Орден Феникса читает: "Гарри Поттер и Философский камень"

---

— Глава вторая. Исчезнувшее стекло. - Прочитал Северус. — Кажется, нас ждёт что-то очень интересное. - Улыбнулся Ремус, посмотрев на Гарри. Подросток улыбнулся в ответ и кивнул бывшему профессору. Почти десять лет прошло с того утра, когда Дурсли обнаружили на своем пороге невесть откуда взявшегося племянника, но Тисовая улица за это время почти не изменилась. Солнце вставало над теми же ухоженными садиками и освещало ту же самую бронзовую четверку на входной двери дома Дурслей; оно пробиралось в гостиную, оставшуюся почти неизменной с того вечера, когда мистер Дурсль смотрел по телевизору пророческий выпуск новостей. — Как.. Скучно. - Пробормотал Фред, закатывая глаза. — У нас в норе всё меняется каждый день. Джордж кивнул. — Честно говоря, возможно ли это? - Спросила миссис Уизли, задумчиво глядя в пол. — Десять лет, и совсем ничего не изменилось? — Думаю, речь идёт о глобальных изменениях, миссис Уизли. - Ответила Гермиона, мягко улыбаясь женщине. Только стоящие на камине фотографии в рамках свидетельствовали о том, что с тех пор прошло немало времени. Десять лет назад на фотографиях было запечатлено нечто, напоминавшее большой розовый мяч в разноцветных чепчиках, Громкий смех Гарри прервал чтение профессора Снейпа. Северус нахмурился. Он хотел побыстрее прочитать эту главу, а не слушать рассуждения Уизли или хохот Поттера. — Я, конечно, знал, что маглы довольно.. Мм.. - Чарли замолчал, пытаясь подобрать слово. — Странные.. Но неужели настолько, чтобы фотографировать мячик? — Вообще-то, розовый мячик в разноцветных чепчиках, брат! - С притворной серьёзностью заметил Джордж, и два близнеца расхохотались. Гарри наконец-то успокоился, и заметив на себе вопросительные взгляды, улыбнулся. — Слушайте дальше. - Махнул он рукой. но с тех пор Дадли Дурсль вырос, По комнате разнёсся смех. Громче всех смеялись близнецы, Рон и Джинни. Со стороны Билла и Чарли послышались негромкие смешки. Артур, Гермиона, Ремус, Сириус и Минерва слегка усмехнулись, а на лице Дамблдора расцвела улыбка. Гарри пару раз хихикнул, но так как уже успел на смеяться до этого, быстро замолчал, продолжая слушать смех друзей. Когда все успокоились, недовольный мастер зелий решил продолжить. и теперь на фотографиях был крупный светловолосый мальчик, сидящий на своем первом велосипеде, кружащийся на ярмарочной карусели, играющий с отцом в компьютерные игры, мальчик в объятиях целующей его матери. Однако ничто на этих фотографиях не говорило о том, что в доме живет еще один ребенок. — Почему? - Спросила Джинни, глядя на мальчика. — Тебя не фотографировали? Всё веселье Гарри вмиг испарилась. Он нахмурился, думая что сказать. К счастью, от объяснений его освободил Рон. — Гарри не очень любит фотографироваться. - Сказал рыжий мальчик, поворачиваясь к другу. — Так ведь, дружище? Подросток кивнул, мысленно благодаря друга за то, что тот ему помог. Рон и Гермиона не знали всех подробностей домашней жизни Гарри, но, видя, как ведут себя Дурсли, они и сами догадывались о том, как те относятся к племяннику. Тем не менее Гарри Поттер все еще жил здесь, и в настоящий момент он крепко спал, хотя спать ему оставалось недолго. Тетя Петунья уже проснулась и подходила к его двери, и через мгновение утреннюю тишину прорезал ее пронзительный визгливый голос: — Подъем! Вставай! Поднимайся! Северус поморщился. Он вспомнил, насколько противным может быть голос Петуньи. На мгновение он даже посочувствовал Поттеру. Гарри вздрогнул и проснулся. Тетя продолжала барабанить в дверь. — Живо! — провизжала она. — Неужели надо будить ребёнка таким образом? - Проворчал Сириус, вздыхая. Он и сам понимал, что надеяться на то, что Петунья будет нормально относиться к Гарри, было глупо, особенно учитывая, что он впервые увидел крестника, когда тот сбежал из дома. Однако до этого момента он всё ещё отчаянно хотел верить в то, что он ошибается и что у Гарри было хорошее детство у Дурслей. Видимо, зря. — Не самый лучший способ пробуждения. - Покачал головой Артур. Гарри услышал ее удаляющиеся шаги, а затем до него донесся звук плюхнувшейся на плиту сковородки. Он перевернулся на спину и попытался вспомнить, что же ему снилось. Это был хороший сон. В этом сне он летел по воздуху на мотоцикле. У него было странное ощущение, что когда-то он уже видел этот сон. — По крайней мере, теперь я знаю, что это не сон. - Улыбнулся подросток. — Удивительно, мистер Поттер. - Сказал Кингсли, повернувшись к Гарри. — Как вы можете это помнить? Гарри пожал плечами. Тетя вернулась к его двери. — Ну что, ты уже встал? — настойчиво поинтересовалась она. — Да отстань ты от него уже! - Не вытерпела Джинни, сердито глядя на книгу. — Почти, — уклончиво ответил Гарри. — Шевелись побыстрее, я хочу, чтобы ты присмотрел за беконом. И смотри, чтобы он не подгорел, — сегодня день рождения Дадли, и все должно быть идеально. — Присмотреть за беконом? - Удивлённо вздохнула миссис Уизли. — Но.. Она же стояла рядом, чтобы помочь, если что-то случится? Гарри отрицательно покачал головой. — Что?! -Вскрикнула женщина. — Но ты мог обжечься! — Всё было нормально, миссис Уизли. - Сказал Гарри. — Это было для меня вполне обычным делом. Я начал помогать тёте Петунье с готовкой в достаточно раннем возрасте, так что я бы вряд ли сделал что-нибудь не так. Дамблдор почувствовал на себе гневные взгляды нескольких человек. В ответ Гарри застонал. — Что ты там говоришь? — рявкнула тетя из-за двери. — Нет, ничего. Ничего… День рождения Дадли — как он мог забыть? Гарри медленно выбрался из постели и огляделся в поисках носков. Он обнаружил их под кроватью и, надевая, стряхнул ползающего по ним паука. — Серьёзно, Гарри, паука? - Вздрогнул Рон, защитно обнимая себя за плечи. — Откуда там пауки? - В недоумении спросила Гермиона, хмурясь. Она не помнила, чтобы Гарри был неряхой. Гарри вдруг втянул голову в плечи, резко осознав, о чём сейчас скажут. Он надеялся избежать разговоров о чулане. Ожидая, пока профессор зельеварения продолжит читать, Гарри закрыл глаза. Однако мастер зелий молчал, и у мальчика не было сомнений в том, что тот прочитал часть про чулан. — Северус? - Дамблдор