Действия, изменившие жизнь навсегда

- Хватит! Хватит нести эту хрень!... Просто, блять, ну скажи мне правду! - Килл перешёл на крик, толкая Леона на кровать. Сам парень расположился сверху, чтобы на этот раз хулиган не смог сбежать. - Правду? - Правду... что сводит меня с ума. Правду, ебучую правду о том, что ты чувствуешь на самом деле... потому что я не могу больше сдерживаться. - Хм... Потому что это перебор, и потому что эти кретины-музыканты твоя группа. Я люблю доставлять проблемы, но не таким способом. - А каким? - Например тем, что привёл тебя в мой дом. Ты думаешь обо мне, ты хочешь ко мне, ты сейчас на... мне. - Леон произносил эти слова медленно, маняще, смакуя каждое слово, словно хищник, подходящий к своей жертве. Он смотрел парню в глаза, открыто насмехаясь над его попытками понять происходящее. От слов Леона у Килла по спине побежали мурашки. Он пытался побороть в себе желание прильнуть к парню, но музыкант держал самообладание. - Это всё... из-за меня? - Из-за тебя. - Что же ты делаешь со мной? - Пока ещё, ничего. Ведь это ты напал на меня, Килл. - Не играй со мной!... Хватит... Прошу... Голос парня утонул в комнате, последние слова висели в пространстве, начиная давить на Леона, но всё же он решил идти до конца. - Ты проиграл пари, помнишь? - Более низким и тихим голосом спросил волейболист. - Помню... и чего ты хочешь? - Хм...очевидного. Поцелуй меня, Килл. - Гитарист понимал, что прийдя домой к Леону, подобное должно было произойти, но это ситуация была другой. Расстояние между ними было смехотворным, но парень прильнул к спортсмену ближе. Дыхание коснулось кожи лица. Взгляд Леона опустился на губы гитариста. - Что ты чувствуешь ко мне? - едва произнося, спросил гитарист. - Я без ума от тебя. - Ответ прозвучал ещё тише, но Килл услышал. Парень аккуратно коснулся губами его губ. Он старался не спешить, пытаясь, через поцелуй передать все свои чувства. Леон не стал брать инициативу на себя, ему хотелось посмотреть, что произойдёт дальше. Килл тем временем проник в чужой рот своим языком, пытаясь углубить поцелуй. Леон не препятствовал этому, отвечая со всей нежность, на которую был способен. У хулигана было много разных поцелуев до этого момента: рваные, влажные, страстные, но никогда он не целовал кого-то с нежностью. Это чувство окутало их двоих, принося им обоим большее удовольствие от поцелуя. Но медленно нежность перетекала в страсть. У Килла терялось самообладание, и он полностью приник своим телом к волейболисту, продолжая целовать его. Леон в свою очередь приобнял парня, притягивая его к себе. Рука Килла направилась в тёмные волосы волейболиста. Густые, короткие и чёрные, как смоль они струились по руке лидера группы. Музыкант резко сжал и оттянули волосы Леона назад, из-за чего голова парня откинулась, открывая проход к шее. Сначала Килл поцеловал его в шрам на переносице, затем спустился к другому на щеке. Рубцы на коже лица полностью покрылись следами от поцелуев. И только после шрамов, музыкант спустился к шее, оставляя там влажные и рваные поцелуи. Из губ Леона послышался приглушённый стон, из за этого в джинсах стало теснее. Килл отстранился от парня, чтобы посмотреть на него. Мятая футболка, румянец на щеках, приоткрытые губы и всё такой же пожирающий взгляд. Воспользовавший заминкой, волейболист поменял позицию, теперь он нависал над гитаристом. - Я долго бездействовал, теперь моя очередь. - Томный взгляд его глаз и бархатный голос. Губы хулигана впились в губы Килла, сразу углубляя поцелуй. Жестокость граничила с нежностью, от чего музыкант застонал в поцелуй. Рука спортсмена проскользила под футболку парня, очерчивая его торс, изучая тело, она продвинулась дальше. Дойдя до груди Килла, Леон зажал один из сосков парня, на что музыкант простонал и прогнулся в спине навстречу волейболисту. Вторая рука бродила по бедру гитариста и сжимала его с каждой секундой все сильнее. Языком хулиган провел дорожку от губ, через линию шеи, до кадыка парня. Стоны Килла создавали вибрацию на языке Леона. Спортсмена это забавляло и возбуждало одновременно. Паховые области парней соприкоснулись, Леон дразняще сделал движение вперёд-назад. Оба парня застонали в унисон. Они были настолько возбуждены, что им становилось больно, от того, как половой орган упирался в ширинку джинсов. - Чёрт, я схожу с ума? - сквозь стон спросил Килл. Он полностью отдался ощущениям, теряя самоконтроль окончательно. - Этот процесс начался уже давно. Только ты здесь не единственный сумашедший... Воздух начинал заканчиваться в лёгких, в комнате становилось жарче от двух разгорячёных тел. Запах мужского адекалона опьянял, как вино. Завтра музыкант будет жалеть о сегодняшнем дне, но сейчас было всё равно, что случиться. Руки Килла потянулись изучать тело партнёра. Рельефные мышцы, пресс на животе. Гитарист попытался снять с Леона футболку, на что тот усмехнулся, но помог ему это реализовать. Оголенная кожа покрылась мурашками. Тело Леона было прекрасно: широкие плечи и идеальные мускулы. На правом плече