Плоды настоящей дружбы

Ким Соль Ым заперся в кабинке туалета. «Нет, ну что они устроили?! Корчат кислые мины и смотрят так, будто со мной случилось что-то… что-то… нет, конечно так и есть, но это же не значит… Боже, да у них начальник ящероголовый пришелец, а директор — человек-лисица! И эти люди осуждают меня за связь со сверхъестественным существом и разговаривают так, будто я совсем спятил! Конечно, я не хотел этого, но это не делает меня психом только потому, что я немного сблизился с кем-то, кто не является человеком!» «И вообще… Хоть я многого и не помню, но месяц, что я провел работая в том телешоу, явно был не самым страшным, что случалось со мной в жизни. Уж точно не страшнее, чем работа в этом проклятом Daydream! Так что, чем причитать в пустую, лучше б подумали, как помочь мне всё разрулить» Успокоившись, Соль Ым собрался с силами, чтобы вернуться офис. Он уже почти дотронулся до дверной ручки, когда услышал доносящийся из кабинета нервный голос Ын Хадже: —…нужно общаться как можно осторожнее. После того, как его целый месяц насиловал гигантский одержимый монстр, не удивительно, что его психика в таком состоянии. Да мы даже представить себе не можем, через что он там прошел! А вдруг у этой твари были какие-нибудь омерзительные тентакли или что-то подобное?.. Поэтому… Соль Ым громко закашлял, чтобы обозначить свое присутствие, и вошел в кабинет. В итоге, его временно перевели на бумажную работу в офис. Теперь он в основном заполнял всякие бланки, составлял руководства, писал и исправлял отчеты. Работа была хоть и безопасная, зато скучная и бесперспективная, и баллов за неё почти не начисляли. Сидя за компьютером в пустом кабинете, Соль Ым медленно, но верно погружался в уныние. В сотый раз за день, он поднял взгляд на часы, в томительном ожидании конца рабочего дня. Электронные часы на стене мигнули красным, и вместо времени показали надпись: WILL U MARRY ME ? Но Косуля только мрачно хмыкнул себе под нос и отвернулся, не удосужившись даже чем-нибудь в них запустить. К сожалению, дома этот офисный работник тоже не находил покоя. — Кхм… Господин Косуля… — услышал Соль Ым за спиной голос Пэк Сахона, когда в пятый раз за вечер вышел на кухню, чтобы перекусить. «Да за что…» — пронеслось у него в голове. Косуля не удостоил его ответом, в надежде, что тот отстанет. — Я хотел сказать… что знаю о вашей ситуации. — Я знаю, что ты знаешь, — холодно ответил Соль Ым. — И… в общем… мне жаль, что это случилось с вами. — Мм… угу, — бросил тот. «Прекрасно, а теперь проваливай» Но Сахон, напротив, сделал несколько шагов в сторону соседа. — Я хотел сказать, что… в некотором смысле… понимаю, что вы чувствуете, — его голос прозвучал непривычно серьезно. «Не дадут поесть!» Соль Ым продолжал стоять к нему спиной, не оборачиваясь. Он кинул взгляд на темную отражающую поверхность дверцы духовки, и увидел, как Сахон мнется, стоя посреди кухни. — Вы знаете, что я практически вырос в секте, — продолжил коллега, — Когда я был подростком, то взрослый мужчина, один из «гуру», начал постепенно втираться ко мне в доверие. К счастью, до таких страшных вещей, как те, что случились с вами, дело не дошло, но… Он тоже сначала уделял мне особое внимание, убеждал, что мы с ним лучшие друзья, а когда я ослабил бдительность, вдруг стал трогать за… Соль Ым поперхнулся и закашлялся. «Да что на них всех нашло разом?! Лучше б меня и правда отымели тентаклями, чем обсуждать с Пэк Сахоном такие вещи!» Тут в голову Соль Ыма пришла гениальная идея. — Спасибо за поддержку, коллега, — сказал он с напускным безразличием, — Я действительно ценю это. Но ты всё не правильно понял. Меня никто ни к чему не принуждал, всё произошло по обоюдному желанию. И мое нынешнее положение — осознаное и запланированное. И, не глядя на ошарашенного Пэк Сахона, которому оставалось только стоять столбом и таращить на него единственный глаз, Соль Ым удалился в свою комнату с самым невозмутимым видом. «Ха! Теперь у него точно не останется ни капли