обеспокоенно посмотрел на мужчину. — Почему бы тебе не продолжить чтение? Гарри открыл глаза и посмотрел на Снейпа. Они встретились взглядами, и подросток удивился. Он ожидал увидеть насмешку в глазах преподавателя, но заметил там скорее недоверие и... Гарри не мог поверить своим глазам. Неужели он и вправду увидел, как на мгновение на лице профессора зельеварения отобразился ещё и испуг? Северус снова опустил взгляд на книгу. Гарри привык к паукам — их было много в чулане под лестницей, а именно в чулане было его место. - Прочитал он, и голос его предательски дрогнул на последнем слове. В комнате воцарилась тишина. Все молча пытались осознать эту информацию. Гарри опустил голову, сжав губы в одну линию. Первой подала голос Макгонагалл. — Я.. Предупреждала тебя... - Сказала она, сердито глядя на директора. Её губа дрожала от гнева. — Я ведь говорила, что это ужасные маглы! — Чулан.. - Повторил Кингсли, широко раскрыв глаза. — Гарри Поттер жил в чулане.. Чарли и Билл выглядели разгневанными. Они не были так близки с Гарри, как, например, близнецы или Рон, но знали о нём достаточно, чтобы тоже считать его своей семьёй. Билл нахмурился. Он не мог не думать о том, что директор, возможно, знал об этом. Мог ли Дамблдор оставить Гарри Поттера в этом месте, зная об условиях его проживания там? Чарли сжал кулаки, прикусив губу. Он задумался о том, как они не заметили, что Гарри был слишком тихим и самостоятельным для своего возраста. А может, они не хотели замечать? Мысли обоих братьев прервали тихими всхлипами их матери. Они оба повернулись к ней и заметили, что их отец уже её утешает. — Альбус Дамблдор, как ты мог оставить Гарри в таком месте?! - Едва сдерживая рычание, вскрикнул Ремус. Гарри поднял голову, посмотрев на бывшего преподавателя ЗОТИ. Он никогда не видел его таким злым. — Я очень сожалею, Ремус.. - Печально произнёс директор, и блеск в его глазах исчез. — Я знал, что Дурсли не очень любят Гарри, но он был в безопасности в доме Петуньи. Поэтому я надеялся, что они будут относиться к нему нормально. Услышав слова Альбуса, Грозный Глаз сердито фыркнул. Он всегда поражался тому, как его друг продолжал искать что-то хорошее в самых худших мерзавцах этого мира. Гарри перевёл взгляд на Рона и Гермиону. Они смотрели на него так, словно спрашивали: "Почему ты нам не говорил?" Сидевшие рядом с ними близнецы лишь хмуро переглядывались. — Вы хоть раз за всё время проверили, как живёт Гарри? - Спросил Ремус, нахмурившись ещё больше. Молчание директора говорило за него. — Ты хочешь сказать, что оставил ребёнка в семье, которая предположительно может не полюбить его.. - Тихо начал Сириус, сжав руки в кулаки. В его голосе было больше разочарования, чем гнева. — И ни разу его не проверил? Дамблдор открыл рот, чтобы что-то ответить, но Гарри опередил его. — Давайте просто продолжим читать! - Раздражённо крикнул подросток, хмурясь. - Он правда не понимал, почему все так разозлились из-за чулана. — Я уже давно там не сплю! Все взрослые обернулись к Гарри, глядя на него с удивлением и жалостью. Даже Снейп выглядел ошеломлённым, смотря на мальчика. Сириус хотел возразить, сказав, что это ненормально, что его крестник спал в чулане, но в последний момент к нему пришла мысль. "Я уже однажды поставил свои интересы выше его, когда ушёл, чтобы преследовать Питера.. В ту ночь я позволил гневу взять над тобой верх.. " - Подумал он, хмурясь. — "Я не могу сделать это снова. Если он не хочет об этом говорить - это его право. Я могу поговорить с ним позже наедине.." Сириус положил руку на плечо крестника, прижав к себе. — Хорошо, Гарри. - Спокойно ответил он, вздохнув. — Давайте продолжим читать. Ремус обеспокоенно посмотрел на подростка, кивая. Чувство вины разъедало оборотня изнутри. Он сам ни разу за двенадцать лет не навестил Гарри. Он думал, что защищает его от себя, когда на самом деле он просто боялся встретиться с ним. Северус неловко откашлялся. Он опустил взгляд на книгу, чтобы продолжить чтение, однако Дамблдор помешал ему. — Боюсь, каким бы великим меня ни считали, я всё ещё человек. - Спокойно сказал он, покачав головой. — А люди склонны ошибаться. Надеюсь, ты когда-нибудь сможешь простить меня, Гарри. Гарри машинально кивнул. Он всё ещё пытался понять такую странную реакцию на то, что он спал в чулане. Одевшись, он пошел на кухню. Весь стол был завален приготовленными для Дадли подарками. Похоже, что Дадли подарили новый компьютер, который тот так хотел, еще один телевизор и гоночный велосипед — это не говоря обо всем прочем. Для Гарри оставалось загадкой, почему Дадли хотел гоночный велосипед, ведь кузен был очень толстым и ненавидел физические упражнения — хотя отлупить кого-нибудь он был совсем не против. — Пожалуйста, не говорите, что "кого-нибудь" это Гарри.. - Взмолился Рон, закрывая глаза. Любимой «грушей» Дадли был Гарри, но Дадли далеко не всегда удавалось поймать кузена. Сириус обнял Гарри ещё крепче. Рон застонал, когда его опасения подтвердились. — Эта.. Эта семейка.. - Джинни, едва задерживая гнев, пыталась подобрать подходящее слово. — Аргх! Не существует подходящих слов, чтобы описать этих Дурслей! — Этот ребёнок.. - Покачала головой Молли. Её голос был ещё хриплым от недавно пролитых слёз. Хотя поверить в то, что Гарри мог быстро бегать, было довольно сложно. Возможно, именно жизнь в темном чулане привела к тому, что Гарри выглядел меньше и слабее своих сверстников. К тому же он казался еще меньше и тоньше, чем был на самом деле, потому что ему приходилось донашивать старые вещи Дадли, а Дадли был значительно крупнее его, так что одежда висела на Гарри мешком. У Гарри было худое лицо, острые коленки, черные волосы и ярко-зеленые глаза. Он носил круглые очки, заклеенные скотчем и только благодаря этому не разваливающиеся — Дадли сломал их, ударив Гарри по носу. Сириус нахмурился, услышав последнее предложение. Многие здесь хотели бы что-нибудь сказать по этому поводу, но решили, что у них нет сил, после того как они ругались на Дурслей из-за чулана, чтобы реагировать так же бурно и на это. К тому же, все в комнате понимали, что Гарри совсем не хочет это обсуждать. Единственное, что Гарри нравилось в собственной внешности — это тонкий шрам на лбу, напоминавший молнию. Шрам был у него с самого детства, и первый осмысленный вопрос, который он задал тете Петунье, был как раз о том, откуда у него взялся этот шрам. — Я думал, что ты ненавидешь этот шрам.. - Пробормотал Рон, посмотрев на друга. — Я тогда не знал, откуда он. - Холодно ответил Гарри. — К тому же, в то время меня ещё не мучили боли в шраме и кошмары про Волан-де-морта. — Ты получил его в автокатастрофе, в которой погибли твои родители, — отрезала тетя. — И не приставай ко мне со своими вопросами.