Часть 1
21 июня 2026 г., 01:57
Будильник на телефоне Лань Ванцзи беззвучно завибрировал ровно в 19:45. На экране высветилось лаконичное напоминание: «Второе кормление».
Ванцзи спокойно отставил сковороду, уменьшив огонь под ужином, и повернул голову к дверному проему. Ловить Вэй Ина по квартире не пришлось — тот, учуяв тепло и движение, уже материализовался в дверях. Настоящий ночной кошмар, древнее порождение тьмы, способное обращаться в прах... сейчас стоял в безразмерной футболке Лань Чжаня и сонно щурился от кухонного света.
— Лань Чжа-а-ань, — жалобно протянул Вэй Ин, шагая вперед и мгновенно, словно лиана, обвивая его со спины. — Ну зачем будильник? Я же говорил, у меня идеальные внутренние часы. Я чувствую твой пульс из спальни, даже когда ты здесь, на кухне.
— Ты проспал дневной прием пищи, — ровным, не терпящим возражений тоном отозвался Ванцзи, даже не пытаясь отстраниться. Наоборот, он чуть наклонил голову к правому плечу, полностью открывая бледную шею. — Пей. Иначе у тебя снова будут круги под глазами.
— Ты невыносим, — пробормотал Вэй Ин, но его глаза уже вспыхнули голодным алым блеском.
Он прижался ближе, вдыхая сводящий с ума аромат. Кровь Лань Чжаня, подпитанная строгой диетой, витаминами и абсолютным, леденящим спокойствием, на вкус была как самый дорогой элитный алкоголь. Вэй Ин осторожно коснулся губами бьющейся жилки, предупреждающе лизнул кожу и наконец мягко толкнул клыками податливую плоть.
Лань Ванцзи лишь едва заметно вздохнул, крепче перехватив ручку сковороды. До отбоя оставалось чуть больше часа, ужин почти подошел, а его личный домашний вампир наконец-то перестал капризничать и занялся делом.
Они познакомились два года назад. Тогда Лань Чжань возвращался домой с вечерних пар и заметил в глухом переулке лежащего без сознания человека. Недолго думая, он подошел ближе и осторожно коснулся чужого плеча, проверяя, жив ли незнакомец.
К его удивлению, юноша резко поднялся, сверкнув в темноте неестественно красными глазами. Ванцзи инстинктивно отступил на шаг, но больше двинуться не посмел. Парень, явно нуждавшийся в помощи, лишь слабо склонил голову набок и хрипло бросил:
— Уходи. Я в полном порядке.
Но Лань Чжань был слишком наблюдателен. Он видел, как тяжело дышит этот ночной житель, насколько он бледнее обычного и как стремительно покидают его силы. Когда юноша покачнулся, Ванцзи тут же подскочил и подхватил его за талию, не дав упасть.
Вампир в ответ судорожно схватился за его предплечья и повел кончиком носа по чужой шее, жадно втягивая воздух. Вздрогнув — скорее от неожиданности, чем от страха, — Лань Чжань тихо, но твердо прошептал:
— Пей, если нужно.
Он, как и все в мире, прекрасно знал о существовании иных существ. Вампиры официально вышли из тени приблизительно пять лет назад и теперь были вынуждены питаться исключительно синтетической кровью. Однако для них она оставалась безвкусной суррогатной ботвой. Многие кровопийцы не сдерживались и возвращались к охоте на животных, а некоторых находили на улицах в состоянии крайнего истощения. Поговаривали, что в городах даже появились подпольные охотники, которые специально скармливали вампирам отравленную кровь, чтобы те мучительно погибали в подворотнях. Судя по всему, этот парень стал одной из их жертв.
Вампир не заставил себя долго ждать. Он жадно прильнул к коже, мазнул по ней горячим языком и резко, глубоко вонзил клыки.
Ванцзи глухо вскрикнул от неожиданной вспышки боли, но тут же прикусил губу, боясь привлечь лишнее внимание к темному переулку. Незнакомец пил так, словно не видел еды целую вечность, — судорожно, крупными глотками. С каждым его вдохом силы стремительно покидали Лань Чжаня, а перед глазами поплыли тяжелые черные круги.
«Зря я так легко доверился чудовищу», — промелькнула запоздалая, отрешенная мысль. Кажется, этот грязный асфальт станет его могилой, и завтра Сичэню придется опознавать тело младшего брата.
Пальцы разжались. Пакет с продуктами с глухим шуршанием упал на землю, и Лань Чжань полностью обмяк, повиснув на своем мучителе.
Ощутив, что парень потерял сознание, вампир резко отпрянул, пачкая губы в чужой крови.
— Эй... ты меня слышишь? — в его голосе больше не было хищной уверенности, только нарастающая паника. Он легонько похлопал Ванцзи по бледной щеке, но ответа не получил. — Пожалуйста, очнись. Я не хотел... не хотел тебя убивать!
Вампир не на шутку испугался. Не придумав ничего лучше, он осторожно опустил обмякшее тело на землю и принялся лихорадочно шарить по чужим карманам в поисках телефона или документов. Наконец пальцы наткнулись на бумажник. Внутри обнаружилось удостоверение личности на имя Лань Ванцзи и студенческий билет, на обратной стороне которого аккуратным, каллиграфическим почерком был записан домашний адрес.
Это была невероятная, почти спасительная удача — нужный дом находился буквально в паре кварталов отсюда. Кое-как взвалив бессознательного парня себе на плечо и подобрав несчастный пакет с едой, вампир поспешил скрыться в ночной темноте, направляясь к чужой квартире.
