Неизбежно ли?

      Дариэль       Жаркий день, но на официальной части приёма правящей династии дроу запрещено использововать лесную магию светлых эльфов. Видите ли, дроу к ней слишком восприимчивы. Мне душно, дурацкий фрак стискивает хуже пыточных инструментов, а скорректировать температуру сами они не догадались. Мы с отцом стоим в очереди на поклон Старшему Дому Шаррен и двигаемся крайне медленно. Хочется сбежать из Сартра прямо сейчас, но титул обязывает страдать. Я отвлекаюсь на бабочку: её крылья яркого зеленого оттенка с чёрными прожилками переливаются на солнце. Шагаю вперёд, повинуясь толпе, зеленокрылая движется вместе со мной.       — Старший Дом Валлани'нор, — слышу я голос отца, который представляет нашу семью.       Наконец, через несколько рукопожатий я буду свободен. Ко мне протянута ладонь, на неё садится моя бабочка, я улыбаюсь и пожимаю тонкие прохладные пальцы, пытаясь погладить хрупкое крыло. Но насекомое взлетает вверх и исчезает из вида, я нежно скольжу большим пальцем по чьему-то запястью и поднимаю взгляд. Лучше бы я этого не делал. Младший принц распахнул глаза в цвет крыльев той самой бабочки, слегка приоткрыл губы в удивлении, и я пропал.       Не знаю, зачем в моей памяти отдельное место для этого воспоминания. Оно словно лежит в драгоценной шкатулке на полке посреди хлама и моментами всплывает, а я укладываю его обратно, будто сокровище.       В тот день я видел принца впервые, но моему подсознанию абсолютно плевать на логичные доводы. Признаю, сначала было забавно: что-то совершенно новое, будоражащее, вдохновляющее. Но позже, словно колючей проволокой, сердце начала опутывать тоска. Мне редко симпатичны эльфы, пусть даже дроу, а люди и другие расы тем более, но я старался находить прекрасное хоть в ком-нибудь ещё. И находил, однако этого не было достаточно, чтобы на самом деле заглушить горечь утраты. Утраты того, что мне и не принадлежало. Теперь же вместо приятной неги от блеска изумрудных глаз голова взрывается яростью: неужели, прожив столько лет, я так и не способен взять свои эмоции под контроль...       Не знаю, как мне удалось устоять на ногах и даже сохранить лицо, когда я увидел, кто защищает эту нелепую девчонку, благодаря которой я, наконец, ожил и ощутил былой азарт. Как она умудрилась столкнуться именно с ним?! Торрен д'Орсвит ин харр Шаррен...       Идиотское совпадение выбило из равновесия, погружая сознание в хаос из восторга и отчаяния. Казалось, произойдёт что-то ужасное, если он прикоснётся ко мне или просто будет долго смотреть в мою сторону. Лейна прекрасно выполняла роль буфера, но в тот день я упустил момент, когда гостиная таверны опустела и, кроме нас двоих, не осталось никого. Он подошёл ближе, я нервно обернулся в поисках знакомых лиц и отвесил себе мысленный подзатыльник.       — У тебя занятный кулон.       Торрен протянул свои прекрасные пальцы и погладил цепочку, еле касаясь моей шеи. Я не смог сдержать судорожный вздох. По коже, будто магическим импульсом, заискрилось покалывание. Я поймал его руку за предплечье:       — Смотреть, но не трогать!       — Девиз твоего заведения? — он облизнул губы, даже не пытаясь вырвать руку из захвата, — а, если очень хочется?       Нельзя. Нельзя! Жизни Старших Домов — сплошная политика. Не стоит допускать даже вероятность нашего сближения: такую связь не оценят и мои предки, что говорить о его... а, если я позволю себе касаться его, как мне хочется, не уверен, что смогу остановиться. Или, когда ему надоест играть со мной, остановиться всё же придётся, и я пропаду. Пропаду в глубочайшую бездну из известных.       Я смотрел в его лукавые глаза, плотно прижав тень безразличия к своим:       — Перехочется.       Он усмехнулся в ответ так, словно это далеко не конец дискуссии, но всё же отошёл. Неужели мои чувства настолько очевидны?       