й — В автокатастрофе? - Переспросил Сириус, нахмурившись. — Неужели она не знала о том, что случилось? — Знала. - Ответил Дамблдор, выглядя разочарованным. — Я написал об этом в письме. «Не приставай ко мне со своими вопросами» — это было первое правило, которому он должен был следовать, чтобы жить в мире с Дурслями. Гермиона фыркнула. Было видно, что она совсем недовольна этим "правилом". Когда Гарри переворачивал подрумянившиеся ломтики бекона, в кухню вошел дядя Вернон. — Причешись! — рявкнул он вместо утреннего приветствия. — Не поможет. - Усмехнулся Ремус. Он поднял руку над головой подростка, и Гарри на мгновение показалось, что оборотень собирается потрепать его по голове. Но в тот же момент, как мальчик подумал об этом, на лице его бывшего профессора отразилась неуверенность, и рука резко опустилась. Примерно раз в неделю дядя Вернон смотрел на Гарри поверх газеты и кричал, что племянника надо подстричь. Наверное, Гарри стригли чаще, чем остальных его одноклассников вместе взятых, но это не давало никакого результата, потому что его волосы так и торчали во все стороны, к тому же они очень быстро отрастали. К моменту когда на кухне появились Дадли и его мать, Гарри уже вылил на сковородку яйца и готовил яичницу с беконом. Дадли как две капли воды походил на своего папашу. У него было крупное розовое лицо, почти полностью отсутствовала шея, маленькие глаза были водянисто-голубыми, а густые светлые волосы аккуратно лежали на большой жирной голове. Тетя Петунья часто твердила, что Дадли похож на маленького ангела, а Гарри говорил про себя, что Дадли похож на свинью в парике. Раздался смех близнецов. — Гарри, Гарри.. - С притворной обидой проговорил Фред. — Знаешь, нам очень обидно.. - Продолжил Джордж, качая головой. — Что ты не шутишь так с нами! - Воскликнули оба брата, вызывая этим смех у подростков. Некоторые взрослые немного улыбнулись, радуясь тому, что в комнате снова слышен смех после недавних откровений. Гарри с трудом расставил на столе тарелки с яйцами и беконом — там почти не было свободного места. Дадли в это время считал свои подарки. А когда закончил, лицо его вытянулось. — Тридцать шесть, — произнес он грустным голосом, укоризненно глядя на отца и мать. — Это на два меньше, чем в прошлом году. — Мне не послышалось, да?.. - Спросил Чарли, удивлённо глядя на Гарри. — У него тридцать шесть подарков на день рождения? — И с каждым годом это число только растёт.. - Пробормотал Гарри, тяжело вздыхая. — Дорогой, ты забыл о подарке от тетушки Мардж, он здесь, под большим подарком от мамы и папы! — поспешно затараторила тетя Петунья. — Ладно, но тогда получается всего тридцать семь. — Лицо Дадли покраснело. Гарри, сразу заметив, что у Дадли вот-вот приключится очередной приступ ярости, начал поспешно поглощать бекон, опасаясь, как бы кузен не перевернул стол. — Неужели он уже так делал? - Спросила Джинни, с отвращением глядя на книгу. — Всегда, когда не получал желаемого. - Ответил ей Гарри, поджав губы. — Он не только невоспитанный, но ещё и избалованный! - Миссис Уизли сжала губы в тонкую линию. — Неужели его родители не понимают, каким вырастет их ребёнок с таким воспитанием? Тетя Петунья, очевидно, тоже почувствовала опасность. — Мы купим тебе еще два подарка, сегодня в городе. Как тебе это, малыш? Еще два подарочка. Ты доволен? — Ну, конечно! - Вскрикнула Гермиона, хмурясь. — Она ещё и поощряет его истерики! Дадли задумался. Похоже, в голове его шла какая-то очень серьезная и сложная работа. Наконец он открыл рот. — Значит… — медленно выговорил он. — Значит, их у меня будет тридцать… тридцать… — Тридцать девять, мой сладенький, — поспешно вставила тетя Петунья. — А-а-а! — Уже привставший было Дадли тяжело плюхнулся обратно на стул. — Тогда ладно… — Он правда не смог посчитать это?.. - Спросил Билл, выглядя ошеломленным. — Сколько ему лет было? - Удивлённо произнесла Гермиона, широко раскрыв глаза. — Одиннадцать. — Ответил Гарри, наконец вырвавшись из объятий крестного отца. Гермиона ещё несколько раз открывала рот, чтобы что-то сказать, но, не найдя нужных слов каждый раз закрывала его. — Пожалуй, я просто промолчу.. - Выдавила она из себя спустя пару секунд. Дядя Вернон выдавил из себя смешок. — Этот малыш своего не упустит — прямо как его отец. Вот это парень! — Он взъерошил волосы на голове Дадли. — Будто бы здесь есть чем гордиться. - Закатил глаза Сириус, скрестив руки на груди. Тут зазвонил телефон, и тетя Петунья метнулась к аппарату. А Гарри и дядя Вернон наблюдали, как Дадли разворачивает тщательно упакованный гоночный велосипед, видеокамеру, самолет с дистанционным управлением, коробочки с шестнадцатью новыми компьютерными играми и видеомагнитофон. Дадли срывал упаковку с золотых наручных часов, когда тетя Петунья вернулась к столу, вид у нее был разозленный и вместе с тем озабоченный. — Что?! - Взвизгнула Гермиона, открыв рот от удивления. — Ты чего? - Рон отодвинулся от подруги. — Ничего.. Просто.. - Девушка вздохнула, чтобы успокоиться. — Это довольно дорогие подарки.. — Плохие новости, Вернон, — сказала она. — Миссис Фигг сломала ногу. Она не сможет взять этого. Тетя махнула рукой в сторону Гарри. Ремус сжал кулаки. С каждой минутой ему было всё труднее сдерживать Лунатика. Волк внутри него выл от того, как ужасно Дурсли обращались с Гарри. — У "этого" вообще-то есть имя! - Джинни кинула на книгу злобный взгляд, сложив руки на груди. Рот Дадли раскрылся от ужаса, а Гарри ощутил, как сердце радостно подпрыгнуло у него в груди. Каждый год в день рождения Дадли Дурсли на целый день отвозили сына и его друга в Лондон, а там водили их на аттракционы, в