Игра Маринетт

       I've always liked to play with fire

Мне всегда нравилось играть с

огнем

      Это было плохим решением. Нет, это было отвратительным решением.        Когда-нибудь Маринетт выучит урок, что идти на поводу Альи — не самая лучшая идея. Теперь приходится сидеть за столом в этой до жути короткой юбке, которая по словам подруги «афигенно подчеркивает твои ноги».        Маринетт глубоко вдохнула и постаралась унять дрожь в пальцах: не стоило сюда приходить.        — На, не кисни! — Алья с шумом поставила два бокала со странной на вид жидкостью. — Маринетт, ну сколько можно уже? Тебе двадцать, пора узнать вкус взрослой жизни, а не сидеть грустно за столом. Так что пей, потом спасибо еще мне скажешь.        Алья подмигнула и выпила из своего бокала. Кажется, он был уже не первым. Видимо, девушка уже отчаялась увидеть Леди Баг и взять у нее интервью, так что решила переключиться на бесплатную выпивку. Маринетт подавила внутреннее раздражение и залпом выпила коктейль слегка поморщившись: с непривычки алкоголь сразу ударил в голову.        — Вау, детка, не знала, что ты так умеешь. Вот видишь, а ты не хотела. — одобрительна рассмеялась Алья и вновь покрутила головой, в надежде заметить красный костюм.        Все это было так противно. Зря Маринетт вообще пришла. Странный порыв доказать кому-то что-то притащил ее сюда и заставил сидеть здесь, наблюдая за своей стремительно пьянеющей подругой.        На стене напротив красовался гигантский плакат, с которого улыбалась Леди Баг в компании с Котом Нуаром. Маринетт снова поморщилась. Город праздновал очередной «День героев», устроив закрытое мероприятие для всей элиты Парижа. Алья каким-то чудом достала два приглашения в качестве журналиста для себя и Маринетт. Она как и все хотела встретиться с героями в непринужденной обстановке и поболтать с ними, а если повезет и взять интервью. Но только ее мечтам не суждено было исполниться. Кот Нуар заскочил буквально на пару минут, но тоже не заметив напарницу, поспешил уйти. Леди Баг так никто и не видел. Как обычно. Маринетт впилась ногтями в ладонь.        Это жгучая злость и обида душила горло, как тогда в детстве, когда, придумав очередную глупую игру, дети разбирали суперсилы. Хлоя, конечно же, владела силой огня — она же была самой яркой уже с начальной школы. А Маринетт раз за разом доставался ветер. Такой же легкий, ненавязчивый, почти не ощущаемый и невидимый. Как и сама Маринетт. Всегда здесь, но никогда не рядом.        А может все началось позже. После первого кошмара, когда ей приснилось Каменное сердце, и она потом долго не могла уснуть вновь. Да, у нее теперь были свои настоящие суперсилы, но легче от этого не становилось. Наоборот, поддавшись неизвестно откуда взявшемуся урагану чувств, Маринетт в лихорадке сорвала постеры и фотографии со стен, разорвала все эскизы и превратила комнату в поле битвы. А потом сидела на полу, захлебываясь слезами, пока ее успокаивала Тикки. На следующий день на голых стенах появились плакаты Адриана.        Именно эта ночь стала поворотной в судьбе Маринетт. Потому что впервые она почувствовала что-то большее, чем просто легкий ветер. Это был огонь.        Конечно, со временем стало легче. Появились Алья с Нино, одноклассники стали более приветливые, и даже Хлоя перестала так сильно задирать. Маринетт выросла. Теперь она взрослая девушка, которая учится на дизайнера, а по выходным собирается с Альей за чашечкой кофе. Маринетт перестала заикаться перед Адрианом и дрожать рядом с Хлоей. Она стала другой. Даже кошмары перестали сниться, потому что теперь сцены с боем стали ее любимыми. Она почувствовала вкус адреналина и запах крови, от которого подкашивались ноги, и хотелось продолжать драку. Маринетт старалась не думать, что бы было без влияния рассудительной Тикки и Кота Нуара. Огонь внутри больше не уходил, разрастаясь с каждым днем.       В какой-то момент уютные вечера в компании с чаем и скетчбуком заменились экстримом и битвой. Разодранными костяшками пальцев и прыжками по крыше. Маринетт не могла признаться даже самой себе, что полюбила этот риск. Тихая серая мышка превратилась в ту, кто уверенно играет с огнем.        