Хён

Это было время трейни. Мы были молоды, совсем зеленые. Или точнее сказать, я. Я был молчалив, замкнут и одинок. Мне было 18, я чувствовал себя очень странно. Я не понимал точно чем хочу заниматься, кем хочу существовать и как жить, но у меня получалось писать музыку и я осваивал базовые навыки репа. Я чудом попал в одну компанию, которую на удивление я сразу же заинтересовал. Меня поместили в общагу при компании. Точнее мы назвали ее общагой. Это был просто небольшой дом, где-то на втором ярусе какого-то здания. Помню, там был выход на крышу, тогда для меня это было важно.  Я был самым страшим из ребят, пока к нам не присоединялся Сокджин. Крутой парень, он мне сразу понравился. Я хоть и молчал, но сразу нашел со всеми общий язык. Пока нас было пятеро. Меня уважали, уважали мое личное пространство, несмотря на то, что мы жили в одной комнате. Мы занимались своим делом, танцевали и практиковались в пении и репе. Было сложно: вставали очень рано, совмещали всю свою деятельность с учебой.  Чуть позже к нам присоседился малыш, Чон Чонгук. Насколько я помню ему тогда было около 13 или 14. Я был в шоке, он был правда очень мелким. У него были большие, слезливые глаза оленя. Мы собирали его в школу, помогали делать уроки. Он тогда много плакал, и я его понимаю. Нам было нелегко, тем более он расстался с родителями в таком возрасте и пока непонятно для чего. Жесть.  Через какое-то время нам объявили о пополнении. Сказали, что к нам приедет парень из Пусана, вроде бы он раньше занимался балетом. Тут я реально прифигел. Одному 13, другой «балерина», а я стесняюсь танцевать, куда мы таким составом?  Но все было не так плохо. Балерину звали Чимин. У него был очень высокий голос, он был на пару сантиметром ниже меня и боялся смотреть в глаза, но пресс у него был отменный. Ему было 16. 

***

— балерина, твоя очередь мыть посуду. - Я не помнил чья была реально очередь, но мне просто хотелось с ним поговорить, неважно о чем. Я был уверен, что он огрызнется и я посмеюсь.  — да, хён, сейчас…- Чимин быстро бросил свои дела и подбежал к раковине. В глаза он не смотрел, был сильно стеснителен. Я офигел. Я просто стоял и смотрел на него. Глаза почему-то спустились ниже. Чимин был в коротких черный шортах и худи оверсайз. Я обратил внимание на его голени и аппетитные бедра. Я обычно не обращаю внимание на то, кто как одет, вообще не обращаю внимание на людей. Мне всегда насрать. 

***

У нас закончилась тренировка. Все умотались. Пару человек побежали в закусочную, заказать еды. Я сел на пол, вытянул ноги и, надев наушники, начал слушать музыку. На мне была белая футболка и что-то вроде лосин и поверх них шорты. Как-то так. Впереди меня сидел Чимин. Он выполнял какой-то элемент растяжки. На нем опять были эти блядские короткие шорты и какая-та футболка. Он не был прямо сильно худым, но кроссовки казались массивными.  Я засмотрелся на его колени, он тянулся куда-то вперед. Не знаю какого черта он это делал и чем ему это помогало. Он сопел, тянувшись вперед и сгибая спину. Как будто специально.  В другой раз, находясь в нашел общей студии, Чимин лег на кожаный диван около нашего дешевого оборудования. Я сидел за столом. Мы сводили «подобие»партий и получилась фигня. Я устало оторвался от компьютера и повернулся к Чимину. Тот тоже, видимо сильно устал. Хотя от чего? сводил партии я. Он лежал ко мне спиной, растянувший на весь диван. Он развел ноги в стороны, согнув колени. Устало кряхтел. Я заметил гладкость его ног и упругость кожи, его спортивное телосложение мне нравилось. Его накаченные бедра, шикарны. Бесит.