Возле нужной двери вампир притормозил. Осторожно опустив пакет на пол и придерживая Лань Чжаня, он снова принялся лазить по чужим карманам в поисках ключей. Нащупав их довольно быстро, юноша затащил свою невольную жертву внутрь, подобрал продукты и запер за собой дверь.
В квартире царили тишина и темнота. Вэй Ин, прекрасно видевший впотьмах, предпочёл бы не включать свет, но рука словно сама потянулась к выключателю. Вспыхнувшие лампы едва не ослепили его. Квартира оказалась двухкомнатной, безупречно чистой и до ужаса светлой. Вампиру вдруг стало жутко неудобно: он явно не вписывался в этот идеальный интерьер — перепачканный в чужой крови, со взъерошенными волосами и в своей неизменно чёрной одежде.
Мысленно попросив прощения у хозяина дома, он осторожно прошёл вглубь гостиной и уложил Лань Чжаня на белоснежный диван. После этого Вэй Ин поспешил на кухню. Оставив пакет с едой на столе, он принялся лихорадочно обыскивать шкафы. В третьем по счёту ящичке наконец обнаружилась заветная аптечка. Достав её, вампир отыскал антисептик, вату и стерильный бинт.
К счастью, всё необходимое было под рукой. Вэй Ин мгновенно вернулся к дивану. Его пальцы слегка подрагивали, когда он смачивал ватный диск раствором и прижимал к ране на шее. Глядя на бледное, мирно спящее лицо Лань Чжаня, он тихо, едва слышно прошептал:
— Пожалуйста, только не умирай...
Убедившись, что кровь больше не течёт, вампир принялся аккуратно бинтовать шею. Он бережно приподнимал голову Лань Чжаня, делая ровные мотки, а затем так же нежно опустил её обратно на диванную подушку.
Справившись с перевязкой, Вэй Ин обессиленно выдохнул. Поддавшись порыву, он опустился ниже, приник ухом к чужой груди и закрыл глаза. Изнутри донёсся стук сердца — довольно слабый и редкий, но этот мерный звук подарил вампиру колоссальное облегчение. Его случайный спаситель был жив.
Немного успокоившись, Вэй Ин отнёс аптечку обратно в шкаф, тщательно умылся, смывая следы чужой крови, и достал телефон. Готовить он не умел, но деньги проблемой не были, а адрес Лань Чжаня был на студенческом. Найдя службу доставки, вампир принялся заказывать продукты и блюда, которые помогли бы бедняге поскорее восстановить потерю крови: от гранатового сока до питательных бульонов. Оставалось только ждать.
Лань Чжань пришёл в себя примерно через час. Потолок перед глазами плыл и кружился, всё тело ломило от глухой слабости, горло неприятно стягивало, а во рту пересохло. Он не сразу понял, где находится. Последнее, что отложилось в памяти, — тёмный сырой переулок и гипнотизирующие, ярко-алые глаза вампира.
От этого воспоминания Ванцзи резко вскочил на диване и тут же сильно пожалел: голова пошла кругом, а перед глазами расплылись тяжёлые чёрные пятна. Сбоку послышались торопливые шаги, а мгновением позже кто-то обеспокоенно опустился рядом с ним.
— Брат... — прохрипел Ванцзи, прижимая ладонь к лицу, пытаясь унять дурноту. — Где я? Что с тем вампиром?..
— Эй, я не твой брат. А с тем вампиром всё в полном порядке, — отозвался незнакомый голос. Теперь он звучал звонко, чисто и даже как-то задорно. — Ты сам-то как? Полегче?
— Голова кружится. И пить хочется, — выдохнул Лань Чжань и всё же заставил себя отнять руку от лица, чтобы наконец рассмотреть того, кого спас.
У его ночного мучителя оказались длинные чёрные волосы, небрежно перевязанные красной лентой, очень бледная кожа и... серые глаза. Видимо, когда жажда отступала, они снова становились похожими на человеческие. Парень был высоким и стройным, а свободная тёмная одежда выгодно подчёркивала его фигуру. Юноша поднялся со своего места и протянул Лань Чжаню хрустальный бокал, до краёв наполненный тёмно-красной жидкостью.
Ванцзи нахмурился, но напиток не взял.
— Где ты взял этот бокал? — строго спросил он.
— Да в шкафу на полке нашёл. А что такого?
— Я использую этот хрусталь только на Новый год.
— Прикольно, — фыркнул вампир, ничуть не смутившись, и снова настойчиво пододвинул бокал к его губам. — Давай, пей. Какая разница, из какой посуды пить, если тебе плохо?
— Что это? — Лань Чжань недоверчиво сощурился, глядя на багровый напиток. — Кровь?
Этот вопрос вызвал у вампира искренний, заливистый смех.
— Ага, самая настоящая кровь... только граната! Она поможет тебе быстрее прийти в себя, так что пей и не бойся. И не переживай: от одного укуса ты вампиром не станешь. Там совсем другой и куда более сложный процесс.
Лань Чжань нехотя принял бокал. Сделав несколько глотков прохладного, терпкого сока, он почувствовал, как в горле наконец исчез этот удушливый сухой ком, а к лицу начал медленно возвращаться приток тепла.
Вэй Ин тем временем не сводил с него внимательного взгляда. В его серых глазах всё ещё читался скрытый страх — он до конца не верил, что всё обошлось.
— Ну вот, видишь, щёчки уже розовеют, — парень попытался улыбнуться, задорно закинув руки за голову, но тут же осёкся, заметив, как Лань Чжань аккуратно ставит новогодний хрусталь на журнальный столик. Поставил так ровно, словно вымерял расстояние до края по линейке. — Слушай, а ты всегда такой... правильный? На тебе лица не было, а ты о бокалах думаешь.
