....
16 июня 2026 г., 11:48
Примечания:
Пб включена
***
Их чувства развивались постепенно — ещё тогда, когда связь между ними только начинала крепчать, а взгляды задерживались друг на друге всё чаще и чаще. Айден понимал, что хочет, чтобы Николас был в порядке, хочет быть рядом с ним и оберегать от всей той жути, что клубилась вокруг них. И он чувствовал то же самое в ответ. Они не смущались присутствия друг друга, могли часами лежать молча на одной кровати или читать книги. Оба проводили время в комфорте и старались как можно больше быть вместе. Эта идеальная связь сказалась на их внутренних чувствах по отношению друг к другу, и это не смущало и не удивляло, а приносило спокойствие и какую-то тихую радость. Ни с кем Айден не чувствовал себя так хорошо, как с Николасом. Всё происходило постепенно, хотя они и не говорили о чувствах вслух. Николасу нравились тени Айдена. Он этого не скрывал, отдаваясь им полностью и ища в них успокоение. Часто по ночам Николаса мучили резкие головные боли или кошмары прошлого — Айден чувствовал его боль по связи, просыпался от этого и шёл к нему. Николасу становилось стыдно и грустно. — Ты за мной ухаживаешь как за беспомощным ребёнком. Если что, я уже взрослый мальчик и решаю свои проблемы сам. Сонный Айден, видимо, не обращал внимания на его слова, оплетая его тело тенями и ложась рядом. — Ну вот и ложись спать, взрослый мальчик. Николас вздохнул, улыбнулся, полностью расслабляясь в его тенях, при этом сам придвинулся ближе к тёплому телу и уткнулся носом в макушку. Так что им уже привычно было засыпать вместе и просыпаться. В основном Айден его случайно будил, пытаясь выбраться из чужих объятий, а по итоге одно неосторожное движение — и пара светлых глаз прожигала его взглядом. Их забота друг о друге была видна каждому. Айден был готов пожертвовать многим, лишь бы Николасу было хорошо. Тот разделял его чувства. На фехтовании Айден получил серьёзное ранение в правый бок — неправильно увернулся, поэтому его срочно отвезли в лазарет. Потом, как оказалось, всё было хорошо, опасности нет, но полежать в лазарете надо. Николас прибежал как ошпаренный и готов был наброситься на кого угодно, лишь бы пустили к Айдену. Видя, что он непоколебим в своих намерениях, его пропустили. Айден увидел его лицо: бледнее обычного, глаза выражали беспокойство и злость, а губы сжаты в тонкую линию. По связи Айден чувствовал страх вперемешку с тревогой. Николас двинулся ближе к кровати и присел рядом, беря его руку в свою. — Стоило мне только пообщаться со знакомыми, как ты нашёл приключения на задницу. Айден, клянусь, я скоро поседею с тобой! — Этого не будет заметно, у тебя и так волосы светлые, — улыбнулся кое-как Айден, получая в ответ фырканье. — Правильно, я хочу ходить красивым блондином, а не с серебром в волосах! Мне не пойдёт этот цвет. Айден чуть сжал его руку, мягко глядя в его лицо. Николас отпустил все шутки и смягчился под взглядом его глаз. — Тебе надо лучше тренироваться. В следующий раз будешь только со мной заниматься. — Ведёшь себя как опекающая мамочка. Я же «взрослый мальчик», на войне со мной сюсюкаться не будут. Николас стал серьёзнее. — Я знаю. Но и причинять боль тебе точно не стану, — он склонился к его руке, прижавшись лбом к ней. Айден отвёл взгляд, а его рука перебралась к щеке, поглаживая скулу. — Я тоже не хочу причинять тебе боли, Ник.***