сомнений, что я поехавший псих. Готов поспорить, он больше не приблизится ко мне и на десять метров» … После того странного предложения, поступившего через электронные часы, попытки выйти на связь со стороны телеведущего прекратились. Косуля уже понадеялся, что тот решил признать свое поражение и оставил его в покое, когда вдруг нашел в своем почтовом ящике необычную открытку. По ее оформлению он тут же догадался, почему она там оказалась. Открытка была похожа на тот самый буклет, который они с командой когда-то заполняли, собираясь отправится во Тьму «Телевикторины по-вторникам». «Интервью с легендарным ведущим!» — было выведено на ней витиеватым шрифтом. «Этот буклет — ваш счастливый шанс поговорить с глазу но глаз со знаменитым шоу-меном и звездой ваших экранов! Для того чтобы воспользоваться удачей, просто впишите свое имя в этой графе ____» «Пффффф! — закатил глаза Соль Ым, — неужели он всё ещё надеется, что я стану общаться с ним? Ха!» Он хотел разорвать и выбросить эту бумажку, но потом всё же просто зашвырнул ее в ящик стола. «Потом выкину», — дал себе обещание Соль Ым. Но уже через несколько дней ему пришлось немного пересмотреть свою категоричность. Ранним утром агента Косулю разбудило странное ощущение в животе. Это было словно что-то небольшое и мягкое осторожно проплыло внутри него. Он не почувствовал боли, но этого чувства хватило, чтобы он проснулся и замер на кровати от ужаса. «Что это?.. Это… оно? Я уже его чувствую? Оно двигается?..» Он в страхе поднялся на ноги и подошел к зеркалу. В последнее время он избегал рассматривать себя, неосознанно опасаясь увидеть первые изменения в теле. Но больше закрывать глаза на правду было не возможно. Трясущейся рукой он приподнял край домашней футболки и повернулся боком. Прежде плоский подтянутый живот теперь выпирал небольшим аккуратным полукругом. Он попробовал втянуть его, но ничего особо не изменилось. Тогда он поднес к животу руку и потрогал, впервые за последние несколько недель. Сущность внутри будто отозвалась на прикосновение и снова плавно переместилась внутри, будто переворачиваясь. Соль Ыма прошиб холодный пот. — !!.. Он резко отдернул майку и отошел от зеркала. Похоже, что откладывать эту проблему ещё больше было нельзя. Нужно придумать что-то прямо сейчас. Соль Ым сел на кровать и схватился за голову. «Похоже, мне снова придется сделать это. Из всех, кого я знаю, только Браун хоть что-то понимает в происходящем. Хотя он чудовище и насильник, но мне придется снова связаться с ним, хочу я этого или нет. Даже если он откажется мне помогать и будет стоять на своем, я могу хотя бы попытаться вытянуть из него всё, что он знает о моем состоянии. Может, тогда я найду хоть какую-то зацепку, чтобы с этим справиться» Он тяжело вздохнул и с тревогой бросил взгляд на свой живот, который под свободной тканью футболки выглядел всё ещё почти как обычно. «Да, придется поговорить с ним. Притворюсь, что открыт к общению и не так уж сильно злюсь. В прошлый раз мы только рассорились, но сейчас я буду умнее и стану всеми силами сохранять хладнокровие и трезвый рассудок!» И с этой решительной мыслью Ким Соль Ым достал из ящика открытку и вписал в неё свое имя. Сперва ничего не происходило, но спустя несколько мгновений ажурные буквы надписи загорелись золотым светом. Открытка вырвалась у него из рук и повисла в воздухе, а потом начала увеличиваться, пока не стала размером с большую дверь. Следом, дверь отворилась со скрипом и перепуганный молодой человек увидел руку в белоснежной перчатке. Он отпрянул назад, а дверь распахнулась целиком и через порог, приклонив голову-телевизор, перешагнул легендарный телеведущий. Когда он полностью оказался в комнате и выпрямился во весь рост, то пара длинных антеннок на его голове почти достали до потолка. «Он всегда был таким огромным?» — подумал Соль Ым, пятясь назад. Он почти забился в противоположный угол комнаты, но потом вспомнил свою решимость держать себя в руках и не терять хладнокровия. Он одернул