Да, я мог бы уйти. Моей помощи никто не просил, в ней не было необходимости. Дождаться, когда Торрен, наконец, расплетёт клубок семейных интриг и не будет нуждаться в защите Лейны. Тогда я мог бы возобновить дружеские встречи с девчонкой без постоянных тисков самоконтроля. Но оторваться от его компании практически невозможно. Я так влип... И, похоже, он это знает. Играет со мной: двигается ближе, касается плеча, проходя мимо, сверлит взглядом, кусает губы. Очевидно, я неплохое развлечение, раз ему не надоедает.       Очередная погоня, мы в меньшинстве, затаились в небольшой зазор между домами. Торрен прижался ко мне, тяжело дыша:       — Чуть не попались... — выдохнул он в мою шею.       — Молчи, это ещё не конец, — шёпотом произнёс рядом с его виском.       Он вздрогнул, и я разрешил себе прижать его ближе, запуская пальцы в мягкие тёмные волосы. Они всегда пахнут словно терпкий, экзотичный цветок с примесью тяжёлого тумана. Хотел бы я иметь парочку флаконов такого парфюма для особенно тоскливых вечеров.       Он нервно поглаживал мою поясницу, успокаиваясь в объятиях. Что ж, новое воспоминание в копилку драгоценных. Только бы из этой копилки не начало высыпаться от избытка...       — Кажется, они уже далеко, мы можем аккуратно проверить, — предложил я.       — А можем ещё немного постоять так?       — Не стоит, — отрезал я, — нужно торопиться в безопасное место.       — Трэш фар'рехт... — он выругался и отошёл на шаг назад, натыкаясь на стену соседнего дома. — Я сам доберусь.       — Торрен, не глупи...       Но этот паршивец, оглядев улицу, с приличной скоростью вылетел из укрытия. Надеюсь, это значит, что ему всё-таки начинает надоедать. Может, у меня есть шанс сохранить достоинство?       На следующий день с утра пораньше я сидел в кресле столовой их постоялого двора, когда он спустился. Он хмуро посмотрел на меня и, не сказав ни слова, тоже рухнул в кресло. Самое дальнее от меня. Что именно его раздражает? Не получается насладиться своей провокацией от отсутствия необходимой реакции? Думаю, он сразу перестал бы тыкать в меня палкой, если бы узнал, насколько это занятие взрывоопасно. Но сказать ему...       Во время завтрака был составлен план действий на день: я должен был найти по своим связям ведунью, что могла бы помочь с ритуалом, а Лейна с Торреном будут искать свиток с подробностями. Наконец-то, мы проведём день врозь.       Недосказанность определённо режет мои нервы, но я не могу признаться ему, насколько сильно попал. Остаётся лишь надеяться на то, что он вскоре оставит попытки сблизиться, потому что силы держаться в рамках покидают меня с бешеной скоростью. Я тянусь к нему неосознанно, неконтролируемо. Ещё пара его заигрываний... а, может, хватит и одного.       Я двинулся к выходу, кивнув на прощание убежавшей наверх собираться Лейне. Торрен нагнал меня у выхода. Стоя позади меня, он удержал дверь, которую я уже начал открывать, ладонью и уткнулся носом в мой затылок.       — Ты бесишь меня, Даррен, — мимолётное касание тёплого дыхания заставило меня поёжиться.       — Так отпусти дверь, и я перестану мозолить тебе глаза.       Он ударил лбом моё плечо и отошёл на шаг назад, отпуская дверь. Я знал, что нужно просто уйти, но повернулся к нему лицом. Поджав губы, он смотрел на меня так, будто хотел набить мне морду. Вопреки моим надеждам его поведение указывало на то, что он тоже закипает. Получается, попали мы оба, а не только я? Всё хуже, чем я думал...       Внутри разверзается ощущение неизбежности. Позади тупик, чувства припечатали меня к стене, а впереди только он.       Торрен       Когда сработали мои рефлексы и я кинулся защищать Лейну на том рынке, я ещё не имел понятия, кто передо мной. Но он подошёл ближе, и меня пробрал озноб: то неуместно трепетное прикосновение во время первой встречи оставило меня в растерянных чувствах. Кожа горела ещё несколько дней. Я смог забить это воспоминание в дальний угол, но оно вспыхнуло, стоило только увидеть сине-зелёные глаза, распахнутые в удивлении.       