Наследница двух миров

Загонять двух верховных богов войны до состояния полнейшего изнеможения — для семилетней Хуа Юэ это было делом привычным, почти рутинным. Утро в Доме Блаженства началось с того, что Му Цин и Фэн Синь снова сцепились в коридоре. Фэн Синь громко доказывал, что Юэ нужно учить стрельбе из лука, а Му Цин утверждал, что сабельный бой изящнее. Они орали так, что стены подрагивали. Юэ сидела на банкетке рядом, сложив ладошки на коленях. На ней были свободные белые штаны и черные ботинки с весело позвякивающими цепочками. Сверху красовалась стильная красно-черная китайская одежда, изящно облегающая её до самой талии, перевязанная широким белым поясом и свисающая свободными волнами ровно до колен. Внешне девочка оставалась пугающе спокойной, кротко улыбаясь и кивая. Её лицо выражало бесконечную доброту, невинность и не по-детски мудрое спокойствие её папы Се Ляня. Но её маленькие кулачки сжались до белизны суставов. Внутри семилетней малышки бушевал настоящий бог войны: она изо всех сил сдерживала наследственное, непреодолимое желание Се Ляня схватить обоих генералов за шкирки и с размаху приложить их лбами друг об друга, чтобы в доме наконец наступила тишина. Поняв, что уроков тишины от этих двоих не дождешься, Юэ решила, что в обед пора сбегать. На её плечах, лениво свесив тяжелые лапы и длинный хвост, дремал Яньдун (炎冬) — «Огненный мороз». Тот самый плюшевый тигр, которого Фэн Синь когда-то притащил в колыбель, под воздействием мощной, смешанной магии Юэ изменился навсегда. Из куска ткани и набивки он превратился в настоящего, живого хищника из плоти и крови. Его шерсть лоснилась, от шкуры веяло легким призрачным холодом, но внутри билось горячее, преданное сердце. Он обожал свою хозяйку и сейчас, свернувшись вокруг её шеи пушистым, живым и очень тяжелым меховым воротником, преданно заурчал, вибрируя всем телом. Юэ ласково погладила тигра по мягкому уху, хитро взглянула на спорящих генералов и сделала легкий пасс пальцами. В воздухе материализовалась огромная стая серебряных бабочек. Они окутали девочку сияющим облаком, и Юэ вместе с Яньдуном, мгновенно исчезли, оставив ослепленных вспышкой нянек позади.

***

К обеду она добралась до самого азартного переулка Призрачного города, усевшись прямо на перевернутую деревянную бочку. Яньдун лениво перетек с её плеч на колени, подставив большую морду под маленькие пальцы девочки. Вокруг Юэ мгновенно собралась толпа торговцев и мелких демонов. Все они знали: если дочка Градоначальника приходит играть — это зрелище пропускать нельзя. — Ну что, маленькая госпожа Хуа, сыграем в кубики на твой воротник? — подмигнул ей одноглазый черт, косясь на роскошного живого тигра. — В кости я играю хорошо, — честно и мягко предупредила Юэ, одарив черта не по-детски мудрым взглядом. — Но Яньдуна я не проиграю. Давайте на этот мешок золотых монет. Черт затряс стаканчик, бросил кубики. Выпало одиннадцать. Толпа одобрительно загудела. Юэ изящно взяла кости, потрясла их и, снова проявив свою феноменальную неуклюжесть, случайно выронила их. Кубики покатились по неровной мостовой, ударились о чей-то сапог, подпрыгнули на камне и замерли. Две шестерки. Двенадцать. Абсолютная победа. Демоны разочарованно вздохнули, а Юэ улыбнулась своей фирменной, клыкастой ухмылкой со всем её фамильным всезнайством. Она прекрасно знала, что кубики упадут именно так. Она проигрывала в Игорном доме только тогда, когда сама этого хотела — например, если видела, что у бедного беса совсем нет денег на еду, и поддавалась из чистой, бесконечной доброты. Но этого заносчивого черта, который пытался смухлевать, Юэ решила проучить честно и со вкусом. — Хуа Юэ! — этот громоподобный крик заставил толпу демонов мгновенно расступиться. По переулку, запыхавшись, бежали Фэн Синь и Му Цин. Они тяжело дышали, их мантии были перекошены. — На этот раз не уйдёшь! — Фэн Синь торжествующе бросился вперёд, готовый поймать беглянку. Му Цин уже победно вскинул руку, выстраивая вокруг стола Игорного дома барьер из духовной энергии. Генералы почти праздновали победу, как вдруг Юэ, заметив их, ничуть не испугалась. Наоборот, она со смешком дёрнула плечом. Яньдун мгновенно взмыл вверх, снова обвивая её шею. Юэ превратилась в искрящийся рой серебряных бабочек и исчезла. Фэн Синь и Му Цин врезались в пустоту: девчушка исчезла прямо перед их носом.

