Серебряная флейта

Их знакомство нельзя было назвать приветливым и дружелюбным. Когда группа из четырех приключенцев - драконорожденного следопыта Сиривистры, тифлинга-воина Лилит, орка-варвара Бора и волшебницы-человека Вестры, услышала где-то на запятках своей повозки звуки нежно поющей флейты, команда вовсе не испытала невероятного восхищения мелодией. По взмаху руки Бора возничий резко остановил повозку, а Сиривистра высунула руку из окна и ткнула в играющего маленьким кинжалом. - Ай! Больно же! - возмущенно вскрикнул совсем юный остроухий полуэльф. Его золотая короткая шевелюра колыхнулась, и он вскинул на драконорожденную дерзкий взгляд своих пронзительно-зеленых глаз. Приключенцы долго допрашивали молодого барда, кто он и откуда взялся. Серебряная флейта, подвязанная к поясу на его брюках, время от времени таинственно поблескивала. Вестра напряженно смотрела на нее некоторое время, прежде чем шепнуть своим друзьям: - Я чую магию. Бор грузно вывалился из повозки и подошел к мальчишке: - Хэй. Мальчонка! А ну говори, чьих будешь и откуда, а иначе нечего на нашей повозке за бесплатно кататься! При виде орка хрупкий полуэльф поморщился, но под испытующим взглядом целых четырех пар глаз быстро сдался и, глубоко вздохнув, начал свой рассказ: - Меня зовут Антуан. Антуан Серебряная Флейта. Как видите, я полуэльф. Бард-полуэльф. А на повозку я вашу запрыгнул, потому что у меня нет денег добраться до города. Хоть какого-нибудь. Я… - тут он осекся. Сейчас о прошлом начнут расспрашивать, а ему совсем не хотелось ворошить старое. Да и кто знает, не прирежут ли его новые знакомые прямо на месте, узнав о том, кем он был совсем еще недавно. - Зубы нам не заговаривай, серебрёнок. - покачала рыжеволосой рогатой головой Лилит, скрестив руки на груди. Ее дьявольский хвост возмущенно дернулся. - Рубашка у тебя вон какая тонкая, и нежно-розовый плащ вон из какого бархата! И это у тебя-то денег нет? Антуан только фыркнул и закатил глаза: - Плащ и рубашка - не более, чем остатки былой роскоши. Моя мама была знатной эльфийкой и наследницей весьма благородного эльфийского рода с Восточных берегов. А мой отец был человеком, и его далекий прапрадед заключил сделку с феями. Мой далекий предок был бардом, и его музыка так понравилась феям, что они подарили ему магию. И в нашем роду раз в столетие рождается бард. Когда родители поняли, кто я такой, они отдали меня учиться в Коллегию бардов очарования. И я прилежно учился, хоть и был изрядным шалопаем… - Это по твоему лицу заметно. - хором прервали его Сиривистра и Лилит. Антуан смерил их недовольным взглядом. - Так вот, я выучился в Коллегии, но однажды в перерывах между этими бесконечными занятиями музыкальной магией и пропеванием заклинаний, я выбрался на прогулку в одну деревушку и познакомился там с одним пареньком. Мы быстро подружились, стали не разлей вода. Он был таким бедовым, разухабистым, веселым. А я, хоть и слыл хулиганом, все равно для него был неженкой. И мне хотелось доказать ему, что я не такой уж и слабый, каким он меня видит! Я соглашался на все его авантюры… А потом оказалось… в общем это вышло как-то случайно… - Не томи! - хором крикнули приключенцы. Антуан слегка надломил брови и с сожалением посмотрел на своих новых знакомых: - А потом оказалось, что мой друг был членом одной преступной группировки. В основном это были люди с Западных гор, беспринципные и беспощадные. Они чинили насилие и приносили только разрушение и боль, унося ценности, грабя и убивая всех на своем пути. Я хотел спасти своего друга, я хотел вытащить его из их цепких лап. Но пока я думал, что он нуждается в спасении, оказалось, что я попался в сети сам… он втянул меня в это, и сначала я из чувства оставшейся дружбы, помогал им в незначительных легких кражах. Я никого никогда не убивал. Но когда они попытались принудить меня стать полноценным членом их банды, я отказался. И я дорого за это поплатился. Они стали меня преследовать, причем под предводительством того самого «друга». Головорезы охотились на меня довольно долго, пока я не укрылся от них в родном городе своей матери. Но когда эльфы узнали, что я был преступником, меня изгнали из города. И с тех пор я скитаюсь. Совсем один… и я очень устал, и, честно