Стар-ший бра-тик

Глайд всегда отдаёт клубнику на торте сестре. Глайд всегда отдаёт […] сестре. Глайд всегда... «Старший братик» — именно так она его называет. Старший братик. Стар-ший бра-тик. Они близнецы, разница между ними — всего пару часов и если уж брать во внимание эти пару часов, воспринимать их как за нечто важное в возрастной иерархии, то выходит, что Гельмина старше него, что Гельмина — его старшая сестричка. Старшая сестричка. Стар-ша-я сес-трич-ка. Это даже звучит неестественно. Гельмина, с её всё ещё округлыми щеками и по-детски горящими глазами. Гельмина, любящая украшать себя звёздочками и покупать милые вещи. Гельмина, всё время только и говорящая очаровательные «Хочу, хочу, хочу...» , способная мыслить лишь этими очаровательными «Хочу, хочу, хочу...». Гельмина, вечно выстраивающая в голове фантазии, в них погружающая, в них наивно-искренне верящая. Гельмина, надувающая щёки, роняющая крокодильи слёзы, устраивающая громкие истерики. Гельмина, понимающая и принимающая вещи только по-своему. Гельмина, пытающаяся задеть как можно сильнее при ссорах. Гельмина, вечно забывающая сделать то, о чём её попросили. Гельмина, инфантильная и глупая. Гельмина, его Гельмина, им нежно любимая. Гельмина не способна быть «старшей» — не способна нести ответственность, не способна о ком-то заботиться, не способна думать за себя, а тем более за двоих. Привлекающая к себе внимание, такая эмоциональная и чувственная — конечно же, Гельмина младшая сестричка, а Глайд — её старший братик. Старший братик, что выполнит любой её каприз, что обо всём позаботится. Ведь Глайд готов отдать Гельмине любую сладость. И весь мир тоже. Лишь бы она смотрела на него этими глазами, полными доверия, которого он и не заслуживает вовсе.