Call out my name in the middle of the night

Пока мама спала рядом, предвкушая долгожданный отдых, Йеджи молча смотрела в иллюминатор и плакала на высоте девять тысяч километров. Они наконец-то полетели во Вьетнам - поездка, о которой давно мечтали и долго ждали, когда же у них сойдутся графики. Всё включено, закрытый отельный пляж в двух минут от двери номера и десять дней свободы - об этом можно было только мечтать.  Ещё вчера утром Хван была неимоверно счастлива, собирая чемоданы, но перед самым вылетом она нашла в сумке у любимой девушки красную помаду. Они обе ненавидят красный в макияже. Долго гадать откуда взялся этот тюбик не пришлось, потому что следующей находкой оказалось рубашка Лии с жирным следом, видимо, этой самой помады на воротнике. - У тебя есть десять дней, чтобы собрать все свои вещи. Я должна вернуться и не обнаружить ни следа от тебя. Кричать долго и громко Йеджи не хотела, да и не было необходимости: Лия даже ничего не отрицала. Последнее время они жили просто как соседки и Хван чувствовала, что скоро придёт конец, но не ожидала, что в такой форме.  Йеджи не хотела портить маме настроение перед отпуском и ничего ей не рассказала, понадеявшись, что она ничего не заметит. Ей повезло, и обычно очень чуткая мама, кажется, была слишком рада отпуску, так что просто наслаждалась каждой секундой, начиная с момента, когда они переступили порог аэропорта. Йеджи оставалось только применить все свои актерские способности и придумать правдоподобный ответ почему же Лиа не проводила её на самолет. Приземлившись в аэропорту Нячанга, Хван, как по щелчку, почувствовала настоящее облегчение. Словно здесь, за три с половиной тысячи километров, морской ветер унёс вдаль все переживания и тревоги. Йеджи подлинно удивилась, но решила, что оно и к лучшему.  Уже вечером девушка, наслушавшись про вечерние мероприятия, концерты и безлимитный бар пошла туда, чтобы забыться окончательно. Мама идти отказалась и предпочла вечерне-ночную экскурсию, но Хван это только на руку. Посмотрев выступление танцоров, уже на веселе после нескольких коктейлей Йеджи пошла к сцене рядом с баром, на которой вот-вот должен начаться небольшой концерт с популярными песнями.  Взяв коктейль покрепче, Хван танцевала и пела без остановки, даже когда почти никто из других гостей не подпевал. Ей не было стыдно. Она хотела отпустить всё, прожить эмоции и по-настоящему насладиться отпуском и любимой музыкой. После очередной популярной, но довольно старой песни сквозь кричащие колонки Йеджи услышала, как к ней кто-то обратился. Обернувшись, она увидела девушку, которая уже несколько песен стояла рядом с ней и, кажется, была ну очень пьяной. - Не против познакомиться? - прокричала она, чтобы Йеджи её услышала. - Знаешь, а давай.  Поколебавшись пару секунд, Хван согласилась. Она хотела сказать привычное «у меня есть девушка», но вспомнила, что с недавнего времени она совершенно свободна. - Я Рюджин. - Йеджи. Танцуем? - улыбнувшись сказала она, кивнув на сцену, где певица готовилась исполнять ещё одну известную песню. - Танцуем! Остаток концерта прошел под любимые песни в приятной компании Рюджин, громко подпевающей рядом, и ещё нескольких милых девушек-сотрудниц, которые подбадривали гостей. Кажется, их даже не напрягало, что это их работа, и они были только рады вечерней смене. После двадцати минут активных танцев и нескольких коктейлей в перерывах, уже сильно пьяные девушки рассыпались в благодарностях певице, пожелали спокойной ночи сотрудницам и, продолжая напевать разные мелодии, пошли на пустующий