au bord de la mer

Летним вечерним днём море было спокойным. Прохладный ветер освежал и трепал светлые вьющиеся волосы.  Смотря на тёмно-синее небо со звёздами и идя вдоль берега, Тэхён медленно переставлял ноги. Наверное, приехать сюда было слишком импульсивным решением, но он не представлял других способов избавиться от стресса. Всегда не любил ссориться с родителями, чёрт бы их побрал.  А море успокаивало, будто даже подталкивало на правильные и нужные размышления – может, он сам виноват в том, что сделал. Не нужно было им рассказывать про своего парня. Наткнувшись на лежащее бревно прямо около воды, парень сел на него, оперевшись локтями на колени. Наблюдая за гладью воды, он старался дышать глубже и ровнее.  Что же могло так испортить сегодняшний ужин с родителями? Конечно, новость о том, что он встречается с парнем. А если бы Тэхён в самом начале знакомства рассказал им? Они бы так же вышвырнули его? Или наоборот, отреагировали бы спокойно и сказали «Делай, что хочешь, мы поддержим тебя во всём»? Надо было вообще держать отношения с Чонгуком в тайне. «Тебя недостаточно били в детстве, раз не выбили эту дурь», вспомнил слова отца парень и с вновь накатившей злостью пнул камень. Закрыв ладонями лицо, он тяжело вздохнул. к горлу поступил ком.  Даже не успев собрать вещи, его выперли за дверь. С собой только телефон, на котором уже садилась зарядка.  Вообще, какого чёрта они поступили так? Сын недавно стал совершеннолетним, он сам может решать, с кем встречаться, а с кем нет. Но родители, видимо, не желают теперь видеть и знать о существовании своего сына. Да пошло всё к чёрту, плевать на них.  Прокручивая в голове сегодняшний вечер, он расслышал какие-то крики вдалеке. Ежесекундно напрягся. Ведь наступила ночь, на побережье он совершенно один. Но рядом находится трасса, может, кто-то зовёт на помощь?  — …хён!  Парень оглянулся по сторонам, и разглядел размытую фигуру человека. Похоже, тот бежал, но ему было тяжело переставлять ноги по песку.  Тэхён машинально положил руку на карман шорт, в которых находился телефон. Вдруг какой-нибудь сумасшедший отследил его?  Только когда незнакомец стал различим при ночном свете, Тэхён узнал знакомую одежду и причёску.  — Тэхён?! — кричал бежавший и когда, наконец, рухнул перед парнем на колени, тот смог выдохнуть:  — Чонгук?  Щёки Тэхёна мгновенно оказались в руках Чона, секунду взволнованные чёрные глаза бегали по его лицу, а после парень ощущал только поцелуи, разбросанные по лбу, носу, губам.  Отстранившись, Чонгук продолжал осматривать его тревожным взглядом.  — Как ты меня нашёл? — тихо прошептал Тэхён. К глазам поступали слёзы, и он сам не знал почему.  — Ты не отвечал мне на звонки. Я сразу понял, что случилось худшее. Думал, куда ты мог поехать и остановился на море. Ты же любишь море, и любишь ночь, звёзды, тишину. Я приехал сюда, бежал и кричал тебя. Ну и, как видишь, нашёл, — Чонгук попытался улыбнуться, но получилось не очень хорошо. — Ты меня так напугал. Я даже думал, что… Я много о чём думал. Тэ, пожалуйста, в следующий раз отвечай мне… — У меня телефон садился просто, — перебил Тэхён, отводя взгляд.  — Даже если и так, всё равно давай мне знак, что с тобой всё хорошо. Коть, посмотри на меня, — попросил Чонгук, двигаясь ближе к парню. Тот посмотрел в эти чёрные, наполненные нежностью глаза, и у него сами по себе покатились слёзы. — Я за тебя очень переживал. Но нашёл бы в любом случае. Если бы мне пришлось всю ночь ходить и бродить, я бы не переставал искать. Возможно, сейчас я тебя отыскал только по зову сердца или потому, что знаю тебя наизусть. Почему ты не позвонил мне, как сразу уехал оттуда? Почему не поехал ко мне? Понимаю, что ты хотел успокоиться, но не поставив в известность меня… Тэ, я тебя очень люблю и не хочу… терять ни при каких обстоятельствах. Пойми меня. — Что мы будем делать дальше? — выдавил Тэхён сквозь слёзы, и Чонгук начал вытирать его лицо, невесомо касаясь кожи.  — Поедем к ним. Я поговорю и всё улажу. А если не улажу, то будешь жить со мной. С другой стороны, ты же хочешь этого? — теперь Чон улыбался искренне, пытаясь поддержать.  — Да, очень хочу, — прошептал парень.  — Родители… бывают такими. Им просто нужно время, чтобы осознать свои возможные ошибки, понять последствия. На самом деле они не желают своим детям зла, просто сначала не понимают их. А потом принимают всё так, как есть. Понимают, что это уже не их право выбора, не их личная жизнь. Всё будет хорошо, Тэ, я тебе обещаю. Я защищу тебя там, где это даже не потребуется. Поехали домой? — после недолгого молчания добавил Чон, на что Тэ отрицательно покачал головой. — Хочешь немного здесь побыть?  — Да, — ответил тот, слез с бревна, тоже опускаясь на колени перед Чонгуком, и крепко обнял его за шею, прижимаясь ближе. — Хочу с тобой. Рядом. Всегда. И сейчас я… так благодарен. Я люблю тебя. Любил, люблю и буду любить. Чонгук, прости за… всё это дерьмо. Не хочу, чтобы подобное снова повторилось.  — А мне нравится тебя успокаивать, — с лёгкой улыбкой прошептал Чон. — Мне правда хочется оберегать тебя в такие моменты, как самое драгоценное золото. Ты и есть моё золото.  Чонгук услышал, что Тэхён снова заплакал, и начал гладить его по голове.  — Ну чего ты? Как будто раньше я тебе такого не говорил, — Чон еле слышно посмеялся. — Успокаивайся. Давай на звёзды посмотрим.  Немного отстранившись, но продолжая держаться за плечи Чонгука, Тэ поднял голову к небу, усеянному звёздами, и подумал, что Чонгук – лучший человек в его жизни. Даже намного лучше, чем положено мечтать.  А Чон, с широкой улыбкой смотря на Тэхёна и придерживая его за талию, думал, что никогда не встретил бы такого, как он. Такого, которого хочется только любить, заботиться и оберегать. Которого всегда должно окружать только счастье и тепло. Чонгук готов был сделать всё для него.  Так они и сидели – на берегу моря, слушая прибой небольших волн, смотря на звёздное небо, видя их отражение в глазах друг друга, думая о любимом человеке, находясь рядом с ним, невесомо касаясь губами кожи и признаваясь в любви шёпотом, чтобы никто не услышал.