Феерический мед

Лили проснулась оттого, что её кроватка-колокольчик качнулась от утреннего ветра. Она зевнула, и из её крошечного рта вылетела стайка золотых искр, которые тут же растворились в воздухе. Лили была феей, но не из тех, что парят в небесах и исполняют великие желания. Она была размером ровно с указательный палец человека, а её королевством был весь этот лес. Её крылышки, похожие на лепестки утренней глоксинии, мелко затрепетали. Сегодня был особенный день. Под старым дубом распустился самый первый ландыш, и Лили обещала подарить ему капельку утренней росы, чтобы его звон был слышен всем букашкам в округе. Лили любила свой мир. Она заплетала гривы шмелям, чинила паутину после дождя и подсказывала муравьям короткие пути к сахарнице, которую миссис Грей иногда оставляла на веранде. Больше всего на свете Лили любила смотреть на охотников. Они казались ей невероятными великанами, которые, однако, были слишком заняты, чтобы замечать чудеса под ногами. Однако в этом сезоне случилась засуха. Роса высыхала до полудня, цветы давали скудный нектар, а любимые сладкие ягоды на кустах смородины склевали дрозды. Лили стала голодать. На седьмой день голода Лили приняла решение. Она надела свой плащ из лепестка ириса, прихватила пустую скорлупку лесного ореха в качестве корзинки и вылетела за территорию своего дома. Прощаясь, она коснулась ладонью старого дуба. Первые несколько метров за забором оказались пугающими. Трава здесь была жёсткой, с колючими репьями, которые норовили зацепить крылья. Лили летела низко, прячась в тени огромных листьев лопуха. Она искала знакомые растения, но находила только горькие полынь и пижму. Она проголодалась до головокружения. Внезапно ветер принёс сладковатый запах, этот запах был божественный. Густой, тёплый, золотой — запах свежего мёда. Лили замерла и начала принюхиваться. Он шёл из маленького домика на краю поляны. Окно на втором этаже было приоткрыто. Лили не стала раздумывать дважды. Её крылышки задрожали от предвкушения, и она проскользнула внутрь, оставляя за собой едва заметный след золотистой пыльцы. На кухонном столе, освещённом лунным светом, стояла огромная стеклянная банка с яркой этикеткой «HONEY». Крышка была слегка приоткрыта — видимо, хозяева забыли закрыть её после ужина. Лили приземлилась на край банки и заглянула внутрь. Густой, янтарный мёд блестел, словно приглашая. «Всего чуть-чуть…» — прошептала она себе под нос и опустила руку в сладкую массу. Но «чуть-чуть» быстро превратилось в «ещё немного», а потом в «ещё ложечку… и ещё одну». Мёд был невероятно вкусным — густым, с лёгкой цветочной ноткой и едва уловимой теплотой. Лили погружалась всё глубже, почти по пояс, черпая мёд ладошками и отправляя его в рот. Её щёки надувались, горлышко работало без остановки. Лили уже не могла остановиться. Первая пригоршня мёда скользнула по языку, сладкая, тёплая, густая. Животик сразу отозвался лёгким приятным теплом. Она проглотила ещё — и ещё. Сначала это было едва заметно: лёгкое давление под рёбрами, будто она выпила слишком много тёплого чая. Кожа на животе слегка натянулась, став гладкой и блестящей от мёда. Маленький, упругий бугорок появился под платьицем — размером с небольшое яблоко. Лили довольно погладила его ладошкой, чувствуя, как он уже немного тяжелеет. Но мёд продолжал литься в неё. Каждый глоток добавлял новую волну. Теперь животик рос заметнее: он медленно округлялся, выпирая вперёд и слегка в бока. Кожа натягивалась всё сильнее, становясь тонкой, блестящей и чувствительной. Лили ощущала, как внутри скапливается густая, тяжёлая масса — мёд заполнял желудок, раздвигая стенки, заставляя их растягиваться. Тук… тук… Живот начал издавать тихие, влажные звуки. Он уже достиг размера большого апельсина и продолжал набухать. Фея почувствовала, как платьице начало трещать по швам. Ткань плотно обтягивала округлившийся шар, подчёркивая каждую новую выпуклость. Лили попыталась сесть поудобнее внутри банки, но её растущий живот уже мешал — он ложился на бёдра тяжёлым, тёплым грузом. С каждым новым глотком расширение ускорялось. Живот рос не только вперёд, но и вширь, становясь