кафе и в кино. Гарри же оставляли с миссис Фигг, сумасшедшей старухой, жившей в двух кварталах от Дурслей. Гарри ненавидел этот день. Весь дом миссис Фигг насквозь пропах капустой, а его хозяйка заставляла Гарри любоваться фотографиями многочисленных кошек, живших у нее в разные годы. — И вправду не самое приятное времяпровождение. - Кивнул Билл, представляя это у себя в голове. — И что теперь? — злобно спросила тетя Петунья, с ненавистью глядя на Гарри, словно это он все подстроил. — Ну, зная нашего Гаррикинса.. - Насмешливо протянул Фред, глядя на близнеца. — Он вполне мог это сделать.. - Усмехнулся Джордж. — Что? - Гарри удивлённо посмотрел на братьев. — Я бы так не поступил! Гарри знал, что ему следует пожалеть миссис Фигг и ее сломанную ногу, но это было непросто, потому что теперь целый год отделял его от того дня, когда ему снова придется рассматривать снимки Снежинки, мистера Лапки и Хохолка. — Мы можем позвонить Мардж, — предложил дядя. Гарри скривился от упоминания тётушки. — Не говори ерунды, Вернон. Мардж ненавидит мальчишку. — О, это взаимно! - Рявкнул подросток, сердито отведя взгляд. — А эта не та, которую ты.. - Начал Рон, задумчиво подняв взгляд. — Ага. - Коротко ответил Гарри. Вспоминая инцидент, который произошёл летом перед третьим курсом, подросток немного смягчился. Заметив любопытные взгляды близнецов, он усмехнулся. — Узнаете позже. Дурсли часто говорили о Гарри так, словно его здесь не было или словно он был настолько туп, что все равно не мог понять, что речь идет именно о нем. — Когда ты уже наконец-то получишь письмо и уедешь в Хогвартс? - Устало вздохнул Рон. — Я тут с ума схожу, слушая про твоих невыносимых родственников. — А как насчет твоей подруги? Забыл, как ее зовут… Ах, да, Ивонн. — Она отдыхает на Майорке, — отрезала тетя Петунья. — Вы можете оставить меня одного, — вставил Гарри, надеясь, что его предложение всем понравится и он наконец посмотрит по телевизору именно те передачи, которые ему интересны, а может быть, ему даже удастся поиграть на новом компьютере Дадли. — А ты на самом деле очень хитрый, Гарри. - Усмехнулся Фред. Подросток закатил глаза. Вид у тети Петуньи был такой, словно она проглотила лимон. — И чтобы мы вернулись и обнаружили, что от дома остались одни руины? — прорычала она. — Но я ведь не собираюсь взрывать дом, — возразил Гарри, но его уже никто не слушал. — Гарри, ты только не обижайся.. - Рон неловко отвёл взгляд. — Не смей даже начинать о том, что я на это способен! - Перебил подросток, сердито глядя на друга. — Может быть… — медленно начала тетя Петунья. — Может быть, мы могли бы взять его с собой… и оставить в машине у зоопарка… — Она что, издевается?! - Гермиона поднялась с дивана. — Ребёнка нельзя оставлять одного в машине! Это может закончиться очень плохо! — Я не позволю ему сидеть одному в моей новой машине! — возмутился дядя Вернон. — Неужели он переживает за машину больше, чем за ребёнка? - Негодовал мистер Уизли. Дадли громко разрыдался. То есть на самом деле он вовсе не плакал, последний раз настоящие слезы лились из него много лет назад, но он знал, что стоит ему состроить жалобную физиономию и завыть, как мать сделает для него все, что он пожелает. — У меня уже нет сил говорить об избалованности и невоспитанности этого мальчика. - Вздохнула миссис Уизли. — Дадли, мой маленький, мой крошка, пожалуйста, не плачь, мамочка не позволит ему испортить твой день рождения! — вскричала миссис Дурсль, крепко обнимая сына. — Я… Я не хочу… Не хоч-ч-чу, чтобы он ехал с нами! — выдавил из себя Дадли в перерывах между громкими всхлипываниями, кстати, абсолютно фальшивыми. — Он… Он всегда все по-по-портит! Миссис Дурсль обняла Дадли, а тот высунулся из-за матери и, повернувшись к Гарри, состроил отвратительную гримасу. — Какой же он всё-таки ужасный! - Джинни скривилась, представляя себе образ Дадли. В этот момент раздался звонок в дверь. — Господи, это они! — В голосе тети Петуньи звучало отчаяние. Через минуту в кухню вошел лучший друг Дадли, Пирс Полкисс, вместе со своей матерью. Пирс был костлявым мальчишкой, очень похожим на крысу. Именно он чаще всего держал жертв Дадли, когда последний их лупил. — Один держит, пока другой бьёт? Это просто жалко. - Рон сжал челюсти. Увидев друга, Дадли сразу прекратил свой притворный плач. Полчаса спустя Гарри, не смевший поверить в свое счастье, сидел на заднем сиденье машины Дурслей вместе с Пирсом и Дадли и впервые в своей жизни ехал в зоопарк. Тетя с дядей так и не придумали, на кого его можно оставить. Но прежде чем Гарри сел в машину, дядя Вернон отвел его в сторону. Взрослые нахмурились. — Я предупреждаю тебя! — угрожающе произнес он, склонившись к Гарри, и лицо его побагровело. — Я предупреждаю тебя, мальчишка, если ты что-то выкинешь, что угодно, ты просидишь в своем чулане взаперти до самого Рождества! — Что он сказал?! - Из горла Сириуса вырвалось рычание. — Сириус, всё нормально. - Гарри посмотрел на крёстного. — Это была просто угроза, чтобы я ничего не натворил. Я не сидел в чулане до Рождества. Гарри нервно улыбнулся мужчине. Ну, может, он немного и просидел в чулане.. Но не до Рождества ведь? Значит, это была не совсем ложь, так ведь? Зная, что им не стоит говорить об этом при Гарри, Ремус, Сириус, Макгонагалл, Артур, и Кингсли грозно посмотрели на Дамблдора. Они точно обсудят это с директором позже. — Я буду хорошо себя вести! — пообещал Гарри. — Честное слово… Но дядя Вернон не поверил ему. Ему здесь никто никогда не верил. Близнецы, Рон, Джинни и Гермиона с жалостью посмотрели на Гарри. И он понимал, о чём они сейчас думают. "Ничего не изменилось." - Размышлял Гарри, вспоминая, как к нему сейчас относятся в волшебном мире. Он дрогнул, перебирая в уме те слова, которыми его называли в "Ежедневном Пророке" — "Жаждущий внимания, лжец и обманщик." Он отмахнулся от этих мыслей, пытаясь сосредоточиться на книге. Проблема заключалась в том, что с Гарри часто приключались довольно странные вещи, и было бесполезно объяснять Дурслям, что он тут ни при чем. Однажды тетя Петунья заявила, что ей надоело, что Гарри возвращается из парикмахерской в таком виде, словно вовсе там не был. Взяв кухонные ножницы, она