Запретная любовь

      Огни ночного бара светились ярким розовым неоном. На город наступала ночь, но для кого-то сутки только приобретали свою привлекательную сторону. К нему подъехала чёрная тонированный бэха. На мокрый асфальт ступила нога в чёрном зашнурованном ботинке. За ней последовал рыжий длинный хвост. Он оглядел клуб и фыркнул. — Цу, ты уверен, что он здесь?       Кот, которого назвал Цу, подошёл к рыжему и скрестил руки. Его тонкий хвост дёрнулся, но лицо оставалось неизменным. — Естественно, где ещё быть этой продажной шкуре после удачного отхуячивания парочки невинных гражданских!       Парочка пошла, стуча ботинками. Клуб встретил их непереносимой духотой. Кто-то блевал, кто-то нелепо флиртовал с дамами. Проституты и проститутки стояли у стен, завлекая клиентов. Шамбала наморщился. — Ты же знаешь, мне по душе более интимная обстановка.       Цу покачал головой и умело прорывался сквозь одор пьянеющих на глазах тел. Он подошёл к одному столику, у которого сидел... Аид. Его окружало несколько женщин, хихикающих и явно не отличающихся особыми интеллектом. Шамбала смотрел на разворачивающееся перед ним, откровенно говоря, блядство. Девушки липли к груди бурого, называя его красавчиком и львом. — Мерзость, — подумал Шамбала. То же самое, видимо, подумал и Цу, посколько его лицо сморщилось в недовольстве. Он подошёл к столику и наигранно-ласковым голосом сказал: — Аидик, что ты тут делаешь? Плохой, плохой мальчик! — при этих словах взгляд красные глаза впились в знакомое лицо. Его морда перекосилась: в ней виднелся стыд и что-то близкое к смущению. — Ц...Ц-цу? — икнув, спросил он, стараясь выглядеть наиболее пьяным и весёлым, но из-за этого получалось крайне плохо. — И...       Он посмотрел на Шамбалу. Он сморщился, прежде чем хихикнул. — А, неужели сам Шамбала Краснопёркин заявился! Бандит, давно ты не появлялся... на радарах инквизиции уже вообще... невидимка!       Шамбала хмыкнул. Он сел рядом, нагло сгоняя женщин, словно голубей. Он положил руку на плечо Аида, явно нарушая его границу. Кот хотел протестовать и удалится с замеченного места, но с другой стороны сел Цу и обхватил его за талию — Ребята... пустите! — Аид постарался пойти по лёгкому пути, изображая из себя нежного мальчика. Но вряд ли это могло сработать с бандитом и Цу. — Пустить? Но куда? Куда ты пойдёшь, мой милый?       Аид закрыл глаза.       Это не могло быть правдой. Он не расчитывал на встречу с двумя старыми дружками-нелегалами, причинившим ему столько хлопот. Он хотел встать, но неожиданно Цу поцеловал его до вульгарности открыто. Аид инстинктивно отпрянул назад, оперевшись на плечо Шамбалы. — Пойдём.       Они действительно пошли, крепко держа Аида под руки. Коту это явно не нравилась, но вырываться он не пытался. В его сладких мечтах он был уже дома, в своей уютной кроватке...       Ребята привели его на второй этаж клуба, где толпой стояли клиенты и их обслуживающие. Аид нахмурился и попытался спросить, зачем его сюда привели, когда Шамбала прогнал из маленькой комнатки с кроватью чету, уже готовую создавать детей. Его усадили на кровать. Аид поднял голову и уставился на две самодовольные морды. — Да неужели, — фыркнул он и скрестил ноги. — Играть будем, — буркнул Шамбала и сел рядом. С другой стороны, не сговариваясь, подсел Цу. — В шашки, в шахматы?       Аид закрыл лицо руками и постарался изобразить свой фирменный злодейский смех, но его повалили не самым нежным образом. Он услышал звук ремня и наконец-то понял, что над ним будет происходить что-то не самое приятное. — Знаешь, обычно инквизиторы жгут нечистую силу, — сказал Шамбала и ласково приподнял лицо Аида. — Но сегодня всё наоборот.       Аид постарался подняться с кровати и сбежать, но на него тут же навалились, отчего тот пискнул не очень-то устрашающе. — Но-но.       Шамбала провёлся ладонью по лицу и поддел губу. ЗАтем он резким движением вставил пальцы в рот. Цу одобрительно хихинул и вставил снизу. — Знаешь, это напоминает мне одну пляжную сцену с этим кошаком, — вполне житейски начал он, надавливая на простату. — Что ты, блять, несёшь, я не понимаю, — в свою очередь ответил Шамбала, вдавливая голову Аида в тоненькую подушку и почти лишая его возможности дышать. — Стони, тварь       Аид закрыл глаза и прижал уши. К сожалению, он уступал не только из-за физических параметров. Возможно, он находил в изнасиловании преступниками что-то эстетичное, но он никогда бы не признался. — Стони! — Шамбала и ЦУ надавили одновременно. — Как твои женщины стони, но лучше.       Аид послушался. — Хороший мальчик.       Шамбала переглянулся с Цу и взял обоими ладонями голову подопечного. — Ты же потерпишь чуть-чуть, да? Мы просто очень хотим веселья... в конце концов, клуб для этого и создан!       Аид зажмурился и кивнул опять. Лишь бы в инквизиции не узнали. Ему насильно открыли рот и заставили проворачивать не совсем приятные вещи. Шамбала удовлетворительно выдохнул и двинулся вперёд. Его напарник хмыкнул и резким движением оттолкнул Шамбалу. — Брысь! Моя очередь, ты уже вдоволь наигрался!       Теперь на Аида присело до боли знакомое ему тело. Цу хмыкнул и перевернул его на живот. Он обнял его за бедра и, хихикнув, двинулся вперёд своей мечте. Его движения не отличались лаской: он двигался грубо, покусывая загривок лежащего. Шамбала стоял рядом и, скрестив руки, наблюдал. — Аид, кто тут такой сладенький? Ты у нас такой сладенький! — воскликнул Шамбала и взял его за волосы. На него был устремлён смешанный взгляд. В нём был весь спектр эмоций, и это наверняка обрадовало Шамбалу. — Ну, давай.       Теперь его имели и спереди, и сзади. Аид не мог перехватить дыхание, его хватало лишь на сдавленные стоны и хрипы.       Он никогда не признается в том, что ему это нравится. Никогда в жизни.       Ребята не сдерживались. Жесткие толчки, и вот он уже лежит на спине. — Милашка! — иступленно взревел Цу и двинулся, намереваясь закончить с ним. Надавив на живот, он извёрг внутрь своё семя и, кажется, даже хихикнул. Через пару минут то же сделал и Шамбала, только с другой стороны. — Очень хороший мальчик, — сказали оба и погладили по голове свою жертву. — Патриота облили молоком, — при этих словах оба заржали и стали искать свои вещи. Аид лежал на скрипящей кровате, уничтоежнный и обесчещенный... ему хотелось провалится от стыда, но всё же это имело свой шарм. Если бы его имели в дорогом отеле, то он не ощущал бы себя так хорошо. — Ну, давай, до встречи, наш любимый инквизитор!       На улице Шамбала повернулся к Цу. — А всё-таки, о каком пляжном случае ты говорил?       Цу издал тонкий смешок. Шамбала вздохнул и положил ладонь на лицо. Нет, он никогда его не поймет.