идеально круглым, тугим, как надутый шар. Кожа теперь блестела так сильно, что в лунном свете отражались блики. Внутри ощущалось приятное, но всё более сильное давление — мёд давил изнутри, заставляя стенки живота растягиваться дальше, чем они когда-либо могли. — Ааа… он такой… большой… — прошептала Лили, обхватив руками свою уже огромную сферу. Пальцы утонули в мягкой, но невероятно упругой плоти. Живот громко бурлил и глюкал, переваривая и одновременно расширяясь. Он уже был размером с дыню, потом с небольшой арбуз. Ноги феи раздвинулись в стороны — места внутри банки почти не осталось. Последние ложки мёда стали критическими. Живот резко рванулся в рост: он надулся ещё сильнее, кожа натянулась до предела, став гладкой и блестящей, как полированный камень. Тяжёлый, переполненный шар заполнил почти всё пространство банки. Лили почувствовала, как её тело приподняло — огромный живот не помещался и начал выталкивать её вверх, пока горлышко банки не сжало его посередине. Теперь это был настоящий гигантский, круглый, тугой живот — идеальная сфера, тяжёлая от литров густого мёда. Он пульсировал, слегка колыхался при каждом движении, издавая глубокие, сырые звуки. Кожа была настолько натянутой, что Лили чувствовала каждое движение мёда внутри. Она уже не могла согнуться — огромный живот не давал. Фея застряла окончательно. Только ноги и голова торчали снаружи, а между ними красовался невероятно огромный, раздутый, блестящий от мёда шар живота, который больше не желал уменьшаться. Лили тяжело дышала, поглаживая свою новую, колоссальную ношу обеими руками. — Он… такой большой… и такой тяжёлый… — тихо простонала она, чувствуя, как живот продолжает слегка набухать даже сейчас, подёргиваясь от переполнения. Лили всё ещё беспомощно торчала из разбитой банки, её огромный, тугой, блестящий живот размером с большой арбуз тяжело колыхался и бурлил. Тяжёлые шаги раздались за спиной. К кухонному столу подошла огромная девушка-медведица — настоящая великанша по сравнению с крошечной феей. Она была в несколько раз больше Лили: высокая, мощная, с широкими бёдрами и сильными руками. Её медвежьи ушки подрагивали от злости, а янтарные глаза сверкали. — Это был мой мёд, мелкая воровка! — прорычала она низким голосом. Медведица наклонилась и без предупреждения звонко шлёпнула пухлую попку феи своей большой ладонью. Лили взвизгнула, её круглая задница колыхнулась. — Аййй! Простиии… я не могла остановиться! — Сейчас ты у меня точно не остановишься, — зловеще усмехнулась медведица. Она взяла с полки большой кондитерский мешок, наполненный густыми, сладкими сливками. Кончик мешка был довольно толстым. Не церемонясь, медведица задрала подол платья феи, раздвинула её ягодицы и решительно засунула наконечник прямо в тугую попку Лили. — Н-нет! Что ты делааа— мммфх?! Медведица сильно сжала мешок. Густые, плотные сливки мощной струёй хлынули внутрь феи. Лили широко распахнула глаза. Она почувствовала, как холодноватая, невероятно густая масса заполняет её изнутри, смешиваясь с уже съеденным мёдом. Живот моментально отреагировал. Расширение началось заново. Сначала сливки добавили веса — огромный шар живота стал ещё тяжелее, опустившись ниже. Затем он начал расти быстрее. Кожа натягивалась с громким, влажным «глюрррп…». Живот набухал, становясь ещё больше, ещё круглее. Он уже плотно прижимался к стенкам стеклянной банки, тёрся о них с влажным скрипом. Лили стонала, чувствуя, как внутри всё бурлит и перемешивается — мёд и сливки, густая сладкая смесь. — Аааах… он… растёт… слишком быстро! — всхлипывала она, обхватывая руками свою раздувающуюся сферу. Медведица продолжала выдавливать сливки, не останавливаясь. Живот феи стал поистине колоссальным. Он уже не помещался в банке: тугая, блестящая кожа сильно тёрлась о стекло, оставляя сладкие разводы. Раздался громкий треск. Крак… КРРРРРРРРШШШ! Банка не выдержала. Стекло разлетелось в стороны, а огромный, переполненный живот феи вырвался на свободу, тяжело шлёпнувшись вниз. Теперь это был настоящий гигантский, тугой, качающийся шар, размером почти с саму Лили. Кожа была невероятно натянутой, гладкой и блестящей, с