обкорнала его почти налысо, оставив лишь маленький хохолок на лбу, чтобы, как она выразилась, «спрятать этот ужасный шрам». На лицах присутствующих отразился ужас. Даже Снейп, кажется, был шокирован действиями Петуньи. Сириус потерял дар речи. Он обеспокоенно посмотрел на своего крестника и на немой вопрос: "Ты в порядке?" Получил от мальчика лишь грустную улыбку. — Как можно так издеваться над ребёнком? - Миссис Уизли судорожно вздохнула. Макгоногалл покачала головой. Как она могла не заметить, что с мальчикм так обращаются дома? Наверняка в его поведении были какие-то знаки. Дадли весь вечер изводил Гарри глупыми насмешками, и Гарри не спал всю ночь, представляя себе, каким посмешищем он станет в школе, где над ним и так издевались из-за мешковатой одежды и заклеенных скотчем очков. Однако на следующее утро он обнаружил, что его волосы снова успели отрасти и выглядит он точно так же, как выглядел до того, как тетя Петунья решила его подстричь. За это ему запретили целую неделю выходить из чулана, хотя он пытался заверить Дурслей, что понятия не имеет, почему волосы отросли так быстро. — Петунья росла вместе с Лили! - Вскрикнул Ремус, сжимая одной рукой подлокотник дивана. — Она знала, что это случайный магический выброс! — Ты неделю просидел в чулане? - Возмущённо спросила Гермиона, широко раскрыв глаза. Гарри неопределённо пожал плечами. другой раз тетя Петунья пыталась заставить его надеть старый джемпер Дадли — ужасный, просто отвратительный джемпер, коричневый с оранжевыми кругами. Чем больше усилий она прикладывала, чтобы натянуть джемпер на Гарри, тем меньше он становился, и, в конце концов, съежился настолько, что с трудом налез бы на куклу, но уж никак не на Гарри. К счастью, тетя Петунья решила, что джемпер сел после стирки, и Гарри избежал наказания. Джинни поёжилась, представляя этот ужасный джемпер. Сириус, Ремус и Молли с лёгкостью вздохнули после того, как услышали, что Гарри не наказали. Был еще случай, когда Гарри натерпелся неприятностей из-за того, что его заметили на крыше школьной столовой. В тот день Дадли и его компания, как обычно, гонялись за Гарри, который пытался от них ускользнуть, и в какой-то момент он, к собственному удивлению — и к удивлению всех остальных, — оказался на трубе. Классная руководительница Гарри послала Дурслям гневное письмо, в котором написала, что он лазает по крыше школы. — Ты трансгрессировал? - Ахнул Рон, выглядя шокированным Гарри задумался о том, что для того, чтобы трансгрессировать нужно иметь чёткое представление о месте, в которое он хочет попасть, твёрдую решимиость переместиться и спокойствие. На тот момент у него не было ничего из этого. Он хотел ответить другу, что он не мог трансгрессировать, но Билл опередил его в этом. — Скорее всего нет, Рон. - Сказал Билл, переведя взгляд на брата. — Я точно не знаю, что это могло быть. Но это вряд ли была трансгрессия. Гарри пытался объяснить дяде Вернону, что он всего лишь хотел перепрыгнуть через мусорные баки, стоявшие за столовой, и сам не понял, как оказался на крыше, но тот молча запер его в кладовке и ушел. Самому себе Гарри объяснил, что, когда он прыгал через баки, его подхватил порыв ветра — потому так все и получилось. — Они запирали тебя там по каждому поводу, что ли?! - Взвизгнула Джинни, надув губы. Сириус молча обнял Гарри, чтобы успокоиться. Это была только вторая глава, а он уже был так зол. Зол на Дамблдора за то, что он там его оставил, зол на Дурслей, которые так обращались с его крестником, зол на Ремуса, который из-за страха и жалости к себе ни разу не навестил Гарри и больше всего зол на себя. Он сам больше всех был виноват в этом. Он никогда не просит себя за то, что в ту ночь оставил Гарри, когда должен был оставаться с ним несмотря ни на что. Но сегодня все должно было пойти просто отлично. Гарри даже не жалел о том, что находится в компании Дадли и Пирса, — ведь ему посчастливилось провести день не в школе, не в чулане и не в пропахшей капустой гостиной миссис Фигг. А за такую возможность Гарри готов был дорого заплатить. — Заплатил?.. - Спросил Рон, печально глядя на друга. — Заплатил.. - Кивнул Гарри. Всю дорогу дядя Вернон жаловался тете Петунье на окружающий мир. Он вообще очень любил жаловаться: на людей, с которыми работал, на Гарри, на совет директоров банка, с которым была связана его фирма, и снова на Гарри. Банк и Гарри были его любимыми — то есть нелюбимыми — предметами. Однако сегодня главным объектом претензий дяди Вернона стали мотоциклы. — По-моему, всё, что он делает в этой жизни - это жалуется. - Кингсли откинулся на спинку дивана. — Неужели ему это доставляет столько удовольствия? — Носятся как сумасшедшие, вот мерзкое хулиганье! — проворчал он, когда их обогнал мотоцикл. — А мне на днях приснился мотоцикл, — неожиданно для всех, включая себя самого, произнес Гарри, вдруг вспомнив свой сон. — Он летел по небу. — Ох, Гарри, Гарри.. - Фред покачал головой. — Зря ты это сказал... - Джордж тяжело вздохнул. — Я уже это понял.. - Пробормотал Гарри, закатывая глаза. Дядя Вернон чуть не врезался в идущую впереди машину. К счастью, он успел затормозить, а потом рывком повернулся к Гарри — его лицо напоминало гигантскую свеклу с усами. — Зачем я это представил.. - Скривился Рон. — МОТОЦИКЛЫ НЕ ЛЕТАЮТ! — проорал он. Дадли и Пирс дружно захихикали. На этих словах Сириус фыркнул. — Да, я знаю, — быстро сказал Гарри. — Это был просто сон. Он уже пожалел, что открыл рот. Дурсли терпеть не могли, когда он задавал вопросы, но еще больше они ненавидели, когда он говорил о чем-то странном, и не имело значения, был ли это сон или он увидел что-то такое в мультфильме. Дурсли сразу начинали сходить с ума, словно им казалось, что это его собственные идеи. Совершенно лишние и очень опасные идеи. — Параноики. - Констатировал Чарли, кивнув самому себе. Воскресенье выдалось солнечным, и в зоопарке было полно людей. На входе Дурсли купили Дадли и Пирсу по большому шоколадному мороженому, а Гарри достался фруктовый леденец с лимонным вкусом — и то только потому, что они не успели увести его от прилавка, прежде чем улыбающаяся мороженщица, обслужив Дадли и Пирса, спросила, чего хочет третий