Первые дни совместных приключений я думал, что он влюблён в Лейну, поэтому недолюбливает меня, обходит стороной. Со временем я понял: его взгляд полон тоски, а не злости... вот почему от него каждый раз мурашки. Захотелось сгребсти в объятия и хорошенько тряхнуть. Но, если к Лейне и остальным он прикасался без проблем, то меня не подпускал, разжигая тем самым желание сделать всё наоборот.       Лейна шумно спорила с Лорином, не замечая ничего вокруг, а мне нетерпелось проверить, действительно ли Дариэль меня избегает или это всё плод моего воображения. Я подошёл к окну, в которое он смотрел, не отрываясь, думая о чём-то своём. Задержав взгляд на его пальцах, что сомкнулись на подоконнике, я будто бы случайно задел их, опираясь ладонями рядом. Ожидаемо, он одёрнул руку, вздрогнув.       — Мать твою, Торрен... — Дариэль тяжело вздохнул, вырываясь из своих мыслей и повернулся на сто восемьдесят градусов, вжимаясь задницей в подоконник.       Его реакцию можно было списать на испуг, нужно было действовать наверняка. Я приблизился, ведя пальцами по ряду пуговиц на его рубашке вверх. Он мягко отстранил мою руку и отошёл в другой конец комнаты. Налив в свой стакан сок, он приподнял кувшин в воздухе:       — Хочешь пить?       И до меня дошло, что хочу я не пить.       Оказалось, я не настолько сдержан, каким себя представлял. В момент озарения я ясно почувствовал себя, стоящим на вершине ледяной горы. И нога моя подскользнулась. Как бы я не старался устоять, довольно быстро заскользила вторая, а потом я грохнулся на задницу и покатился вниз. Иногда удавалось цепляться за ветви деревьев... ведь я знаю, что, когда наше сотрудничество, наконец, закончится, мы разойдёмся в разные стороны. Нет ни одного приемлемого сценария с романтической линейкой для нас, но я всё ещё лечу по замёршей гладкой поверхности к основанию катастрофы. И как же мне нравится это ощущение!       Определённо не стоит поддаваться порыву, но я снова и снова ловлю себя за попыткой быть к нему ближе, меня так тянет... он каждый раз отталкивает меня, и мне начинает казаться, что его взаимность лишь в моей голове. Ох, как же раздражает! Это чувство словно царапает кожу тончайшим лезвием: пока не смертельно, но я не могу увернуться и злюсь всё больше.       Трэш фар'рехт! Пусть всё это ни к чему не приведёт, но я должен знать! Джер васс торр!       Большую часть сегодняшнего дня мы с Лейной шарились между пыльных книжных полок. Я старался внимательно вчитываться в слова, но вместо букв видел его печальные глаза и мне хотелось кричать. Пару раз даже не удалось сдержать рык.       — Чего медведем прикидываешься? — выглянула Лейна из-за угла.       Я рассмеялся: человечка одним своим видом могла поднять настроение.       — У тебя лицо и рубашка измазаны грязью, будто ты тёрлась о затхлые книжные полки в надежде, что они заведутся и предоставят тебе информацию на блюдце.       — Если бы это сработало, я бы ни на секунду не задумываясь!..       Стало легче, пока мы шутили и рылись в поисках. И да, они увенчались успехом, после чего мы прибыли в наш постоялый двор. Девчонка сразу заперлась в своей комнате, а я... я остался наедине со своими навязчивыми желаниями и тем самым свитком.       Идея ещё не полностью сформировалась в голове, когда я стоял перед дверью номера его гостиницы. Всё ещё не понимая, что именно я собираюсь сказать или сделать, постучал в дверь. Тишина. На пробу дёрнул ручку: оказалось незаперто. Совсем страх потерял! Глубоко вздохнув, я шагнул в комнату, закрывая за собой дверь на замок: пусть защита не абы какая, но дополнительные пару минут в случае чего обеспечить сможет. Может, светлый и не боится внезапных гостей, а вот в моей ситуации точно стоит поостеречься.       Номер был просторным и светлым, под стать хозяину. Ничего лишнего: кровать, сундук для вещей, небольшой стол с парой стульев. На столе стояла полупустая бутылка вина, на кровати из-под брошенного халата виднелся чехол от его любимого кинжала. Неужели он и оружие оставил на видном месте? Какой идиот!       Я подошёл ближе, чтобы удостовериться в своих подозрениях, но не успел:       — Ну, надо же, сам принц в моих покоях! Чему обязан? — раздался певучий голос за моей спиной.       