лёгкими розовыми полосками от растяжения. Внутри всё громко бурлило и переливалось. Лили открыла рот, чтобы что-то сказать, и внезапно: — БУУУУУУЭЭЭЭРРРРП! Из неё вырвалась мощная отрыжка. Сладкая смесь мёда и сливок брызнула наружу, стекая по её огромному животу. Фея покраснела до ушей, глаза закатились от переполнения и стыда. Медведица довольно ухмыльнулась, глядя на эту картину. Она легко подняла обмякшую, невероятно тяжёлую от живота фею на руки. — Теперь ты моя, мелкая сладкоежка~ Медведица широко открыла рот. Лили едва успела пискнуть, как её голова, плечи и огромный раздутый живот легко скользнули между губ великанши. Благодаря огромной разнице в размерах медведица проглотила фею без малейшего усилия — одним долгим, влажным глотком. ГЛУУУУРК… Гигантский, тугой шар живота Лили плавно проскользнул по горлу медведицы и с мягким тяжёлым «шлёп» упал в её желудок. Медведица довольно погладила свой теперь заметно округлившийся и тяжёлый живот, внутри которого уютно и очень тесно устроилась маленькая переполненная фея. — Ммм… очень вкусная начинка, — мурлыкнула она, похлопав по своему животу. Продолжение с расширенным описанием борьбы Оказавшись в жарком, влажном и тесном желудке медведицы, Лили сначала только слабо стонала, придавленная собственным огромным животом. Но вскоре в её глазах вспыхнула решимость. Она призвала всю свою фейскую магию. — Я так легко не сдамся... Золотистое сияние заполнило желудок. Магия начала действовать мгновенно: тело Лили стало резко увеличивается в размерах, а её и без того колоссальный живот набухал с пугающей скоростью. Густая смесь мёда и сливок внутри неё тоже увеличивалась в объёме, делая пузо ещё тяжелее и туже. Медведица, стоявшая посреди кухни, вдруг резко охнула. Её глаза расширились от шока. — Что за чёрт… НННГХХ! Её живот взорвался ростом с громким, влажным ГЛООООООРРРРП! Живот мгновенно раздулся в огромный, тяжёлый шар, разорвав остатки платья. Кожа сильно натянулась, став гладкой и блестящей. Медведица пошатнулась, ноги подкосились, и она тяжело рухнула на пол, приземлившись на свою колоссальную жопу. Огромный живот сплющился под её весом, а затем снова резко округлился. В этот момент босые ступни Лили с силой прорвались наружу из пасти медведицы. Нежные и маленькие пальчики и изящные пяточки торчали изо рта медведицы слегка подёргиваясь. Медведица, тяжело дыша, высунула длинный, горячий язык и медленно провела им по обеим босым ступням — от пяточек до кончиков пальцев, тщательно облизывая сладкие остатки мёда и сливок. — Ммммм… какие сладкие ножки… — довольно промурлыкала она. Затем она крепко схватила вырвавшиеся босые ноги и решительно затолкала их обратно в рот. С мощным, мокрым ГЛУУУУУУРК! ступни полностью исчезли внутри. Медведица сразу же плотно зажала рот обеими большими ладонями, крепко закрыв его. — Ммммф! Сиди внутри! — прорычала она сквозь ладони. И тут началась долгая, отчаянная борьба. Лили, теперь значительно крупнее медведицы, билась изо всех сил. Она упёрлась руками и ногами в стенки желудка и сильно толкнула. Огромный живот феи внутри резко выпирал, превращая живот медведицы в чудовищный, деформированный шар. На поверхности огромного пуза чётко проступали контуры — то выпирала ладонь, то колено, то очертания гигантского живота самой Лили. БУРРРРРЛЛЛ… ГЛООРРРП… КРРРРК! Желудок громко урчал и сопротивлялся, сжимаясь тугими, ритмичными волнами. Лили не сдавалась — она извивалась всем телом, крутилась, пиналась. Её босые ступни снова попытались пробить путь наружу, сильно упираясь в горло медведицы изнутри. Медведица закашлялась, но продолжала крепко держать рот руками. — Н-нет… не выпущу… — мычала она, глаза слезились от напряжения. Фея толкалась особенно сильно: она собрала силы и резко выпрямила ноги. На мгновение её босые ступни снова высунулись наружу между пальцами медведицы, но та быстро втянула их обратно мощным глотком. Лили пыталась развернуться, колотила кулаками по стенкам, заставляя живот медведицы ходить ходуном. Огромный шар живота великанши катался по полу — то становился овальным, то вытягивался в сторону, то резко округлялся, когда фея сжималась в комок