— Порядок в вещах — порядок в мыслях, — ровно отозвался Ванцзи, хотя внутри всё ещё немного подрагивало от пережитого шока. Он перевёл взгляд на свою шею, коснувшись пальцами плотной повязки. Бинт был наложен туго, но на удивление профессионально. — Ты обработал рану?
— А, это... — Вэй Ин неловко почесал затылок, и на его бледных щеках проступил едва заметный румянец. — Ну да. Я же не совсем монстр. У тебя отличная аптечка, всё на своих местах, так что сориентироваться было несложно. Прости, что перепугал. Я... правда не контролировал себя. Нам, ну, городским вампирам, сейчас тяжело. Эта синтетическая дрянь из аптек ни черта не насыщает, а тут в подворотне меня караулили... В общем, спасибо, что не бросил. Кстати, меня Вэй Ин зовут. А тебя я по студенческому узнал — Лань Ванцзи, верно?
— Мгм. Лань Чжань.
— Лань Чжань, значит, — примерил имя на губах Вэй Ин и улыбнулся, на этот раз теплее. — Красивое имя. Слушай, Лань Чжань, раз уж мы познакомились, и раз уж я тебя чуть не угробил... Тебе нужно нормально поесть. Кроветворение, все дела. Я там это... заказал кое-что.
Вэй Ин подскочил с дивана и умчался на кухню, шурша пакетами. Ванцзи медленно поднялся, всё ещё придерживаясь за подлокотник, чтобы переждать лёгкий приступ дурноты, и пошёл за ним.
Картина, открывшаяся ему на кухне, заставила брови Ланя дрогнуть.
На его идеально чистом обеденном столе, где обычно царил строгий минимализм, сейчас громоздилась целая гора пластиковых контейнеров, крафтовых пакетов и баночек. Вэй Ин лихорадочно открывал их один за другим, умудряясь одновременно ронять крышки и пачкать пальцы в соусе.
— Так, это у нас что? Куриный бульон, горячий, как раз для сил! — бормотал вампир, пытаясь пристроить пластиковую супницу поближе к стулу. — А это... кажется, говяжья печень под каким-то диким острым соусом, пахнет обалденно! Ой, пролилось... Лань Чжань, где у тебя салфетки?
Ванцзи молча сделал шаг вперёд, достал из настенного держателя тканевое полотенце и аккуратно перехватил у Вэй Ина ложку, которую тот пытался засунуть в бульон вверх тормашками.
— Сядь, — тихо, но строго выговорил Лань Чжань.
— Да я же помочь хочу! — замигал серыми глазами Вэй Ин, но послушно опустился на стул, поджав под себя одну ногу. — Ты сидеть должен и слабеть, а не командовать.
— Я не слабею.
Лань Чжань спокойно, без суеты отодвинул в сторону контейнер с печенью, от одного вида которой у него, как у убеждённого вегетарианца, внутри всё перевернулось. Острый соус тоже отправился на край стола. Оставив перед собой только лёгкий бульон и взяв правильную, чистую ложку из ящика, Ванцзи сел напротив вампира.
Вэй Ин подпёр подбородок кулаками и уставился на него, не мигая. Наблюдать за тем, как этот безупречный, статный парень с забинтованной шеей аккуратно, бесшумно ест из пластиковой коробочки, было странно, но почему-то ужасно завораживающе.
— Лань Чжань, — позвал Вэй Ин через пару минут тишины. — А тебе правда было страшно? Ну, там, в переулке. Ты ведь сразу понял, кто я.
Лань на мгновение опустил ложку. Он вспомнил леденящий ужас, когда его силы иссякли, и мысль о брате, которая оборвалась в темноте. Но глядя сейчас на этого непутёвого, взъерошенного парня, Ванцзи почему-то не чувствовал угрозы.
— Сначала — да, — честно ответил Лань Чжань, глядя прямо в серые глаза напротив. — Но ты не оставил меня там. Ты принёс продукты. И обработал рану.
Вэй Ин от такого прямого ответа на секунду потерялся. Он привык, что люди смотрят на его вид либо с брезгливостью, либо с непреодолимым страхом. А этот парень... этот парень был совершенно другим.
Ванцзи ничего не ответил, лишь слегка наклонил голову, продолжая ужин, но в глубине души согласился: этот вечер изменил всё.
— А где ты живёшь? — поинтересовался Лань Чжань, отставляя пустую посуду.
— У меня нет конкретного места жительства, — беспечно пожал плечами Вэй Ин, хотя в глазах промелькнула тень застарелой тоски. — Днём я обычно прячусь где-нибудь в заброшенных зданиях или глухой тени, а по ночам гуляю по городу.
— Почему так вышло?
— Я сирота, сколько себя помню — столько и скитаюсь по жизни, — честно ответил вампир.
— Но это же опасно, — нахмурился Ванцзи. — С учётом того, что по улицам бродят охотники, ты не можешь гарантировать себе безопасность при свете дня.
— Я знаю, Лань Чжань. Я бы мог снять жильё, но арендодатели вышвырнут меня в первый же день, едва поймут, какой я любитель устроить бардак. Да и с документами у меня... не всё гладко.
— Останься со мной, — резко, не терпящим возражений тоном произнёс Ванцзи.
Вэй Ин от такой прямоты едва не подавился соком и уставился на парня круглыми от изумления глазами.
— Ты будешь присматривать за мной, пока я окончательно не восстановлюсь, — спокойно продолжил Лань Чжань, словно озвучивал самый обычный деловой контракт. — А я обеспечу тебе безопасность, крышу над головой и... питание.