мальчик. — Ну конечно, вы же не можете ему просто так купить мороженое! - Гермиона сердито сверлила книгу взглядом. Но Гарри и этому был рад, он с удовольствием лизал лимонный леденец, наблюдая за чешущей голову гориллой, — горилла была вылитый Дадли, только с темными волосами. Близнецы усмехнулись. — Твои сравнения - это нечто, Гарри. - Хихикнул Джордж. У Гарри давно не было такого прекрасного утра. Правда, он был настороже и старался держаться чуть в стороне от Дурслей, потому что к полудню заметил, что Дадли и Пирсу уже надоело смотреть на животных, а значит, они могут решить заняться своим любимым делом — попытаться избить его. Но пока все обходилось. Веселья в комнате как не бывало. Лица всех снова стали хмурыми. Они пообедали в ресторанчике, находившемся на территории зоопарка. А когда Дадли закатил истерику по поводу слишком маленького куска десерта, дядя Вернон заказал ему кусок побольше, а остатки маленького достались Гарри. — Какая щедрость. - Саркастично пробормотал Фред. Впоследствии Гарри говорил себе, что начало дня было чересчур хорошим для того, чтобы таким же оказался и его конец. — А вот и наш пессимист Гарри! - Торжественно произнёс Рон, усмехнувшись. После обеда они пошли в террариум. Там было прохладно и темно, а за освещенными окошками прятались рептилии. Там, за стеклами, ползали и скользили по камням и корягам самые разнообразные ящерицы и змеи. Гарри было интересно абсолютно все, но Дадли и Пирс настаивали на том, чтобы побыстрее пойти туда, где живут ядовитые кобры и толстенные питоны, способные задушить человека в своих объятиях. Дадли быстро нашел самую большую змею. Она была настолько длинной, что могла дважды обмотаться вокруг автомобиля дяди Вернона, и такой сильной, что могла раздавить его в лепешку, но в тот момент она явно была не в настроении демонстрировать свои силы. А если точнее, она просто спала, свернувшись кольцами. Дадли прижался носом к стеклу и стал смотреть на блестящие коричневые кольца. — Пусть она проснется, — произнес он плаксивым тоном, обращаясь к отцу. Дядя Вернон постучал по стеклу, но змея продолжала спать. — Давай еще! — скомандовал Дадли. Дядя Вернон забарабанил по стеклу костяшками кулака, но змея не пошевелилась. — Никогда бы не подумала, что мне будет жаль змею. - Нахмурилась Джинни, прикусив губу. После истории с Тайной комнатой она не очень-то жаловала змей. — Мне скучно! — завыл Дадли и поплелся прочь, громко шаркая ногами. Гарри встал на освободившееся место перед окошком и уставился на змею. Он бы не удивился, если бы оказалось, что та умерла от скуки, ведь змея была абсолютно одна, и ее окружали лишь глупые люди, целый день стучавшие по стеклу, чтобы заставить ее двигаться. Это было даже хуже, чем жить в чулане, единственным посетителем которого была тетя Петунья, барабанящая в дверь, чтобы тебя разбудить. По крайней мере, Гарри мог выходить из чулана и бродить по всему дому. — О, Гарри, пожалуйста, не сравнивай свою жизнь с жизнью змеи.. - Печально произнесла Джинни, вздохнув. — Почему? - С удивлением в голосе спросил Гарри. — Потому что это неправильно! - Вскрикнула рыжеволосая девушка, обнимая себя за плечи. Гарри так и не понял, что такого неправильного в этом было. Внезапно змея приоткрыла свои глаза-бусинки. А потом очень, очень медленно подняла голову так, что та оказалась вровень с головой Гарри. Змея ему подмигнула. — Она не могла тебе подмигнуть, Гарри. - Сказала Гермиона с умным взглядом. — Разве? - Недоверчиво произнёс Гарри, глядя на подругу. — Змеи не умеют подмигивать. Насколько мне известно, у них нет век. А ещё они.. - Девушка гордо подняла голову, видимо, собираясь рассказать о змеях всё, что она знала. — Мисс Грейнджер, мы очень рады, что вы так много об этом знаете. Но давайте мы продолжим читать? - Мягко произнёс Дамблдор, видя, что Снейп и Аластор выглядят очень раздражёнными тем, что девушка затягивает чтение. — О.. Да, кончено. - Гермиона смущённо опустила голову. — Та змея точно мне подмигнула, я это видел. - Раздражённо пробормотал Гарри, чем вызвал улыбку у сидящего рядом Ремуса. Гарри смотрел на нее, выпучив глаза. Потом быстро оглянулся, чтобы убедиться, что никто не замечает происходящего, — к счастью, вокруг никого не было. Он снова повернулся к змее и тоже подмигнул ей. — Ну конечно, ты это сделал. Ты же Гарри. - Закатил глаза Рон, ухмыляясь. — Кстати, ты ведь об этом случае говорил на втором курсе? Гарри улыбнулся на замечание друга и подтверждающе кивнул. Однако он тут же нахмурился, осознав, что не знает, как Сириус, Ремус, мистер и миссис Уизли могут отреагировать на то, что он змееуст. Змея указала головой в сторону дяди Вернона и Дадли и подняла глаза к потолку. А потом посмотрела на Гарри, словно говоря: «И так каждый день». — Я понимаю, — пробормотал Гарри, хотя и не был уверен, что змея слышит его через толстое стекло. — Наверное, это ужасно надоедает. — Ты говорил это на парселтанге? - Удивлённо спросил Сириус, глядя на Гарри. — Значит, та женщина не врала в своей статье? — Статья? - Переспросил подросток, выглядя потрясённым. — Думаю, он говорит о статье Риты Скитер, Гарри. - Объяснил Ремус, мягко улыбнувшись мальчику. Гарри этого объяснения оказалось мало. Он непонимающе переводил взгляд с бывшего профессора на крёстного отца, пытаясь вспомнить все статьи, которые писала эта женщина. — Статья, которую "Ежедневный пророк" выпустил прямо в день третьего задания... - Прошептала Гермиона. — Разве ты не помнишь, Гарри? В ней Скитер раскрыла то, что ты говоришь на парселтанге. Ну, то есть это не было такой уж большой тайной после второго курса, когда об этом знал весь Хогвартс. Но всё же после той статьи почти вся магическая Британия знала о том, что Мальчик, который выжил - змееуст. Не все, конечно, поверили, но.. — О.. - В голове Гарри появились отрывки этой статьи. Мальчик оглядел комнату. Никто не выглядел шокированным, некоторые взрослые были немного удивлены и всё. Подросток остановил свой взгляд на мистере и миссис Уизли. Они, как и все их дети, не выглядели удивлёнными. — Рон всё нам рассказал летом после второго курса, дорогой. - Ответила Молли, заметив взгляд мальчика. Грозный Глаз что-то пробормотал