По плану

На арене звезда цирка. Зрители с замиранием сердца смотрят, как человек выполняет, казалось бы, невозможное. Один трюк за другим, каждый страшнее предыдущего. Ликование расходится по рядам всякий раз, когда трюкач удачно приземляется. Но и без того каждый здесь уверен в том, что он сможет: так говорит яркая улыбка на его лице, избавляющая от лишних беспокойств зрителей — чтобы ничего не мешало им восхищаться. Сту очередной раз подпрыгивает вверх, подбрасывая колесо. Он делает сальто назад, и ровно в миг, когда колесо падает, приземляется на него. Вновь аплодисменты, на арену летят цветы. Сту победно ухмыляется, готовясь к последнему, самому любимому и сложному, трюку. Он проезжается по кругу, махая фанатам и принимая цветы. Выезжает в центр, когда по арене расходится дым, и гаснет основной свет. Сейчас прожектор укажет на него, и все начнется: три, два, один… Как вдруг прямо перед ним, совсем из ниоткуда, появляется силуэт. Вокруг него еще больше дыма, чем есть уже, и станрвится его только больше. От неожиданности Сту пошатнулся — но множество тренировок на родном колесе не позволило ему упасть. И не повзолила тому рука незнакомца, ухватившая его за талию. Она притянула Сту к себе, и тогда он увидел: — Сириус… — сорвалось с его губ, прежде чем он осознал. За маской Сириуса скрывались его темно-красные глаза, игравшие недобрым блеском. Легенда Старр парка, о которой забыли все, кроме ветеранов. И Сту помнит изгнанника, оттого по всему его телу проходит волна беспокойства. Что он… — Помнишь меня? Лестно знать, — пониженным тоном произносит он. Его бархатный голос раздаётся эхом в ушах, вырывая из оцепенения. Сту пытается его оттолкнуть, но тщетно. Сириус сжимает руку крепче, недобро ухмыляется и взмахивает посохом. В мгновенье ока они пропадают. Зал ликует и аплодирует, и все думают, что это — часть шоу. И значит, все идет по плану.