Безвредная змея

Думаю, эту запись можно начать с приветствия. Я — Гезар. Ведьмак школы Змеи. Моя история начинается в Вызиме, столице Темерии. Родителей я своих не знал. Мне говорили, что их убили нильфгардцы, в итоге из-за этого я жил у друзей семьи, а потом у друзей друзей и так далее. В каждой семье я жил не так уж и долго, может, пару месяцев, а иногда везло, и всё было хорошо пару лет. Почему-то каждую семью, в которую я приходил, настигала беда. Чудище где-то настигнет, разбойники захотят ограбить, а те не захотят отдавать золото. Одну из моих семей обвинили в шпионаже, её казнили на месте, на моих глазах. Убили их темерийские солдаты. Те якобы были шпионами Нильфгарда, вот и убили их. Как я узнал позже, они ими и вправду были. Меня, на удивление, не нашли, если вообще искали. Эти скитания от семьи к семье продолжались до восьми лет. Больше меня некому было взять, а возможно, они просто не хотели — не знаю. Вот так я и попал на улицу. Приходилось воровать и бороться за свою жизнь. Уже тогда мои шаги были беззвучны, а кражи оставались незамеченными — ведь кто подумает на ребёнка в первую очередь? Но даже если меня замечали, то я скрывался. От них было легко уйти, если хорошо знать город и сточные каналы. Хотя вспоминать, как я бегал по этим вонючим и мокрым коридорам, не хочется. Даже когда меня окружали, я держал ситуацию под контролем, умело лавируя и сохраняя спокойствие. Думаю, на это могло повлиять то, что со мной происходило, но это даже к лучшему — благодаря этому я смог выжить. Я был неуловим. Но всё когда-то кончается, ведь так? Вот и моё прошло. Настигли меня ночью: какой-то из множества купцов ведьмака наняли, а он меня и выследил. Я пытался сбежать своими маршрутами, пытался запутать его в ночных и узких переулках города, но без результатов. Он будто точно знал, куда я пошёл, даже не видя меня. В итоге поймал он меня. Развернул и поднял за грязную рубаху мою. Я увидел глаза, что светились в темноте. Они были как кошачьи, но только у человека. Тогда я впервые испугался. Пытался вырваться, но тот крепко держал. Я думал, что это мой конец, что набегался. Потом меня окутало странное чувство, будто насильно заставили успокоиться. Тогда я не знал, что это был ведьмак и что он на меня применил. Не знаю, сколько я пробыл в таком состоянии, но опомнился уже на телеге. Мы ехали куда-то, я начал осматриваться, чтоб понять хоть что-то, но меня окликнул тот ведьмак. Оказалось, что это был некий Войцех. Ведьмак школы Змеи. Это он меня поймал. Особо мы не разговаривали, но на главный мой вопрос: «Куда мы едем?» — он ответил: «В Нильфгард, в Гортур Гваэд». А вот на вопрос «Зачем?» уже не ответил. Лишь пригрозил, что если я попытаюсь уйти, то будет плохо. Мой разум вновь стал расплывчатым, пришёл в себя только уже когда мы были у крепости. Так я и оказался в школе ведьмаков. Она была огромна, я будто был муравьём на её фоне. Когда мы попали внутрь, я сразу почуял странный запах — что-то вроде каких-то трав, позже, когда мы были уже в башне, почувствовал запах плесени, слабый, но ощутимый. Недалеко от башни с клинками вытворял пируэты ещё один ведьмак. Он выглядел старше Войцеха, но будто сам не знал о своём возрасте. Наконец меня отвели в башню, где отвели в комнату и оставили отдыхать с дороги. Позже я всё-таки узнал, зачем я тут. Я согласился, всяко лучше, чем сидеть на улице под дождём. Тут хотя бы крыша над головой. Да и позже смогу за себя постоять. Первые пару дней прошли средне. Ранний подъём. Разминка и сами тренировки. После отжиманий там, приседаний Войцех говорил нам брать деревянные клинки и нападать на него. Скажу честно: драл он нас как шлюх борделевских. Он был абсолютно беспощадный. Хоть как-то блокировать атаку было уже чудом, а попасть — так вообще праздником. Фонтеру раз он во время блока по колену ударил да и рукоятью в шею. Упал тот сразу, долго подняться не мог. Тогда Войцех сказал: «Многому мне вас ещё учить надо будет. Надеюсь, вы будете готовы так получать ещё пару лет». Надолго я запомнил эти слова, и ведь он не соврал. Нас он ещё после этого гонять по крепости стал, чтоб закрепить урок, ха. В общем, тренировки были жёсткие, но, как оказалось, это было только начало. Там я встретился с парой ребят, что были моего возраста. Врангель и Фонтер. Хорошие были ребята. Быстро я к ним привязался. Врангель был лучшим из нас, возможно, у него даже был какой-то талант в фехтовании, не знаю. Фонтер же был больше по теории. Сильно любил он читать про этих тварей. А я же был, просто был, я был худшим из нашего трио, долгое время я боялся даже просто оружие в руке держать. Лучшее, что у меня получалось, так это скрываться, чтоб по спине не получить за наш совместный проступок. Как-то раз мы подложили птичье говно в обувь Войцеха, после этого мы получали, конечно, даже у меня не получилось спрятаться — настолько он был недоволен нашим проказам. И нас заставляли зубрить теорию о чудовищах, травах, эликсирах, но это был единственный, наверное, способ хоть как-то развеселиться. Главным заводилой у нас был Врангель. Всё, что мы делали, придумал