Зверь не умрёт даже после прыжка с крыши

На следующее утро в детективном агентстве я, разумеется, не собирался скрывать ото всех - и в особенности от Ацуши - тот факт, что его наставник (каким бы негодяем тот не был) жив и здоров. Но мне не давал покоя тот взгляд. Он был неподходящим. Словно украден, приставлен. Слишком уж он не подходил к тому образу главы Мафии, который я видел. И где-то я видел такой же взгляд, но у другого, причём совсем недавно. Но где? Тем временем, Ацуши и Акутагава, встретившись на входе в агентство чуть не подрались. Еле их разнял. Взгляд не выходил из головы. Даже зная, что это скорее всего очередная манипуляция кукловода - вернее именно из-за этого - я не мог об этом не думать. И потом фраза "не хочу умирать" звучала так, будто до этого он пытался и его удерживали от этих попыток насильно - хотя, нет, это явный бред. Кто в здравом уме будет так поступать? А в чистоте ума босса Портовой Мафии сомнений точно не возникало. - Ода-сан, - позвал меня вдруг голос Акутагавы - и я заметил, что все уже собрались за столом. Тем самым, за которым вчера пили чай. - Акутагава-кун, - попросил директор Фукудзава, - повтори, пожалуйста, всё что вы сейчас мне рассказали. - Я с ним ВМЕСТЕ не рассказывал! - Я за ЕГО слова не ручаюсь! Синхронно выпалили оба, но поймав взгляд директора, вздохнули и стали рассказывать для всех. Оказывается, в город скоро прибудет организация эсперов под названием Гильдия. Они будут желать завладеть некой Книгой и способностью Ацуши. А дальше начиналась и вовсе какая-то фантастика про параллельные реальности и защиту города и нашего мира. Что-то подобное говорил уже мне однажды один человек в баре - я был уверен, что это лишь ловкий трюк, чтобы втереться в доверие. Но история, которую рассказывали наши младшие сотрудники, совпадала слишком сильно и была слишком подробна и нелогична, чтобы быть вымыслом. - Я правильно понимаю, что вся эта информация была передана вам человеком по имени Дазай? - спросил я, когда рассказ закончился. Оба кивнули - с разным выражением лица, разумеется. А потом посмотрели друг на друга, злясь за этот синхронный кивок. Я вздохнул. - Это звучит очень убедительно. Но насколько мы можем этому верить? - спросил я. Ацуши вскинулся, но Акутагава посмотрел на него злобно - и тот затих. Эти двое уже общались без слов. Прогресс. - Не важно, можем ли мы верить этому или нет. - сказал вдруг директор, все замолкли, - Если есть информация об угрозе - мы обязаны к ней подготовиться. Ведь мы - Детективное Агентство - те, кто защищает этот город. "Да", "точно", "так и есть", "он прав" - зашептались, заговорили все. - За работу, - сказал Фукудзава, и все разошлись. Остались только мы с Ацуши. Он смотрел на меня какое-то время, будто ожидая, не уйду ли и я - я остался. Я хотел уже сказать ему тот шокирующий факт, который узнал вчера - о заслуживал узнать первым. Я совсем забыл сообщить о нём сразу же, задумавшись об этом надоедливом взгляде. Но подросток начал говорить первым. - Ода-сан, я знаю Дазай-сана... то есть босса... то есть босса Мафии... то есть бывшего босса Мафии уже много лет. Тогда. То, что он говорил нам на крыше, было правдой. Он говорил об этом своём плане ещё до того как всё началось но только намёками. И... - Я верю тебе, - сказал я. Я не договорил, что верю лишь в то, что он сам считает свои слова правдой - а не в то что они таковой являются. Дазай использовал этого мальчика и вполне мог обмануть его также как и меня - но зачем? Что такого босс Портовой Мафии не мог получить без этого хитроумного плана? - Он очень странно объяснил, зачем он это всё задумал, - словно прочитал мои мысли Ацуши, - мне не пришло в голову об этом спрашивать, Дазай-сан, он всегда всё делал правильно, чтобы было всем хорошо. А Акутагава спросил. - И что он ответил? - спросил я и тут же пожалел о своём вопросе. Слишком открыто я проявил свой неестественный интерес. Но Ацуши этого, кажется, не заметил. Для него интерес всякой твари разумной к его наставнику был делом естественным и разумеющимся. - Слова, которые я запомнил, но сколько бы не вдумывался, не могу понять. - мальчик закрыл глаза и словно прочитал по памяти, - "Это единственный мир, где он жив и пишет свой роман. Я просто не могу дать этому миру исчезнуть." И тут я понял, что это был за взгляд у босса Портовой Мафии, когда я стоял под прицелом пистолетов в окружении врагов. Видел я его днём ранее, у Ацуши. Это был взгляд подростка, теряющего единственного родного человека. - Я так и не понял, о ком это, - добавил Ацуши усмехнувшись, но меня в комнате уже не было. Я бежал, а у меня в голове складывались факты: Человек в баре, который первым делом начал говорить про какую-то ерунду, а потом спросил про мои литературные успехи, сказав будто это самое главное. Грусть - да, это была грусть - в его глазах, когда он переспросил про другой мир. "Единственный мир где он жив и пишет". "Жив" - значит, где-то было по-другому? Растерянный - да, это была растерянность - взгляд босса Портовой Мафии при взгляде на пистолет. Ну разве может подобного человека настолько выбить из колеи просто вид наставленного на него оружия? И это выражение лица, когда он уходи из бара, а полчаса спустя прыгнул с небоскрёба. А потом, судя по поведению членов Мафии - а такие люди не стали бы устраивать спектакль только чтобы разыграть какого-то детектива - попытки свести счёты с жизнью на протяжении... скольки дней? А потом вдруг неожиданный отказ от этого желания. ___ Сообщается, что ранее была допущена неточность: Данных событий никогда не происходило и не могло происходить. Данных событий никогда не происходило и не могло происходить в этой реальности, поэтому для этого мира они являлись лишь ложным воспоминанием исполняющего обязанности руководителя преступной группировки "Портовая Мафия" Дазая Осаму. ___ В баре "Люпин" как всегда играл блюз. Осаму сидел за стойкой. Рядом с бокалом лежали какие-то таблетки. Одну за другой он медленно опускал их в бокал и они с шипением растворялись в алкоголе. Это было красиво. Ему хотелось полюбоваться на что-нибудь красивое. Напоследок.