Welcome peace of mind.

Вечер был уже близко. Солнце потихоньку приближалось к горизонту, чтобы через несколько часов и вовсе скрыться. Габи стоял в боксах их команды, обсуждая и внося с инженерами последние правки на сегодня после тестового заезда. Он знатно вымотал Бортолето за сегодня. Хотелось скорее уйти в свой номер с прохладной кроватью от рабочего кондиционера, лечь на неё и наконец отдохнуть. Нико ушёл где-то полчаса назад, закончив с делами намного быстрее, чем младший пилот. Он всегда был таким. Всегда уходил быстрее иногда даже забывая попрощаться с Габи, как сегодня например. Лёгкий тёплый ветерок немного покачивал выбившиеся пряди у лица. Погода была довольно хорошей, тепло и довольно комфортно. Нету этой наседающей жары, от которой то и дело хочется лечь в бочку со льдом. Такую погоду не любил почти никто из паддока. Ну оно и оправдано. И вот наконец-то Габриэль прощается с инженерами, желая тем хорошего вечера. Те ответили ему тем же и разошлись каждый по своим делам в боксе. Парень был очень рад окончанию этого тяжёлого дня, желание поскорее убежать домой стало главной целью сейчас. По пути в раздевалку бразилец наконец-то выдыхает и расслабляет напряжённые плечи. День закончен. Теперь только дорога домой, ужин и долгожданный отдых. Переодевшись в свои привычные светлые джинсы и свободную белую футболку, Габи вышел с боксов. По привычке парень полной грудью вдохнул чистый, свежий летний воздух, без запаха горелой резины, нервов и бензина. «Свобода» — пронеслось в молодой голове с какой то детской радостью. Где-то в груди проскочило интересное желание, захотелось расслабиться по дороге домой, взять в магазине своё любимое шоколадное мороженое и насладиться прекрасным видом заката по дороге в отель, которая лежала через набережную. Идти было недалеко, так что план вполне реален и выполним. Ближайший супермаркет был совсем недалеко от гоночной трассы. Туда он и направится предварительно достав из карманов наушники-капельки и вставляя один из наушников в ухо. В голову сразу ударила знакомая и любимая мелодия. «Redbone»—самая любимая песня парня, которая почти постоянно крутилась в голове. Он напевал её, когда вечером лежал в кровати или готовил ужин глубоко вечером, когда уже все обычно спят. Включив её не сильно громко, скорее просто для фона парень наконец двинулся в путь. *** И вот он не заметил, как уже дошёл до стеклянных дверей магазина. Песня уже давно сменилась на другую, почти такую же любимую. Двери с тихим звуком разъехались перед ним, и он зашёл в прохладное помещение. Людей на удивление было не много, что странно в выходной день. Всего пару человек медленно ходили у полок высматривая нужные продукты. Пройдя несколько коридорчиков магазина, вдали показались долгожданные морозилки с мороженым. Улыбка на лице бразильца стала немного шире. Он вообще в принципе почти всегда улыбался, как будто это была его постоянная настройка, но только в некоторые моменты можно было понять, что он и вправду счастлив. И понять это можно было по карим глазам, которые при любом намёке на счастье бразильца зажигались, как фонари в тёмных улочках города поздно вечером. Глазки забегали по бледным упаковкам в маленьком беленьком снегу. И вот оно! Bingo! То самое запавшее в самое сердце Габриэля шоколадное мороженое с шоколадным сиропом сверху. Прекрасно. Габи взял упаковку и с весёлым удовлетворением на душе направился к кассе. Оплатив своё блаженство, он уже у выхода открыл его и выбросил упаковку. Идеально. *** Солнце уже подошло к горизонту, понемногу озаряя город вечерними оранжевыми лучами. Парень шёл спокойно и умиротворённо. День заканчивался просто прекрасно. Пока в кармане не завибрировал телефон, оповещая о новом сообщении. Интересно. Вроде на закорках памяти отпечаталось только то, что он не был нужен никому больше