он. Он был очень весёлым человеком, тепло с ним становилось, хоть он и глупым был. Он слишком верил в людей, верил, что сможет изменить отношение к ведьмакам, тогда я даже почти подхватил его настрой, щас же понимаю, что это было глупо. Он с детства помогал всем. Просто так, потому что мог и хотел. Даже когда у него еды почти не было, он делился с другими. Иногда он говорил, отвечая на наше непонимание насчёт этого: «Вот ещё увидите, меня будут все любить и уважать. Благодаря моим поступкам о ведьмаках будут добрые баллады!». А Фонтер был нашим главным стратегом: если Врангель что-то предлагал, то Фонтер доводил это до разумного плана, благодаря чему мы меньше получали. В один из таких дней Врангель предложил выкрасть один из мечей Войцеха и потренироваться с ним. Как неудивительно, Войцех нас поймал, хотя у меня и получилось незаметно украсть его. Он хотел заставить выучить весь бестиарий, но Фонтер смог оправдать наш поступок, не знаю почему и как, но он поверил в это и отпустил, хоть мы всё равно должны были продержаться на маятнике минуту. Фонтер вообще много думал, по делу и без. Возможно, не попади он в ведьмачью крепость, то стал бы философом. Думаю, тогда он был главным моральным компасом для нас. Хоть я и знал их мало, но были они для меня теми братьями, которых у меня не было и не будет. Но потом началось оно. То, что до сих пор отдаётся в моей голове. Я до сих пор содрогаюсь от этого. Единственное, что я помню из того момента, — это бесконечная боль, боль и боль. Будто тысячи иголок протыкают всё, что только можно, заставляя организм разрушаться, чтоб его собрать заново. Больше ничего. В моменте сознание начало будто покидать меня, мыслей ясных не было, нет, вру, была. Я думал, что умру, даже надеялся на это. Многие умерли во время этого. Врангель был одним из них. Ясный рассудок долго не мог вернуться. Но всё-таки я пришёл в себя. Вроде было темно, но я видел, мог разглядеть паутину в углу комнаты. В нос бил какой-то сильный аромат, слишком сильный. Будто что-то пахучее было прямо перед носом. Я пытался найти источник, но так и не смог. Слышал я тоже необычно. Шаги, что были бесшумными, стали отчётливо слышны. Я даже слышал, как кто-то передвигается в другой комнате, весьма отчётливо и легко мог определить, где он конкретно, а ведь был ещё и дождь. И тут меня пошатнуло. Схватившись за тумбу, я смог удержаться, но на грани. Быстро придя в себя, я поднялся на ноги и поплёлся из комнаты. Я вышел на улицу, хотелось просто побыть на свежем воздухе, не чувствуя этот клятый запах, но я его всё ещё чувствовал, но слабее, к счастью. Там я и уснул. Через пару дней я полностью пришёл в норму и вновь начал тренироваться. Тогда я и узнал о смерти Врангеля, об этом мне рассказал Фонтер. Это было странное чувство: тело будто сжалось, а на лице ни один мускул не дёрнулся. С тех пор я почти ни с кем не говорил, почти всегда молчал. Говорил коротко, по делу, я не мог просто-напросто вести долгий разговор. Из-за мутаций я превратился из тихого парня в тень, что всегда была, но на которую никто не обращал внимания. Тьма стала моим новым другом и союзником. С Фонтером я тоже не говорил. Мы больше не общались. Я никак не ответил на слова про Врангеля, не смог, я хотел с ним поговорить, бывало даже подходил, но молчал, он тоже молчал, возможно, он даже видеть меня не хотел, а просто терпел. Он стал тем, кто всё время тратит на тренировки. Я стал таким же. На последующих испытаниях умерло ещё больше. Фонтер погиб, защищая другого — того, кто испугался, того, кто был плох. Но он всё равно сделал это, ценой своей жизни. Этим кем-то был я. Я просто встал столбом, не в силах убежать от чудища, а он толкнул меня, со всей силы, но тварь всё-таки достала меня немного. Теперь из-за неё у меня шрам на лице. Я благодаря нему добрался до выхода, а он из-за меня нет, да и не только он... Худший ученик, что был спасён одним из лучших. Я не знаю, зачем он это сделал — может, из своих моральных соображений, или из-за того, что я был его другом. Я этого уже не знаю. Никогда. Перед смертью он попросил меня жить, жить за них. После этого я перестал с кем-либо взаимодействовать, отдал предпочтение тренировкам, да и общаться не с кем было. Осталось, конечно, человек семь, не считая меня и учителей, но своих товарищей я потерял. Из пяти человек, что отправились, выжил... я один. Я до сих пор думаю, что если бы не выжил я, то выжили бы они: Фонтер, Коржер, Кордан и Андель. Простите меня за мою слабость. Последующие шестнадцать лет прошли для меня как в тумане: я мало что помню, помню, что тренировался почти постоянно, почти без остановки. Шестнадцать часов я мог оттачивать один приём, только подзатыльник от Войцеха меня останавливал и заставлял отдыхать. Примерно в этот период я победил Войцеха. Одним финтом и парированием я выбил ему деревянные клинки, после сбив его с ног. Тогда он просто оправдался возрастом, но всё-таки похвалил. Помню, как слушал учителей, что говорили, что главное — выполнить заказ, не важно как, не важно на кого, главное — выполнить. Говорили, что мы должны быть