Взвесив все за и против, вампир понял, что от такого предложения не отказываются. Так, в один вечер, он согласился делить быт с невероятным человеком, который добровольно вызвался стать его личным донором.
Первая неделя их вынужденного сожительства превратилась в молчаливую, но отчаянную битву двух абсолютно разных миров.
Вэй Ин, вопреки первоначальным страхам Лань Чжаня, не пытался вести себя как опасный ночной хищник. Вместо этого он вел себя как гиперактивный, хаотичный подросток. Он мог спать до трех часов дня, завернувшись в одеяло на диване, словно в кокон, а ночью, когда у него наступал пик активности, начинал тихонько бродить по квартире, шурша какими-то бумажками, или часами листал ленту в телефоне.
Лань Чжань, чья жизнь всегда подчинялась строгому расписанию — подъем ровно в пять утра, учеба, чтение, отбой в девять вечера, — поначалу чувствовал себя так, словно в его стерильный, выверенный механизм попала песчинка. Крайне шумная и непредсказуемая песчинка.
— Лань Чжа-а-ань! — Вэй Ин свесился с дивана головой вниз, когда Ванцзи с самого утра читал книгу в кресле. — Мне скучно. Твой интернет работает слишком быстро, я уже посмотрел все мемы на свете. Давай во что-нибудь поиграем? Или расскажи мне что-нибудь. Почему у тебя дома нет ни одной пачки чипсов? Ты святым духом питаешься?
— Чипсы вредны для здоровья, — не отрывая взгляда от страницы, ровно отозвался Ванцзи.
— Но они вкусные! Ладно, тебе вредны, а мне? Мне можно вредное, я и так технически мертв! — Вэй Ин перевернулся на спину и драматично вздохнул. — Ладно, раз уж я вызвался за тобой присматривать, пока ты не окрепнешь... Мы идем в магазин. Тебе нужны овощи, а мне — ментальное здоровье.
Сборы в супермаркет превратились в отдельное испытание. Лань Чжань долго и молча созерцал Вэй Ина, который пытался выйти на улицу в его собственной белой толстовке (которая на нем откровенно висела) и в черной бейсболке, натянутой до самого носа, чтобы защитить глаза от заходящего солнца.
В самом магазине их дуэт привлекал немало взглядов. Лань Чжань шел с тележкой с идеально прямой спиной, выбирая только свежие овощи, зелень и тофу, тщательно изучая состав на каждой упаковке. Вэй Ин же беспрестанно крутился рядом, то и дело совершая партизанские набеги на соседние стеллажи.
— Лань Чжань, смотри, какие мармеладные червяки! Берем? — Вэй Ин с надеждой заглянул ему в лицо.
Ванцзи бросил короткий взгляд на упаковку, состоящую из сплошных красителей, и молча переложил её на соседнюю полку.
— Ну Лань Чжань! Ты жестокий человек. Сердца у тебя нет, — притворно заныл вампир, но уже через секунду отвлекся. — О, смотри, гранаты! Большие, спелые. Давай возьмем много? Я читал, что они дико полезны для гемоглобина. Будешь пить сок, и твоя кровь... — Вэй Ин вдруг запнулся, понизил голос до шепота и подошел ближе, почти касаясь плеча Ванцзи. — Твоя кровь и так была невероятно вкусной. А станет еще лучше.
Ванцзи почувствовал, как к кончикам ушей мгновенно прилил жар. Он ничего не ответил, но в тележку один за другим отправились сразу пять крупных, увесистых гранатов. Вэй Ин, заметив это, довольно заулыбался, сверкнув кончиками клыков.
Притирка происходила в мелочах. Лань Чжань ловил себя на том, что его больше не раздражает чужая кружка, оставленная на кофейном столике, — кружка, к слову, теперь всегда была чисто вымыта, потому что Вэй Ин, несмотря на всю свою хаотичность, искренне старался быть полезным и не злить своего спасителя. Вампир научился бесшумно ходить на цыпочках по ночам, чтобы не будить Лань Чжаня, а тот, в свою очередь, стал оставлять шторы в гостиной плотно задернутыми, чтобы дневной свет не резал Вэй Ину глаза, когда тот просыпался.
Они еще не были парой, но в том, как Усянь без спроса таскал домашнюю одежду Ванцзи, и в том, как сам Лань по вечерам послушно оголял шею для «кормления», уже было столько интимности, сколько не у каждого бывало за годы отношений. Это было странное, хрупкое, но удивительно комфортное равновесие.
Через три недели общего проживания, Ванцзи и Усянь чувствовали так, будто жили всю свою жизнь вместе. Чужие вещи, поначалу казавшиеся чужеродными в стерильном порядке квартиры, теперь воспринимались как нечто само собой разумеющееся. Ванцзи больше не раздражали оставленные на столе чашки или вечно путающаяся под ногами пара черных кроссовок в прихожей. Напротив, возвращаясь домой, он ловил себя на странном, непривычном чувстве умиротворения, едва замечая задернутые плотные шторы, оберегающие чужой сон. Безупречно выверенная, одинокая жизнь Лань Чжаня незаметно, но прочно переплелась с хаотичным миром Вэй Ина. Именно тогда, наблюдая, как вампир увлеченно рассматривает что-то в телефоне, Ванцзи окончательно понял: прятать Вэй Ина в четырех стенах и дальше — значит малодушно бежать от реальности. Сичэнь должен был узнать правду.
— Добрый день, — вежливо произнёс Лань Чжань, закрывая за собой входную дверь.
Сняв обувь, он прошёл в гостиную. Вэй Ин тут же подскочил с дивана и направился к нему навстречу, так и лучась энергией.
— Привет, моя сладость! — Усянь широко улыбнулся. — Как дела в университете? Что нового рассказали?
