Дуэль.

Несмотря на то, что тренировочная площадка является общественным достоянием, конкретно в эту зону вряд ли кто-то осмелится зайти без причины. Здесь проходили самые ожесточенные схватки между слугами самой Царицы. Арена была огорожена от остальных с трех сторон, оставляя открытой одну зону для наблюдения, чтобы ничего… не пошло не по плану. Шаг. Поворот. Удар. Иссиня-черная сталь рассекает морозный воздух со свистом. Панталоне поудобнее перехватывает меч и в последний момент уходит от удара белоснежного двуручного меча. Отражая солнечные лучи, создавалось ощущение, словно меч сияет в чужих руках. Не мешает вести бой, но заставляет ненароком отвлекаться. Какая ирония, сияющий меч в руках у самой темной твари. Следом в его сторону летит еще череда ударов, которые удается заблокировать. Омега не жалеет сил, бьет по открытым местам вновь и вновь, получает блоки и распаляется только больше. Прямой удар с прицелом в грудь так же блокируется. По руке Дельца проходит неприятная отдача, он морщится и отталкивает инициатора удара от себя. Снег скрипит под ногами, после секундной заминки Девятый отвечает, метит в бок, в голову, снова в бок, но Дотторе тоже не промах, вовремя разворачивает корпус так, что меч лишь рвет кусок ткани на плаще, затем с разворотом ударяет по мечу, желая загнать соперника в угол. Шаг. Еще шаг. Он понимает задумку Доктора и послушно отступает, лишь блокируя удары. Один все же частично настигает: Феофан ощущает ледяной металл рядом со своей щекой, но двуручный меч его не ранит, лишь срезает прядь волос. Это уже не вписывается ни в какие рамки. Дотторе сокращает дистанцию неожиданно быстро для человека с таким оружием. Снег разлетается из-под сапог, двуручный меч описывает широкую дугу. На лице сегмента играет кровожадная ухмылка, даже такая малость, как задетая прическа, пробуждает в нем новые силы. Делец переходит в атаку и меняет схему. Теперь удары беспорядочным дождем обрушиваются на Доктора, заставляют сменить вектор атаки. Он не пытается пробить защиту, не пытается мелочно «отомстить» за срезанную прядь, лишь следует плану. Омега, не просчитав такой прыти, отступает под ударами на шаг, два, блокирует удары и наносит в ответ. Шаг. Удар. Подсечка. Неудача. Дотторе перепрыгивает через ногу соперника, но теряет устойчивость. Они вернулись в точку, с которой начали, из-за этого снег здесь особенно рыхлый, где-то подтаявшие кучи начали превращаться в наледь. Не давая времени восстановить равновесие, Делец бросается вперёд. Их мечи сталкиваются вновь и вновь. Искры летят даже сквозь морозный воздух. Удар. Подсечка. Удачная. Доктор скользит по леденистой поверхности, не удерживает равновесие и падает на колено. Взмахом меча Делец выбивает из чужих рук оружие. Слышится громкий звон металла, двуручный меч выпадает из рук и отлетает на несколько метров в сторону. Сам Доктор валится на снег, тяжело дыша вместе с Панталоне. Феофан заносит меч над лежащим в снегу соперником, ногой наступает на грудь, скорее символически, а не с целью помешать встать, в глазах играет азарт и что-то сложное, вроде жажды и страсти. — Последние слова? — лезвие касается подбородка, чуть царапает и заставляет поднять взгляд. Алые глаза прослеживают путь от заостренного конца до руки, обтянутой кожаной перчаткой с надетыми поверх кольцами, переходит к предплечью, плечу, чуть задерживается на подрагивающем кадыке и доходит до чужих глаз, на этот раз широко раскрытых и неотрывно наблюдающих за каждым движением, тем не менее, с яркой улыбкой. — Люблю, когда Вы смотрите свысока, — Омега тоже улыбается, а потом охает, ощутив давление на своей груди, — Вы в прекрасной форме. — Разумеется, а ты мог не поддаваться, — Делец ведет кистью ниже, от шеи чужой переходя к груди и области сердца, что предательски пропускает удар. Второй предвестник знает, что это лишь игра, что на самом деле Панталоне не посмеет ранить не захочет ранить своего лечащего врача и дорогого друга, полностью разделяющего его идеи и желания. — А я и не поддавался, — Омега