скрытны, как змеи в траве. Говорили, что парные клинки отображают готовность убивать и чудовищ, и людей, без моральных угрызений. Я всё поглощал. Стирал руки в кровь, тренируясь. Травился собственными эликсирами. Бился головой об стену. Делал всё, чтоб быть сильнее. Я просто-напросто забыл, что такое здоровый сон, я был слишком сосредоточен на обучении. Войцех видел это и пытался помочь — долго и упорно. Думаю, за эти шестнадцать лет я привязался сильнее всего именно к Войцеху. Он всегда пытался поддержать меня и помочь советом. Это не сильно что-то изменило, я так же тренировался как проклятый, но его советы и наставления помогали не стоять на месте. В один из дней я находился в лесу вместе с Войцехом. Мы закончили заказ и сейчас направлялись обратно в крепость. Мы устроили привал. Сидели, пили. Вдруг Войцех заговорил: — Ты слышал фразу: «Прошлое всегда с нами, и всё, что мы собой представляем... — исходит из прошлого. Мы его творение». Да, слышал, а что? — Как думаешь... Каково её значение? — вздохнув, он сделал большой глоток шнапса. Молодой ведьмак задумался, думал достаточно долго. Не дождавшись ответа, Войцех продолжил: — Я этим хочу до тебя донести, что ты не должен жить так, как бы они хотели. Ты мне говорил, что он попросил жить за них. Но не как они. Ты неправильно понял его. И ты стал пытаться жить, как они бы жили, — щас это незаметно, но потом будет... Да... Ты прожил тот момент, ты сделал выводы из своих ошибок и постарался стать сильнее. Это правильно, нужно делать выводы, но теперь ты боишься не внешнего врага, а себя. Боишься своих ошибок. Гезар. Найди то, ради чего будешь жить. Или ради кого-то. Пусть это будет для тебя заказом, самым важным. Гезар впал в ступор, смотря на своего учителя, а тот лишь послал его спать, ведь завтра им продолжать путь до крепости. — Перед тем как я пойду... — запнувшись, он продолжил. — Почему ты забрал меня? — Не буду вдаваться в подробности, но скажу так... — тяжело выдохнув, он продолжил. — Ты был похож на меня. Я увидел себя в тебе тогда. Всё, иди спать. Тогда я не знал, как выполнить это задание, да и боялся, наверное, просто даже вспоминать, поэтому я отложил его в дальний ящик, очень дальний, тот, что больше не открывают. Тренировки наконец кончились, я покинул крепость. Войцех помог мне со сборкой в дорогу и отдал один из своих парных клинков, приправив его словами: «Чтоб не забывал нас». А я и не забывал. Тогда мне было двадцать четыре, а сейчас уже двадцать восемь. Уже четыре года я полноценный ведьмак. За это время я успел убить немало тварей, что заказывались и встречались мне: леший, полуденница, виверна и довольно много других. Иногда я был на краю смерти, но мне везло, и я выживал. Благодаря таким случаям я быстро совершенствовался и исправлял свои ошибки. В один из таких дней я возвращался с заказа на кладбищенскую бабу. Задание было несложным, да и денег мало давали, но мне они всегда нужны были, так что я сделал это. Придя в деревню, я стал требовать награду, а те вместо того, чтобы отдать мне её, начали спорить, позже подтянулось несколько мужиков, что начали агрессировать на меня. В конце концов они напали. Я пытался их вразумить, но им было всё равно. Для них я был обычным выродком, что не должен жить на их земле. Тогда я пролил кровь. Тогда и полетели головы, кишки, части тел. Убив одних, пришли мстить их жёны и друзья — и так, пока на меня вовсе не напали дети. Я убил их, быстро. Им некуда было идти: не убил бы я — убил бы кто другой или вообще в рабство отдал бы. Пусть лучше в могиле лежат. Ха, а может, просто я уже не разбирал, кого режу, и всё? Или, может, этим я пытался обелить этот поступок для самого себя, а может, и вправду верил — не знаю. Тогда я ничего не почувствовал, лишь когда я стоял посреди трупов, измазанный в крови и пропахший ею, у меня что-то кольнуло в сердце. Я никогда не любил мораль, хоть мне её часто читали Войцех и Фонтер, но я стал её ненавидеть только сильнее, ведь я думал, что именно из-за своих моральных соображений Фонтер пошёл тогда меня спасать, хотя не должен был. Я просто тот, кто выполняет чужой заказ, не способный на что-либо кроме убийства. В этом нет никакой морали. С тех пор я стал куда осторожнее, пытался договориться с такими мягче. У меня получалось. Ещё я помню заказ старой милой дамы, что была вежлива со мной и говорила с причудливым акцентом. Она была из тех немногих, что хорошо к нам относились, хотя, наверное, лучше сказать — относилась как к людям. Она попросила найти своего сына. Я его нашёл в руках беса. Я пытался успеть, но не смог — тварь была быстрее. Я отомстил за её сына, убив беса. Я пытался помочь ему, но, дав не то зелье, он умер у меня на руках. Женщина тогда бурно отреагировала. Слёзы, крики, обвинения, ругань и тарелки, которые она в меня кидала. Но эта старушка всё-таки успокоилась. Она понимала, что я бы ничего не смог сделать уже. Но всё равно обвиняла. Я её понимал. Я стал больше понимать цену ошибки, я вновь не спас кого-то, а наоборот стал тем, кто убил не чудовище, а человека. Деньги она всё-таки выплатила — молча. И она так же молча ушла.

