушай, — кашлянул он, — я, кстати, заказал пасту с морепродуктами. Обожаю рыбу. Могу есть её трижды в день. Ты как к ней относишься? Том мягко улыбнулся, и эта улыбка сделала его лицо еще более сокрушительно красивым. — Какое совпадение, — бархатным голосом ответил он. — Я тоже предпочитаю рыбу. И еще я очень люблю старые мультфильмы. И змеек. У меня есть плюшевая змея. Гарри едва не расплылся в лужицу от умиления. Весь его страх как рукой сняло. Ну надо же! Этот идеальный мужчина в дорогом костюме любит плюшевые игрушки? Он настоящий, он не робот! — Серьезно? — Гарри широко улыбнулся, подаваясь вперед. — Вот так номер. Глядя на тебя, я подумал, что ты мог бы завести себе и настоящую. — Очень хотелось бы, — мягко поделился Реддл, — однако я не смогу как следует присматривать за ней. Живу один… не хочется, чтобы животному было скучно. Как по-доброму. — А кошечку? Пса? Том задумался. — Может быть. В голове Гарри крутилось, не переставая, слово «прелесть». Он уже полюбил всех змей на планете, глядя на Реддла. — Расскажешь о своих увлечениях? Чем занимаешься в свободное время, кроме змей и политологии? Наверное, мечтаешь двигать науку или... не знаю, строить карьеру в каком-нибудь министерстве? Том аккуратно взял свой бокал, сделал крошечный глоток, ни на секунду не теряя своего аристократического шарма, и посмотрел прямо в глаза Гарри. — Люблю готовить что-нибудь под документальные фильмы. А ты? — О…, — Гарри откинулся на спинку стула и закинул руки за голову, хитро ухмыльнувшись, — у меня столько хобби, что можно сломать язык, просто рассказывая. — Интригующе, — дотронулся до подбородка Том. — Играю на гитаре, помогаю в группе старосте, принимаю участие в студенческих мероприятиях, волонтерю в свободное время, рисую, пою, изучаю язык жестов, актерское мастерство, просто чтобы было, учусь, хожу в музеи, люблю гулять, серфинг, катаюсь на скейте, велосипеде и мотоцикле, сдаю на права, смотрю фильмы детективные, читаю, завожу знакомства в интернете. И точно есть что-то еще, но сейчас я слишком волнуюсь, чтобы сразу вспомнить. Том несколько секунд пораженно молчал. — И у тебя нет отношений? Немыслимо. — Не поверишь, я хотел сказать тебе то же самое, — Гарри облизнул губы. Не может же быть, чтобы человек был эталоном на сто процентов? Наверное, он нарцисс? Ладно, этому красивому лицу, так и быть, простительно, и даже понятно, откуда бы росли ноги. Но Том вежливый. С юмором. Кстати, тоже будто бы волнуется. Само очарование. — Но ведь должно быть что-то, да? Какой-то подвох. — Как знать, — пожал плечами Реддл. — Хорошо, давай обменяемся о себе парочкой необычных фактов, — предложил Гарри, — Например… я люблю пиццу с ананасами и терпеть не могу холодные супы. — Мне нравится твоя идея. — доверительно улыбнулся Том, — Я строю теневое правительство, чтобы тайно править всем миром, — ровным, обыденным тоном произнес он. — И, кстати, я уже почти достиг своего. Осталось пара штрихов. На несколько десятков секунд за столиком повисло молчание. Гарри сначала подумал, что это шутка. Конечно же, шутка!.. Но Реддл не улыбался. В голове лениво проплыл мем «она десять из десяти, но…». Поттер поспешно закрыл рот. Потом снова открыл. — Правда? — Да. В ответ прозвучало задумчивое «мгм...». И как бы… на такое ведь не разозлишься, правильно? Человек хочет тайно править миром. Он идет к своей мечте. Может, все не так уж… Нет слов, одни эмоции. — Ты… получается, будешь как один из Ротшильдов? — Воспринимай это просто как хобби. Ахуеть хобби! Чтоб у каждого такое было! И личный самолет в придачу! Кто-то носки разбрасывает, кто-то чавкает, а Том… ну, Том немного одержим тотальным контролем над человечеством. С кем не бывает? Зато остроумный, вкусно готовит и выглядит божественно. А может, он просто психически болен? Странно, взгляд совершенно осознанный. Очень горячий, прекрасный взгляд, какие у него длинные ресницыбожеблятьмой. Не ведись, Гарри, лукистом быть плохо. Возможно, Реддл будет хорошим теневым правителем. Не всегда же это злодеи, верно? Гарри еще несколько секунд повертел вилкой, задумчиво разглядывая собеседника. Затем подпер подбородок ладонью. В конце концов, он сам не лыком шит. — Хм… так, говоришь, какую именно рыбу ты любишь?

***

Несколько месяцев спустя Том, сидя в гостиной, составляет список неблагонадежных министров, тщательно вычерчивает схемы влияния в Евросоюзе. Гарри лежит рядом на диване и листает Авито. — Так, ну Францию ты под себя подмял, тут вопросов нет. А теперь по существу: корги или сиба-ину? И учти, если мы берём сибу, ты гуляешь с ней по утрам перед своими тайными совещаниями. — Корги, — отвечает Том практически моментально, вычерчивая новую ровную линию. — С ним тоже будешь гулять ты. А ночью Реддл приобнял Гарри за талию. Притянул поближе к себе и сонно прошептал на ушко: «спи, мое сокровище». «В конце концов, у всех свои недостатки», — подумал Гарри, уютно устраиваясь на груди будущего властелина мира.