вся ночь

Амарин опускает уши и отводит взгляд, очаровательно смущаясь от улыбки Лололошки. На его бледной коже румянец особенно выразителен, потому Ло не может удержаться от возможности его смутить. Амарин красивый. Его уши подрагивают, и Ло тихо смеется, прикрывая рот ладонью. — Амарин, — он качает головой, — к твоему уху прилипла травинка. — Что? — Амарин поднимает глаза вверх, словно это поможет ему увидеть собственные уши. — Как… — Я помогу, — сдерживает смешок Лололошка. Он тянет руку вверх, проводит подушечками пальцев по ушным перепонкам и осторожно убирает зеленую травку, чтобы с довольной улыбкой продемонстрировать ее Амарину. Его уши вздрагивают и поднимаются. — Вот. — Не подобает существу быть таким неряшливым, — сокрушается Амарин, вновь пряча взгляд. А Ло вдруг решает позабавиться и легким движением проводит травинкой под его носом. Амарин от неожиданности переводит на него взгляд, а тот повторяет движение еще несколько раз. — Лололошка! — тихо вскрикивает нереец, пытаясь отстраниться от прикосновения, и против воли смеется, но Ло наклоняется ближе и продолжает, хихикая под нос. — Прекрати, мне же щекотно! — Не хочу! — дразнится Лолошка, приближаясь еще сильнее, почти сталкиваясь грудь в грудь. Амарин делает шаг назад, машет рукой, зажмурившись от смеха, а затем оступается и падает с пирса в воду. Его коготки цепляются за ткань на плече Ло, и тот летит следом, оглашая тишину громким плеском воды. Ло копошится в воде, промаргиваясь, а затем выныривает на поверхность, тут же начиная искать Амарина — озеро кристально-прозрачное, потому это не вызывает труда. Синий хвост мелькает в толще воды, и Лололошка ныряет следом. Они резвятся под водой, уплывая друг от друга — Ло беспомощно отстает, видя перед собой лишь длинный, изящный хвост, но не сдается, следуя за Амарином. Тот красиво извивается в воде, прячась от цепких рук Лололошки. Они выныривают, пытаясь отдышаться, и нереец подплывает ближе. Ло тяжело дышит, но подпускает Амарина ближе, чтобы в нужный момент повиснуть на его плечах, заключая в объятия. — Попался! — смеется он хитро, щекоча пальцами перепонки между мокрых ушей Амарина. — Ой! — пытается выбраться из его рук Амарин, шевеля ухом под чужими касаниями. Прикосновение пускает маленькие мурашки по телу, и он млеет. — Лололошка… — М? — наклоняет голову, видя, как нереец вновь краснеет. — Что такое? — Прекрати, — просит Амарин, а сам подставляет дрожащее ухо под пальцы. — Ще… щекотно. Его хвост вылезает из-под воды, а затем вновь опускается, обвиваясь около ноги Ло. — Не хочу-у, — повторяет он, но все же убирает руку, — поплыли! Они выбираются на берег и валятся на песок. Песчинки прилипают к коже и мокрой одежде, но ни один не обращает на это внимание. Амарин вновь обзаводится ногами вместо хвоста, а Ло наклоняет голову в стороны, избавляясь от воды в ушах. — Хорошо-о, — тянет он, отряхиваясь. — Прости, Амарин, — поворачивается он к нерейцу. — За что, Лололошка? — смотрит на него тот. — У тебя нет причин просить прощения. — Ну… — разводит руки Ло, — я уронил тебя в воду. Случайно. — Ничего страшного, — отказывается Амарин, — это действительно было… весело. — Правда? — загорается Лололошка. — Я рад. С тобой всегда… так хорошо. Особенно, когда ты перестаешь говорить загадками и веселишься вместе со мной, — шутит он, осторожно разглаживая свернувшееся ухо Амарина. — Мне не подобает такое пове… — начинает Амарин, но прерывается на полуслове, увидев смеющийся взгляд Ло. — Впрочем… ты прав, Лололошка, — алеют его щеки. — Спасибо тебе. — Всегда пожалуйста, мой дорогой друг, — копирует манеру речи Ло, заставляя Амарина тихо засмеяться. Сам парень замирает, безнадежно любуясь. Нереец слишком красивый, чтобы сердце предательски не ёкало в груди. — Позволь мне… Лололошка наклоняется вперед, становясь еще ближе, и мягко прикасается к чужим прохладным, еще влажным губам своими. Амарин не отказывает — никогда не отказывал, с первых раз. Поцелуй аккуратный, осторожный, словно они боятся нарушить момент. Такой особенный, лишь для них двоих. Амарин напоследок проводит языком по губе