*конец дневника...*

В поле на траве сидел человек в тёмной накидке, что была до колен, а под ней была лёгкая броня, что давала уверенность в бою. Она защищала его от чудовищ и людей. Длинные каштановые волосы, что идут до середины спины, заплетены в хвост. На лице виднеется огромный шрам от когтей, что идёт от левого глаза до подбородка с правой щекой. Наконец, закончив что-то зарисовывать, он захлопнул свою книжку и поднялся на ноги, оглядываясь. — Хороший здесь вид всё-таки, — тихо и спокойно в никуда проговорил молодой ведьмак, смотря на лесок в конце зелёного луга, что был засажен цветами. — И так тихо. Посмотрев на свой дневник, он подумал: «Не лучший из меня художник, однако, хотя что-то в этом есть». Спустившись с холма, ведьмак отправился в город, в Новиград. Город жил, хоть не так, как прежде: он перестал быть вольным с последней войны, отныне он был под чёрным солнцем. Что естественно, многим это не нравилось, но ничего они не могли поделать. Попытки противостоять Императору кончались виселицей. Многие уже смирились, ведь жизнь стала налаживаться при Нильфгарде. Но некоторые всё равно пытались. Был неясен смысл их борьбы, но они продолжали, искренне веря в то, что они правы. Гезар не спеша и осторожно проходил по светлой улице, ища глазами доску с объявлениями. Шёл он по оживлённой площади и услышал разговор двух мужиков, что смотрели на нильфгардца в латах, объявлявшего о повышении налогов. — Эти нильфгардцы уничтожают всё величие Новиграда, с этим надо что-то делать, — недовольно прошептал мужчина в красной рубахе. — И что ты предлагаешь? — устало вздохнул второй. — Уничтожить их, конечно. Нужно объединиться всему преступному миру. — Смеёшься? Они скорее друг друга уничтожат за каплю власти, чем пойдут против нильфов. Да и жизнь хоть и потихоньку, но улучшается. Не став дальше слушать этот спор, он пошёл дальше, своей дорогой. В этом крае работы почти не было, а той, за которую бы хорошо платили, уж и подавно не было. А деньги были ему нужны, чтоб хотя бы выжить. Вариантов у него было немного, как минимум он видел только их: работать на крестьян как чёрт, получая десяток крон и надеясь найти более хорошо оплачиваемый заказ, или же начать более преступную деятельность. Вторым заниматься он не хотел. И так плохая репутация у ведьмаков могла ещё сильнее испортиться. В итоге он выбрал работу на крестьян. Работал днями напролёт, спя по паре часов, но денег всё равно иногда не хватало даже на ночлег в корчме. И вот дошёл он до места, до которого так долго шёл. В этот день доска была почти пустой. Всего штук шесть листков было, но один сразу привлёк внимание ведьмака. Он был с ярко-красной подписью и с заголовком о том, что требуется ведьмак. Ниже была прописана задача: «Сопроводить ковирских послов из Новиграда до столицы королевства». Платили недурно, почти девятьсот крон. Во многом из-за этого Гезар решил принять его — ведь денег тогда у него почти не было, да и всё лучше, чем работать на крестьян. Сорвав листок, ведьмак не спеша двинулся к посольству. Он знал, где оно находится, ведь ему приходилось туда проникать, чтоб выкрасть некоторые бумаги. Вот показалось нужное ему здание, что явно выделялось на фоне остальных. Особенно его выделяло наличие стражи на входе. Эти двое сразу приметили ведьмака, что неспешно приближался к зданию. — Стой, ведьмак, — сделав шаг вперёд, устало проговорил первый солдат с усами. — С какой целью пришёл? — Я пришёл по поводу заказа, — нейтрально проронил Гезар. Двое стражников переглянулись. Второй, кивнув, сказал: — Ну наконец-то кто-то пришёл, — устало улыбнувшись, проговорил он. — Тебе на второй этаж, у нужной двери будет сидеть стражник. Дверь открылась. Внутрь вошёл ведьмак. Внутри здание было весьма обычным: деревянный пол, каменные стены, столы, стулья и другая требуха. Внимательно оглядываясь, он приметил лестницу — туда он и направился. Пройдя на второй этаж здания, у одной из дверей и вправду сидел стражник, что натачивал свой меч. — Никому не мешает то, что ты точишь оружие здесь? — подходя, спокойно проговорил ведьмак. — Никто не жаловался, а тебе-то что? — подняв глаза, спросил стражник. — Ничего, просто интересно было, — пожав плечами, ответил Гезар. — Слушай, а он свободен? — Кто он? Торин, что ли? — Если это он оставил заказ, то да. — М-да, вечно он так: оставляет заказ, но без имени. Вот на такого параноика мы работаем, — тяжело выдохнув, он продолжил. — Да, он свободен, думаю, он как раз ждёт, пока кто-то придёт по поводу заказа. — Спасибо. — Иди уже, не хочу здесь торчать больше дня, — заканчивая заточку, закончил говорить солдат. Внутри была весьма просторная комната, в которой было весьма много папок с чем-то. А перед столом, куря трубку и перебирая страницы явно чужого дневника, стоял заказчик, тот самый Торин. Лысый мужчина, от которого несло табаком. — А ведьмаки и вправду очень скрытны, — повернув голову, произнёс посол. — Интересно, как же ты меня заметил? — слегка удивлённо спросил ведьмак. — У меня с детства сильно развит слух, — проговорил Торин, уже полностью развернувшись