Чужая

Кэйла стояла у окна своего кабинета, наблюдая за тем, как внизу, во внутреннем дворике, прогуливается Лана. Девушка медленно бродила по выложенной плитами дорожке. Девушка остановилась около фонтана, провела ладонью по сухому, нагретому солнцем бортику. Прошло две недели с той ночи, когда она привезла Лану в этот дом. За короткий срок особняк преобразился до неузнаваемости, и сама Лана невольно менялась вместе с ним. Синяки сошли а, ссадины затянулись, болезненная бледность уступила место мягкому, естественному румянцу. Девушка больше не выглядела как сломанная игрушка, которую безжалостно выбросили на свалку, хотя внутри, в глубине её голубых глаз, всё ещё была настороженность. Кэйла знала, что Лана трудится чуть ли не до изнеможения, хотя запретила ей заниматься уборкой за пределами собственной комнаты. Но девушка просыпалась раньше Кэйлы, стараясь успеть приготовить завтрак, перемыть всю посуду и протереть поверхности, которые и без того сверкали идеальной чистотой. Лана отчаянно боялась бездействия. Девушка не произносила этих слов вслух, но Кэйла понимала все всё по её поведению: видела, как та начинала подрагивать в моменты покоя, как беспокойно металась по комнате, как хваталась за любую возможность хоть чем-то услужить. Она искренне пыталась быть полезной, чтобы Кэйла не передумала и не выгнала её обратно в тот жуткий мир, где её ждала Вайлет. Кэйла оторвалась от окна и вернулась к рабочему столу, но разложенные бумаги не удерживали внимания. Она снова поднялась и посмотрела вниз. Лана всё так же стояла у фонтана — хрупкая, тонкая фигурка в светлом платье, ее рыжие волосы рассыпались по плечам. Кэйла вышла из кабинета и направилась в подвальное помещение, где был вентиль от системы водоснабжения сада. Она спустилась в низ прошла до конца подвала и повернула его, и через несколько секунд из внутреннего дворика донёсся звук льющейся воды и удивлённый возглас девушки. Кэйла усмехнулась, поднялась наверх, вновь подошла к окну и увидела, как Лана тянет руки, к струям воды, которые наполняли чашу фонтана. Лана рассмеялась — звонко, совершенно неожиданно, и этот смех прозвучал так чисто, что Кэйла ощутила внутри забытое тепло. Она смотрела, как девушка бегает вокруг фонтана, тянет руки к воде и улыбается. За эти две недели Кэйла ни разу не напилась до беспамятства. Пару раз она встречалась с Викторией и другими подругами в баре, выпила бокал вина и сразу уехала домой, оставив их в недоумении. Виктория пыталась выведать, что именно случилось, но Кэйла лишь отмахивалась, говоря, что просто очень устала. Она работала в офисе, разбирала отчёты, проводила нужные встречи, ездила с внезапными проверками в свои отели, но внутри неё жило только одно желание — как можно скорее вернуться домой. Впервые за шесть лет её тянуло обратно. Там ждали не пустые комнаты с призраками прошлого, а кто-то живой, ради кого хотелось включать фонтаны. Сегодня утром она собиралась поехать в один из отелей на восточном побережье, но в последний момент отменила поездку. Ей хотелось остаться, наблюдать за этой девушкой, видеть, как та постепенно оживает. Кэйла постоянно ловила себя на том, что смотрит на Лану слишком долго, но была не в силах остановиться. Она видела в ней уже не просто спасённую рабыню, а нечто гораздо большее — человека, который возвращал ей самой желание жить. Внезапно тишину дома прорезал резкий звонок. Кэйла вздрогнула, очнувшись от своих размышлений, и вышла в просторный холл. На настенном мониторе мигало изображение с камеры у ворот — фургон химчистки, которую она вызвала, чтобы забрать ковры и дорожки. Лана еще в первый день стащила их вниз, решив выбить всю пыль на улице. Кэйла опасалась выпускать девушку за пределы внутреннего двора, поэтому предпочла вызвать специалистов на дом. Она открыла ворота, и фургон подъехал к главному входу. Из него вышли три крепкие женщины в рабочей одежде. — Это все забираем? — спросила одна из них, оглядывая внушительную гору свёрнутых ковров и дорожек. — Да все, — кивнула Кэйла. — Там очень много пыли осторожней. — Давай, Маг, загружай, — кивнула старшая женщина своей напарнице, и те принялись за работу. Третья сотрудница оформляла бумаги, попутно с любопытством разглядывая дом. — Как вы одна справляетесь с таким большим хозяйством? — спросила она, протягивая квитанцию для подписи. — Нанимаю приходящую помощницу, — ответила Кэйла. Женщина понимающе кивнула, поставила свою подпись и отдала Кэйле копию. — Работы здесь очень много, — предупредила она. — Мы позвоним, когда всё будет готово. Кэйла кивнула и закрыла дверь, как только фургон выехал за ворота. Она проверила камеры, и