хмурится от этого факта, но не может не быть честным перед предвестником. В груди Феофана разливается приятное тепло от этого факта, но он никак старается не показать этому льстецу свою радость от победы и еще большую радость от того, как соперник недоволен этим фактом. Перебесится. — Ладно, иди сюда. Меч воткнут в снег, грозясь полностью в него упасть, но никого это не волнует. Феофан протягивает руку, рывком помогая Доктору подняться, притягивает к себе и улыбается, все еще пытаясь отдышаться. — Победитель получит поцелуй? — Обычно победителя целует прекрасная принцесса, а не его соперник. Делец разворачивается и с притворной внимательностью осматривается. Вокруг них множество солдат, чьи лица скрыты масками. Он замечает с на одной из скамеек миловидную девушку с длинной тугой косой, которая натачивает свой клинок, переводит взгляд на Второго предвестника. Дотторе поворачивает голову в ту же сторону, под маской его эмоции трудно различить, однако за много лет сотрудничества и тесных встреч Панталоне научился различать малейшие колебания, например то, как Второй поджимает губы, не желая осознавать, что Делец действительно может подойти, а потом его лицо озаряет улыбка, но уже более кровожадная. Замечает, как он выпрямляет спину и фыркает. В конце концов, он чувствует, как его руку сдавливает чужая, не желая выпускать еще с момента, как Омега поднялся. — Хорошо, тогда я передам эту возможн… Делец не успевает договорить: его снова разворачивают к себе и целуют. Дотторе кладёт ладонь на затылок предвестника и настойчиво притягивает его ближе, не оставляя пространства между ними. Вторая рука ложится на талию, сжимает, гладит и тянет на себя, словно хочет соединить два тела воедино. От такого напора Панталоне теряется, поначалу лишь принимает столь активную ласку. Лишь почувствовав давление на талии, со смущением пытается отстраниться, давит на плечи Доктора, боясь, что это маленькое сумасшествие увидят ненужные люди. Но что может обычный человек сделать перед лицом метели, сметающей все на пути? Дотторе продолжает. Поцелуй глубже и жаднее, Омега сжимает волосы на затылке Феофана, язык сплетает с чужим, сталкивается деснами, кусает и стремится забрать каждую частичку, которую только смог получить. Уперевшись руками в грудь Доктора, Делец все-таки сдается, сам отвечает на поцелуй, жмется ближе и, несмотря на минусовую температуру на тренировочной площадке и кусающий мороз, чувствует лишь тепло чужого тела и жар на своих щеках. Спустя мгновения из головы стираются все мысли о других людях, о «принцессе», к которой он хотел подойти, но явно не хотел заходить настолько далеко, чтобы правда целовать. Дыхание сбивается, Панталоне пытается отстраниться теперь уже для того, чтобы отдышаться. Но Омега лишь активнее лезет, руками под накидку проникает и целует-целует-целует. Поочередно посасывает губы, кусает и вновь вторгается языком, словно обычного поцелуя ему мало и он хочет забрать тело и душу, проникнуть и сожрать, как ненасытная тварь. — Чтобы получить «принцессу», нужно победить дракона, — Дотторе целует в уголок губ, теперь аккуратно придерживая за руку, чтобы Делец ненароком не упал, — В следующий раз не думайте, бейте прямо в сердце. — С ума сошел? Я же пошутил, — Панталоне брезгливо вытирает слюну с губ, вновь пытаясь восстановить дыхание и сердцебиение. Волосы растрепаны еще с начала их битвы, а смущение и шальной взгляд можно было бы списать на азарт, появившийся во время битвы. Он ударяет Дотторе в плечо, под чужой громкий смех отходит на шаг и принимается искать свой все-таки упавший в снег меч. — Отрадно видеть, что Вы готовы так яростно защищать свою честь, что сразу бежите за оружием. Под убийственный взгляд льдисто-фиолетовых Дотторе тоже идет за своим оружием, сиротливо лежащем в отдалении. Он наклоняется и хватается за рукоять, поднимает одной рукой, не потрудившись даже изобразить, что ему тяжело. Когда он разворачивается, металлический черный наконечник снова оказывается у его шеи. Второй раунд?