и покрутив ладонью у уха. — Иногда это сильно мешает, особенно когда надо сосредоточиться, но в целом жить можно. Плюсов от этого больше, чем минусов, по моему мнению. Ведьмак лишь кивнул на слова посла и опёрся о стену. — Как понимаю, ты ждёшь дополнительную информацию о контракте? — получив в ответ кивок, он продолжил. — Как написано на листе, ты должен будешь сопровождать нас до Ковира. По пути, вероятнее всего, будет немало чудовищ, да и не только. Мои солдаты вряд ли справятся, с тобой у нас куда выше шанс. — Хорошо, я в деле, — сложив руки на груди, сказал Гезар. — Отлично, рад, что ты решил нам помочь. Подойди сюда, — подойдя, ведьмак увидел на столе карту, где был прочерчен маршрут. — Двигаться мы будем сначала морскими путями, — двигая пальцем по карте, — потом высадимся в порт, там нас должны будут встретить. И мы все вместе двинем в столицу, — продолжил Торин. — Думаете, что-то может произойти во время плавания? — Не думаю, а уверен. Последнее время пиратов много развелось. Постоянно на суда нападают. — Понял. Когда выдвигаемся? — Этой ночью, чтоб никто не увидел, как мы покидаем посольство, и не начал преследование. Приходи сюда же, только проследи, чтоб хвоста не было. — Вас понял. Я пошёл тогда, буду готовиться. Получив кивок в ответ, он двинулся из здания. Время прошло быстро, как и подготовка к заказу. И вот Гезар уже подходил к посольству. Он сразу заметил, что на входе не было стражников, но двери были не заперты. Войдя внутрь, он услышал речь: — Солдаты, к сожалению, я не могу посвятить вас в детали, но могу сказать одно: для нас эти сведения очень полезны. Всё было не зря, — ходя перед шеренгой из шести солдат, сказал Торин. — Уже скоро мы отправимся домой. Осталось только дож... Не успев договорить, он заметил ведьмака, что вновь стал опорой для стены. — Уже не придётся, — Торин начал подходить к ведьмаку. — Привет, ведьмак, как добрался? Был хвост? — Нет, не было. Мы можем спокойно выдвигаться, — спокойно отрезал Гезар. — Отлично, — повернувшись к бойцам, Торин крикнул, чтоб заканчивали готовиться к отбытию. Они покинули посольство и направились к порту. Гезар шёл впереди, рядом с Торином, как его лучший телохранитель на данный момент. — Ведьмак, будь готов, если что, наложить аксий. — Ну хорошо, командир, — усмехнувшись, проговорил Гезар. — Как понимаю, ты читал о нас? — Да, когда нанимаешь ведьмака, нужно иметь хоть какое-то представление о том, что вы можете. Дальше они шли молча, стараясь не попасться на отряды Нильфгарда, что не были подкуплены Торином. Но всё-таки навстречу вышел такой отряд. Небольшой, человека три, что сразу направились к отряду посла. — Это же, чёрт тебя дери, Торин! — проговорил командир отряда. — Куда же ты собрался так поздно? Даже долг мне не отдал. — Нам нужно возвращаться в Ковир. Пропусти нас. А долг я позже отдам, когда вернусь, — отлично скрывая своё волнение, сказал Торин. — Пропустить? — он явно что-то подозревал, он будто чуял волнение Торина, что было скрыто за маской безразличия. — Да, пропустить, — сказал, вмешавшись, ведьмак, начав незаметно накладывать аксий на командира. — Да... — странно проговорил нильфгардец. — Да, проходите, дальше нет патрулей, можете ускориться. — Его двое стражников переглянулись, явно не поняв, что только что произошло. — Пойдёмте дальше, ребят, нам тут делать нечего. — Те помедлили, пытаясь понять, что с командиром. — Шагом марш, солдаты! А то будете уволены за невыполнение приказов, в лучшем случае! — громко проговорил командир. Остальной путь до корабля, как и отплытие, прошёл без происшествий. Они спокойно отплыли и направились в сторону Ковира. Первый день, второй. Эти два дня ничего не происходило, было только море и море. Ведьмак все эти дни старался медитировать, не обращая внимания на запах гнилого дерева и мочи. Но вот ночью третьего произошёл инцидент. Большинство людей спало, кроме ведьмака, стражника, капитана корабля и матроса. Из тумана появился корабль, что хоть был и меньше, чем их, но на нём было видно где-то человек двадцать, что не были хорошо оснащены, но всё-таки вооружены. — Твою же мать, пираты! — встав, проговорил матрос Фил. — Я пошёл будить всех. — Он побежал по палубе в трюм. — А я думал, будет так спокойно, — спокойно проговорил ведьмак, хрустя шеей. Встали все быстро, к моменту подплытия корабля пиратов все были готовы. Капитан пытался договориться, но без результатов. Началась бойня. Везде стал слышаться скрежет металла, скрип половиц, а само судно покачивалось. На Гезара напало двое, что явно были уверены в своих силах. Ведьмак сначала оборонялся и уклонялся, отпрыгивая от атак в последний момент, но, выждав удачный момент, быстрым вертикальным ударом вспорол брюхо одного из нападающих — тот хотел было закричать, но быстро лишился головы. Второй пытался помочь, но получил удар в колено и после лишился руки с клинком, а после и головы. Закончив с ними, Гезар начал искать глазами Торина в этой суматохе. Он нашёл его: Торин сражался тоже с двумя, но, в отличие от Гезара, у него был один клинок, и в обороне ему было тяжело. Ему и шанса