Килл снова заметил татуировку девушки с часами. Этот рисунок он увидел ещё в мужской раздевалке, когда они целовались за шкавчиками, и после чего парень проиграл пари. Волейболист, не отрываясь от губ Килла, снял сначала его наушники с шеи, а после начал задирать футболку. Леона сильно удивило наличие пресса у гитариста и неплохих мышц. Футболка полетела на пол. Килл все же решил взять инициативу на себя. Когда Леон решил оторваться от парня, чтобы набрать в лёгкие кислород, музыкант снова накинулся на парня и придавил его к кровати, меняя позиции. Гитарист оказался на бёдрах хулигана, руки упёрлись в грудь парня, не давая ему подняться. Килл почувствовал, насколько поднялся бугорок джинс его партнёра. Решив подразнить Леона, музыкант потёрся промежностью о его пах, движения вперёд-назад. Хулиган очень громко застонал. - Боже, Килл, дай мне войти в тебя, я больше не могу.... - Подожди... Килл прикоснулся рукой к джинсами парня, поглаживая его возбужденный орган. Парень застонал еще громче. - Ах, Килл... Не теряя времени, музыкант приспустил джинсы Леона, затем повторил действие с боксерами. Взгляд остановился на паховой области. - Ммм. - Гитарист закусил губу. Килла очень смутил размер парня, точнее смутила мысль, что это полностью погрузится в него... Леон снова взял инициативу в свои руки и поменял позиции. Теперь он был сверху. Спортсмен окончательно избавился от остатков одежды, оставшись полностью нагим. Его член упёрся в ширинку Килла. - Сколько раз ты меня представлял нагим? - Что? - Повторю ещё раз, сколько раз ты представлял меня полностью голым? Сколько раз ты представлял себе, как я ночью дрочу на твои фотки? - Ммм. - Сколько? - волейболист растегнул джинсы Килла и приспустил их до колен. Его руки легли на возбуждённую область, начиная поглаживать её. - Ах, не знаю.... несколько раз? - Точнее. - Ах, сука, больше пяти. - Ещё точнее. - Ммм, семнадцать, семнадцать раз я представлял тебя, мудак. - И сколько раз из них ты дрочил на меня? - Ах, блять, четырнадцать.... кретин, ммм. Его взгляд был хищным и пожирающим, карие глаза смотрели прямо в душу. Леон снова примкнул к Киллу губами. Быстрые поцелуи вели по скуле к груди. Спускаясь всё ниже, волейболист дошёл до пупка. Леон поднял голову, а его руки сняли последний элемент одежды гитариста. - Подожди минуту. - Спортсмен встал с кровати и подошёл к шкафу. - Ты куда? - В ответ он услышал заливистый смех. - За лубрикатами, или ты предпочитаешь жёсткий секс? - Килл встал с кровати и подошёл к своему партнёру. Музыкант развернул хулигана к себе и прильнул к нему поцелуем. Леон ответил на него и подхватил гитариста на руки, неся его к кровати. Оба парня рухнулись на постель. - Никогда бы не подумал, что ты любишь пожёстче. - Ты невыносим! - Леон снова был сверху. Он отстранился от поцелуя. Коленом волейболист раздвинул ноги партнёра шире. В то же время рукой он направил свой член в узкий проход Килла. Один рывок. В комнате застонали оба. Гитарист почувствовал, что в него вошла только головка члена. Леон дал время привыкнуть партнёру к нему, но терпение кончалось. После примерно минуты парень продолжил движение внутри. - Ах, аккуратней! - Хм.... Ты сам отказался от смазки. Снова, давая время партнёру привыкнуть к его размеру, Леон ждал. - Сука, никогда не подумал бы, что буду трахать не я, а меня. - Ммм, вкусненько звучит. - Заткнись! Музыкант начал ёрзать бёдрами, он ощущал огромные габариты партнёра, но искал большей близости с ним, хотя куда ещё ближе. Волейболист начал медленно двигаться. Килл застонал еще громче. - Ах... Леон, подожди. - Но у спортсмена кончилось терпение. Он прильнул поцелуем к гитаристу, заглушая им его стоны. Темп медленно нарастал. Музыкант всё громче стонал. Ему казалось всё нереальным. Весь мир ушёл от него на второй план, всю его вселенную заменили ощущения. Было больно, но одновременно он испытывал удовольствие. Килл никогда не думал, что он - мазохист, но теперь музыкант может сказать, что в этом что-то есть. С каждым толчком, его партнёр погружался в него всё глубже. - Ммм, какой ты тугой. - Ах... можем поменяться ролями, сука, ах! - Определённой нет, мне нравиться, когда ты стонешь подо мной. - Ты даже не пробовал, ахх. - И как-то не хочется, ммм. Темп стал сумашедшим, Килл старался заглушить стоны, но у него это плохо получалось, вернее сказать вообще не получалось. - Леон я сейчас... - Подожди... Рука Леона потянулась в члену партнёра, начиная его надрачивать. - Блять... Ах... Гандон, убери руку, ммм. Эта минута стала роковой для обоих. - Леон! - имя парня прозвучало криком на всю комнату. Возбуждённый орган запульсировал в руке Леона, и сперма оказалась у него на руке. Волейболист сделал последние толчки и резко вышел. - Килл, пожалуйста. - Парень всё понял. Он прильнул к нему поцелуем, ублажая партнёра своей рукой. - Килл... - едва слышно произнёс Леон. Он кончил в руку гитариста. Оба парня повалились на постель. Сердца бились в унисон, а дыхание оставалось неровным. Этот день изменил их жизнь навсегда.