направилась во внутренний дворик. Там было пусто. — Лана? — позвала она, оглядываясь. Тишина. — Лана, где ты? Опять побежала что-то отмывать? Никто не отозвался. Кэйла почувствовала беспокойство. Обычно Лана прибегала на первый же зов, боясь чем-то не угодить. Кэйла обошла весь сад, заглянула за густые кусты, но девушки нигде не было. Неприятное чувство тревоги закралось в грудь. Кэйла замедлила шаг и прислушалась — где-то в углу, между колонной и сильно разросшимся кустом жасмина, слышались тихие, сдавленные всхлипы. Она обошла колонну и увидела Лану. Девушка сидела сжавшись в комок, крепко обхватив руками колени. Плечи её вздрагивали, а глаза выглядели воспалёнными и красными от слёз. — Лана? — Кэйла опустилась на корточки перед ней. — Что случилось? Почему ты спряталась? Девушка медленно подняла голову. Слёзы без катились по щекам, оставляя влажные дорожки. Она пыталась что-то сказать, но слова постоянно тонули в тяжёлых всхлипах. — Я… я приняла их за службу по контролю за рабами, — с трудом выдавила Лана, голос её заметно дрожал. — Я думала, что вы вызвали их специально, чтобы меня забрали. Я испугалась, Кэйла, я думала, что вы передумали и решили меня вернуть. — Перестань реветь, я же сказала никаких слез в этом доме, — Кэйла сказала это резче, чем намеревалась, и девушка невольно вздрогнула. Кэйла протянула руку девушке чтобы помочь ей выбраться. Лана смотрела на неё снизу вверх, не решаясь прикоснуться, боясь, что это какая то ловушка. Однако Кэйла не убирала ладонь, и девушка, наконец, нерешительно взяла её. Пальцы были холодными ее ладонь дрожала, Кэйла сжала её и помогла Лане подняться на ноги. — Ты сама снесла все ковры и дорожки в холл, — спокойно пояснила Кэйла, удерживая её за руку. — Я просто вызвала специальную службу химчистки, чтобы они забрали их в чистку. — Я испугалась, — прошептала девушка. — Я услышала звонок в дверь, вы открывали им, и я подумала, что вы решили отдать меня. Что я сделала что-то неправильно. Кэйла отпустила её руку и взяла девушку за подбородок, чтобы рассмотреть ее лицо. — Ты ничего плохого не сделала, — твёрдо сказала она. — Ты делаешь всё хорошо, убираешься с самого утра до глубокой ночи, готовишь, стираешь, изо всех сил пытаешься быть полезной. Я это вижу. И я не собираюсь тебя отдавать. Лана смотрела на неё снизу вверх, глаза всё ещё оставались влажными. Она всхлипнула и сделала шаг вперёд, вцепилась обеими руками в рубашку Кэйлы, прижалась всем телом к её груди и разрыдалась. Кэйла невольно обхватила её руками, бережно удерживая и притягивая ближе. Она не ожидала подобной реакции и не знала, что делать с этим внезапным теплом, которое разлилось по всему телу, с этой хрупкой тяжестью, которая доверчиво прижалась к ней. — Я просто не могу успокоиться, — выдохнула Лана, уткнувшись лицом в плечо Кэйлы. — Не могу… — Ну что ты, все ведь хорошо… — пробормотала Кэйла, пытаясь заглянуть ей в глаза, но Лана спряталась ещё глубже, не желая показывать своё мокрое лицо. — Если меня вернут к Вайлет, — голос девушки дрожал, — то смерть покажется избавлением. Лучше убейте меня, но не отдавайте… — Нет, — Кэйла сжала плечи девушки сильнее, — до смерти дело не дойдёт. Я обязательно что-нибудь придумаю. Все будет хорошо. Лана подняла голову, она смотрела на Кэйлу, отчаянно пытаясь найти в её ней подтверждение сказанных слов. — Правда? — Правда, — ответила Кэйла и мягко наклонилась, коснувшись губами лба Ланы. Она не думала что делает, этот порыв возник сам собой — внезапное движение, которое было невозможно остановить. Губы коснулись тёплой кожи, и Кэйла на мгновение замерла, остро осознавая, что перешла незримую черту, которую, возможно, не следовало переступать. Лана перестала дышать. Она смотрела на Кэйлу широко раскрытыми глазами. Кэйла отпустила девушку и поспешно сделала шаг назад. — Прости… — сказала она, стараясь говорить спокойно. — Мне нужно поработать. Оставайся здесь я включила фонтан специально для тебя. И не смей снова плакать или пытаться начать какую-то уборку. Сегодня никакой работы. Кэйла развернулась и быстро пошла к дому, чувствуя, как в груди разрастается нечто совершенно новое — тёплое, тревожное и забытое. Лана осталась стоять у колонны, осторожно прижимая пальцы к тому участку лба, которого коснулись губы Кэйлы. Обычно любые прикосновения других людей приносили ей только боль и унижение, но сейчас она ощущала лёгкое тепло, которое разливалось по всему телу, заставляя сердце биться быстрее и девушка улыбнулась. Кэйла зашла в дом, ощущая странную вибрацию внутри. Она не могла забыть то, как Лана прильнула к ней, этот образ стоял перед глазами, затмевая все остальные мысли.