Но Маринетт ненавидела Леди Баг. Ей доставалось все внимание и весь адреналин. Маринетт приходилось лишь сидеть перед телевизором и слушать всеобщее восхищение супергероиней, с которой они ни разу не разговаривали. Они все кричали, спорили, обожали, идеализировали, не замечая ее перед собой же. Ведь никто не должен знать о тайной личности и новых увлечениях. Никто не должен видеть ободранных костяшек пальцев и синяков по всему телу. Маринетт должна была оставаться милой девочкой, которая посвящает свои дни неловким движениям и шитью, пока Леди Баг постепенно забирает все самое дорогое: Алью, родителей, одноклассников. Последней точкой стал Адриан, который оказался еще большим фанатом, чем Алья. Каждый из них кричал, что знает незнакомку в красном лучше других. Но никто не замечал легкий ветерок.        А еще только Леди Баг могла драться. Только она могла летать по ночному Парижу и ступать на самые тонкие доски. Маринетт однажды ночью попыталась сделать также, подойдя к самому краю крыши, но ее вовремя оттащила Тикки.        Пожалуй, было даже что-то приятное в том, чтобы сидеть посреди всеобщего хаоса, наслаждаясь тем, как все ищут именно тебя. Надо еще выпить.        Маринетт встала со стула и поняла, что гул в голове был не только из-за переполняющих чувств. А может всему виной высоченные каблуки — тоже идея Альи.        — Я сейчас, только возьму что-нибудь выпить. — Маринетт вяло махнула рукой в сторону подруги.        — Ага, — протянула Алья, продолжая следить за людьми в зале, — я буду здесь, она совсем скоро должна появиться!        Маринетт закатила глаза и неуверенной походкой пошла в сторону бара.        Было противно ловить на себе сальные взгляды пьяных политиков и их пасынков. Даже бармен и тот недвусмысленно посмотрел на голые коленки девушки, пока она заказывала мартини. Маринетт пришлось крепко сцепить зубы, чтобы подавить желание врезать всем этим людям и пару раз пнуть острыми шпильками. Но, к сожалению, это была прерогатива Леди Баг, а на супергероиню так не смотрели. От одного ее взгляда все приходили в благоговейный трепет. Так что Маринетт оставался лишь единственный способ — алкоголь. И к собственному удивлению, девушка начала получать удовольствие от этого, выпивая один бокал за другим.  Слезы и спирт обжигали горло, но Маринетт продолжала делать заказы. Очнулась она, только когда увидела перед собой четыре пустых стакана. Отвесив себе мысленный подзатыльник, Маринетт сделала последний заказ — для Альи, и в последний момент снова себе — и пошла к подруге.        С двумя коктейлями передвигаться было еще сложнее: на шпильках Маринетт ходила редко, особенно на пьяную голову. Девушка постаралась сосредоточиться на своих ногах, чтобы случайно не запнуться, но бокалы добавляли тяжести, а голова и так была полна тумана и обиды. Маринетт, не мигая, смотрела на свои ноги, медленно идя в сторону Альи, но неожиданно врезалось во что-то и, взмахнув рукой в попытке удержать равновесие, упала на пол, разлив содержимое бокалов.        — Ты ослепла что ли? Да ты хоть представляешь сколько стоит это платье?!— откуда-то сверху раздалась нецензурная брань.        Маринетт постаралась подняться на локтях и сфокусировать взгляд, чтобы осознать, что произошло.        — Дюпен-Чен?! Какого черта ты тут делаешь?        Этого вопроса было достаточно, чтобы наконец осознать, что Маринетт не просто врезалась в человека, но и облила его. И этим человеком оказалась Хлоя. В эту минуту девушке захотелось вновь рухнуть на пол и закрыть глаза.        — Каблуки нацепила, а ума ходить на них не нашла! — продолжала кричать Хлоя на лежащую девушку, демонстрируя желтое пятно на дизайнерском платье.        — Хло, хватит тебе, она же не специально!        А вот этот голос Маринетт узнала бы из тысячи и вновь резко поднялась на локтях, из-за чего в голове зазвонило еще больше. Перед ней стоял он. Джентельмен, сошедший со страниц модных журналов. Недостижимая мечта многих лет. Ее любовь. Ее Адриан Агрест. Он сочувственно посмотрел на девушку и протянул ей руку. Еще не до конца веря в происходящее, Маринетт медленно вложила свою ладонь в его. Парень аккуратно потянул ее наверх, другой рукой поддерживая за талию.        — С какой стати ты возишься с ней, Адрикинс? — злобно процедила Хлоя, испепеляя девушку. — Наверняка, она специально все это сделать, чтобы насолить мне!        — Не слушай ее, она сегодня тоже немного перебрала. — устало прошептал Адриан Маринетт.        — А мне кажется, она всегда такая. — тихо произнесла девушка, вызвав легкую улыбку парня.        