По ту сторону черты

      Само собой, если бы я встала и подняла трубку домофона, наше занятие тотчас бы завершилось без возможности продолжить.       Смогу я переступить или не смогу?       Сендай-сан набрала воздуха, но прежде, чем она смогла еще раз надавить на меня, я накрыла её губы своими.       Своей спиной я почувствовала карабканье её мягких рук, которые дошли до застёжки лифчика. Изменение давления на моей груди заставило меня покраснеть, а хитрое выражение её лица подсказывало мне, что она собиралась подзадорить меня, но был ли это мой взгляд или её неспособность придумать колкость, она ни проронила ни слова.       Прерывистое дыхание, редкие блестящие капли пота на лбу и прилипшая к нему прядь заставили моё сердце трепыхаться. Невольно я попыталась расстегнуть её бюстгальтер, но после одной неудачной попытки, без доли сомнения она сняла его сама и положила на пол вместе с рубашкой.       Теперь мои глаза были прикованы к её груди, и я даже не пыталась отвернуть свой взгляд.       «Это смущает, знаешь ли.»       «Не думала, что у тебя есть чувство стыда.»       Сендай-сан всё еще улыбалась, хоть и с меньшей уверенностью. Она медленно провела руками по моим плечам и проскользнув пальцами под лямки, одним ловким действием сняла с меня лифчик, который раннее расстегнула, и положила на пол возле своего.       «Можно снять твою футболку?»       Мне не нравился текущий курс действий. Точнее, недовольство вызывало не само направление, а недостаток моего контроля. Без пятитысячной купюры я не могла ей командовать и отдавать приказы, однако оставалось ощущение, что она сделает всё, о чём я её попрошу. Я взглянула на неё и в уверенном взгляде рассмотрела намерение и согласие со всем, что я могу придумать.       Хватит ли у меня духу переступить эту черту?       Смогу ли я взять ответственность за последствия? Смогу ли я взглянуть в глаза Сендай-сан и не отвести взгляд?       «Нельзя.»       Быстрее чем она смогла возразить, я продолжила.       «Полезай на кровать.»       Я встала и присев посреди кровати похлопала рядом. Она последовала моему примеру и уселась напротив.       «Развернись.»       Сендай-сан молча подчинилась, представив моему взору свою голую спину, прикрытую лишь немного запутанными волосами. Я подвинулась, положив одну руку на бедро, а другую под её левой грудью. Легкого поцелуя сзади в шею хватило, чтобы она вздрогнула и издала резкий, но тихий вздох.       «Мияги.»       Вместо ответа, я укусила её там же, постепенно увеличивая усилие; впрочем, недостаточно сильно, чтобы остались следы.       «Можешь не сдерживаться. Я не возражаю, если ты будешь менее нежной.»       «Так вот что тебе нравится, Сендай-сан. Я-то думала, что ты чиста сердцем.»       Не давая ей времени на ответ, я аккуратно обхватила её правую грудь, а другой рукой залезла к ней в исподнее. Резкий вздох сорвался с её губ и внезапно мне показалось, что лучше всего было бы все прекратить в тот же момент, сопроводить Сендай-сан к двери и отправить домой. Эта мимолетная идея задержалась лишь на долю секунды – отступать было поздно.       Тепло и влажность значительно отличались по сравнению с теми временами, когда она облизывала мои пальцы и ноги, и было ощущение, будто бы её прямо сейчас касались не мои руки, и за её спиной сидела не я, кусая и целуя её, слушая издаваемые её звуки. Я не могла действовать так же собранно, как рассчитывала, и моё сердцебиение отзывалось в ушах, лишь иногда прерываемое громкими вздохами и подавленными стонами.       Сендай-сан схватила мою левую руку и сжала, впившись ногтями в кожу, что помогло мне очнуться. Когда я убрала зубы с её шеи, я заметила, что она сидит в полоборота, место, за которые я её укусила, оказалось гораздо ближе к ключице, чем к затылку и там красуется ярко-красное пятно, покрытое слюной и симметрично расположенными в новообразованном углублении каплями крови, в местах, где мои клыки были мгновенье назад. Я не могла полностью разглядеть выражение её лица, но понимала, что оно его нельзя назвать ни недовольным, ни счастливым, но легкая неудовлетворённость просматривалась в её взгляде, напоминая мне о том времени, когда она хмурилась, исполняя мои приказы слизывать кровь или облизать ноги и пальцы.       «Извини. Болит?»       «…все нормально. Не останавливайся.»       Услышав её прерывистый и томный голос, я расслабила руки, но пронзающий, и в какой-то мере страстный взгляд побудил меня нарастить темп. Было тяжело сказать как долго она на меня так смотрела, но в конце концов она отвернулась, отпустила мою руку, и сразу схватила другую, пробормотав:       «Мияги. Мне хватило.»       Я поняла, что она имеет в виду и убрала мою немного липкую ладонь. Она прилегла на меня, взглянула на стену и попыталась отдышаться.       «Ты можешь прилечь, но будет лучше если пойдёшь в ванную. Мы сейчас не очень-то чистые.»       «Я все равно помоюсь дома»       «Хочешь поужинать?»       «Можно.»       «Тогда вставай и пошли на кухню.»       Сендай-сан молча слезла с кровати, надела свои аккуратно сложенные бюстгальтер с рубашкой и отправилась на кухню. Я вытерла свои пальцы салфеткой, которую извлекла из спины крокодила, надела обратно лифчик и отнесла испачканные простыни в ванную комнату, после чего присоединилась к Сендай-сан на кухне.       Я подала к столу лапшу быстрого приготовления и стакан холодного чая. После ужина, настроение Сендай-сан заметно улучшилось, и она начала болтать о завтрашнем походе в школу, спрашивать меня о салатах, которые я бы хотела попробовать в следующий раз.             Возникло ощущение, что она не просто избегала обсуждения произошедшего часом ранее, но и вообще забыла, что что-то произошло.       В конечном счёте ей пришлось уйти домой, и я осталась в одиночестве, сопровождаемая садящимся солнцем, которое теперь заливало своими лучами всю квартиру. Почувствовав наплыв лени, я решила прилечь на кровать. Закрыв глаза, я сразу задремала, но в течение ночи я продолжала просыпаться и засыпать, и только к утру я смогла уснуть.       Когда я окончательно проснулась, я сразу почувствовала жару, возможно вызванную тем, что я забыла закрыть шторы, и теперь вся комната была нагрета солнцем, однако мне было совсем не жарко и все что меня беспокоило, была духота. Я встала и открыла окно, после чего проверила телефон и увидела кучу сообщений и пропущенных звонков от Майки и Ами.       Мне не хотелось их читать, и тем более отвечать на них, так что я оставила телефон на столе и пошла в душ, чтобы смыть пот и избавиться от липкости, оставленной не только палящим солнцем, но и после вчерашних событий.       Прохладная вода должна была прояснить сознание и отвлечь от воспоминаний о вчерашнем, которые всю ночь стояли у меня перед глазами, но как только я вернулась в комнату я снова вспомнила голос Сендай-сан.       Осознание произошедшего резко нахлынуло и мне показалось, что я сделала что-то слишком похотливое и развратное, но у меня не получалось отвадить мысль о том, что это была именно та метка, которой я хотела заклеймить Сендай-сан. Она действительно сказала, что согласится с любым моим решением и по всей видимости в течение и по окончание процесса у неё не возникло никаких претензий, она даже улыбалась и болтала как обычно. Действительно ли я учла её пожелания и стремления, или лишь удовлетворила свои? Стойкая мысль кружилась в моей голове, мешая рационально рассуждать и вызывая головную боль.       Закрыв занавески и сев на пол я прочитала сообщения и начала на них отвечать, пока не увидела контакт Майки и решила ей позвонить. Она, естественно, беспокоилась и предложила принести свои записи, потом начала рассказывать об уроках и домашнем задании, но мне совсем не хотелось думать о школе, и я скоро завершила звонок, невзирая на её жалобы. Глаза были слишком тяжёлыми и мне было трудно держать их открытыми, и я снова заснула.