пляж. - Это было прекрасно. - воодушевленно произнесла Йеджи, глубоко вдохнув свежий морской воздух. - Потрясающе. - дополнила Рюджин, засматриваясь на горизонт. - Ты сегодня прилетела? Не видела тебя тут раньше. - Да, только вот утром. Ты давно тут уже? Под шум волн и легкий ветерок девушки разговорились. Рюджин рассказала, что уже тут три дня и останется ещё на неделю. Сама она из Пусана, отдыхает тут с мамой и младшей сестрой, которые совсем не разделяют её желание потанцевать до десяти вечера и выпить весь безлимитный бар. Алкоголь давал о себе знать, и Йеджи очень старалась фокусироваться на словах собеседницы, что получилось плохо. У самой у неё язык развязался и она не поняла как, но начала рассказывать про вчерашнее расставание, не углубляясь в подробности. - Мне жаль это слышать. - единственное, что смогла сформулировать Рюджин в ответ. - Я решила, что приехала сюда отпустить всё и забыться. Это ужасно, но я слишком долго ждала этот отпуск. - Это правильно. - удивительно твердо для пьяной девушки ответила Рюджин. - Ты же не обязана портить себе отпуск из-за какой-то Лии. Йеджи удивленно моргнула. Она не помнила, чтобы называла имя. Наверное, все же сказала. - Ты права. - выдохнула Хван, чувствуя, как к горлу снова подступает комок, но не от боли, а от странного облегчения. - Просто я так долго этого ждала. И мама тоже. Она даже не знает, я не стала рассказывать. - И не надо, - пожала плечами Рюджин, откидывая волосы назад. Ветер тут же бросил их ей в лицо, и она тихо рассмеялась, заправляя пряди за уши. - У тебя десять дней. Десять дней только для тебя. - А потом? - А потом решишь. - просто сказала Рюджин и посмотрела на Йеджи так, будто та была самым интересным собеседником за последнее время. - Знаешь, я тоже приехала забыться. Но не из-за расставания. Просто… хотелось почувствовать, что я еще живая. Йеджи замерла. Слова легли ровно туда, куда нужно. - И как, получается? - тихо спросила она. Рюджин улыбнулась. Не пьяно, а почти трезво, несмотря на коктейли. - Сейчас - да. Прямо сейчас - очень. Они помолчали. Волны шумели, где-то вдалеке все ещё играла музыка. Атмосфера легкой жизни, которую Йеджи не чувствовала целую вечность, снова наполняла её изнутри. - Знаешь. - Хван посмотрела на Рюджин внимательнее, чем за весь вечер. - Я не хочу быть одна сегодня. - А я не хочу, чтобы ты была одна. - ответила Рюджин так просто, будто это было самое очевидное в мире. Йеджи медленно выдохнула и впервые за последние пару дней улыбнулась по-настоящему. Не для мамы, не для вида. Просто так. - Тогда, может, украдем еще по коктейлю и устроимся на шезлонгах? - предложила она. - Я не готова идти в номер. - А я не готова расходиться. - кивнула Рюджин и протянула руку. - Идем, Хван Йеджи. У нас целая ночь впереди. Йеджи взяла её ладонь. Такую мягкую, шелковистую, немного холодную из-за ветра. Они пошли обратно к бару, и где-то на полпути Рюджин тихо запела ту самую песню, под которую они только что плясали. Йеджи подхватила. Пьяно, фальшиво, но счастливо. Впервые за очень долгое время. ***  Солнце безжалостно било прямо в глаза сквозь небольшую щель между плотными шторами. Йеджи застонала и попыталась спрятать лицо в подушку, не желая ослепнуть с самого утра. С трудом разлепив веки, Хван с удивлением обнаружила, что лежит поверх покрывала, в незнакомой футболке с вьетнамским флагом и своих джинсовых шортах, которые сдавили всё что только было можно и оставили красные полоски на теле. Волосы страшно запутались, а во рту было неприятное послевкусие вчерашнего лонд-айленда. Он