на атаку не давали. Ведьмак сразу бросился к нему, заодно спасая одного из матросов, которого чуть не убили. Подбежав, он сразу вертикальным ударом располовинил нападающего. Второй выронил саблю, завидев, что случилось с товарищем. Упав на задницу, он стал просить не убивать его, но ведьмак просто проткнул его сердце, не став слушать, закончив его жизнь. К тому моменту пиратов окончательно перебили. Матросы с солдатами начали громко радоваться победе. Воняло кровью, но мало кто обращал на это внимание — они скорее обратили внимание на тела, что лежали по кораблю. Их выкинули в море. Потери были минимальные: двое моряков, что были раздавлены числом. — Ох... спасибо... спасибо, ведьмак, — тяжело дыша, проговорил Торин. — Я уж думал, не выдержу. — А ты неплохо мечом владеешь. Где ты научился этому? — Спасибо, — выдохнув, продолжил он. — Я раньше в армии служил, точнее, командовал отрядом. Мои люди как раз из него. Они доверяют свою жизнь мне, а я свою — им, — улыбнувшись, гордо сказал посол. — Занимательная история, однако. — Разумеется, — развернувшись, он закричал имя одного из матросов. — Фил, сколько нам до берега? — Примерно часа два-три, — успокоившись, произнёс парень лет семнадцати. — Не близко ли к берегу они напали? — удивившись, спросил ведьмак. — Думаю, они были не сильно опытные. Будь они умнее, не напали бы на солдат, — сплюнув и выругавшись, встал Торин, начав смотреть в море. — И то верно, — спокойно проговорил ведьмак, встав рядом с Торином. — Слушай, ведьмак, — продолжая смотреть в море, начал разговор Торин. — Чего ты хочешь от жизни? Вопрос удивил Гезара: он никогда об этом не думал. Он не думал о будущем, он думал о том, как сейчас не умереть. Он медлил, не зная, что сказать. Гезару оставалось лишь честно ответить: — Я не знаю. Никогда... об этом не думал, — запнувшись, ответил ведьмак. Мужчина положил руку на плечо ведьмака и проговорил: — Подумай над этим на досуге. Не можешь же ты всю жизнь рисковать своей сракой ради пары крон, — опустив руку с плеча, тот пошёл к капитану. — Я просто ведьмак... Кроме убийств я ничего не умею, — смотря в спину Торина, неуверенно проговорил ведьмак. Тот лишь покачал головой, продолжая идти. Гезар задумался, глядя в воду. — И вправду... — тихо произнёс ведьмак. — Чего я хочу? — замолчав, он ушёл в свои мысли, пытаясь найти ответ, которого там не было. Вскоре они стали уже подплывать к порту. Торин подошёл к матросу, что смотрел в сторону порта. — Видишь кого-нибудь? — слегка встревоженно спросил Торин. — Нет, и это очень подозрительно, по моему мнению. — Не могу не согласиться с тобой. — Торин понимал, что возможна засада. И он понимал, что, возможно, эскорт был уничтожен. — Давайте причалим, там посмотрим, — неуверенно сказал посол. — Думаешь, это хорошая идея? — подойдя, спросил ведьмак. — Мы не можем причалить в другом месте? — Не думаю, что хорошая, но нужно ещё узнать, что с эскортом. Его почему-то нет, и это очень подозрительно. Наконец они сошли с корабля на сушу. Никого не было видно и слышно, что ещё сильнее тревожило отряд. — Нам придётся идти через лес, — прикусив губу, Торин смотрел в лес. — Не думаю, что это безопасно, — вставил своё слово ведьмак. — У нас нет выбора, — развернувшись к солдатам, продолжил он. — Будьте все максимально бдительны, если кто-то увидит что-то подозрительное, то сразу сообщайте. Получив в ответ «Да, сэр!», они выдвинулись к лесу. Подходя к нему, ведьмак услышал что-то похожее на шаги — они быстро направлялись в их сторону. — Я слышу шаги, — доставая клинки, проговорил Гезар. — Тоже, — вынув из ножен меч, сказал Торин. Отряд был максимально напряжён, ожидая кого-то. Из леса вышел отряд в ковирском снаряжении и, видимо, во главе с красноволосой женщиной. Завидев другой отряд, Торин сразу спокойно выдохнул. — Ну ахринеть! Вы заставили нас напрячься. Какого чёрта вы опоздали? Мы уж думали, с вами что-то произошло, — недовольно сплюнул Торин. — Всё, всё, не сердись. Проблемы на пути были, пришлось задержаться. — Ладно, надеюсь, это было хоть что-то серьёзное, — выдохнув, он пошёл со своими людьми в сторону отряда девушки. — Давайте пойдём быстрее, хочу быстрее добраться до города. — Да, надо выдвигаться, — рассматривая людей Торина, девушка приметила одного, что стоял рядом с ним. — А это кто с вами? — Это ведьмак. Звать его Гезар, он из школы Змеи. Хороший мужик, а самое главное — хорошо выполняет свою работу, — слегка гордо проговорил Торин. — Если бы не он, возможно, я — и не только — были бы мертвы. — Приятно познакомиться, ведьмак. Я Трисс, чародейка и королевская советница, — улыбнувшись новому товарищу, проговорила Трисс. — Взаимно, — кивнув, спокойно проговорил он. После небольшого знакомства уже объединённый отряд пошёл по лесу. После появления эскорта отряд довольно сильно расслабился. Гезар шёл с Торином и Трисс, внимательно осматриваясь, чтоб не пропустить опасность. В какой-то момент Торин отошёл успокаивать двух бойцов, что начали бурно спорить. А девушка, что была рядом с ним, решила заговорить: — Ведьмак, могу тебе позадавать вопросов, чтобы время