— Всё как обычно, Вэй Ин, — спокойно ответил Ванцзи, унося пакеты на кухню.
Достав оттуда упаковку томатного сока, он протянул её вампиру, и тот сразу же с аппетитом прильнул к трубочке.
— Скучно ты живёшь, конфетка.
В последнее время Вэй Ин повадился называть Лань Чжаня исключительно «вкусными» прозвищами. Поначалу это немного раздражало педантичного Ванцзи, но со временем он смирился и просто перестал обращать внимание на эти невинные поддразнивания.
— Вэй Ин, я хочу познакомить тебя со своим братом, — без лишних предисловий, прямо заявил Лань Чжань.
Усянь предсказуемо подавился. Ярко-красная жидкость брызнула из трубочки, аккуратными каплями проливаясь прямо на безупречно белый свитер Ванцзи.
— Ой! Лань Чжань, прости-прости, я всё постираю! Честное слово, извини пожалуйста! — вампир заметался, пытаясь оттереть пятна ладонью, но мгновенно переключился на главное. — Стоп. Ты хочешь познакомить меня со своим братом?! А почему? А в качестве кого ты меня ему представишь? А когда это будет?
— Слишком много вопросов, — тихо выдохнул Лань Чжань, аккуратно перехватывая его ладонь, чтобы тот окончательно не втер сок в ткань. — Я познакомлю вас в эту субботу. Представлю как своего близкого друга. Сичэнь должен знать, с кем я живу.
Вэй Ин замер, так и не опустив испачканную в соке ладонь. Его серые глаза удивлённо распахнулись, а вечная лукавая улыбка впервые за долгое время полностью исчезла с лица. Он привык быть обузой, секретом, тайным грехом, который прячут в переулках или держат за закрытыми дверями. Но Лань Чжань говорил о встрече со старшим братом так спокойно и уверенно, словно в том, чтобы делить квартиру с вампиром, не было ничего предосудительного.
— Близкого друга, значит? — тихо, почти ворчливо переспросил Вэй Ин, переводя взгляд с Лань Чжаня на пострадавший белый свитер. Внутри у него странно и непривычно потеплело, но оставаться серьёзным слишком долго он просто не умел. — Ну ладно, Лань Чжань! Раз так, я согласен. Только учти, твоему брату придётся очень постараться, чтобы мне понравиться!
Он задорно подмигнул Ванцзи и, ловко увернувшись от его руки, схватил испорченную упаковку сока, поспешно отступая к ванной комнате.
— Пойду застираю твой безупречный свитер, конфетка! А ты пока морально готовь брата к тому, что его идеальный младший отыскал себе самого потрясающего сожителя в этом городе!
Ванцзи просто кивнул, а после достал телефон и написал брату, что будет ждать его в субботу ровно к шести часам вечера. Сичэнь ответил почти мгновенно, добавив к сообщению дружелюбный смайлик, и пообещал прийти без опозданий.
В субботу, за несколько часов до назначенного времени, Лань Чжань и его новоиспечённый сожитель привели квартиру в идеальный порядок и накрыли праздничный стол. Большая часть блюд, разумеется, была вегетарианской, но в центре красовались пара мясных закусок слабой прожарки и глубокая пиала с сочной, сочащейся кровью пищей — исключительно для Вэй Ина.
Ванцзи также заранее похлопотал над образом Усяня. Накануне, в пятницу вечером, он целенаправленно утащил вампира в торговый центр, где лично выбрал для него строгие чёрные джинсы, элегантную приталенную рубашку и пару классических туфель. За покупки Вэй Ин настоял расплатиться сам, ворчливо отмахиваясь и уверяя, что у него и так скопилась куча денег, которую совершенно некуда девать, а ходить нахлебником он не собирается.
Лань Чжань спорить не стал и молча согласился. Теперь, когда Вэй Ин стоял перед ним в новой, идеально подогнанной по фигуре одежде, Ванцзи поймал себя на мысли, что вампир чертовски обаятелен. Конечно, возможно, этот магнетизм был природным оружием, созданным специально для того, чтобы легче завлекать жертв, но Лань Чжаню так не казалось. Хотя, быть может, он просто перестал быть объективным за те три недели, что они прожили бок о бок?
Ванцзи мимолётно коснулся пальцами воротника, под которым скрывался след от укуса, и тихо вздохнул. Усянь мгновенно перехватил этот жест. Шагнув ближе, он осторожно оттянул ткань чужой рубашки, внимательно осматривая две аккуратные точки на светлой коже.
— Болит? — обеспокоенно спросил вампир, не отрывая взгляда от раны.
— Нет, всё хорошо, — ответил Лань Чжань и мягко вернул воротник на место, скрывая отметину.
— Давай хотя бы пластырь наклеим? — предложил Вэй Ин. — Ткань будет тереться при ходьбе, только лишнее раздражение заработаешь. Так хоть защитим кожу.
Лань Чжань качнул головой в знак отказа. Его мотив был иным. Он намеренно хотел продемонстрировать этот след Сичэню — без слов, честно и открыто признаться старшему брату, что отныне в его доме и в его жизни законное место занимает дитя ночи.
До визита Сичэня оставалось буквально пятнадцать минут. Лань Чжань в последний раз окинул взглядом гостиную, проверяя, идеально ли все, как вдруг со стороны кухни донесся подозрительно тихий шорох.
Ванцзи бесшумно вернулся назад и застал Вэй Ина с поличным. Вампир, пристроившись у края стола, уже вовсю тянул пальцы к тарелке с мясной нарезкой. Стоило Лань Чжаню замереть в проеме, как Усянь ловко подцепил один кусочек слабой прожарки и мгновенно отправил его в рот, зажмурившись от удовольствия.