был явно лишний. - Ох. - прошептала Йеджи и тут же пожалела - голос треснул и разлетелся на тысячу осколков в висках. Она закрыла глаза и попыталась собрать картину вчерашнего вечера по кусочкам, но мозг выдавал только обрывки: танцы, море, смех Рюджин. Много смеха. Потом они, кажется, украли не два коктейля, а гораздо больше. Затем Рюджин учила её кричать что-то по-вьетнамски, но это закончилось истерикой на песке. А потом, кажется, было купание в одежде? Да, точно. И чья-то футболка, которую Рюджин сняла с себя и накинула на Йеджи. - Ты замёрзла. - сказала тогда Рюджин. Или нет? А может, это просто показалось. Но запах. Запах остался. Не кокосы, не море, а что-то такое личное, живое - волосы Рюджин, когда та наклонялась близко-близко, чтобы перекричать музыку в клубе. Йеджи помнила, как зарылась носом в эту макушку и подумала: «Боже, как же хорошо». А потом - черный экран. Хван медленно села на кровати, оглядела номер. Мамина кровать пуста и идеально заправлена - значит, она уже ушла на завтрак или очередную экскурсию. Рядом с кроватью Йеджи стоял стакан с соком, бутылка воды и записка: «Ты вернулась под утро. Выглядела счастливой. Не будила. Мама». Йеджи выпила всё залпом, почувствовав, как жизнь медленно возвращается в тело. В телефоне обнаружилось пять пропущенных от неизвестного номера и одно сообщение от Рюджин. Наверное. Сообщение гласило: «Ты жива? Ты вчера танцевала с пальмой. Я хочу это забыть. Давай встретимся в бассейне через час». Йеджи не помнила, чтобы давала свой номер. Но, судя по всему, вчера она была очень щедра на личную информацию. Она уставилась в потолок и медленно улыбнулась. Голова болела, но в груди вдруг стало легко. Не потому, что она забыла про Лию - к сожалению, та никуда не делась. Рюджин точно не дожила невиданную магию на Хван вчера вечером. Йеджи потянулась к телефону и нацарапала дрожащими пальцами: «Пальма была в восторге. Буду через час. Принеси тёмные очки». Отправила. И, откинувшись на подушку, снова вдохнула чужой запах, зажмурилась и прошептала: - Что же мы вчера вытворяли, Рюджин… Ответа не требовалось - его принесёт сама Шин через час у бассейна. Если, конечно, она сама что-то помнит, кроме той несчастной пальмы. Йеджи с трудом собралась, прикрыла чем-то вроде чёлки опухшие глаза и побрела к бассейну, прихватив с собой чужую футболку - всё-таки надо вернуть. Небыстро заметив в толпе отдыхающих новую подругу, Хван пошла в её сторону. - Ну как ты? - спросила Рюджин, обняв девушку в знак приветствия. - Честно, ужасно. - посмеялась она в ответ. - Понимаю.  Шин улыбнулась. Также мягко и свободно, как вчера, но уже намного трезвее. При виде этой сказочной улыбки и черных волос Хван вспоминала всё больше и больше кусочков вчерашней ночи. Чем дальше - тем они были хуже. - Пойдем возьмем воды и будем вспоминать, что ты вчера вытворяла. - Я? - возмутилась Йеджи. - Не думаю, что ты молча сидела и осуждающе смотрела. - Не переживай, я тоже хороша была.  Девушки плюхнулись на шезлонг, стянули сандалии и вытянули ноги под яркое солнышко. Голова у обеих всё ещё гудела, но холодная вода заходила на ура. - Ну, давай. - начала Хван, открывая бутылку. - Что я там вытворяла? Кроме вальса с пальмой. - Ты хочешь полный список? — Рюджин прищурилась и откинулась на спинку. - Во-первых, ты пыталась убедить бармена, что коктейль «Секс на пляже» должен подаваться буквально. Он очень смущался. Йеджи замерла с трубочкой у губ. - Нет. - Да. Ты ещё сказала, что у тебя сейчас как раз отпуск, так что грех не попробовать. - Боже. - простонала Йеджи и