сегодня. Габи остановился у невысокого бетонного ограждения, опираясь на него бёдрами и достал телефон из заднего кармана джинс. На экране было написано черным по белому: «Нико». Бортолето застыл как олень перед фарами. С чего бы вдруг напарнику писать ему вечером, когда уже всё, что могло их связывать, закончилось? Они обычно не переписывались, а если и делали это то только по делу. Паренька обычно всегда так передёргивало от сообщений старшего. Их отношения были довольно хорошими, почти дружескими, они всегда шутили и были на самом деле довольно близки. Габи это безумно нравилось, как и сам Хюлькинберг. Парень осознал это совсем недавно. Его терзали собственные чувства иногда вечерами, но он быстро их блокировал, упираясь в «мы просто напарники и ничего больше». Но большего хотелось, безумно. Выйдя из ступора, он разблокировал телефон и тыкнул по сообщению, чтобы прочитать. И вновь застыл. «Хэй, Габи, зайди ко мне в номер вечером. Нужно поговорить и отдать тебе кое что». Внутри всё перевернулось каким-то невообразимым кульбитом. Сначала он просто несколько минут смотрел на сообщение. Без каких-либо мыслей или чего-то подобного. Просто втыкал в одну точку, пытаясь осознать суть сложенных в слова букв. Через несколько секунд куда-то между рёбер кольнуло холодным уколом страха неизвестности. Вдруг он хочет сказать что-то, что расстроит до глубины души и переломает позвоночник. А если Габи как то перешёл черту дружбы? Но бразилец все-таки взял себя в руки через несколько минут непрерывных мыслей и напечатал короткое, автоматическое «хорошо». Морской ветерок, теперь казавшийся прохладным окутал руки тело, от чего по рукам прошлись мурашки. Оставшуюся дорогу домой внутренний мир содрогался от нетерпения и навязчивых мыслей. А что будет? А что если? Эти вопросы прокручивались в голове снова и снова. Ходя по кругу хороводом. Больше всего в жизни Габи боялся неизвестности. И что ему делать? Идти или просто сказать, что занят? Или вообще ничего не говорить? Или сказать что забыл? Нет. Так нельзя. Лучше сразу сходить и узнать, чем растягивать и накручивать себя ещё больше. Решил парень в своей голове. *** В этой тревоге с участившимся пульсом он дошёл до отеля и уже стоял в кабинке лифта. Пальцы на автомате коснулись нужной кнопки этажа, и после закрытия дверей маленькая коробка пришла в движение. Музыка в наушнике давно затихла, оставляя после себя только тишину и мысли. План в голове был прост как швейцарские часы. Он формулировал его весь оставшийся путь после сообщения. Сейчас быстро заскочить в свой номер, привести себя в адекватный вид, не пойдёт же он растрёпанный к Нико. И только после создания из себя человека парень пойдёт прямо в лапы старшего. Так он и сделает прямо сейчас. Доехав до своего этажа, Габи вышел в коридор и спешным, нервным шагом направился к себе. Открыл дверь он немного торопливо, чуть не уронив ключи и сразу зашёл внутрь. Парень скинул с себя кроссовки, отключил наушники, кинув их на тумбочку в прихожей, и направился в свою спальню, где был его чемодан с одеждой. Но при входе он застыл. На заправленной им кровати лежал средних размеров плюшевый медвежонок. Чей он? Габи же явно помнил , если бы купил его. Подойдя ближе и аккуратно взяв игрушку в руки, он заметил маленький кусочек бумаги на ленточке повязанной на шее. Оторвав её и перевернув парень увидел только две заглавные буквы: «N.H.». Перепутать их значения он точно не мог. Нико. Вот чей это был подарок. Он снова взглянул на игрушку и в груди кольнуло странным, разлившимся как вино на белый ковёр теплом. Бразилец тепло улыбнулся и прижал нового друга к себе, а после вернул на кровать. Все таки нужно было дальше собираться. Выбор одежды был не особо большой, поэтому на кровать полетели чёрные спортивные штаны, белые носки и серое худи с капюшоном. Дальше было