Я резко обернулся и потерял из головы все слова: Дариэль вышел из незаметной на первый взгляд двери, видимо, ванной комнаты, потому как он был в одном полотенце на бёдрах. Я медленно проскользил взглядом по подкаченному торсу вверх и наткнулся на насмешливый взгляд и изогнутую в удивлении бровь:       — Пришёл, чтобы полюбоваться на меня?       — Лейна сказала, что тебе нужен этот свиток, — прочистив горло, сообщил я. — А мне всё равно было совершенно нечем заняться...       Дариэль направился ко мне, и в его взгляде мелькнуло что-то такое, от чего я неосознанно отступил назад, натыкаясь спиной на деревянную стойку кровати для балдахина. Он подошёл совсем близко ко мне, забрал свиток и, откинув его на стол, сверлил меня своими невозможными глазами:       — Это могло подождать до утра, зачем ты пришёл на самом деле?       — Я уже ответил и, пожалуй, пойду, а то беспокоиться ещё начнут...       Я растерял все свои вопросы, чувствуя себя максимально глупо, хотелось выбежать вон подальше от внимательного взгляда, но не тут-то было: Дариэль вжал меня в балдахинную стойку кровати, перекрывая доступ к выходу.       — А если совсем честно? — прошептал он мне на ухо, и я учуял запах вина.       "Интересно, сколько он выпил?" — промелькнул вопрос в моей голове, но утонул в мурашках, прошедших по телу от тёплого шёпота.       — Чёрт, Дариэль, тебя не понять: то тебе не нравится отсутствие личного пространства, а то сам лезешь, — попытался оттолкнуть его я, начиная паниковать.       — Решил милостливо предоставить тебе близость, к которой ты так стремился, — усмехнулся он, крепко удерживая меня на месте и заглядывая в глаза. — Ещё соври, что теперь тебе не нравится.       Не в силах быстро найти ответ я просто пялился на его лицо, и взгляд упал на соблазнительно разомкнутые губы. Не особенно осознавая, что делаю, я медленно провёл языком по своей нижней губе.       — Мне расценивать это, как ответ?       Он приблизился прямо к губам, задевая мой нос своим, и дыхание сбилось. Вот теперь я точно попал.       — Не уверен, что это хорошая идея, — сознался я.       — Я уверен, что это ужасная идея, но ещё немного, и уже не предоставлю тебе выбора. Как же ты достал меня... — прошептал он мне на ухо и начал нежно покусывать его, периодически поглаживая горячим языком.       Вместо ответа я тихо простонал, вцепился в его плечи и понял, что уже не могу выбирать: по телу пронеслась волна возбуждения, устремляясь в образовавшийся на штанах бугорок.       — Торрен... — его голос опустился и стал ещё соблазнительнее, перед глазами плыло, а он продолжал, — скажи мне, если не хочешь этого, если не готов, и я остановлюсь, но скажи прямо сейчас. Я так долго ждал...       Он запустил руки под мою тунику, кончиками пальцев проскользил по обнажённой спине и горячо выдохнул в район моей шеи, потеревшись об меня уже явно вставшим членом сквозь ткани моих штанов и его полотенца.       К такому я точно не готовился, но отказаться было выше моих сил. Двигаясь на одних инстинктах, я проскользил рукой по его торсу вниз и, нырнув под полотенце, обхватил его. Ох, боги и демиурги, какой же горячий и твёрдый. Он сжал пальцы на моей спине и прикусил плечо, что, однако, не смогло заглушить мелодичного стона. Он толкнулся в руку, и я воспользовался магией, чтобы он мог легче скользить. Когда дыхание Дариэля совсем сбилось, он, чуть отстранившись, стянул с меня тунику.       — Ты...       Закончить фразу он то ли не захотел, то ли не смог, и повалил меня на кровать, связывая запятья у изголовья кровати магией леса, против которой я так некстати совершенно бессилен. И чёртов светлый знал это.       — Дариэль... что ты?..       