сползла по шезлонгу ниже. - А он что? - Он сделал вид, что не понял по-английски. - Рюджин усмехнулась. - Кстати, ты потом пыталась объяснить ему на корейском. Очень громко. Йеджи закрыла лицо рукой. Чтобы она предложила незнакомому парню секс вот так в открытую - да ни за что. Сколько бы она не экспериментировала, парни, всё-таки, не её тема. - Какой ужас. Хотя, а сама то? - улыбнулась Хван. - Я смутно помню, как ты спорила с охранником, но не помню о чем. - Йеджи прищурилась, пытаясь выудить воспоминание. - Это было, когда я пыталась вернуть твои сандалии, которые ты оставила у пальмы. Охранник подумал, что я их украла, потому что они были розовые, а на мне всё чёрное. Я слишком эмоционально объясняла, что у меня дома тоже есть розовые вещи, просто сегодня не тот день. - И что он тебе сказал на это? — Йеджи уже давилась от смеха. - Ничего, просто кивал, пока я орала на него по-корейски. - призналась Рюджин. - Думаю, он просто испугался. - Неудивительно. - хмыкнула Йеджи. - Ладно. Что ещё я не помню? Рюджин сделала серьёзное лицо, но глаза предательски блестели. - Ты пела балладу. На песке. Лёжа. Прямо глядя в небо. И требовала, чтобы я подпевала. - И ты подпевала? - Как будто у меня был выбор. - вздохнула Шин. - Мы обе не знали всех слов, так что просто орали припев. Кажется, кто-то даже хлопал из номеров. Йеджи опустила лицо в ладони и просипела сквозь смех: - Я не могу. Мы идиотки. - Полные. - счастливо согласилась Рюджин. - Но это, наверное, не самое страшное за вчера. - Могло произойти что-то хуже? Йеджи посмеялась и сделала глоток воды, но, обернувшись на собеседницу, увидела, что она встревоженно опустила лицо. - Ну... - протянула Шин. - Рюджин. - Йеджи прищурилась. - Ты меня пугаешь. - В общем... - Рюджин откашлялась и всё-таки подняла глаза. - Ты помнишь, как мы расходились по номерам? Йеджи нахмурилась, пытаясь нащупать в памяти конец ночи. Смутно: луна, мокрая футболка на плечах, тихие шаги по плитке. И Рюджин рядом. - Не очень. - призналась она. - В общем… - Рюджин закусила губу и отвернулась к бассейну. - Перед тем как ты ушла, мы... короче, мы поцеловались. Повисла тишина. Ветер донёс чей-то детский визг и плеск воды. Йеджи медленно опустила бутылку и удивлённо посмотрела на девушку. - Скажи, что ты шутишь, пожалуйста. - спокойно произнесла она. - Не шучу. - выдохнула Рюджин, и её щёки теперь были точно такого же оттенка, как розовые сандалии Йеджи. - Ты подошла ко мне, взяла за лицо и сказала... что-то типа «ты очень красивая, и я хочу запомнить этот отпуск». Потом просто поцеловала и ушла в номер. А я стояла как дура. Йеджи смотрела на неё расширенными глазами. Память подкинула смутный кадр: тёплые губы, удивлённый вздох Рюджин и собственное «спокойной ночи» уже в спину. - И ты ничего не сказала? - выдохнула Хван. - А что я должна была сказать? - Рюджин наконец взглянула на неё, и в её голосе смешались смущение и еле заметная обида. - Ты просто развернулась и ушла. А я осталась с мыслью, что это был очень пьяный сон. - Это был не сон. - тихо сказала Йеджи, всё ещё осознавая произошедшее. - Потому что я только что это вспомнила. Боже, Рюджин, я правда поцеловала тебя. - Ты была пьяная в стельку. - быстро добавила Рюджин, словно оправдываясь. - Я решила не воспринимать это серьёзно. Они замолчали. Йеджи крутила воду в руках и чувствовала, как где-то в районе грудной клетки разливается совершенно трезвое тепло. - А если бы я была трезвая? - спросила она негромко. Рюджин подняла бровь. - Ты сейчас трезвая. - И что? - И я пока не знаю. - честно ответила