***

Сам Чимин обычно был очень стеснителен, прям очень. Но со временем он начал к нам привыкать. Он бесился с Тэхеном и Чонгуком. Он в принципе был очень тактильным со всеми, но не со мной. В лице была детская припухлость щек, это было мило. Я часто его рассматривал, потому что он никогда не смотрел на меня в ответ. Мы наверно не разу не встречались взглядом. Иногда мне казалось, что я его очень сильно пугаю, наверно, казалось.  Перед самым дебютом, мне уже было 19, Чимину только-только исполнилось 17. Не сказал бы, что что-то поменялось. Хотя кое-то я заметил: он не стеснялся переодеваться перед ребятами, ходил параллельно с кем-то в туалет или душ и не изменял своим коротким шортам. Но как только нас в комнате было меньше 3 человек. Он замыкался и старался оттягивать шорты вниз. Иногда он прижимал колени к себе, клал подушку на колени или же бегал переодеваться. Раньше наоборот демонстрировал свою задницу.  На репетициях или совместных посиделках все было окей. Он был одним из самых шумных и активных, мог запросто показать пресс или лечь на диван задрав аппетитную задницу к верху. Когда в комнате был только я или еще кто-то. Он сразу интроверт. Либо я его смущаю, либо я сошел с ума. 

***

— хён….  Я слышу эту протяжную интонацию очень редко, но точно знаю кому она принадлежит. Я сразу понимаю, что обращаются ко мне, Чимин остальных старших назвал «хённим», либо имя с приставкой «хён».  — чего мелкий, - я сразу же бросил всё из рук, я долго ждал этого.  Чимин вошел в комнату где располагалась моя небольшая рабочая зона. Странно, что не переодел свои красные короткие шорты, прежде чем подойти ко мне.  — я не понимаю домашку, - Чимин говорил протяжной интонацией. Странно, что он подошел. Мне казалось, что ему проще прийти без домашки, чем прийти ко мне за помощью.  — а я тут причем?  — ты же хён, ты всё знаешь. помоги!- он уселся в кресло, скрестив ноги.  Мы просидели вместе довольно долго. Я старался ему помочь. Я ничего не понимал, так как всегда учился хуже всех, но я пытался освоить короткий материал, что бы доступно объяснить его малышу.  Так как близился дебют, нам дали возможность раза два в месяц в выходные ездить домой. После дебюта будет не до этого, а макнэ все чаще устраивает истерики. Я не ездил домой, не хотел, оставался в доме или компании, работая над музыкой. Чимин как и все ездил домой, но последние месяцы перестал. У него появились какие-то дела здесь. Он стал меньше разговаривать и больше закрываться от всех. Когда пытались что-то выяснить, он говорил, что нашел какого-то тренера по танцам. Ссылался, что плохо танцует, а скоро дебют. Меня это напрягло.  *** — нужно поговорить. - это всё что я сказал Чимину. Кажется, я был очень мрачный, он сильно вздрогнул, но быстро встал и пошел со мной на кухню, где пока никого не было. Я налил себе воды и, оперевшись на столешницу, уставился на него. Тот встал передо мной. Вроде я на него пока не давил, но он уже сжимался. Стоял, сжимая руки по бокам и смотря вниз.  — расслабься, я просто хочу поговорить  — да, хён — что происходит с тобой? Эй, посмотри на меня.  — да, хён, - он не хотя поднял голову и посмотрел мне в глаза, впервые и не надолго. — всё хорошо. Если ты про мои вечерние тренировки вне компании, то всё хорошо. Я тренируюсь с другом.  — что за друг? Где ты его нашел?  — это парень один с хореографического. Он чуть старше… Я немного напрягся.  — сколько ему лет? Когда ваше следующее занятие?  — а что, хён…? - он явно боялся, говорил очень тихо. Как только заметил мой взгляд, сразу продолжил, — ему скоро 20. Занятие сегодня. Хён, не говори никому…  — я так понимаю это не профессиональные встречи..- я улыбнулся, но мне очень не нравилась эта ситуация. И этот новый «тренер»— не говорить о чем?  — Сокджину хёну не понравится, что я лично встречаюсь с каким-то парнем потанцевать. Это звучит странно, он больше не отпустит… Чимин впервые говорил мне так много предложений подряд. Обычно он говорил обрывистыми фразами и не особо откровенничал. Всё же было приятно.  — ты изменился, мелкий..- я вздохнул. - как будто я начинаю переживать за тебя. Ты стал меньше разговаривать с нами. И пытаешься спрятаться в одежде..  Чимин лишь кивнул, смотря под ноги. Он был одет в оверсайз. Он как будто закрывался от мира, не было видно ни шеи, ни запястий.  — давай договоримся, если тебе нужно помощь — обратись ко мне. Если подойдешь к Джину, он вероятнее устроит истерику, но не поможет. Ладно?  — ладно, хён.. спасибо, хён..  — давай, солнце.. беги к своему… - я не договорил. Я вздохнул. Немного был разочарован. Мне показалось, что тот спешил не к другу, а к кому-то ближе. Я потрепал волосы Чимину и отпустил. И вообще, почему так много «Хён»? Мне казалось, что Чимин боялся меня не просто так. Возможно, я его интересовал.. ну не то, чтобы как партнера. Просто. Но оказалось что нет. Его интересовал какой-то хореограф. Тем не менее мне не нравился тот факт, что тот стал прятаться. Я давно не видел даже его рук. Он перестал вешаться на мемберов. Просто стал отдаляться. Я знаю, что что-то не так. Но хочу чтобы он пришел ко мне первым. Я не смогу помочь, если он сам этого не захочет. 