принято решение ополоснуться, чтобы смыть с себя остатки нервов и пота. Зайдя в ванную, Бортолето скинул с себя всю одежду, немного отдаляясь от предыдущей спешки, и включил воду на что-то среднее между горячо и холодно. Струи воды сразу обдали немного загорелое тело приятным ощущением. Медлить и два часа стоять под душем парень не собирался. Поэтому почти сразу открыл шампунь и немного вспенив в руках намылил голову, а после и всё тело. Маленькая дрожь в руках от предстоящих событий ещё не унялась. Поэтому Габи закрыл глаза и и поддался немного вперёд. Он потихоньку выровнял дыхание и понемногу начал смиряться с ситуацией. Он все равно не мог никуда деться. Мышцы под струями начали расслаблялись, пока вода смывала мыльный состав. Бортолето вспомнил немца. Тот ещё вначале дня уловил едва заметную нервозность в действиях старшего, которую тот пытался старательно скрыть. Но Габи не первый день с ним работал и из-за своей увлечённости уже замечал почти все малейшие перемены в его поведении. Периодически он читал его как строки в открытой книге, понимая все, но не смея вмешиваться. Это не его дело все таки, это личное самого Халка, а Габи – лишь его напарник. От этих мыслей стало немного грустно и обидно. Но Габриэль уже привык, поэтому просто продолжил ванные процедуры. *** Наконец выйдя из увлекающего душа и обернувшись в полотенце, парнишка направился обратно в спальню. Накинув чистые вещи на немного влажное тело взгляд мимолётно скользнул по кровати снова смотря на подарок. В голове все ещё проскакивали навязчивые мысли остаться в номере, не обращать внимания и просто притвориться, что ему не пришло никакого сообщения. Но так было нельзя. Габи направился к выходу. На полочке у двери стояли его любимые духи, которым неоднократно Нико делал комплименты после приветствующих коротких объятий. И решение пшыкнуться именно ими не заставило себя долго ждать. Акуратные пальцы взяли флакончик и одиним нажатием брызнули в область шеи, этого было достаточно, чтобы хорошо почувствовался тихий запах лайма и коры дерева. Всё, он был готов к выходу. Как будто школьник, которого первый раз на свидание позвали, а не на разговор в соседний номер. Дверь, отсекающая его от комфортной безопасности его номера закрылась оглушающе. Как молоточек у судьи после приговора. Деваться уже некуда, остаётся только идти. Номер Халка был через несколько других от него. Неспешными шагами Габи дотопал до него и уже хотел постучать, как почувствовал в горле ком. Ком неизвестности который почти перекрыл доступ к кислороду. Сердце затрепетало в ожидании смертных приговоров за этой дверью. Но парень быстро вернулся в реальность, все же постучав несколько раз кулаком по тёмной деревянной двери. И его не оставили в ожидании надолго, почти сразу ему открыл немец, как будто ждал его все это время у двери. На нём были домашние широкие серые штаны и такая же широкая серая футболка. От него веяло домашним уютом, который хотелось видеть каждое утро. — Привет, проходи. — как обычно дружелюбно сказал халк, немного отходя и пуская парня внутрь. Тот сначала немного в ступоре посмотрел на напарника, как будто прогружаясь потихоньку, но не заставил себя долго ждать и прошёл внутрь. В номере было довольно уютно и тихо. Почти комфортно, если бы не предстоящий разговор внутри. Который будто уже ждал за спиной. Габи неторопливо прошёл вглубь номера, там было довольно уютно. Глаза бегали по квартире пока он проходил все глубже и глубже. — Присаживайся. — сказал Нико, взглядом указывая на стул на кухне. Габриэль молча подошёл и присел, внимательно наблюдая за движениями старшего. — Расслабься. Всё хорошо, я не убивать тебя буду. — спокойным голосом сказал халк, и в этом тоне Габи уловил странную нотку... Заботы? Нет, выкинь дурость из головы. — Так о чем ты хотел поговорить? — быстро протараторил Бортолето, прерывая свои размышления о тоне и заботе, чтобы не строить фальшивых мечтаний и надежд. Сердце колотилось бешено где то в горле. — Слушай. Раз уж ты спросил, то я не буду тянуть. Габи — последнее слово было сказано с особым выделением. Сердце замерло, будто было готово отключиться прямо сейчас после любого следующего слова. Хюлькинберг повернулся, встал напротив него и опёрся на столешницу позади. — Я знаю, что это не сильно правильно. Но прошу, прими это.