***

Живое серебряное облако появившись в небесных садах Обители Небожителей и рассеялось оставив после себя Юэ. Она решила повеселиться и двинулась по золотым аллеям, пока не наткнулась на уединённую беседку. Там сидел девятилетний юноша по имени Линсюань. Сын Мастера Ветра и Черновода рос удивительным мальчиком — он унаследовал беззаботное очарование Ши Цинсюаня и глубокий, холодный, проницательный взгляд Хэ Сюаня. В этот момент он сосредоточенно пытался починить сломанный веер. Юэ, ведомая своей бесконечной добротой, подошла ближе.— Тебе помочь? — мягко спросила она, заглядывая в беседку. Линсюань поднял голову, готовый холодно отшить любого нарушителя его покоя, но замер. Перед ним стояла удивительная девочка с бездонными, мудрыми глазами Се Ляня, на плечах которой лениво щурился настоящий, дышащий огненным морозом тигр. Контрастный красно-черный наряд Юэ, облегающий фигуру до талии, подчеркивал её яркую натуру, а серебряные цепочки на ботинках тускло поблескивали в небесном свете. Юэ, сама того не замечая, улыбнулась ему — тепло, искренне и открыто. Сердце девятилетнего юноши пропустило удар. Он мгновенно покраснел до кончиков ушей, полностью очарованный её странной, притягательной аурой. — Я… я сам справлюсь, — буркнул Линсюань, спешно пряча дрожащие руки в широкие рукава темной мантии, но взгляда от неё отвести так и не смог. Юэ хитро прищурилась. Сообразительная не по годам, она поняла, что смутила мальчика, и на её губах промелькнула та самая ехидная, клыкастая ухмылка Хуа Чэна. — Да ладно тебе, вместе же веселее! — воскликнула она и без лишних церемоний уселась рядом с ним на скамью. Она отобрала у него веер, коснулась сломанных пластин пальчиком, пуская тонкую струйку духовной энергии, и артефакт мгновенно восстановился. Глаза Линсюаня округлились. Уже через минуту от его напускной холодности не осталось и следа. Юэ и Линсюань быстро познакомились и принялись вместе наперебой придумывать забавы. Юэ научила его бросать кубики так, чтобы они крутились на одном ребре, а Линсюань показал ей, как с помощью магии ветра заставлять облака принимать форму причудливых зверей. Они весело смеялись, бегали по саду, а Яньдун послушно прыгал за ними, умиленно катаясь по траве и подставляя брюхо под поглаживания нового друга хозяйки. Вдоволь набегавшись, Юэ подговорила Линсюаня заглянуть на Небесный совет. Они вместе прокрались к главному дворцу. Линвэнь утомлённо зачитывала отчёты, а боги лениво переговаривались. Юэ, решив немного расшевелить это скучное собрание, тихонько призвала стайку бабочек. Линсюань отвлек всех легким потоком ветра. Серебряные вестники бесшумно влетели в зал и начали незаметно щекатать заносчивых чиновников, а Яньдун по команде Юэ тихонько зарычал из-за колонны, заставив половину младших небожителей в панике подскочить со своих мест. Юэ и Линсюань наблюдали за этим хаосом из своего укрытия, тихонько посмеиваясь.

***

Вечером Фэн Синь и Му Цин, которые по духовной сети вычислили всплеск магии Юэ, наконец добрались до Небесных Чертогов. Но как они добрались! Боги войны выглядели так, словно пережили падение Небесной Столицы. Их роскошные мантии были изодраны в клочья после прорыва через призрачные барьеры, волосы растрепались, а на лицах отпечаталось полнейшее, абсолютное отчаяние. Они едва передвигали ноги, буквально опираясь друг на друга: Фэн Синь тяжело навалился плечом на Му Цина, а тот, позабыв про свою вечную брезгливость, крепко держал товарища за пояс, помогая делать шаги. Позади них со стороны главного зала спокойно шли Се Лянь и Хуа Чэн, которые только что закончили свои дела и собирались забирать дочь, чтобы возвращаться домой. Завидев Юэ, которая весело прощалась с Линсюанем, Фэн Синь и Му Цин сделали последние два шага. Силы окончательно покинули их. Будучи до такой степени уставшими, они просто рухнули без сил на золотую траву в паре шагов от девочки, тяжело и хрипло дыша. Юэ умилилась этой картине. Она подбежала прямо к лежащими генералами. Встав рядом с ними она радостно сложила ладоши в замок на уровне груди. — Дядя Фэн Синь, дядя Му Цин! — звонко и искренне восхитилась она, сияя самой теплой и счастливой улыбкой. — Вы наконец-то обнимаетесь и не ссоритесь! Вы наконец подружились! Это так здорово! Фэн Синь, уткнувшийся лицом в газон, издал жалобный стон, а Му Цин, который всё ещё держал Фэн Синя за пояс, в ужасе осознал, как они выглядят со стороны, и просто притворился мёртвым, зажмурив глаза. Они окончательно признали свое поражение перед этой маленькой хозяйкой двух миров. Хуа Чэн, подошедший ближе вместе с Се Лянем, бросил мимолётный взгляд на поверженных богов войны. На его губах расцвела гордая, ехидная ухмылка. Демон подошел к дочери, поднял её на руки вместе с тигром и нежно поцеловал в щеку. — Моя умница, — одобрительно шепнул он, заметив, как Юэ победно показала клыки. Се Лянь только прикрыл лицо ладонью, мягко вздыхая от этой комичной сцены, но в его глазах светилась безграничная любовь к их маленькому, хитрому и бесконечно доброму стихийному бедствию в красно-черных одеждах. Пора было возвращаться в Призрачный город.