Хлоя продолжала ругаться, указывая на свое испорченное платье, и хотя Маринетт могла бы исправить все за пару минут, но помогать, а уж тем более извиняться, у нее не было ни сил, ни желания.        Ее больше волновало то, что Адриан не убрал свою руку и продолжил слегка придерживать Маринетт за талию, что до безумия нравилось девушке. Она хотела бы остаться в его руках вечно: так хорошо она себя чувствовала. Казалось, парень впервые так долго находился рядом. Обычно он был дополнением к Нино, и то после бесчисленных уговоров Альи, которая поставила себе главную задачу: устроить личную жизнь своей девочки. Но Адриан приходил на их встречи редко. Чаще он проводил время в компании Хлои или Кагами с Феликсом на подобных закрытых мероприятиях.        Маринетт могла по пальцам одной руки пересчитать все их дружеские объятия и мимолетные касания. Но чтобы держать за талию, так еще и несколько минут! Маринетт готова была провалиться в счастливое беспамятство, но старательно цеплялась за реальность, чтобы запомнить все в мельчайших деталях, забывая при этом даже дышать.        Но Хлое явно не нравилось, что на ее трагедию обращают так мало внимания:        — Ты слышишь меня вообще? Мне теперь в таком виде перед Леди Баг быть?!        — А ее не будет. — медленно произнесла Маринетт. Ее голова становилась тяжелее,  а желание лечь на плечо Адриана все сильнее. Девушка едва замечала, что говорила.        — Что?! А с каких пор ты стала личным секретарем Леди Баг, а Дюпен-Чен?! — раздражено фыркнула Хлоя.        — Давно…— одними губами произнесла Маринетт и с легкой улыбкой взглянула на Адриана.        Но парень был серьезен. Его брови были слегка нахмуренными, а сам он пристально смотрел на девушку, будто видел ее впервые:        — О чем ты Маринетт? Что значит давно? — Адриан был явно чем-то обеспокоен.        Как она могла забыть: Адриан тоже фанат Леди Баг. Он один из них. Маринетт опять приняла желаемое за действительное. А делать это с каждым разом становилось все больнее. Понятное дело, Адриан возиться с ней, только чтобы скоротать время до появления Леди Баг.  Девушка не ответила на вопрос парня, лишь долго посмотрела на него, изучая каждую черточку такого знакомого и одновременно чужого лица, и почти с ненавистью отстранилась от Адриана.  Тело тут же пронзила острая боль, как бы желая вернуться в комфортные объятия, но это тоже принадлежало Леди Баг. Ноги продолжали пульсировать в каблуках, так же как и голова. Хотелось выйти на воздух и убрать удушливый ком из горла.        — Да, Маринетт, расскажи с каких пор ты стала интересоваться супергероями. И почему это ты знаешь личные дела Леди Баг, а я, ее лучшая подруга, нет? — кивнула Хлоя.        — Если Леди Баг несколько раз позволила тебе сделать с ней фотографии, — с расстановкой произнесла Маринетт, — это не значит, что вы подруги.        Слезы и обида жгли горло. Парень мечты никогда не будет рядом. Зато Хлоя, будто специально, всегда была поблизости, придумывая как бы прервать жизнь девушки в кошмар и показать, что она здесь никто. Дышать становилось тяжелее, но годами подавляемая ярость давала силы. Маринетт хотелось наконец дать ей волю, высказать все стоящей рядом Хлои. Терять уже было нечего. Они все ждали Леди Баг, а пришла лишь Маринетт, так что нет теперь смысла строить из себя святошу, стараясь доказать, что она тоже заслуживает внимания. Эта игра уже давно осточертела Маринетт. Сегодня будет ее вечер.        — Ты забыла с кем разговариваешь, Дюпен-Чен?! — рявкнула Буржуа, сжимая ручку сумки. — Или тебе напомнить твое место?         — Хлоя, пожалуйста, хватит! — Адриан постарался вмешаться, но девушки уже не слышали его.        — Мы уже не в колледже, Хлоя. У тебя больше нет влияния на окружающих! Ты не сможешь мне ничего сделать. — произнесла сквозь зубы Маринетт.       — У меня, в отличие от тебя, есть влияние. Стоит только мне чего-то пожелать, как это тут же исполнят другие. И сейчас я хочу, чтобы ты ушла с моей дороги. — злобно процедила Хлоя.        — И не мечтай. — резко отрезала Маринетт и впервые в жизни посмотрела девушке прямо в глаза. Она ее больше не боялась. Ей хотелось лишь мести.        — Кого ты из себя строишь, Маринетт? Хочешь показаться крутой? — рассмеялась ей в лицо Хлоя. — Ты никто. — она ткнула девушку в грудь. — И всегда была никем. Ты просто пустое место. Да я тебе делаю одолжение, что вообще разговариваю с тобой. Если ты думаешь, что все твои друзья были настоящими, то ты ошибаешься. Они дружили с тобой только потому что была старостой и носилась со всеми, как жалкая прислуга. Ты всегда была ничтожеством и другой тебе стать.        