— Вэй Ин, — ровно и укоризненно произнес Лань Чжань.
Вампир вздрогнул, едва не подавившись, и виновато округлил глаза, поспешно пряча руки за спину.
— Лань Чжань! Предупреждать надо, ты ходишь как тень, честное слово! У меня чуть сердце не остановилось... Ну, чисто теоретически.
— Это для встречи, — Ванцзи подошел ближе и аккуратно поправил нарушенную композицию на тарелке, возвращая ей безупречный симметричный вид, а после забирая ее. — На столе всё должно быть готово к приходу гостя.
— Да ладно тебе, конфетка, всего один кусочек! Оно так пахло, что у меня клыки сами зачесались, — Вэй Ин задорно облизнул губы, на которых остался едва заметный багровый след. — Тем более, твой брат ведь такое не ест, верно? Значит, это всё равно предназначалось мне. Я просто проверил качество! Вдруг повар в ресторане схалтурил? Решил обезопасить твоего драгоценного гостя.
Лань Чжань тихо выдохнул через нос. Спорить с этой вампирской логикой было совершенно бесполезно. Достав из кармана чистый платок, он протянул его Вэй Ину.
— Вытри уголок рта. Сейчас раздастся звонок.
И словно в подтверждение его слов, по квартире эхом разнесся трель дверного звонка. Время вышло. Сичэнь пришел.
Дверь брату открыл Лань Чжань, напоследок строго предупредив Вэй Ина больше ничего не таскать со стола и подождать в гостиной. Усянь тяжело вздохнул, но послушно кивнул.
Обменявшись с Сичэнем краткими приветствиями, Ванцзи проводил его в комнату, где их уже поджидал вампир. Стоило Вэй Ину увидеть гостя, как он потрясённо воскликнул:
— Ух ты! Да вы же как две капли воды! Настоящие близнецы!
— Добрый день. Меня зовут Лань Сичэнь, — с мягкой улыбкой представился старший брат и радушно протянул Вэй Ину руку для приветствия. — На самом деле я старше Ванцзи на три года, но нас действительно часто путают.
— Значит, вы просто отлично сохранились, господин Лань! — задорно отозвался Вэй Ин, отвечая на рукопожатие.
— Можно просто Сичэнь, — великодушно разрешил тот, но вдруг слегка нахмурился. — Какие у вас холодные руки... Замёрзли?
— Ах, это... — Вэй Ин смущённо улыбнулся и свободной рукой почесал затылок. — Да они у меня всегда такие, особенность организма.
Лань Чжань решил, что пора брать инициативу в свои руки. Он пригласил всех к столу, здраво рассудив, что детальный разговор лучше вести за трапезой. Вэй Ин первым занял своё место и сразу же потянулся к тарелкам, а братья аккуратно положили себе салат.
— Ванцзи, господин Вэй, расскажите, как вы познакомились? — поинтересовался Сичэнь, сделав глоток сока.
— Мы познакомились на улице, — лаконично ответил Лань Чжань. — Мне стало плохо, и Вэй Ин помог мне добраться до дома.
— Плохо? — тут же обеспокоился старший Лань, переводя на него встревоженный взгляд. — Что произошло? Как ты себя чувствуешь сейчас?
— Я в порядке, — ровно произнёс Ванцзи. Он медленно оттянул воротник рубашки, открывая взгляду Сичэня две чёткие, ещё не зажившие точки. — На меня напал вампир.
Сичэнь мгновенно отложил приборы. Он резко поднялся со своего места, подошёл к младшему брату и бережно, но тщательно осмотрел след, а затем сразу же прижал пальцы к его запястью, проверяя пульс. На лице Сичэня отразился неподдельный страх — он больше всего боялся, что Ванцзи обратится.
— У тебя ничего не болит? Нет никаких симптомов? Ты не знаешь, кто это был?
— Сичэнь, успокойся, твой брат в полном порядке, — подал голос Вэй Ин и виновато, неловко улыбнулся. — А вот тот самый вампир... это я.
— Так, — протянул Лань Сичэнь. Он медленно отпустил запястье брата и вернулся на своё место, внезапно став очень серьезным. — Пожалуй, теперь вам обоим придётся рассказать мне всё по порядку.
И Вэй Ин с Лань Чжанем, перебивая и дополняя друг друга, принялись пересказывать события той бурной ночи.
Выслушав их путаный, эмоциональный рассказ, в котором Усянь то и дело отчаянно жестикулировал и пытался взять всю вину на себя, Лань Сичэнь долго молчал. Он переводил взгляд с притихшего, виноватого вампира на своего непоколебимого младшего брата. Наконец, тяжелый вздох сорвался с его губ, но на лице снова появилась привычная мягкая улыбка. Он увидел главное: Вэй Ин не был монстром, а Ванцзи впервые за долгие годы не выглядел одиноким.
Уходя ближе к полуночи, Сичэнь тепло попрощался с обоими и, уже стоя в дверях, тихо шепнул брату: «Я рад, что ты встретил его, Ванцзи. Будьте осторожны».
А уже вo вторник утром в дверь квартиры постучал курьер. Лань Чжань принял большую картонную коробку, на которой размашистым почерком брата было написано его имя. Внутри обнаружился объемный, невероятно мягкий свитер глубокого темно-серого цвета с высоким, плотным воротником-стойкой, который идеально скрывал бы любые следы на шее. К подарку прилагалась короткая записка: «Ванцзи, погода портится, береги горло. И передавай привет господину Вэю. Рад, что у тебя есть такой надежный защитник».
