Часть 1
17 июня 2026 г., 05:58
***
Ведьмачья школа бродяг. То место, куда берут остатки из злых и неуравновешенных молодцов. А главное – отказники из других школ именно здесь и продолжали существовать. Детей с улицы, которые уже с малых лет убивают, совсем даже не важно что. Школа была кочевой, никто никогда не стоял на месте. Травы были дешёвые, а рецепты эликсиров вовсе по большей части терялись. Потом кто-то снова приносит, снова теряет. Замкнутый круг, проще говоря. Медальоны простых форм красовались на грудях очень немногих. Второе имя Бродяг – Огрызки. Вроде и ведьмак, а лучше бы не выжил. Ты слабее тех, кто был в престижных школах, но для простого народа разницы совершенно не будет. Ты все равно ведьмак, даже если для него ты калека. Однажды всё было сожжено. Разбито и разрушено. До сих пор никому не ясна цель этого. Зачем убивать и так слабых? Естественный отбор? Выжили только самые крепкие, и то, скрываются и врут.***
Огрызку конь не положен, это знал каждый. Ты сам себе конь, либо же скачешь на украденном. Так и случилось с Юрки. Телосложения он был некрупного, а от недоедания его вовсе можно было спутать с мертвецом. Черные вороньи волосы, два меча за спиной, и сам костлявый для своего вида вместе со странными глазами – вылитый жнец, только с мечами. Коня он свистнул в какой-то деревне, в которую больше и не возвращался. Уже старехонький для своих лет кобель, но скачет удивительно бодро для такого возраста. Ах, да. В кодексе Бродяг было правило такое: не убивать людей. Остальных можете хоть перерезать, это ваша работа, если осилите, конечно же. Но Юрки так не думал. Школа в целом то мало какие правила имела, а людей не убивала лишь из-за того, чтобы не развязать конфликты с местными. Иначе бы это была банда ради банды. Он же брал заказы на людей почти всегда, особенно если они не были высокого статуса. Деньги он ценил гораздо больше морали. Не сколько деньги – собственное существование. Надо же на что-то кушать, где-то спать. На одних монстрах и чудовищах сейчас не прокормишся, их истребили в основном уже продвинутые ведьмаки. Твоя профессия уже не нужна, поэтому и ведьмаком ты можешь и не называться. Выжившие из того разгрома по большей части разбежались в разные части света ради того, чтобы их не преследовали те, кто сотворил это. Дабы избавиться от такого прозвища, Юрки действительно стал косить под обычного человека. Его выдавал только один глаз, что смог мутировать, пожелтев и заимев кошачий зрачок. Второй же поплыл, стал зелёным. Но его выгнали из прошлой деревни, он снова скитается на коне, ища хоть какой-то заработок и ночлег.***
Весенняя слякоть. «Хоть спасибо, что зиму пережил» – бурчит он себе под нос, сидя на лошади. В трактире он услышал, что в какой-то ближайшей деревне у болот есть работёнка. Даже думать не стал, поехал сразу же. Может, и переночевать удастся здесь, зависит от того, на кого вообще заказ. Деревня выглядит бедно. Заборы покосились, уже на половину упали. Глухо и тихо, только копыта коня чавкают. А ведь из далека Юрки разглядел, что по улице бежало пару детей. Через минуту из ближайшего дома выходит мужик с топором, кидает презрительный взгляд на пришедшего. – Ты кто? – необычно спокойным голосом он спрашивает Юрки, какой интонации он не ожидал вовсе. – Ведьмак, слышал, у вас тут работа есть, – говорит также ровно, спешиваясь с коня. – Верно, – подмечает мужчина, но топор не убирает, – Какой школы? – Не важно. Будет работа – сделаю. Не будет – поеду дальше. Мужчина молчал, оценивая ведьмака. Разница между ними в росте была не больше, чем пол фута, Юрки был повыше. Он разглядывает глаза, задерживаясь на мутированном. – Ведьмак говоришь, – повторил он, – Выглядишь как мертвец. – Работа такая, – даже не повел бровью, – Ну так что? Мужчина хмыкает и не улыбается, но топор наконец-то отпускает, кладя железом вниз. Невозможно понять раздражен ли он или просто уставший. – Идём, староста внутри, – идёт он вперёд, а Юрки следует за ним.***