себе под нос и громко фыркнул, странно глядя на Дамблдора. Кингсли молча кинул один взгляд на Гарри и почти сразу отвернулся. — Так.. Так ты знал, что я змееуст? - Спросил Гарри, снова переведя взгляд на своего крёстного. — Сначала я не совсем поверил.. Ну, знаешь.. Когда я увидел эту статью, я рассказал о ней Лунатику. - Сириус покосился на Ремуса. — И спросил у него, не знает ли он ничего об этом. — Я слышал некоторые слухи о том, что ты говоришь на парселтанге, когда преподавал в Хогвартсе. - Кивнул бывший профессор ЗОТИ. — Но, поскольку я не был уверен в их правдивости, я посоветовал Сириусу обратиться к Дамблдору. — Что, я, в общем-то, и сделал. - Анимаг нахмурился и повернулся к директору Хогвартса. — Но он лишь сказал мне, что ты сам должен рассказать мне, правда это или нет. Гарри кивнул, поджав губы. — Так.. Что ты думаешь об этом? - Уже чуть тише спросил подросток. — То есть.. Это же способность тёмных магов или что-то в этом роде? — О, честно говоря, меня это ни капли не смущает, Гарри. - Уголки губ Сириуса немного приподнялись. — Правда, меня немного беспокоит, откуда у тебя это взялось. Насколько мне известно, у тебя в роду не было змееустов. — На самом деле я знаю, откуда. - Ответил Гарри, наклонив голову вправо. — Профессор Дамблдор мне всё рассказал, но, ты, наверное, и так узнаешь это из книг. Сириус на мгновение оценивающе посмотрел на крестника, а затем медленно кивнул. Заметив, что Блэк и мальчишка наконец наговорились, Снейп закатил глаза и снова опустил взгляд на книгу в своих руках, чтобы найти место, на котором он остановился. Змея энергично закивала головой. — Кстати, откуда вы родом? — поинтересовался Гарри. Змея ткнула хвостом в висевшую рядом со стеклом табличку, и Гарри тут же перевел взгляд на нее. «Боа констриктор, Бразилия», — прочитал он. — Наверное, там было куда лучше, чем здесь? Боа констриктор снова махнул хвостом в сторону таблички, и Гарри прочитал: «Данная змея родилась и выросла в зоопарке». — А понимаю, значит, вы никогда не были в Бразилии? Змея замотала головой. В этот самый миг за спиной Гарри раздался истошный крик Пирса, Гарри и змея подпрыгнули от неожиданности. — ДАДЛИ! МИСТЕР ДУРСЛЬ! СКОРЕЕ СЮДА, ПОСМОТРИТЕ НА ЗМЕЮ! ВЫ НЕ ПОВЕРИТЕ, ЧТО ОНА ВЫТВОРЯЕТ! Через мгновение, пыхтя и отдуваясь, к окошку приковылял Дадли. — Пошел отсюда, ты, — пробурчал он, толкнув Гарри в грудь. На этом моменте многим людям в комнате захотелось снова высказаться по поводу семьи Гарри. Однако профессор зельеварения не дал им прервать его чтение, и не сделав никаких пауз, продолжил читать. Гарри, не ожидавший удара, упал на бетонный пол. Последовавшие за этим события развивались так быстро, что никто не понял, как это случилось: в первое мгновение Дадли и Пирс стояли, прижавшись к стеклу, а уже через секунду они отпрянули от него с криками ужаса. Гарри сел и открыл от удивления рот — стекло, за которым сидел удав, исчезло. Огромная змея поспешно разворачивала свои кольца, выползая из темницы, а люди с жуткими криками выбегали из террариума. В комнате послышались удивлённые вздохи. — Так вот откуда название главы! - Вдруг понял Чарли. — Исчезнувшее стекло! — С каждым разом ты удивляешь нас всё больше и больше, Гаррикинс! - Воскликнули хором близнецы, задорно улыбаясь. Гарри готов был поклясться, что, стремительно проползая мимо него, змея отчетливо прошипела: — Бразилия — вот куда я отправлюсь… С-с-спасибо, амиго… — Какая вежливая змея. - Усмехнулась профессор Макгонагалл. Владелец террариума был в шоке. — Но тут ведь было стекло, — непрестанно повторял он. — Куда исчезло стекло? Директор зоопарка лично поднес тете Петунье чашку крепкого сладкого чая и без устали рассыпался в извинениях. Пирс и Дадли были так напуганы, что несли жуткую чушь. Гарри видел, как змея, проползая мимо них, просто притворилась, что хочет схватить их за ноги, но когда они уже сидели в машине дяди Вернона, Дадли рассказывал, как она чуть не откусила ему ногу, а Пирс клялся, что она пыталась его задушить. Но самым худшим для Гарри было то, что Пирс наконец успокоился и вдруг произнес: — А Гарри разговаривал с ней — ведь так, Гарри? Со всех сторон послышались раздражённые вздохи. — Ему обязательно надо было это сказать, да? - Закатил глаза Рон. — Ну конечно, он это сделал.. - Цокнул языком Джордж, посмотрев на не менее раздражённого близнеца. — Тебя наказали, Гарри?.. - Аккуратно спросила Джинни, глядя на мальчика с надеждой в глазах. Гарри неопределённо пожал плечами, отвернувшись от девушки. Сириус и Ремус напряглись, заметив странную реакцию мальчика на вопрос. Дядя Вернон дождался, пока за Пирсом придет его мать, и только потом повернулся к Гарри, которого до этого старался не замечать. Он был так разъярен, что даже говорил с трудом. — Иди… в чулан… сиди там… никакой еды. — Это все, что ему удалось произнести, прежде чем он упал в кресло и прибежавшая тетя Петунья дала ему большую порцию бренди. Гарри вздохнул, скрестив руки на груди. — Они морили тебя голодом?! - Ремус широко раскрыл глаза, глядя на Гарри. Оборотень, заметив, что выкрикнул это слишком громко, сделал тяжёлый вздох, чтобы успокоиться. Гарри опустил голову, решив не отвечать на это. Кингсли поморщился, не рискуя смотреть на Дамблдора. Он чувствовал, что если сделает это, то просто не сможет сдержаться, чтобы не накричать на директора Хогвартса. Аластор кинул взгляд на Дамблдора, не понимая, как его старый друг мог такое допустить. — О.. Ну конечно.. Он такой худой.. Как я не заметила?.. - Миссис Уизли достала из кармана платья платок, вытирая слезы. Макгоногалл и Снейп бросили осуждающие взгляды на директора. Северус, может, и не любил Поттера, но как профессор, он был обязан защищать учеников Хогвартса. И он, как и Минерва был очень возмущён тем, что Дамблдор ни разу не проверил, в каких условиях живёт этот мальчик. Близнецы с хмурыми выражениями лиц переглядывались с Биллом и Чарли. Рон, Гермиона и Джинни чувствовали себя виноватыми, но Рон чувствовал вину больше всех. Ещё перед вторым курсом он узнал о том, что Гарри не очень хорошо кормят, но он ничего не сделал. Точнее, сделал. Они с близнецами рассказали об этом матери, но она им не поверила, и