Вэй Ин, заглянув через плечо Лань Чжаня, восторженно охнул на всю квартиру, заявив, что Лань Сичэнь — лучший старший брат во вселенной, и теперь Ванцзи просто обязан носить этот свитер, не снимая.
Время летело незаметно. Оглядываясь назад, Лань с удивлением обнаружил, что они делят одну жилплощадь уже два с половиной месяца. За это время хаос Вэй Ина окончательно стал частью его собственного, некогда стерильного мира.
Их вечера наполнились особым, ленивым комфортом. Лань Чжань, который раньше никогда не тратил время на пустые развлечения, теперь ловил себя на том, что после ужина сам включает телевизор, выбирая какой-нибудь старый фильм. Вэй Ин устраивался рядом на диване, бесцеремонно закинув ноги на колени Ванцзи, и увлеченно комментировал все, что происходило на экране, параллельно попивая свой неизменный томатный сок через трубочку. Лань Чжань не возмущался. Его пальцы как бы невзначай ложились на лодыжку вампира, ощущая сквозь ткань домашних брюк непривычную прохладу его кожи, которая больше не пугала, а, наоборот, странно успокаивала.
Иногда фильмы сменялись тихими разговорами в темноте, когда горел только ночник. В один из таких вечеров Вэй Ин, крутя в руках пустой бокал, вдруг заговорил о своем прошлом — без привычных шуточек, тихо и искренне. Он рассказывал, как тяжело быть сиротой в мире, где дитя ночи считают лишь угрозой, как приходилось прятаться под мостами от патрулей охотников и замерзать под проливным дождем, мечтая о простом человеческом тепле.
Слушая его ровный, надтреснутый голос, Лань Чжань почувствовал, как внутри него что-то болезненно сжалось. Он посмотрел на Вэй Ина: на его бледный профиль в полумраке, на забавную вихрастую макушку, на тонкие пальцы. И в этот момент Ванцзи отчетливо, со всей ясностью понял то, от чего так долго бежал.
Вэй Ин больше не был для него просто случайным сожителем, спасенным сиротой или долгом чести. Он стал кем-то гораздо более важным. Лань Чжаню хотелось защитить его от всего мира, стереть из его памяти все холодные ночи и сделать так, чтобы этот невыносимый, хаотичный вампир улыбался только ему.
Это не было дружбой. Это была глубокая, пустившая прочные корни любовь. И когда Вэй Ин вдруг повернул голову и поймал его пристальный, горящий взгляд, Лань Чжань даже не попытался отвернуться.
Прошла ещё неделя, и Ванцзи решил, что пора переходить к решительным действиям. В субботу утром, пока Вэй Ин мирно спал в своём одеяльном коконе, Лань Чжань досконально изучил все доступные медицинские и альтернативные статьи о том, как сделать человеческую кровь более питательной, качественной и «вкусной» для вампиров. Выписав в блокнот необходимые продукты, витамины и строгие указания по режиму, он без лишних слов сел на диету. Поначалу Лань Чжань ничего не объяснял сожителю, да и сам Усянь, увлечённый своими делами, не замечал, что рацион его донора стал ещё более специфическим.
Всё изменилось в воскресенье вечером. Ванцзи, как обычно, сидел перед телевизором в подаренном Сичэнем сером свитере, пока Вэй Ин лениво листал ленту новостей, устроившись рядом.
Повисла недолгая пауза, которую Лань Чжань нарушил своим привычным, ровным голосом:
— Вэй Ин. Не хочешь пойти со мной на свидание?
Усянь замер так резко, словно в него выстрелили транквилизатором для крупных хищников. Телефон едва не выскочил из его пальцев, а трубочка томатного сока с тихим хлюпаньем выскользнула изо рта. Он медленно повернул голову, округлив серые глаза до размеров чайных блюдец, и несколько секунд просто хлопал ресницами, пытаясь переварить услышанное.
— На... куда? — наконец выдавил он. Вэй Ин резко подался вперёд, почти утыкаясь носом в плечо Лань Чжаня, а на его бледных щеках стремительно расцвёл густой, яркий румянец. — Лань Чжань! Повтори-ка! Мне не послышалось? Настоящее свидание? С прогулками под луной, держанием за ручки и вот этим вот всем? Боже, наш ледяной принц зовёт меня на свидание! Я сплю? Укусите меня кто-нибудь... Ой, точно, кусать тут должен я!
Он заливисто, взволнованно рассмеялся, отсраняясь и сиял так словно ему подарили весь мир.
— Конечно хочу, гэгэ! Попробуй только теперь дать заднюю — я от тебя не отстану! И куда же мы пойдём?
— Мы пойдём гулять под луной, — ответил Лань Чжань и едва заметно, но очень тепло улыбнулся.
Вэй Ин, поддавшись внезапному порыву, звонко поцеловал Ванцзи в щеку и, сияя от счастья, убежал в спальню собираться. Лань Чжань на мгновение замер, коснувшись пальцами вспыхнувшей кожи, затем аккуратно поправил высокий воротник своего серого свитера и поднялся с дивана, направляясь в прихожую.
Вскоре из комнаты выскочил и Усянь. Стоит заметить, что в шкафу педантичного Лань Чжаня под чужие вещи была выделена целая полка, на которой одежда Вэй Ина теперь покоилась в своём привычном, безупречно хаотичном беспорядке. Окинув вампира оценивающим взглядом, Ванцзи одобрительно кивнул, а после молча протянул ему ладонь. Вэй Ин мгновенно переплёл свои пальцы с его.