Доверие между ними было огромным: они доверяли друг другу не только секреты, но и самих себя. Николас чувствовал благословение самого Безликого, когда император и императрица одобрили Харгроува и его связь с их сыном. Теперь он хотя бы начал видеть, что будущее точно готов полностью разделить с Айденом. Двухнедельные каникулы они проводили во дворце Равенскортов. Тогда Айден решил провести экскурсию по всем местам во дворце. Сейчас они были в саду. Николас был счастлив: он наслаждался видами императорского сада, чувствуя, как в душе рождаются новые стихотворения. Он посмотрел на Айдена, весело улыбнувшись. — В какие кусты роз тебя тошнило? Айден скривился. — Ты серьёзно решил спросить меня именно об этом? Нельзя что ли спросить про сорта цветов или какие животные тут обитают? — Ну нет, это скучно! Лучше знать, перед каким кустом храмовый принц склонялся в три погибели, — рассмеялся Николас. Айден лишь закатил глаза, всё-таки удовлетворяя его любопытство. А вечером, после ужина и умывания, Айден зашёл в свою комнату. Он делил её с Николасом — раз они уже привыкли вместе жить, то не хотели расставаться и здесь. Кровати стояли неподалёку, чтобы перед сном смотреть друг на друга и так засыпать После прогулок в саду Николас погрузился в создание стихотворений, не отвлекаясь от этого занятия уже два часа. Айден не спеша подошёл к нему, заглядывая через плечо, увидев лишь пару строчек: «Позволь мне руку сжать твою, В глаза взглянуть с волненьем. Я душу трепетную пью В одном с тобой мгновенье...» Николас вдруг развернулся на стуле, посмотрев ему в глаза. — А что это мы подсматриваем? Айден чуть отошёл, будто смутившись от того, что увидел личное. — Настолько вдохновили мои рассказы про кусты? Николас покачал головой, подперев голову рукой. — Прогулки с тобой раскрывают во мне истинного поэта. Может, глядишь, поэму тебе напишу. Айден сел на другой стул, улыбнувшись. — Я буду достоин сборника твоих стихотворений, посвящённых мне? Николас долго глядел в его глаза, улыбку, чёрные в темноте волосы, словно о чём-то размышляя, пока не произнёс: — Ты достоин самого лучшего, Айден.***
Зачаровав снова браслеты, оба снова ощущали во всей красе свою связь и так отправились в постели. Последний год в академии — приходилось вкладываться в учёбу всеми силами, дальше ждало будущее. Айден почувствовал вдруг лёгкую грусть Николаса. Тот не последовал в свою постель — он лёг рядом и обхватил его руками, прижавшись к плечу. Айден не скрыл удивления, не понимая, к чему такая тактильность (ведь головные боли Ника точно не беспокоили, он бы почувствовал), но всё равно положил руку ему на спину и пустил возле него свои тени, словно успокаивая от чего-то. — Айден... — Мм? — Знаешь, я вспоминаю: в День наречения проводились ритуалы, и ты благословил меня кровью... А теперь я думаю, что это последний год в академии, а дальше — взрослая жизнь. Нет, я не думаю, что я прям за один раз повзрослею и буду вести себя как умнейший из умнейших, но больше мы сюда не вернёмся. Такими, как сейчас, — поднял он взгляд. Айден провёл пальцами по его светлым волосам. Луна светила сквозь стекло окна, а свет падал на них. Он не понимал. — Ты хочешь, чтобы я тебя благословил перед Безликим? Зачем? Праздников нет, лучше дождаться хотя бы ближайшего... — Нет, — перебил его Николас и приподнялся, нависнув над ним, не отрывая взгляда от от лица. — Мне хочется, чтобы именно здесь ты благословил нас. Айден, благослови нас на нашу любовь. Глаза Айдена расширились: он почувствовал, как не только его сердцебиение участилось, но и у Николаса. Тот был решителен в своих намерениях. Благословение перед Безликим на их любовь являлось серьёзным... Это как клятвы перед самим алтарём: они соединялись душами, соглашались быть вместе везде, даже после смерти. Это серьёзное заявление, но были ли они готовы к такому? За не столь долгое общение с Николасом Айден понимал, что они не просто друзья и не просто лучшие друзья. Назвать это любовью тоже было сложно — между ними текла неоспоримая связь, которую никто не мог разрушить. И Айден хотел быть с ним. Он приподнялся, коснулся губами его лба, шепча что-то тихо — исключительно им двоим в тишине ночи, а потом коснулся его губ, шепча: — Я благословляю нашу любовь перед Безликим. Николас прикрыл глаза, позволив губам растянуться в мягкой улыбке, принимая его поцелуй. Он нашёл его руку своей, прижимая к своей груди, молчаливо даря все клятвы ему. А их сердца бились в унисон.