Ло, прежде чем оторваться, смущенно опуская уши. Тот, впрочем, лишь рад наблюдать, как теплеют чужие щеки. Он наклоняется вновь, чтобы провести губами по шее Амарина, прижимая к себе. Нереец податливо откидывает голову, пусть и пытается сказать что-то против. Получается так себе — только тихий обрывистый звук опадает с его губ. Они быстро оказываются на песке — Ло залезает верхом, чтобы удобнее было целоваться, а Амарин доверчиво позволяет ему все: лезть руками под одежду, оглаживая чувствительную кожу, целовать, где парню вздумается, кусаться тоже — но слегка, его нежная кожа быстро расцветает синяками, которые не хотелось бы объяснять братьям-сестрам и друзьям. Лололошка осторожный, прикасается с трепетом, словно к крыльям бабочки, всегда внимательно следит, чтобы Амарин чувствовал себя хорошо — потому тот позволяет им обоим эти вольности. Забыть обо всем, поддаться чувствам, отдаться друг к другу. Амарин послушно разводит ноги в стороны, когда Ло усаживается между. Лололошка оглаживает худые, но крепкие бедра Амарина, прежде чем коснуться поцелуями живота, медленно спускаясь все ниже. Его губы ласково касаются влажной головки, медленно опускаясь ниже, и Амарин тихо стонет, вторя довольному мычанию парня. Движениями языка и губ Ло отвлекает его от возможного дискомфорта проникновения пальцами, несмотря на всю осторожность, но Амарин не может сконцентрироваться на этом, пока мурашки покрывают все тело, а маленькие разряды тока колют позвоночник от движений пальцев внутри. Лололошка медлит, внимательный к каждому звуку с чужих нежных губ, Амарин тянет его к себе, чтобы поцеловать, не прекращая алеть скулами подобно закату, и заглушить собственные стыдные звуки, пока чужие пальцы проникают глубже, растягивают сильнее, пока он не будет готов. Ло улыбается, оторвавшись от его губ, и прижимается лбом ко лбу. Внутри плещется море чувств, волны бурлят, грозя накрыть с головой, но он соврет, если скажет, что против. Нежный поцелуй он оставляет на аккуратном, слегка красном носу Амарина, прежде чем до невозможности медленно скользнуть внутрь. Амарин вздрагивает, распахивая рот в немом стоне, который Лололошка сцеловывает сладко, прежде чем повторить движение, вынуждая Амарина перестать прятать свои чувства, протяжно простонать в губы. — Не прячь, — просит он нежно, набирая неспешный темп, и целует перепончатое ухо нерейца. Оно дрожит под прикосновением, но не опускается, словно выпрашивая еще ласк. Ло не сдерживает улыбки, глядя в слегка мутные глаза напротив. — Это… смущает, — робко отвечает Амарин, положив когтистые руки на плечи парня, слегка их сжав. — Тебе нравится, — бесстыдно заявляет в ответ, входя чуть глубже. Амарин жмурится, его стоны словно мед для ушей, и Лололошка не скрывает своих, горячим дыханием опаляет чужое синее ушко, шепча смущающие глупости. Они не торопятся — впереди вся ночь. Ло гладит изящное тело под собой руками, сильными, но нежными, губами исследует мягкую кожу, так легко поддающуюся под укусы — оставляет лишь парочку и там, где это будет скрывать одежда, а Амарин едва царапает его плечи, прогибаясь от чувствительных толчков. Он становится красным весь — кажется, что даже глубокого синего цвета уши еле заметно алеют, умиляя Ло. Его сердце переполняют чувства, а в голове вновь и вновь рождается слово «любовь». Они прячут краткий миг полного единения в губах друг друга. Нереец плотно сжимает его внутри, и белесое семя пачкает ладонь Ло — ту, что помогла ему прийти к финалу, за которым следует и его собственный. Ло опускается грудью на грудь Амарина, становясь ближе. Его плечи слегка красные от когтей Амарина, а на груди того переливаются наливающиеся синячки рядом со следами зубов. Они тяжело дышат в губы друг друга, медленно приходя в себя, и ночь кутает их в своих объятиях. Рядом слышны звуки воды — озеро лукаво перемигивается со звездами на небе, и время неспешно движется к утру. Скоро им придется разойтись по мирам, вернуться в рутинную жизнь, но все это — потом. Пока они принадлежать лишь друг другу, наслаждаясь тишиной и одним ритмом сердцебиения на двоих.