и потом резко распрямлялась. Каждый толчок сопровождался влажными, громкими звуками: ГЛУРК… ШЛЁРП… БУРРРГЛ… Желудок отвечал мощными, давящими сокращениями, заливая Лили новыми порциями тёплых соков, которые делали её кожу скользкой и ещё более чувствительной. Фея тяжело дышала, её собственный гигантский живот был сильно сжат и продолжал громко бурлить внутри. Борьба длилась несколько долгих минут. Лили то затихала, собираясь с силами, то снова начинала яростно извиваться, заставляя медведицу стонать и выгибаться на полу. Медведица обливалась потом, крепко прижимая руки ко рту и гладя свой огромный, бушующий живот другой рукой. Постепенно движения феи становились слабее и реже. Магия требовала много сил, а желудок медведицы был неумолим — он упорно сжимал, массировал и переваривал свою слишком большую добычу. В конце концов Лили обессиленно обмякла внутри, тяжело дыша и прижавшись щекой к своему же огромному, тугому животу. Медведица лежала на спине, тяжело дыша, с довольной и немного усталой улыбкой. Её колоссальный живот медленно покачивался, уже почти не бугрясь. — Вот так… хорошая девочка… ты теперь полностью моя, — прошептала она, нежно поглаживая гладкую, натянутую кожу своего пуза. Гигантское тело Лили, всё ещё переполненное магически увеличенной смесью мёда и сливок, лежало неподвижно внутри желудка медведицы. Сама медведица лежала на спине посреди кухни, тяжело дыша, обхватив обеими руками свой колоссальный, тугой живот. Огромный шар медленно покачивался, уже почти не бугрясь от движений феи. Но желудок медведицы только начинал свою работу. Сначала пришло тепло. Тёплые, густые пищеварительные соки начали обильно выделяться, заливая тело Лили со всех сторон. Они были вязкими, слегка покалывающими и сладковатыми на вкус — подходяще для такой сахарной добычи. Лили слабо застонала, чувствуя, как жидкость покрывает её кожу, особенно огромный, блестящий шар живота. ГЛООООРРР… ШЛЮРРРП… Желудок начал ритмично сжиматься. Мощные, волнообразные сокращения обхватывали фею, массируя и перетирая её. Гигантский живот Лили, ставший её самой большой частью, сильно сдавливался. Кожа феи покраснела, стала ещё более чувствительной. Каждый сжимающий толчок заставлял содержимое внутри неё переливаться и булькать. Медведица тихо застонала от удовольствия, поглаживая свой огромный живот круговыми движениями. — Ммм… вот так… переваривайся, сладкая моя… Соки становились всё активнее. Они начали разъедать тонкую одежду феи, которая быстро растворилась. Обнажённая кожа Лили теперь напрямую контактировала с желудочными соками. Особенно сильно они воздействовали на её колоссальный живот — нежная, сильно натянутая кожа начала постепенно размягчаться. Гигантский шар медленно терял свою идеальную упругость, становясь чуть мягче, тяжелее и податливее. БУРРРРГЛ… ГЛУРК… КРРРЧ… Внутри раздавались громкие, влажные звуки. Желудок медведицы работал неустанно: он мял, перетирал и растворял. Лили чувствовала, как её тело начинает постепенно таять — сначала крылышки, потом кончики пальцев и длинные волосы. Её собственный огромный живот медленно уменьшался в объёме, перевариваясь в густую сладкую кашу. Фея слабо извивалась в последние минуты, но силы быстро покидали её. Медведица вдруг резко выгнулась. Её глаза закатились, а щёки надулись. — Ааааах… сейчас будет… Она широко открыла рот и выдала мощнейшую, громкую отрыжку БУУУУУУУУЭЭЭЭЭРРРРРРРРП!!! Из её пасти с громким влажным звуком вылетели два больших, полупрозрачных, золотистых крыла феи — полностью целые, но покрытые слюной и желудочными соками. Они красиво спланировали на пол кухни, слегка дрожа. Следом вырвался мощный сладкий аромат мёда, сливок и переварённой феи. Медведица тяжело откинулась назад, тяжело дыша и довольно улыбаясь. Её огромный живот заметно уменьшился и стал мягче, теперь спокойно переваривая остатки Лили. Она провела рукой по гладкой, всё ещё большой поверхности пуза и тихо мурлыкнула: — Вкуснейшая фея… до последней капельки. Желудок продолжал свою спокойную, ритмичную р аботу — гурррл… шлёрп… — медленно превращая всё, что осталось от жадной феи, в питательную энергию для медведицы.