«Желанный гость»

***

      — И когда это ты начала курить?       Ольга аккуратно направляла дым в сторону, выдыхая, хотя намеренно села так, чтобы ветер дул со стороны ее сестренки.       Младшей сестры, поправила себя она. Теперь Хельге было шестнадцать, и она переросла ее на пару дюймов. Это первое, что она заметила, когда прибыла в кафе, где они назначили первую за два года встречу.       — Курение убивает аппетит.       Она не упомянула, что приобрела эту привычку еще в колледже, когда стала посещать продвинутый балетный курс с танцовщицами, нацеленными на профессиональную карьеру. Танцевальные классы были частью ее театральной специальности, любимой из двух, о которой, впрочем, никто за пределами колледжа не знал. Ни тогда, ни сейчас.       В любом случае было ясно, что ей нужно оставаться худой, чтобы играть в кино, только если какая-то роль не потребует набора веса.       — Как и все прочее, — прямолинейно сказала Хельга. — Мириам и Боб, наверное, озверели бы, если бы увидели тебя.       Если бы увидели, но мамочка с папочкой с ней даже не разговаривали. Она бросила преподавание, потому что к нему у нее на самом деле никогда не лежало сердце, и выбрала карьеру актрисы. И, по их мнению, хуже выбора и быть не могло. Мужчины, которых она выбирала, тоже не дотягивали до их стандартов. С этими стандартами было что-то в корне не так. Когда она наконец это осознала, приняла как данность, то решила не отступать. Нынешняя жизнь была ей в самый раз. Наконец-то она была довольна собой, не выматывалась до смерти.       Внезапно она ощутила во рту привкус пепла и поспешила отложить недокуренную сигарету в пепельницу. Ее сердце разбивалось от осознания, что все должно быть именно так. Что ей приходится выбирать между родителями и собственным счастьем.       — После стольких лет ты все еще не зовешь их мамой и папой, Хельга?       — Неа.       Порой она завидовала Хельгиной независимости, тому, как та могла просто отмахнуться от родителей и их требований. Но, разумеется, она понимала, что у всего есть своя цена. Хельгу глубоко ранило пребывание в ее тени и склонность родителей попросту не замечать ее. С другой стороны, ей не пришлось столкнуться с необходимостью соответствовать их высоким стандартам. В шестнадцать у нее были такие свобода и независимость, которые появились у Ольги только сейчас и за почти пять тысяч миль от них. Вдали она наконец смогла принять себя.       — Они знают? — она заколебалась и отвела взгляд, понимая, что, возможно, не хочет слышать ответ.       — Что я планировала встретиться с тобой?       Она кивнула и вновь подняла глаза.       — Я хочу сказать, они наверняка знают, что ты поехала с классом во Францию.       — Мне показалось, что это не их дело, так что ничего не сказала. Им незачем знать обо всем, что происходит между нами.       — Да, точно, — однажды Ольга это уже говорила. — У нас могут быть свои секреты.       — Хочешь, чтобы я им сказала?       Она не была уверена, чего хочет.       — Только если ты сама хочешь.       Подошел их официант, и Ольга позволила Хельге сделать заказ, чтобы попрактиковаться во французском.       — Ну и как тебе поездка с классом? — сменив тему, спросила она, когда официант их покинул.       — Было неплохо, — пожала плечами Хельга. — Думаю, с меня хватит достопримечательностей. Класс пробыл тут десять дней, мы осмотрели все, что только можно. Но было весело. Спасибо, что одолжила денег, чтобы я могла перенести обратный рейс.       — Не вопрос. И не одолжила, а подарила.       Она так и не смогла понять, выбрала ли Хельга поддерживать с ней контакт, потому что действительно этого хотела, или же ей нравилось идти против родителей. Между ними была большая разница в возрасте, Хельга всегда была такой злючкой и часто срывала злость на ней. Они никогда не проводили много времени вместе, особенно после того, как она уехала в колледж, однако все могло перемениться за пару лет. Как бы там ни было, она была рада общаться с сестрой сейчас.       — Больше никаких достопримечательностей, обещаю. Эту неделю ты будешь жить как настоящая парижанка.       — Круто, — на лице Хельги мелькнула редкая улыбка.       Официант вернулся с их напитками и круассаном для сестры.       — Хочешь половину?       Ольга покачала головой, зажгла новую сигарету к кофе и откинулась на спинку стула.       — Я уже съела один на завтрак. Наслаждайся.       Какое-то время они сидели молча, попивая напитки и наблюдая за прохожими. Ольга специально выбрала кафе в пешеходной зоне.       — Так о чем твой новый фильм? — нарушила молчание Хельга.       — Его нынешнее рабочее название «Девушка на причале». Фильм начинается с того, что моя героиня стоит на упомянутом причале и размышляет, стоит ли ей утопиться в океане.       Хельга хмыкнула.       — Как жизнерадостно.       — Это лишь начало. Почти сразу сюжет меняет направление, когда появляется незнакомец и они завязывают разговор.       — И она бросается в омут вместе с ним?       — Случается это и многое другое. На деле лучше, чем звучит. Уж я надеюсь. Немного экзистенциально. Смысл фильма в человеческих отношениях и их смысле в жизни.       — Очень по-французски.       — Так и есть, — соглашается Ольга с легким смешком. — Сценарий на самом деле очень хорош.       — Сниматься в кино тебе нравится больше, чем играть в театре?       — Это совсем иначе. Я все еще люблю театр, но благодаря фильмам у меня бывают перерывы.       С несколькими второстепенными ролями в Голливуде, за которые она получила неплохие отзывы, теперь она была в шаге от того, чтобы стать ведущей актрисой французского кино. Жить и работать во Франции ей нравилось куда больше, чем в Голливуде.       — Актерство — это ремесло, и я сильно давила на себя, чтобы все делалось идеально.       Она хотела сбежать от своей склонности к совершенству длиною в жизнь. Иронично, что ее тянуло к стезе, еще более поощрявшей ее перфекционизм и склонность угождать. Может, однажды она все же научится выкраивать себе передышки.       — Вообще-то, я думаю, что они оба идиоты. Это твоя жизнь.       Возвращение к теме родителей застало Ольгу врасплох. Хельга по-прежнему смотрела не на неё, а на прохожих.       — К тому же твой нынешний образ жизни не такой уж и жалкий. Думаю, ты поступила правильно.       В ее груди проклюнулось тепло, и Ольга благодарно улыбнулась. Ей нравилось, что Хельга никогда не осторожничала со словами, и было большим облегчением иметь кого-то подобного в своей жизни. То, что это была ее младшая сестра, которой она, казалось, никогда не нравилась, отношения с которой всегда были шаткими ранее, стало приятной неожиданностью.       — Я очень рада, что ты нашла время навестить меня, Хельга.       Хельга пожала плечами и, слегка улыбнувшись, развернулась к ней.       — Хей, не каждый же день я бываю во Франции.