- тот замешкался отводя глаза в пол. Карие глаза забегали по бледному лицу напротив пытаясь угадать следующие слова. Но ни один из вариантов в итоге не подошёл.- Ты не безразличен мне Габи. На самом деле уже давно.- на выдохе договорил немец поднимая взгляд обратно на бразильца. Тот в свою очередь застыл. Куда нажимать, чтобы бразилец перестал смотреть на напарника так, будто только что тот открыл ему тактику получения кубка конструкторов? Не веря в слова, но при этом глубоко в душе хотелось, чтобы это была правда. И Бортолето понимал, что это она и есть. Халк не умел врать. Ещё несколько секунд Габи просто смотрел на него, но после камень все-таки последний камень падает с души вместе с комом в горле. — Хюль, если это и правда так.. То это — Он сделал паузу, сглотнув страх, который прилип к горлу и опустив глаза на свои руки, которые все это время лежали на коленях в замке, сжимаясь вместе так, будто вот вот кости внутри лопнут. — Взаимно? — все-таки выдавил из себя младший, карие камушки поднялись обратно смотря прямо в голубые. Тёплая улыбка расцвела на лице Халка, теперь уж на сто процентов полная заботы и любви. Наконец-то. — Я безумно рад, Габи. Извини, что, видимо, заставил тебя понервничать, просто не мог по-другому. Мужчина подошёл и потрепал бразильца за ещё слегка влажные волосы. — Сделать тебе чай с мятой? — Да, я бы не отказался... — Все ещё немного потерянно ответил младший. — Хорошо, ты пока можешь отдохнуть на диване в гостиной. И кстати...- Хюлькинберг пустил одну руку в карман своих штанов и достал оттуда ключ.- Держи, это запасной от твоего номера.- сказал он и весело подмигнул. Габи сразу понял для чего он нужен был ему. Поэтому с весёлой улыбкой принял его и убрал уже к себе в карман. Габриэль послушно встал и, проводив немца тёплым взглядом и радостной улыбкой прошёл в гостиную. Приземлившись на безумно удобный диван, бразилец чуть не запищал от радости. Наконец-то он узнал, что чувства, которые его терзали оказывается, были взаимны. Он с облегчением выдохнул, чувствуя, насколько этот момент правильный. *** Долгожданный зелёный чай с ромашкой и мятой уже был в руках и направлялся к тому, кому он был предназначен. Но войдя в гостиную, открылась довольно милая картина. Видимо, от переизбытка эмоций и усталости мозг Габи решил, что с него хватит и пора бы уже поспать. Теплая улыбка расцвела на лице. Немец до сих пор был безумно рад взаимности, хоть и не показывал этого, а ещё и то, что его любимый уснул прямо у него, радовало намного больше. Будить, конечно, его никто не стал. Нико тихонько поставил кружку на журнальный столик и сходил в спальню за одеялом. Он аккуратно укрыл спящего бразильца. Диван был достаточно большим, чтобы Халк мог прилечь с ним рядом и уснутт уже вместе с ним. Так он и сделал , аккуратно, чтобы не разбудить младшего. Он приобнял Габи за плечи одной рукой и прижал к себе, утыкаясь носом в его макушку. Младший немного поёрзал и устроился поудобнее, тихо сопя во сне. Тихий, приятный запах свежести казалось проел мозг Нико, опьяняя и успокаивая. Глаза сами по себе закрылись и их дыхание смешалось в один единый ритм, спокойный и тихий. На утро Габриэля ждёт новая чашечка свежезаваренного чая, а Нико милое доброе утро, и бесконечные объятия, ведь завтра у обоих был выходной. И конечно, они проведут его исключительно вдвоём.