пижаму и напустил на себя невозмутимый вид, насколько это было возможно в сложившейся ситуации. «Черт, надо было хотя бы переодеться!.. Я совсем не подумал, что он заявится прямо сюда, ещё и так быстро. Теперь я выгляжу жалко…» [Мой друг всё же захотел увидеть этого Брауна] — Ну, ты уже достал меня своими дурацкими сообщениями, — как ни в чем ни бывало, Соль Ым скрестил руки на груди и принял высокомерный вид, — Я понял, что ты все равно просто так не отстанешь, поэтому разрешил тебе явиться сюда. [Как чувствует себя господин Косуля?] — Нормально. Ближе к делу: чего ты хотел? Браун сделал шаг вперед, но Соль Ым выставил перед собой руку. — Ты вполне можешь говорить оттуда. Тебя прекрасно слышно. [Просто хотел рассмотреть по-ближе] — Что рассмотреть? [Ваше новое состояние, конечно же. Это так волнительно…] — Там не на что смотреть! [Я принес маленький подарок для моего друга] — ?.. Словно фокусник из шляпы, Браун вытащил из-за спины огромного плюшевого розового зайца, размером едва ли не с самого Соль Ыма. — Это что, мне? — оторопел тот, — Зачем мне игрушка?! Смайлик на экране телевизора грустно опустил глаза-скобочки. [Прошу прощения, я всё ещё не очень хорошо разбираюсь в правилах поведения в человеческом обществе. Я не нашел сведений о том, что принято дарить беременным мужчинам, но беременным женщинам часто дарят цветы или игрушки, поэтому…] — Какая чушь! [Господину Косуле такое не нравится? Вы просто любите мультики, и я подумал…] — Не важно! Положи… вон туда, — напоминая капризную принцессу, которой не угодили с дарами, Соль Ым махнул головой в сторону кровати, и Брун послушно усадил туда зайца, — Ты ведь не за этим сюда пришел? [Да, этот Браун хотел поговорить со своим другом] — И о чем же? [О вашем положении. И наших отношениях] — И тебе есть что мне сказать? [Да. Думаю, раз мой друг забеременел от меня, нам стоит узаконить отношения] — Чего?! — выпалил Соль Ым; он едва утерпел, чтобы тут же не обматерить его всеми словами. [Вы не хотите?] — Что ты несёшь? — начал стремительно закипать молодой человек. [Скажите, что не так?] — Да как у тебя вообще хватает наглости говорить такое, после того, как ты грязно надругался надо мной и обрюхатил?! — заорал на него Соль Ым; от сдержанности и контроля, который он недавно собирался сохранять, в миг не осталось и следа, — Кто вообще, по своей воле, захочет вступить в какие-то отношения с чудищем вроде тебя?! [Вот как…] Голос Брауна сделался сухим, и Косуля уловил в нем нотки скрытой обиды. [Довольно грубо с вашей стороны] [Но знаете, в каком-то смысле вы правы. В моей телестудии побывало множество людей, кто-то из них вернулся домой, другие — предпочли стать частью персонала моего шоу… Но никто из них не оказался по итогу в вашем «положении». Забеременели только вы, друг] — Чего? На что ты сейчас намекаешь?! — всё сильнее выходил из себя Соль Ым. [На то, что если бы это «грязное чудище» имело склонность совращать и оплодотворять своих гостей, то его окружал бы уже целый детский сад из плодов этой преступной страсти] — Что? Что за бред! Ну извините! — голос снова сорвался на крик, — То, что ты решил сделать такое только со мной, ничуть тебя не оправдывает! Я не виноват, что только я за все это время вызвал у тебя такие похабные желания! [Вы слишком высокого о себе мнения, мой друг] — Ах вот как! Что дальше, может скажешь ещё, что это я тебя совратил? [Всё так и было] — О, я наверное ещё и сам умолял тебя сделать меня беременным? [Нет, но я предупреждал вас, что если мы станем делать такие вещи, последствия могут быть непредсказуемыми. Но вы и слушать ничего не хотели] — Да ну?! И чего же я тогда, по-твоему, хотел? [Вы хотели, чтобы я показал вам свои тентакли] — Т-тентакли? — только и смог выдавить Соль Ым охрипшим голосом. [Именно. Я ответил, что это довольно интимная часть тела для существ вроде меня, но вам было всё равно] — Ч-что? Какие ещё тентакли?.. — он уставился на Брауна округлившимися от шока глазами. […Вы стали клянчить и выпрашивать «просто посмотреть»] — !!.. [Но когда я уступил и согласился показать, вы на этом не остановились] — Что за чушь… — прошептал Соль Ым. […Говорили, что всю жизнь мечтали попробовать и что это ваш любимый вид контента для взрослых] — Нет, это не возможно!.. […Трогали там, где я говорил, что лучше этого не делать. Этот Браун предупреждал вас, что это очень чувствительная часть тела, и если господин Косуля не остановится, мне может быть слишком сложно себя контролировать] — !.. [К тому же, на тот момент вы уже знали о чувствах, которые испытывает к вам ваш «хороший друг»] — Нет, такого не могло… — застигнутый врасплох Косуля замотал головой. [Я знал, что могут быть последствия и что лучше остановиться, но мой друг не желал останавливаться и без конца умолял меня его наполн…] — Боже, замолчи!.. [Этому Брауну не следовало поддаваться, но раз это произошло, он готов взять на себя ответственность за…] — Стоп, стоп, подожди! Это всё вздор! — взвизгнул Соль Ым, вытирая взмокший от пота лоб, — Я никогда не стал бы… Ладно, неважно, даже если я и мог сделать что-то подобное, то только потому, что был не в себе и ты прекрасно это знал! Я был во власти чар твоей дьявольской телестудии и не мог себя контролировать! [Я повторюсь. Все мои сотрудники находятся в моей абсолютной власти. Но беременны только вы] — Да чтоб тебя! Ты просто морочишь мне голову! Я понятия не имею, почему ты решил сделать это именно со мной, но это ничего не меняет! [Кажется, я с самого начала признался, почему хотел этого. Вопрос в том, почему мой друг не хочет признавать, что хотел этого ничуть не меньше] Молодой человек мог только растерянно хлопать глазами, беззвучно открывая и закрывая рот. Сейчас он и вправду почувствовал себя косулей, что испуганно замерла в свете направленных на неё фар. [Господин Косуля обвиняет меня за то, что я надругался над ним. Но по-моему, это он, зная о чувствах своего друга, просто использовал его для удовлетворения своих фетишей. А когда столкнулся с последствиями, отказывается от ответственности за свои поступки] — Я… я… […] — Если всё так и было, почему я тогда ничего не помню?!.. [Не помните, или не хотите помнить?] — Я… эээ… У т-тебя правда есть тентакли?.. [Снова станете просить показать их?] — Нет! Я и не собирался! Но я… я просто не мог… [То что вы называете «заражением» ослабило ваш контроль, и я признаю свою вину в этом] [Но господин Косуля желал этого. И когда он перестанет отрицать свою причастность, возможно память вернется к нему] Соль Ым почувствовал, как лицо заливается пунцовой краской. «Э-это правда?..» [Мы можем долго выяснять, чья ответственность больше и кто первый это начал] [Это был я, когда запер вас в телестудии, а может быть вы, когда принудительно призвали меня в игрушку «доброго друга» и сделали своей безвольной куклой] — !.. [А может быть это началось тогда, когда вы приклеили на меня пол пачки стикеров, усиленных зельем, чтобы насильно вызвать чувство симпатии] — Ты хотел испепелить меня!! — Соль Ым почувствовал, что из глаз вот-вот предательски брызнут слезы. [Хотел] [Но теперь у вас в животе мое дитя. Там растет наш общий ребёнок] — Отстань от меня! Просто уйди! — истерично выпалил Косуля срываясь на плач, — Я не хочу тебя видеть! [Тогда вы не позволили бы мне прийти сюда] — Нет! — он отвернулся к стене, размазывая слезы по раскрасневшемуся лицу. [Не нужно так кричать и нервничать, это вредно, когда мой друг в таком уязвимом положении] — Отстань от меня… Браун сделал шаг к нему. [Даже в такой свободной одежде уже немного видно…] — Чушь… [Можно мне дотронуться?] — Н-не надо… — Соль Ым почувствовал, как на его дрожащие от слез плечи легла большая теплая рука в перчатке. [Я смогу позаботиться о своем друге. Всё будет хорошо. Доверьтесь мне] Не переставая всхлипывать, Соль Ым помотал головой. Он не стал сопротивляться, когда ладонь ведущего скользнула под его футболку и прижалась к чуть округлившемуся животу. Нечто внутри встрепенулось, отзываясь на прикосновение.