Они идут через деревню. Юрки ведёт коня под уздцы, чуть успокаивая. Мужчина шагает чуть впереди, но уже держа топор на плече. Улица пустая, но взгляды из окон можно почувствовать проще простого. Какая-то собака залаяла и сразу замолчала, увидев комбинацию из этих двух. Деревня бедная, но явно не мертвая. Посреди улицы стоит колодец с ведром снаружи. Около трёх-четырех десятков домов, кухня, всякие сараи. Оба молчат и наконец доходят до нужного дома. Он оказался чуть больше, чем остальные, но не намного. Мужчина толкает дверь плечом и входит первым. Внутри пахнет пивом, это Юрки отметил сразу. За столом сидит мужичок. Вот действительно: мужичок. Он встал, встречая пришедшего и оглядел его. «Вот это ты мелкий. А ведь ты дай бог метр шестьдесят достиг» – подумал Юрки. – А ты? – спрашивает маленький мужчина, цепким взглядом разглядывая мечи. – Ведьмак это, – ответил мужчина, что с топором встретил. – А, – задумывается, – Ведьмак значит. – Ты староста? – спросил Юрки, скрестив руки на груди. – Я. Можешь звать меня Юсси, – но руку не протягивает, лишь кивает напротив лавки, предлагая сесть, – Садись, дело есть. Топор остался у крыльца, оба мужчины сели. Тот, что был с топором сделал это чисто из-за безопасности и настороженности. Тень, следящая за любым словом. Свидетель заключения сделки. – Значится, слушай, – начал Юсси, садясь в свое кресло, – Завелась у нас тварь неподалеку. Примерно в версте отсюда, у леса в башне. Башня старая, в те края стараются не ходить лишний раз, особенно сейчас. Воет песни по ночам, от них у нас люди чахнут, заболевают. Вот, даже одна смерть была. Дочка травницы, Аника. Нашли её у подножья башни. – Как она погибла? – поинтересовался Юрки, бросая сосредоточенный взгляд на мимику собеседника. – Он вампир, мы думаем. – Почему не пойдете одолеть? – серьезно спросил он старосту. Конечно, люди в здравом уме не полезут на вампира, – Как вы поняли, что он вампир? – Быстрый, клыки, – отвечает Юсси, тоже не сводя глаз с лица Юрки, – У нас мужиков в деревне достаточно, но всё равно каждый на счету, мне они нужны живыми. Пока не нападает – мы не лезем. Но он нас к лесу просто напросто даже не пускает. – Ага, – кивает Юрки, сопоставляя факты, – Кусал кого? – Пришел к нам изначально, прятал клыки и почти не разговаривал. Поцеловал девчонку и в кровь губы ей сделал. Хрупкая на вид зараза, да ноги сильные, не поймать просто так. А после Аники мы даже из деревни запрещаем выходить без причины и в одиночку. Юрки задумался, но цену назвал. Странный вампир. Не кусает в шею, а целует. Пытается жить с людьми. Какой-то любвеобильный, странно, что не съел девчонку. – Дорого, – заявил Юсси, откидываясь на спинку. – Дёшево, – не сдавая позиций ответил Юрки, – Если это и правда вампир, то с ним будет очень нелегко разобраться. Это наименьшая цена, что я могу предложить. Юсси щурится, ожидал открытого торга, но почему-то даже не раздражился. Он снова откидывается на спинку кресла и складывает руки на животе, посматривая на ведьмака. – Наименьшая, значит, – протянул он, оглядывая то, как одет Юрки, – Ты тощенький, а конь твой, по информации, что была передана мне, уже не первой молодости. – Конь не твоя забота, – сверкает глазами ведьмак, – Ты платишь мне не за внешний вид, а за работу. Не будешь – разбирайтесь со своей тварью сами. – Хорошо, убьешь – заплачу. – Нет, – заявил Юрки, – Половину сейчас, точка. – Половину сейчас, – кивает Юсси, продумывая сделку дальше, – Остальное – как принесешь доказательство, что твари больше нет. Клык, голову. Голова – очень убедительна. – Клыка хватит. Головы плохо пахнут, а мне с тобой ещё расплачиваться. – Идёт, – согласился староста, – Чуть меньше тебе дадут в начале, но у тебя будет ночлег в сарае у Миге. Затянешь – выгоним. У нас не постоялый двор. Мужчина, что до того нес топор, приподнял руку, показывая, что это он. «Миге... Странное имя для простого мужика из деревни.» Староста выкладывает на стол припасенный мешочек с медяками. Юрки из привычки пересчитывает, складывает в свой кошель. – Договорились, – утвердил окончательно Юсси, потопывая ногой, – Миге покажет тебе место, где живёт эта мразь. Юрки и Миге встают, выходят из дома. На крыльце Юрки вспоминает ещё один вопрос, который забыл задать. – А девчонка-то, – обращается он к Миге, – Та, которой он прокусил губы. Жива она вообще? – Жива, – ответил он, закидывая свой топор на плечо, – Правда, обычных мужиков теперь даже сторонится. Говорит, заколдовал он своими песнями её. – Пусть сидит дома и не слушает, – бросает Юрки и разговор затихает. Миге довел его до сарая, показывая место ночлега. – За едой обращаться в соседний от сарая дом, там жена моя. Учти, что больше похлебки не получишь. Юрки только угукнул, не желая разбираться в этом. Сарай не было слишком ветхим или старым. Просто сарай, ничего необычного. И сено с тряпкой. Он завел коня и погладил, все ещё размышляя о заказе. Заказ воняет сильнее, чем голова, которую он отказался нести. Он снял ножны с мечами со спины и положил на сено. Прилег туда, где ему отведено и глубоко вздохнул. День близится к концу, его сегодня не покормят, судя по всему. Затем кто-то постучал в дверь сарая. – Ведьмак, – это снова был Миге, – Когда собираешься идти? – Отдохну пол часика и опрошу деревню лично. Далее схожу к твари в ночь. Днём мы его не достанем.