Он накрыл губами мой сосок и, втянув его в рот, ласкал языком, меня выгнуло дугой. Ещё никогда в жизни мне не хотелось так громко и пошло стонать, а я живу уже довольно много лет! Я зачем-то пытался сдерживать себя, брыкаясь в узах, кусая губы, а он не оставлял мне шанса: всё ещё скользя по мне языком, покусывая кожу, куда мог дотянуться, он освободил меня от штанов, поглаживая влажными пальцами между ягодиц. Бёдра против моей воли разъехались в разные стороны, открывая доступ, предоставляя разрешение продолжать.       Я почувствовал распирающее внутри движение: он аккуратно растягивал меня с помощью магии. Дариэль спустился поцелуями по моей дрожащей коже вниз и, устроившись между раздвинутых ног, начал выцеловывать внутреннюю сторону бедра в направлении к паху.       Я и так рвано хватал носом воздух, кусая губу и выстанывая на выдохе, когда Дариэль добавил к магии ещё и язык, поглаживая проход. Хотелось взвыть, но я отчаянно затароторил:       — Дариэль... пожалуйста, я очень хочу... — вспоминая жаркий член в своей руке, я не мог перестать представлять, как он будет ощущаться внутри меня вместо механической магии.       — Скажи мне, скажи, чего ты хочешь? — он поднялся вверх и сорванно шептал на ухо, прижимая мои колени к постели, потираясь членом между раскрытых ягодиц.       — Ну же... Дар... Дариэль... — всё ещё неосознанно брыкаясь в узах, я жалобно скулил, пытаясь сформулировать предложение.       — Тор-р-рен... — прорычал парень и плавно вошёл в меня, разнося моё сознание вдребезги.       — Ох... — я чувствовал внутри пульсирующий горячий орган, и мне было так... — хорошо... боже, как хорошо... ещё... пожалуйста...       Посасывая ухо, он двигался, плавно ускоряясь и роняя стоны. Я снова дёрнул руками, ощущая острую необходимость прижать его к себе ещё ближе, ощутить разгорячённую кожу под пальцами.       — Развяжи... м-м-м...       Он мгновенно скинул оковы, и я вцепился в него короткими ногтями, царапая кожу плеч и спины, притягивая ближе, пытаясь дотянуться до задницы, чтобы чувствовать его в себе ещё сильнее, ещё ярче. И Дариэль отпустил себя, выходя из меня только на половину, втрахивая в матрас так быстро, что я не успевал дышать.       Перед глазами расплывались светлые блики, в мыслях крутились обрывки фраз и признаний, которые я не смел сказать вслух. Ароматы лесной фиалки и земляники заполнили лёгкие, раскалывая сознание, деля меня на "до" и "после". Так глубоко, так отчаянно необходимо.       — Ещё... ещё немного...       Вцепившись пальцами во влажную спину, я сжал его внутри сильнее. Меня накрыло несколькими ярчайшими волнами под громкий аккомпанемент несдержанных стонов.       Он рухнул рядом, пытаясь отдышаться, а я прикрыл глаза руками. Было ли это неизбежно? Зато мы можем, наконец, говорить открыто. Столько времени в моей голове крутился вопрос, интересно, поймёт ли он, о чём я, вспомнит ли? Это было так давно.       — Почему ты погладил моё запястье, когда...       — Я знаю, когда... — перебил меня Дариэль. — Не могу выкинуть из памяти ни секунды той встречи.       Хотел ли я, чтобы он сказал это, или боялся? Дрожь прошибла нутро, и я порывисто вздохнул, не зная ответа.       — Я хотел погладить бабочку, думал, что это очевидно, — признался он.       — Там не было никакой бабочки, — нахмурился я, — на той веранде стоял защитный купол, никаких насекомых быть не могло.       — Но я отчетливо видел её прямо перед тем, как впервые взглянуть на тебя.       Невозможно... я накинул на себя плед, подтянулся на руках и сел, опираясь на спинку кровати. Спокойствие дыхания снова осталось без моего контроля.       — Торрен?       Дариэль тоже сел, обеспокоенно глядя на меня. Он мягко сжал мою ладонь своей, запуская новую волну дрожи внутри меня.       — Какого цвета были крылья?       Не хватает воздуха... он смотрит в мои глаза.       — Что это значит?       До него тоже начинает доходить, он хмурится и нервно ждёт. Вряд ли легенды дроу знакомы светлым эльфам, но я больше не могу выносить напряжения и вместо ответа смеюсь, откидывая голову назад.       — Тор-р-рен?!.. — Дариэль рычит, а мне становится ещё смешнее.       Всё-таки неизбежно. Совсем скоро он узнает, что теперь никуда от меня не денется, и никто не сможет этому помешать.