***
За прошедшую неделю Пэррот вышел из комнаты лишь пару раз: только в ванную. Он даже не выходил ни поесть, ни попить. Вифис отличался от него. Вышел молча из комнаты спустя пару часов. Без объяснений, что произошло. Он ничего не говорил об этой ссоре и в общем то о Пэрроте. Шатен начал паниковать на второй день. За родной дверью стало слишком тихо: даже шороха перьев не было слышно. Будто Пэррот вовсе умер. Помочь парню пытался весь дом. Мапик приносил чай. Чашка всегда оставалась нетронутой. Ломеди пробовал стучаться. В ответ — ноль реакции. Споук, способный достать даже мёртвого, сдался. Флейм приносил еду. Оставалась также нетронутой. Эггчан пытался поговорить. Пэррот даже не смотрел на него, прижимая ноги к груди. Реагировал попугай лишь на Вифиса. Он тоже приносил ему еды, нёс любимый чай. Назад приносил пустые кружки и тарелки.***
С ссоры прошла неделя. —Чувак, он даже не смотрит на меня! Я никогда его не видел в таком состоянии, — слишком эмоционально объяснял Споук Вифису, — что за херня?! Пэррот буквально контактирует лишь с тобой! Рассказчик по-детски надул щёки. Было видно его искреннее непонимание происходящего. Он ждал ответа. Вифис глубоко вздохнул. —Я не знаю, что с ним не так, честно, — признался шатен, — я.. поговорю с ним, — тише добавил Вифис. Время как раз близилось к ужину.***
Парень подошёл к знакомой двери второго этажа, осторожно стучась. Он всегда стучал по особенному. Два коротких, один длинный. —Пэррот.. это я, — шепнул тот. Может, он даже остался неуслышанным. Вифис приоткрыл дверь, сразу же закрывая за собой. Окна были занавешены, основной свет — выключен. Комната встретила его своей темнотой и… Тоской. Пэррот сидел у изголовья кровати, всё так же прижимая колени к груди. Шатен подошёл к Пэрроту, садясь рядом. Тарелка с едой осталась где-то на постели. —Я хотел бы.. поговорить, —Вифис прерывался на короткие вздохи. Было явно видно, что он переживал. Пэррот впервые за семь дней поднял взгляд на друга. Глаза выглядели уставшими. Пустыми. Белок заметно покраснел. Под самими глазницами — тёмные круги. Вифис запомнил этот взгляд по-другому. Парень сделал глубокий вдох. —Почему ты признаешь лишь меня? — протароторил тот на одном выдохе. Нога предательски задёргалась. —Что ты имеешь в виду? —У твоего порога за последние пару часов побывал весь дом, не говоря о прошлой неделе — Вифис прервался на глубокий вдох, — все шесть жильцов. Я — седьмой. Впустил ты только меня, — парень объяснял мягко, без упрёков и давления, — почему, Пэррот? Почему именно я? —Потому что.. — Пэррот спрятался в собственных коленях, скрывая лицо, — потому что мне нужен лишь ты, идиот, — эта фраза была сказана слишком тихо. Вифису потребовалось несколько секунд, чтобы осознать услышанное. Зрачки парня едва заметно расширились. —Лишь я..? — юноша не верил. Он ожидал что угодно, но не этой фразы. Был бы правдоподобней исход, где его послали и возненавидели. Но не это. Тоска. Пэррот снова глянул на Вифиса. Он давно простил его. Просто невыносимо злиться на такого человека, как он. —Да… Ты, Вифис, ты. На глазах проступили мелкие слезинки. Их было практически невозможно заметить в темноте, но шатен — не из робких. Парень правда был умён. Вифис поднес ладонь к чужому лицу. С осторожностью вытер влагу с щёк. Он не убрал руку, нежно поглаживая чужое лицо. Пэррот ласкался, словно кот. Тишина давно перестала быть чем-то напряжённым. А внизу… Сидели шестеро человек, прислушиваясь к каждому шороху. —Как думаете, они помирились? — спросил Эггчан, снова разорвав тишину. —Надеемся всем городом! — усмехнулся Споук. За этим высказыванием последовали беззаботные смешки.