Рюджин, но уголки её губ дрогнули в улыбку. Йеджи взяла футболку, которую так и не вернула, и аккуратно положила на колени Рюджин. - Держи. И давай сделаем вид, что эта ночь была просто очень странной. - А поцелуй? -уточнила Рюджин. Йеджи вздохнула, поставила воду и встала. - Поцелуй... поцелуй я пока не знаю, куда деть. Может, обсудим это вечером. За новыми коктейлями. Рюджин посмотрела на неё снизу вверх и вдруг улыбнулась - уже без смущения, а с предвкушением. - Договорились. Но в этот раз без пальм. - И без поцелуев, пока не обсудим. - подмигнула Йеджи. После разговора у бассейна никто не ушёл. Йеджи и Рюджин как-то незаметно решили, что остаток дня проведут вместе. - Пойдём на море? - предложила Рюджин, стягивая через голову футболку. Под ней оказался чёрный купальник - ничего удивительного, учитывая её гардероб. - Там вода как парное молоко. - Ты просто хочешь посмотреть, как я буду плавать после вчерашнего.  прищурилась Йеджи, но поплелась за ней, к счастью, она догадалась сразу надеть купальник. Море оказалось действительно тёплым и почти неподвижным. Они зашли по пояс, и Йеджи с наслаждением опустила голову в воду, надеясь, что солёная вода снимет отёки с лица. - Ты похожа на выжившую после кораблекрушения. - заметила Рюджин, стоя рядом и заправляя мокрые волосы за уши. - Я и есть выжившая. На корабле под названием «Вчерашняя ночь». - смеялась Йеджи, выныривая. Плескались они около часа, пока Йеджи не заметила вдалеке знакомый силуэт. - Ой. - сказала она, резко выпрямившись. - Это моя мама. И она идёт сюда. Мама Йеджи - элегантная женщина с такой же мягкой улыбкой - направлялась к воде с большим пляжным полотенцем. Увидев дочь, она помахала рукой, а потом перевела взгляд на Рюджин. - А это, видимо, та самая подруга? - спросила она, подходя ближе. - Та, с кем ты вчера орала песни до утра? - Мам. - простонала Йеджи, пожалев, что встретившись с мамой по дороге в номер за солнцезащитным кремом, рассказала ей, что было вчера. - Шин Рюджин, очень приятно. - Рюджин улыбнулась и вежливо поклонилась. - Мне тоже. кивнула мама. - Вы хоть не утонули вдвоём? - Почти. - честно ответила Рюджин. - Но мы держались. Мама рассмеялась и пошла класть полотенце на шезлонг, а девушки переглянулись и вылезли из воды. Через полчаса, когда они уже сушились у бассейна отеля, к ним подбежала маленькая девчонка в ярко-розовых очках для плавания. - Рюджин-онни! - закричала она. - Мама сказала, чтобы ты не пила сегодня много, а то ты вчера храпела! Рюджин закрыла лицо ладонями. - Наён, иди обратно. - А это кто? - девочка уставилась на Йеджи, ничуть не смущаясь. - Твоя новая девушка? Красивая. - Наён! - теперь уже рявкнула Рюджин, но было поздно - следом подоспела её мама, громкая и эмоциональная, тащившая за собой пляжную сумку и мужа с планшетом. - О, вы та самая Йеджи! - воскликнула мама Рюджин, сразу переходя на «ты». - Наён, не приставай к людям. Извините, моя младшая - кошмар. - Я не кошмар, я честная. - обиженно произнесла Наён и, не дожидаясь ответа, нырнула в бассейн. Взрослые обменялись быстрыми любезностями - подошедшая вовремя мама Йеджи поздоровалась, и они с мамой Рюджин тут же нашли общую тему в виде ужасных рейсов и перелётов. - Вот так. - выдохнула Рюджин, когда обе мамы увлеклись разговором о том, где лучше покупать фрукты. - Теперь моя семья знает о тебе. И Наён считает тебя моей девушкой. - А она вообще знает, что это значит? - усмехнулась Йеджи. - Понятия не имеет. Но через час расскажет всему отелю. - вздохнула Рюджин и откинулась на спинку шезлонга. - Добро пожаловать