Каждое слово Хлои било наотмашь, будто пощечина. А Маринетт лишь стаяла перед ней и стойко сносила все удары. Как обычно.        — И твои жалкие попытки привлечь внимание тем, что ты якобы знаешь Леди Баг — нелепы! Ты копируешь меня, подбирая за мной объедки. Решила, что тебе светит мой Адриан, моя дружба с Леди Баг или что-то большее, чем звание булочницы. Как бы ты ни старалась, выше этого тебе не подняться. — Хлою уже было не остановить. Она наслаждалась болью в глазах Маринетт. Ее бессилием и своей властью.        — Хлоя, хватит! Прекрати!        Адриану было тошно слушать слова Хлои. Это были уже не привычные ее детские капризы, а настоящая травля. Он не мог этого допустить. Ему хотелось заставить Хлою замолчать, прекратить оскорблять Маринетт. Парень резко встал между девушками и за плечи развернул Маринетт к себе:        — Не слушай ее, она… она просто хочет сделать тебе больно. — парень лихорадочно подбирал слова, наклонившись прямо к Маринетт, слегка встряхнув ее. Она сегодня была чужая. От привычной легкости не осталось и следа. Маринетт была пьяна, но впервые не запиналась перед ним. В ее глазах читался вызов и огонь. Девушку не задели слова Хлои — она к ним уже привыкла — ее терзали собственные страхи. И Адриан не мог оставить ее одну. Он чувствовал необходимость защитить девушку, огородив ее от всего. — Ты прекрасная, слышишь? И тебя правда, искренне, любят. Ты важна для нас. Для меня. Слышишь?        В голове стало совсем тихо. Все мысли и эмоции исчезли, будто кто-то нажал на выключатель. Все звуки и цвета вокруг померкли. Маринетт лишь чувствовала стук собственного сердца и руки Адриана на своих плечах. Весь ее мир сузился до его лица. Время замерло, превратившись в густую массу. Маринетт видела перед собой только зеленые глаза, которые еще никогда не смотрели на нее так. Затем, также неожиданно, мир снова ожил. В висках застучали слова Адриана, перебивая голос Хлои.        Он ее видит. Она важна для него. Соревнуясь с Леди Баг в любви, Маринетт не заметила, как начала терять что-то очень важное. Свою настоящую жизнь. Не попытку стать лучше, смелее, ярче — а то, что всегда принадлежало Маринетт. Она сама.        Слов Адриана было достаточно, чтобы вновь увидеть свет вокруг себя и наконец вернуть собственный голос. Ком в горле ушел, но ярость все еще была в сердце, только теперь никакая Хлоя не могла его потушить.        — А знаешь, что ты забыла? — спросила Маринетт, обращаясь к Хлои, которая уже была готова накинуться из-за того, что ее Адриан почти обнимает другую. — Что ты ничего не знаешь обо мне. — девушка продолжила говорить, но смотрела при этом только в глаза Адриану. — Ты сама решила, что я никто, хотя ты никогда не знала меня близко. Ты столько лет пыталась с моей помощью потешить свое эго и показать превосходство, но ничего не узнала о моей жизни. Тебе было удобно держать меня рядом с собой, хотя не признавалась даже самой себе, как нуждалась во мне. И это твоя проблема, что ты не разглядела во мне ничего другого. Я всегда была крутой, это ты захотела сделала меня никем. И это не моя вина.        Маринетт остановилась и закрыла глаза, чтобы перевести дыхание. В зале воцарилась тишина. Молчала Хлоя, пораженная этим признанием. Молчали и окружающие, которые наблюдали за сценой со стороны.  Лишь Адриан коротко кивнул и слегка сжал плечи девушки с знак поддержки.        — А знаешь, что самое главное? — Маринетт смело подняла на парня глаза. — Я всегда любила играть с огнем.       И поцеловала Адриана. Она потянулась к его губам и настойчиво накрыла своими. Это был не скромный поцелуй, а смелый, требовательный, огненный. Маринетт и сама не знала, что умеет так целоваться. Но сейчас для нее ничего не было важнее Адриана и желания обладать им. Девушка запустила свою руку в его волосы, сильнее прижав к себе. Адриан, застыв лишь на секунду, вцепился в плечи Маринетт, не отстраняясь от нее, а наоборот, позволяя делать с ним все что угодно.        Через секунду, долгую, страстную и мучительную, их губы оторвались друг от друга, жадно глотая воздух.        — Прости… — прерывисто выдохнула Маринетт и убежала, оставив после себя шлейф парфюма и жаркого дыхания на губах.        — Какие секреты ты еще скрываешь, Маринетт? — прошептал Адриан, смотря вслед убегающей девушке.