I see

      Я вижу её.       Господи, как же долго я притворялась, что не вижу.       Я вижу её каждый раз, когда она входит в комнату, каждый раз, когда начинает говорить, каждый раз, когда улыбается кому-то своей мягкой, чуть усталой улыбкой. Я вижу её смех, вижу, как она наклоняет голову, когда о чём-то задумывается, вижу, как она проводит рукой по волосам во время работы, как хмурится, перечитывая текст, как загораются её глаза, когда речь заходит о чём-то действительно важном.       Я вижу её. Всегда видела. Как же глупо было делать вид, что это не так. Как глупо было убеждать себя, что она ничего для меня не значит и отворачиваться каждый раз, когда сердце начинало биться чуть быстрее. Как ужасно, невыносимо глупо было притворяться, будто я могу забыть её, будто могу не замечать её присутствия, её голос, её взгляд.       Потому что я замечала.       Каждую секунду, день, каждый чёртов день.       Я смотрю на неё и не понимаю, как вообще возможно существование такого человека. Она замечательная. Нет, этого слова недостаточно. Оно слишком маленькое, слишком простое для неё. Она главный редактор, человек, способный удерживать на своих плечах целый мир, человек, которого слушают, за которым идут, которому верят. Она входит в помещение — и пространство меняется вместе с ней. Она требует внимания, просто невозможно не обратить на неё его.       Я вижу её тёмные волосы, вижу её улыбку, вижу красоту, которую она сама, вероятно, давно перестала замечать. Вижу её силу. Вижу её ум. Вижу её доброту, которую она так старательно показывает остальным и остается незамеченной. Вижу её яркость, её упрямство, её способность подниматься после каждого удара судьбы и идти дальше, даже когда никто другой уже не смог бы.       Я вижу её.       И, наверное, именно это причиняет такую боль. Потому что теперь уже слишком поздно для всех слов, которые должны были быть сказаны раньше. Слишком поздно для признаний, которые столько лет застревали где-то между страхом и гордостью. Слишком поздно для надежд, которые я сама похоронила прежде, чем дала им шанс стать реальностью.       Я всегда буду винить себя за это. За то, что так долго не позволяла себе видеть правду. За то, что ждала. За то, что боялась. За то, что упустила время, которого больше никогда не вернуть.       Теперь я вижу её даже тогда, когда её нет рядом. Вижу в случайных фразах, в знакомых местах, в чужих улыбках, в статьях, которые она пишет, в работе, которую продолжает делать лучше всех.       Меня больше никогда не будет рядом с ней. А она будет жить дальше и продолжать то, что когда-то начинала вместе со мной, потому что она сможет, потому что она сильная и удивительная. Потому что она — та самая, которую я потеряла, так и не успев по-настоящему обрести. И, наверное, это останется со мной навсегда.       Я вижу тебя, Андреа.       Даже если ты никогда об этом не узнаешь. Даже если никогда больше не посмотришь в мою сторону. Даже если для тебя я уже давно стала лишь частью прошлого.       Я всё равно вижу тебя и, кажется, буду видеть до самого конца.