Ночной город встретил их приятной прохладой, а свежий воздух кружил голову, добавляя вечеру особого очарования. На улицах было безлюдно и тихо, но яркие неоновые вывески магазинов и тёплое освещение фонарей разгоняли тьму, создавая иллюзию затянувшегося дня. Они медленно шли вдоль витрин, крепко держась за руки. Лань Чжань, не проронив ни слова, ласково наблюдал за Вэй Ином, а тот, как и всегда, весело и без умолку о чём-то болтал, то и дело увлечённо размахивая свободной рукой.
Они обошли едва ли не весь центральный район. Вэй Ин то и дело увлекал Лань Чжаня за собой: то рассмотреть забавную витрину закрытого книжного магазина, то послушать эхо в безлюдном подземном переходе, то просто посидеть на прохладной парковой скамейке в тени старых каштанов. Ванцзи послушно следовал за ним, крепче сжимая прохладные пальцы вампира в своей теплой ладони. Вэй Ин смеялся, шутил, строил безумные теории о прохожих, которых они изредка встречали, и в его глазах, отражавших свет уличных фонарей, не осталось ни капли той застарелой, сиротской тоски. Было видно, что он абсолютно, безгранично счастлив.
Домой они возвращались в глубокой ночи, уставшие, но окутанные непередаваемым чувством близости. Внутри у обоих приятно трепетало предвкушение чего-то важного, изменившегося раз и навсегда.
В квартире встретил их привычный уют и тишина. Лань Чжань щелкнул выключателем в прихожей, но не стал зажигать яркий верхний свет в гостиной, оставив работать лишь мягкую подсветку коридора. В этом глубоком, убаюкивающем полумраке комната казалась еще более уединенной.
Вэй Ин, едва успев скинуть туфли, обернулся к Лань Чжаню. Он хотел сказать какую-то очередную колкость, но слова мгновенно застряли у него в горле. Ванцзи стоял совсем близко. В полумраке его янтарные глаза казались темными, почти черными, и в них горело такое неприкрытое, ласковое обожание, что у вампира перехватило дыхание.
— Лань Чжань… — тихо, почти испуганно позвал Вэй Ин, теряя всю свою напускную уверенность.
Вместо ответа Лань Чжань сделал шаг вперед, сокращая последние сантиметры между ними. Его руки — надежные и теплые — мягко легли на талию Усяня, притягивая его ближе к себе. Вэй Ин судорожно выдохнул, его ладони сами собой взлетели вверх, цепляясь за плотную ткань серого свитера на плечах Ванцзи.
Они замерли на долю секунды, прижимаясь друг к другу, прислушиваясь к бешеному стуку сердца Лань Чжаня и оглушительной тишине внутри Вэй Ина. А затем Ванцзи медленно наклонился.
Их первый поцелуй был невероятно нежным, почти благоговейным. Лань Чжань целовал его бережно, словно хрупкую драгоценность, которую боялся сломать, но в то же время с той накопившейся за два месяца глубиной чувств, которую больше невозможно было держать в узде. Вэй Ин ответил мгновенно. Он подался навстречу, приоткрывая губы, мягко увлекая Ванцзи за собой в этот водоворот нежности, полностью растворяясь в ощущении чужого тепла. Кончики его клыков едва ощутимо мазнули по нижней губе Лань Чжаня, но это не пугало — это было обещанием вечности.
В таком ритме — наполненном тихой романтикой, ночными свиданиями и нежными поцелуями — незаметно пролетели два года. Лань Чжань каждую секунду был благодарен судьбе за тот дождливый вечер, когда решил протянуть руку помощи раненому незнакомцу и поделиться с ним кровью. Каждый их совместный день был пронизан абсолютным, глубоким счастьем.
Ванцзи всё же признался Усяню, что сознательно сел на диету, чтобы сделать свою кровь более питательной и приятной на вкус. Для Вэй Ина это откровение стало шоком и высшим, самым чистым проявлением любви, на какое только был способен человек.
После очередного вечернего «кормления» Лань Чжань устроился за кухонным столом с тарелкой жареного риса со специями, восполняя силы. Его вампир примостился напротив. Держа в руках привычную пачку томатного сока, он медленно тянул жидкость через трубочку, глубоко задумавшись о чём-то своём. Вэй Ин прекрасно понимал: это благословенное, уютное время не может длиться вечно. Человеческий век слишком короток.
— Лань Чжань, слушай, — тихо произнёс Вэй Ин. Впервые за всё время, что они знали друг друга, его голос звучал пугающе серьёзно. — Я вампир, и я бессмертен. А ты… В общем, я просто не вынесу, если увижу, как ты стареешь и умираешь. Не пойми неправильно, я буду любить тебя любого — и седого, и с морщинами, просто… Я хочу разделить с тобой эту вечность, Лань Чжань. Я бы очень хотел, чтобы ты стал таким же, как я. Чтобы ты стал вампиром.
***
Вэй Ин с неизменной, лукавой улыбкой опёрся руками о кухонный стол, преданно заглядывая в чужое лицо. За окном стремительно темнело. Ночной город зажигал свои первые огни, постепенно превращаясь в то самое неоновое море, которое они так любили. Для обычных людей этот день подходил к концу, но для них двоих истинное время — как и их новая, общая жизнь — только начиналось. Усянь ласково посмотрел на своего возлюбленного и, тихонько усмехнувшись, по-детски показал ему язык, нарочито оголяя острые белоснежные клыки. Лань Чжань несколько секунд гипнотизировал его в ответ непривычным, завораживающим взглядом новообращённых алых глаз. А затем, дрогнув уголками губ в едва заметной улыбке, точно так же показал язык в ответ, демонстрируя свои аккуратные вампирские клыки. Они разделили эту вечность на двоих. И больше им нечего было бояться.