в мою жизнь. Йеджи засмеялась и протянула ей бутылку воды. - Ладно, зато не скучно. *** К девяти вечера бар снова ожил. Те же огни, та же сцена, те же сотрудницы, которые уже узнали девушек и махали им из-за стойки. Рюджин заказала два «Мохито» - нормальных, с ромом. - Сегодня без глупостей? - спросила она, протягивая один бокал Йеджи. - Сегодня с глупостями, но контролируемыми. - ответила Хван и сделала первый глоток. Концерт начался с той же певицы, что и вчера. Когда заиграл первый аккорд, Йеджи потянула Рюджин за руку. - Идём. Мы пришли танцевать, а не сидеть. Они встали у сцены, совсем как вчера. Народу было поменьше, так что места хватало. Йеджи поймала себя на мысли, что помнит почти все песни - те же самые, под которые она вчера вытворяла безумства. - Помнишь этот трек? - крикнула Рюджин, когда заиграла знакомая мелодия. - Ты тогда решила, что знаешь все движения. - Я их и правда знаю! - возразила Йеджи, танцуя. - Просто в какой-то момент у меня перестали слушаться ноги. - Ты упала. - напомнила Рюджин. - Два раза. И оба раза сказала, что это заминка. - Это была заминка! - но Йеджи уже смеялась. После трёх песен они отошли к барной стойке, взяли по новому коктейлю и уселись за столик у сцены. - Давай честно. - начала Йеджи, пригубив напиток. - Вчера. Ты помнишь что-то, о чём мы ещё не говорили? - Рюджин задумалась, покрутила трубочку в стакане. - Ты пыталась фотографировать луну. - рассказала она. - У тебя тряслись руки, и на всех кадрах получалось просто чёрное пятно. Ты очень расстроилась и сказала, что луна тебя предала. Йеджи хихикнула. - Это помню. А ещё? - А ещё ты уговаривала меня спеть дуэтом ту самую балладу. - продолжила Рюджин. - Сказала, что нужно обязательно бежать по воде, чтобы волосы развевались на ветру.  - И что ты сделала? - Я сказала «нет», ты обиделась и ушла фотографировать пальму. Это было прямо перед поцелуем. - Рюджин улыбнулась, но в этот раз без смущения, скорее с теплотой. На сцене заиграла медленная песня, и несколько пар потянулись танцевать. - Пойдём. - сказала Йеджи, протягивая руку. - Потанцуем нормально. Без фотосессий с пальмами. - Обещаешь? - прищурилась Рюджин. - Обещаю. - улыбнулась Хван. - На сегодня. Они вышли на площадку, и Йеджи положила руки Рюджин на плечи. Рюджин придвинулась ближе, и от неё пахло тем же кокосом и ещё чем-то сладким, почти знакомым.  Такой легкий, но будоражащий чувства аромат вернул Хван в веселье прошлой ночи. Кажется, эта будет ещё веселее. Концерт закончился около одиннадцати. Певица помахала на прощание, сотрудницы у сцены стали сворачивать аппаратуру, а редкие гости потянулись кто на вечернюю прогулку, кто в номера. Йеджи и Рюджин, допив свои уже не помнящие счёта коктейли, синхронно покачнулись, когда встали из-за столика. - Пляж? - Рюджин моргнула, пытаясь сфокусироваться на Йеджи, но взгляд всё равно ехал куда-то в сторону. - Пляж. - кивнула Хван, тоже явно не контролируя координацию. - Только не упади по дороге. Я не смогу тебя нести. - А я тебя смогу. - гордо заявила Рюджин и тут же споткнулась о собственную ногу. Они рассмеялись и, держась друг за друга как два пингвина в шторм, побрели по дорожке к пляжу. Ночь качалась. Буквально. Йеджи смотрела на луну, и та двоилась, а потом троилась, и это было одновременно ужасно и прекрасно. Ветер трепал волосы, но она его почти не чувствовала - только тёплый бок Рюджин, прижатый к её плечу. - Садись. - скомандовала Шин, когда они добрались до песка, и первой рухнула вниз, увлекая Йеджи за собой. Йеджи плюхнулась рядом, чуть не ткнувшись носом в