скоротать? Заодно узнаем друг друга, — смотря на ведьмака, произнесла с какой-то надеждой девушка. — Не знаю, зачем тебе это, но ладно, задавай, но отвечать я буду не на любой, — обыденно спокойно произнёс парень. — Откуда ты? — задала она свой первый и весьма банальный вопрос. — Из Темерии, а конкретнее — из Вызимы, — тяжело вздохнув, ответил он на её вопрос. — Из Темерии значит... А о чём ты жалеешь больше всего? — не сбавляя темпа, спросила она, смотря на ведьмака. Гезар не ответил, лишь многозначительно промолчал, кинув на секунду взгляд на девушку. Та не стала настаивать, и они продолжили путь молча, а чуть погодя вернулся Торин, что начал рассказывать о своих похождениях. Шли они долго, может, час — вряд ли кто-то считал. Тут двое солдат заприметили что-то похожее на пугало, хоть и с черепом какого-то животного на нём. Они решили сломать его, забавы ради, чтоб хоть как-то поднять себе настроение. Лес в этот момент будто затих, стало невыносимо тихо, будто всё живое сбежало оттуда. Мало кто обратил на это внимание, а ведьмак не понял, с чем это связано. После этого они шли ещё какое-то время, всё было хорошо, но вдруг одного из солдат, что шли впереди, проткнули корни из-под земли. Его было не спасти: он пытался закричать, но кроме хлюпанья и крови изо рта ничего у него не вышло. Второго сбили с ног подлетевшие вороны, после чего его ноги и руки были проткнуты и скручены корнями. Тот сразу закричал, пытаясь вырваться из древесных оков. Трисс пыталась помочь ему выбраться, но не успела — сердце товарища было проткнуто новыми корнями. Остальным тоже доставалось, они пытались отбиваться, но не справлялись. Трисс старалась жечь корни и помочь выжить товарищам, но их было слишком много. Ведьмак сразу понял, что это за тварь: леший. Но он не знал, почему тот напал, — ведь он не видел тотема поблизости. Гезар сразу потянулся за маслом из подсумка. Открыв его, он сморщился от запаха, обильно смазал клинки маслом против реликтов и приготовил димеритовые бомбы, чтоб поймать тварь. — Где-то между деревьев... — себе под нос шептал Гезар, пытаясь высмотреть чудище. Он увидел, как леший появился среди деревьев, и сразу бросился к нему. Леший заметил его и, пропав из виду, начал атаковать корнями и воронами. Гезар легко уклонялся от каждой атаки лешего, не давая ему себя поймать. Он снова заметил лешего между деревьями и, засунув руку в подсумок, достал димеритовую бомбу и кинул её в лицо твари. Он попал. Леший с треском покачнулся, но устоял и начал двигаться в сторону ведьмака, перестав атаковать его товарищей, давая шанс Трисс помочь раненым союзникам. Ведьмак отпрыгнул в сторону от удара лешего и нанёс серию лёгких ударов, почти отрезав лешему руку. Но тот отошёл в последний момент, сохранив её. Перекатившись к лешему, ведьмак продолжил наносить удары и уклоняться от взмахов и всё-таки отрубил ему руку. — Теперь не уйдёшь, сука... — пронеслось в мыслях ведьмака. Но тут ведьмак в очередной раз воткнул один из клинков и в этот раз не смог его сразу вытащить. Несколько раз дёрнув, он уже хотел отпрянуть, чтоб перегруппироваться, но леший уже наносил удар. Использовав Аард, он оттолкнул противника и наконец вытащил второй клинок. Быстро достав из сумки «Гром», он начал пить, думая про себя: «Как будто дерьмо из бочки пью, и пахнет так же». Вздрогнув, он начал двигаться к лешему, кидая уже вторую димеритовую бомбу, снова блокируя его магию. На этот раз его атаки были куда результативнее, было видно, что с лешим скоро будет покончено. Леший начал разворачиваться. Гезар, подумав, что тот хочет бежать, начал ещё сильнее надавливать на противника. Звуки треска древесины разносились по всей округе. Тут леший резко развернулся к Гезару и со всей силы ударил. Не успев защититься, тот улетел в дерево. Он свалился на задницу у дерева, сильно приложившись. Придя более-менее в себя и выругавшись, он неуверенно поднялся — зрение от удара немного поплыло, но нужно было закончить начатое. — Вот же... Блять, — поднявшись, пробормотал Гезар. Трисс увидела, к чему всё идёт. Закончив с последним раненым, она побежала на выручку ведьмаку. Ведьмак попробовал отпрыгнуть, но не успел: одну из его ног схватили корни. Он не успел их отрезать, а вот они успели сломать ему ногу, из-за чего он вновь свалился. Дыхание сбилось, тело не слушалось. Он из последних сил достал «Ласточку» и хотел отпить, но руки совсем его не слушались. Он начал терять сознание, в голове крича: «Нет... нет, не сейчас, я не должен их покидать. Блять, блять, блять. Проснись, сука, проснись!» Но долго сопротивляться он не смог. Последним, что он увидел, было то, как та красноволосая девушка начала бой с лешим. Он потерял сознание окончательно. Там он видел его. Врангеля, что сидел на краю скалы. Паренёк любовался горными видами и голубым небом без облаков и кого-то, видимо, ждал. — Не должен ты тут быть. Только не сейчас, — тяжело выдохнув, он посмотрел на небо и продолжил. — Ну, раз ты тут, то присаживайся, посидим, поговорим. Гезар послушно сел рядом, начав смотреть в никуда. — Тот бой с лешим был неплох. Хоть щас ты и