говоря, я не знаю, чем я думал, когда запрыгнул к вам на повозку. Может, мне просто нужна была компания, чтобы хоть с кем-нибудь поговорить. Или хотя бы добраться до Эльбурга. Я шел от Вотердипа пешком, и мне кажется, что я прошел все Побережье Мечей целиком. Простите… Ребята переглянулись. Недоверие плескалось в их глазах пополам с сочувствием. Казалось, что они совещаются друг с другом без слов, одними взглядами. Антуан понурил голову и смотрел в землю. В носу предательски защипало. Вдруг на его плечо опустилась тяжелая рука. - Да всяк ошибиться может. Видно, что ты славный малый, но наивный еще, зеленый. Вот и понесло тебя не туда. Да с кем по молодости не бывало? Не горюй, остроухий, все образуется. Мы все тут не без истории, правда ребята? - добродушно улыбнулся Бор. - Верно. - откликнулась Лилит. - ладно, мальчик, нам все равно нужен бард. Без песни в дороге скучно. А в бою плохо. - Ребята, вы серьезно? - драконорожденная выгнула бровь. - Мы этого мальчишку первый раз в жизни видим. Он был преступником, а вы так легко готовы ему довериться? И потом, как мы потащим за собой лишний рот? И за проезд еще за него платить? Так уж и быть, пускай едет с нами до Эльбурга, а там уже сбросим его, и дальше как-нибудь сам! - Сири. - Вестра прервала белую дракониху. - Ну ты же видишь, что ему нужна наша помощь! Ну посмотри на него, он же такой очаровательный, давай оставим его! Без барда больше сил нет! Кто-то же должен рассказывать нам истории, я больше не могу слушать ваше брюзжание! - Я вообще-то все еще здесь. - тихо произнес полуэльф, слегка возмутившись, что о нем беседуют в третьем лице, как о мебели. Лилит колебалась. Сири имела на нее какое-то особое влияние, и тифлинг сомневалась, размышляя о том, не стоит ли поменять свое мнение и принять сторону следопытки. Вдруг мальчишка и правда такой невинный только на вид? А что если он врет, что не убивал, и ночью он их всех зарежет? Жаркий спор продолжался еще некоторое время. После чего Сири подошла к Антуану и, глядя ему прямо в глаза, сухо объявила: - Полезай в повозку. Так уж и быть, поедешь с нами. У тебя испытательный срок. - Простите, - спросил ошарашенный полуэльф. - испытательный срок для чего? - А ты еще не понял? - нежно усмехнулась Вестра. - Ты теперь один из нас! - Один из вас? Мне весьма приятно, но… кто вы? - недоуменно поинтересовался Антуан. - Приключенцы!!! - ответил ему веселый стройный хор голосов. И после получаса езды юный бард тихо буркнул себе под нос: - А вот дырку кинжалом во мне проделывать было вовсе необязательно. Неужто они всех незнакомцев так встречают? - Считай, что это было посвящением. - ответила ему Сиривистра и отвернулась к окну. Антуан не заметил, что она скрыла легкую добрую усмешку… Много воды утекло с того их первого знакомства. А может, и не очень много. Год минул всего лишь один, а вот совместных приключений позади было уже три штуки. И хотя теперь они были уже полноценной дружной командой, это не избавило юного Антуана от бесконечных подколок и шуток этой добродушной дедовщины, которую старшие товарищи деловито называли воспитанием. Особенно это возмущало Антуана по той причине, что ему совсем недавно минуло двадцать лет, а это значит, что по меркам полуэльфов он стал совершеннолетним. И вот теперь они все вместе вновь катятся в повозке по ровной тропке через ласковые весенние поля. В окно задувал свежий, напоенный запахом цветов ветерок, и Антуан прикрыл глаза. Тень пушистых ресниц закрыла зелень глаз, опустившись на слегка румяные щеки. Усыпанные вереском поля усыпляли своим монотонным видом, сил не было даже для того, чтобы сыграть что-нибудь незатейливое на серебряной флейте. Сигареты уже давно выкурены, повозка приятно потрясывается, легонько подскакивая на маленьких камушках. И златокудрая голова мальчишки уже совсем упала на деревянную стенку незамысловатого транспорта, а глаза окончательно закрылись, и его охватила сладкая дремота. Впрочем, как и всех остальных. И когда все окончательно уснули, повозка вдруг резко остановилась. Антуан слегка ударился затылком от резкого торможения и открыл глаза. Еще сонный, он кинул взгляд в окно. Вересковое поле исчезло. Вообще все исчезло. За окном повозки стоял густой и липкий серый туман…