колено Рюджин, и снова рассмеялась - слишком громко, слишком пьяно, но ей было всё равно. - Слушай. - Рюджин повернулась к ней, заплетающимся языком. - Ты вчера поцеловала меня, а я даже не успела ничего понять. Это нечестно. - А что ты хотела успеть? - Йеджи с трудом сфокусировалась на её лице. - Ну... запомнить хотя бы. - Рюджин икнула и прикрыла рот рукой. - А то ты просто - раз, и ушла. А я стояла как дура. Несколько минут они сидели молча, тяжело дыша и пытаясь понять, почему земля всё время движется. Потом Рюджин тихо спросила: - А что вчера было? Ну, кроме поцелуя. Ты рассказывала что-то про свою бывшую, верно? Йеджи выдохнула, и алкоголь вдруг снова развязал язык. - Да, немного. - сказала она, внезапно засомневавшись, что рассказала действительно немного, но решила повествовать всё с самого начала. - Мы почти два года встречались. А перед самым вылетом я нашла в её сумке красную помаду. Мы обе ненавидим красный. Понимаешь? А следом - рубашку с жирным следом этой помады на воротнике. Она замолчала, сглотнула. - Она даже не извинилась. Просто стояла и молчала, когда я сказала ей съезжать. Два года, Рюджин. Два года. А она... я даже не знаю с кем. И эта дурацкая помада. Как будто она специально её оставила, чтобы я нашла. Чтобы не пришлось ничего объяснять. Голос Йеджи дрогнул на последней фразе, и она отвернулась к морю, чтобы Рюджин не увидела её глаза. - И знаешь, что самое обидное? - продолжила она тише. - Я не злюсь на неё за то, что она изменила. Я злюсь за то, что она украла у меня этот отпуск. Я так долго ждала. И мама ждала. А я сижу здесь, на райском пляже, и всё равно думаю о ней. Это нечестно. Рюджин молчала, глядя на неё. В темноте её глаза блестели. - Ты не обязана забывать её за два дня. - наконец сказала Шин мягко. - Но ты уже здесь. И ты не одна. - Я знаю. - выдохнула Йеджи. - Просто... я не хочу, чтобы ты была просто заплаткой. Ты не заслуживаешь этого. - А кто сказал, что я согласна быть заплаткой? - Рюджин усмехнулась пьяно и тепло. - Я просто здесь. С тобой. Потому что мне хорошо. И всё. Они замолчали. Волна лизнула песок у самых их ног, но никто не отодвинулся. Йеджи чувствовала плечо Рюджин, прижатое к своему, и где-то глубоко внутри боль понемногу отпускала. - Рюджин. - позвала она хрипло, поворачивая голову. Рюджин уже смотрела на неё. Близко. Очень близко. Так близко, что Йеджи видела отражение луны в её зрачках и маленькую родинку под левым глазом. Время растянулось. Йеджи не знала, кто сделал первый шаг - может быть, она сама, может быть, Рюджин, а может, их просто притянуло друг к другу, как магнитом. Губы встретились, и это было совсем не похоже на вчерашнее. Вчера был порыв, вспышка, которую не запомнишь. А сейчас - медленно, неуклюже, потому что пальцы путались в волосах, а носы никак не находили нужного угла. Рюджин пахла ромом и кокосом, и Йеджи вдруг поняла, что не хочет больше ничего - только чувствовать это. Поцелуй длился вечность. Или секунду. Йеджи не знала. Она просто держала Рюджин за плечи, боясь, что та исчезнет, если отпустить. Когда они наконец оторвались друг от друга, чтобы вдохнуть, Рюджин уткнулась лбом в её лоб. - Теперь я запомнила. - прошептала она. Йеджи улыбнулась, чувствуя, как слёзы снова подступают к глазам, но теперь совсем по другой причине. - Я тоже. Они сидели на песке, обнявшись, под огромной жёлтой луной. Футболка Рюджин лежала рядом, забытая, и ветер тихо шевелил её край. - Рюджин. - М? - Спасибо, что ты здесь. Рюджин ничего не ответила - только крепче сжала её в объятиях. И этого было достаточно.