лежишь, истекая кровью, но не переживай — та красноволосая девица поможет тебе, она и щас помогает, — его взгляд изменился, он будто помрачнел. — Жаль твоих товарищей. Если бы т... Договорить ему не дал подошедший Фонтер. — Не забивай ему этим голову, — переведя взгляд на Гезара, он продолжил. — Ты сделал всё, что мог, чтоб их спасти. Ты не виноват в их глупости. Они сломали тотем и были за это убиты, ты ничего не мог сделать, — присев рядом и положив руку на плечо, закончил Фонтер. — Ты как всегда, Фонтер, даже после смерти ты не изменился, — откинувшись на спину, проговорил Врангель. — А ты всё такой же наивный, невозможно спасти всех, прими уже это. — Врангель лишь промолчал на слова Фонтера. — Ребят... А как... — не понимая, пытался спросить ведьмак. — Всё просто. Ты щас на грани смерти, вот и видишь наши души. Не переживай, скоро тебя вытащат, твоё состояние улучшается и довольно стремительно. — Гезар помрачнел ещё сильнее, он молчал, боясь хоть что-то сказать и даже просто посмотреть в сторону друзей. — Не думай, что ты должен умереть, не за этим я тебя спас, я спас тебя для того, чтобы ты выжил и прожил свою жизнь, — взяв небольшую паузу, он продолжил. — Ты же помнишь заказ, который дал тебе Войцех? В уши Гезара начал бить звук бьющегося сердца. Он начал чувствовать, что будто пропадает. — Уже уходишь? Чтож, рад был повидаться, ведьмак, — спокойно проговорил Фонтер. — Удачи тебе, Гезар! Надеюсь, ты найдёшь свой путь, — светло улыбаясь, проговорил Врангель. Очнулся он в телеге, тело ныло, а ногу он вовсе не чувствовал. Рядом сидела Трисс, что смотрела в никуда, ей было явно плохо, она тяжело дышала, стараясь не заплакать. Двигаться нормально он не мог, но мог более-менее говорить. — Трисс... — тихим и хриплым голосом прохрипел ведьмак. Девушка как будто сразу вышла из транса и испуганно посмотрела на него, садясь рядом. — Тихо, тихо... Ты как? Помощь нужна? — беспокойно сказала девушка. — Ласточку... Пожалуйста... — слабо произнёс Гезар. Трисс сразу вытащила из его подсумка нужный эликсир. Приподняв его голову, она влила эликсир ему в рот. Сморщившись, он проглотил его, после чего парень просто начал смотреть на свою спасительницу. Он разглядывал её лицо, веснушки, зелёные глаза, пряди волос, что были на лице. Он смотрел в её глаза, он тонул в них, сам того не понимая. Он был вымотан, двигаться абсолютно не хотел. Он потерял счёт времени, он не понимал, сколько они так друг на друга смотрели. Через какое-то время девушка спросила: — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила она товарища. — Скоро Ласточка поможет мне, и тогда буду, — переведя взгляд на небо, он продолжил. — Спасибо... Спасибо за помощь. — Ты ведь мой товарищ, я не могла не помочь. — Спасибо. Трисс, как там остальные? Сколько выжило? — вымученно, но уже легче задал вопрос ведьмак. — Не считая нас, то только Торин с четырьмя солдатами, — запнувшись, она продолжила. — Десять мертвы. Парень лишь тяжело вздохнул. Он не справился, а должен был. Вновь дал товарищам умереть. Он проиграл из-за своей слабости. Его мысли прервала Трисс. — Тебя что-то тревожит? — она будто пыталась читать его насквозь, что у неё и получилось. — Нет, — тихо ответил Гезар. Его глаза выдали его с потрахами Та лишь вздохнула и, сев на своё место, сказала: — Не вини себя, ты сделал всё, что мог, — проговорила девушка, смотря в небо. — Думаешь? — тихо спросил Гезар. — Да, — коротко ответила девушка, она хотела продолжить, но тут вмешался Торин, что управлял лошадьми. — Парень, я потерял там половину своих людей. И знаешь что? — взяв небольшую паузу, он продолжил. — Я не виню тебя, а значит, ты тоже не должен, потому что как минимум... — он запнулся, выдохнув, он продолжил. — В этом нет смысла. Дальше все молчали, а Гезар окунулся в царство Морфея... Гезар проснулся в холодном поту от того, что его разбудили. Поднявшись и забрав свои вещи, они зашли в город. Дальше их пути разделились. Трисс пошла с Гезаром, она хотела помочь ему найти его комнату, которую ему выделили. Торин отправился писать доклад. — Как тебе Ковир? — посмотрев на ведьмака, спросила девушка. — Пока что это то же самое государство, что и остальные, — спокойно произнёс парень. — Поняла, — после паузы она спросила. — Слушай, а что тебе снилось? — О чём ты? — удивлённо спросил ведьмак. — Ты спал как-то неспокойно, да и в поту проснулся, — сделав небольшую паузу, она продолжила. — Ещё и бормотал что-то. Извинения, что ли? — Нет, ничего такого там не было. Просто сон как сон, — проговорил ведьмак с фальшивым спокойствием. Тяжело вздохнув, она посмотрела ему в глаза, как будто в душу. — Ты не умеешь врать, — слегка грустно произнесла девушка, но больше не затрагивая эту тему. — Вот мы и пришли, можешь отдохнуть тут денёк, потом, возможно, придётся тебе прийти к королю вместе с нами, но я не уверена. Удачи тебе, ведьмак, — проговорив, она покинула его, оставив его в одиночестве. – До чего же... Удивительный день... – лишь вырвалось у него из-за рта. Ещё какой-то время он смотрел за фигурой, что удалялась всё дальше. После чего он ушёл отдыхать.