они больше об этом не упоминали. Сириус спрятал лицо в ладонях, пытаясь успокоиться. Ему хотелось выскочить с дивана, наорать на Дамблдора, разрушить здесь всё. На мгновение у него даже возникло желание пойти к Дурслям и оправдать свой статус убийцы. Но стоило ему убрать руки от лица и снова взглянуть на мальчика, как в голове осталась только одна мысль: быть рядом с Гарри. Гарри выглядел так, будто был готов провалиться сквозь землю. Так, будто ему было стыдно за то, что все об этом узнали. И Сириус увидел в своём крестнике себя. Когда Сириус только поступил в Хогвартс, он не хотел, чтобы кто-то знал о том, как обращается с ним его родная мать. Не хотел, чтобы кто-то показывал на него пальцем, говоря что-то о том, какой он слабый. И всё же он доверился одному человеку, человеку по имени Джеймс Поттер. Сириус понимал, что чувствует его крестник, и хотел, чтобы тем человеком, которому мог довериться мальчик, был он сам. Он хотел быть для Гарри тем, кем когда-то для него был Джеймс. Сириус притянул Гарри к себе, крепко его обнимая. — Ты больше никогда туда не вернёшься. - Пообещал он, печально улыбнувшись, когда мальчик посмотрел на него вопросительным взглядом. — Обещаю. Сириус не знал, как именно он сдержит это обещание, ведь его всё ещё разыскивает Министерство, но он знал, что просто обязан забрать своего крестника оттуда. В глазах Гарри он увидел удивление, надежду, и самое главное, веру. Подросток сильнее прижался к своему крёстному, немного расслабившись в его объятиях. Спустя пару минут чтение возобновилось. Много позже, лежа в темном чулане, Гарри пожалел, что у него нет часов. Он не знал, сколько сейчас времени, и не был уверен в том, что Дурсли уже уснули. Он готов был рискнуть и выбраться из чулана на кухню в поисках какой-нибудь еды, но только если они уже легли. Гарри думал о том, что прожил у Дурслей почти десять лет, полных лишений и обид. Он жил у них почти всю свою жизнь, с самого раннего детства, с тех самых пор, когда его родители погибли в автокатастрофе. Он не помнил ни самой катастрофы, ни того, что он тоже был в той машине. Иногда, часами лежа в темном чулане, он пытался хоть что-то извлечь из памяти, и перед его глазами вставало странное видение: ослепительная вспышка зеленого света и обжигающая боль во лбу. Видимо, это случилось именно во время аварии, хотя он и не мог объяснить, откуда там взялся зеленый свет. Рон и Гермиона нахмурились, вспомнив, что встречи с дементорами заставили Гарри вспомнить ещё больше о той ночи. И своих родителей он тоже не мог вспомнить. Тетя и дядя никогда о них не рассказывали, и, разумеется, ему было запрещено задавать вопросы. Фотографии его родителей в доме Дурслей отсутствовали. Когда Гарри был младше, он часто мечтал о том, как в доме Дурслей появится какой-нибудь его родственник, далекий и неизвестный, и заберет его отсюда. Сириус крепче обнял Гарри. Он снова почувствовал себя виноватым за то, что в ту ночь погнался за крысой. Если бы он этого не сделал, что бы было тогда? Анимаг покачала головой. Ремус почувствовал укол вины за то, что бросил Гарри. Конечно, Министерство ни за что бы не позволило ему забрать мальчика из-за его пушистой проблемы, но ведь он даже не пытался с ним увидеться! Гарри, сын двух его лучших друзей, спал в чулане, готовил для Дурслей, как какой-то домашний эльф, и голодал! Могло ли что-нибудь измениться, если бы он встретил Гарри раньше? Ремус вздохнул. Он подвёл Лили и Джеймса. Он подвёл Гарри. Но этого так и не произошло — его единственными родственниками были Дурсли, — и Гарри перестал мечтать об этом. Но иногда ему казалось — или ему просто хотелось в это верить, — что совершенно незнакомые люди ведут себя так, словно хорошо его знают. Надо признать, это были очень странные незнакомцы. Однажды, когда они вместе с тетей Петуньей и Дадли зашли в магазин, ему поклонился крошечный человечек в высоком фиолетовом цилиндре. Тетя Петунья тут же рассвирепела, злобно спросила Гарри, знает ли он этого коротышку, а потом схватила его и Дадли и выбежала из магазина, так ничего и не купив. А как-то раз в автобусе ему весело помахала рукой безумная с виду женщина, одетая во все зеленое. А недавно на улице к нему подошел лысый человек в длинной пурпурной мантии, пожал ему руку и ушел, не сказав ни слова. И что самое загадочное, эти люди исчезали в тот момент, когда Гарри пытался повнимательнее их рассмотреть. — Я думал, что схожу с ума. - Пробормотал Гарри, закатив глаза. После этого заявления мальчика атмосфера в комнате стала менее мрачной. Несколько человек улыбнулись, глядя на Гарри. Так что, если не считать этих загадочных незнакомцев, у Гарри не было никого — и друзей у него тоже не было. В школе все знали, что Дадли и его компания ненавидят этого странного Гарри Поттера, вечно одетого в мешковатое старье и разгуливающего в сломанных очках, а с Дадли предпочитали не ссориться. - Снейп опустил книгу себе на колени. — Это конец главы. Улыбки снова сменились хмурыми выражениями лица. — Ну, зато теперь у тебя есть мы! - Сказал Рон, глядя на друга. — Верно! - Подтвердила Гермиона, поджимая губы. — И мы! - В один голос вскрикнули Близнецы, Чарли и Джинни. Билл молча кивнул, посмотрев на Гарри. Северус задумчиво сверлил книгу взглядом. Все его представления о Поттере только что оказались ложью. Хотя, не удивительно. Когда он вообще смотрел на мальчика и видел в нём Гарри Поттера, а не его отца? Наверное, ни разу. "Нет." - Подумал Снейп, хмурясь. — " Он не Джеймс Поттер.. " Мальчик не рос в богатстве и любви, как его отец. И, узнав это, мастер зелий видел в нём не своего обидчика. Он видел самого себя. Северус отмахнулся от этой мысли. "Это всё ещё Поттер." - Говорил он себе. — "Может быть, он и правда не такой, как его отец. Но это не повод сравнивать его с собой и жалеть." Мысли Северуса прервались, когда книга, лежащая у него на коленях, поднялась вверх и полетела в сторону старших детей Уизли. Она приземлилась на колени Чарли Уизли. — Мистер Уизли, будьте так добры прочитать нам третью главу. - Сказал директор, улыбаясь парню. — Я.. Да, хорошо.. - Чарли опустил взгляд на страницы. — Глава третья. Письма невесть от кого. - Зачитал он.

---