***

Мемберы уехали по родительским домам. Они приедут только завтра вечером. Чимин был на своей «тренировке» со своим «тренером», подобием «друга». Я остался дома. У меня абсолютно был сбит режим, я не ел уже очень долго, просто играл на гитаре. Устал дико. Я услышал шум в коридоре, это было странно, так как Чимин должен был прийти как всегда часов в 10, а щас 6. Я не обратил внимания и продолжил насиловать гитару. Я удивился когда в комнату постучали и вошел Чимин. У меня всё сжалось, мне стало очень больно. Не знаю как объяснить, мне как будто стекло прижали к сердцу и одновременно начали душить. Я смотрел на своего мальчика, он заплаканно смотрел на меня. Его взгляд был пустой, напуганный и безнадежный. Его одежда была немного потёрта, с плеча свисала удлиненная кофта, которая открывала шею и ключицы.  Я никогда такого не испытывал. Я не мог на него смотреть. Мне умереть? Как это было странно и больно. В этот момент я понял, что люблю этого мальчика. Этого семнадцатилетнего мальчика, который мне как кажется как брат.  — Чимин? Малыш..?- я никогда так ни к кому не обращался. Я не знал, что я так умею. Я был в шоке. Мне было страшно.  — что случилось? Мальчик мой.. Иди сюда.. - я куда-то дел или скинул гитару, я не знаю. Я потянул к нему руки, встал и обнял. Очень осторожно обхватил его обеими руками. Какой он был маленький, хрупкий. В этот момент вырвался рёв. Чимин начал рыдать. Очень громко и больно. Я зажмурился и сжал его так сильно, насколько мог. Это был страшный сон. Я не хочу переживать этот день повторно. Я начал его гладить, хотя успокоить. Чимин рыдал в шею и сжимал мою кофту на груди.  Я посадил его на кровать и сел рядом. Чимин успокаивался, но пока продолжал плакать. Через пару минут я тоже успокоился. Что бы не произошло, Чимин рядом, ему ничего не угрожает.  Тот немного поплакав мне в грудь, просто уперся в нее щекой и смотрел безжизненно в сторону. Слава богу дома никого больше не было и не будет до завтра. Чимин продолжая сидя облокачиваться на мою грудь, сказал тихо:  — обещай, что послушаешь и не будешь сразу ругаться? Я гладил его по голове, ощущения грудью его щеку и руку. — говори, пожалуйста..  — мой друг, он мне нравился. Как взрослый.. Я хотел быть на него похожим. Но.. я не сразу понял, что ему нужно. Я думал, ему со мной интересно.. Хён.. мы практиковались в танцах, но он часто меня трогал. Мне было всё равно, потом стало страшно. Сегодня.. он прижал меня к стене и стал трогать, везде.. мне было страшно, он был очень грубый.. Мы были одни в зале. Там был такой холодный пол.. - он опять заплакал.. пока не продолжал.  Я был в ужасе. Я молчал, хорошо, что он был ниже и не видел моих глаз. — Чимин.. покажи..  В голове у меня сошлись все пазлы. Чимин около месяца ходит в мешковатой одежде. — Покажи, я сказал.  — хён..?- он был неуверенный и испуганный, но медленно потянулся к спортивным штанам. Немного отодвинувшись от меня, он начал спускать штаны. Его ноги были покрыты синяками. Голени, колени, бедра - всё в каких-то синяках и царапинах. Он дрожал. Медленно положил брюки на другой конец кровати и полным корпусом повернулся ко мне. Я был в ужасе лютом. Я не моргал. С правого глаза потекла маленькая слеза. Я потянул дрожащую руку к нему. Он вздрогнул, но в скоре привык к температуре моих рук. Я медленно провел по бедру и колену, очень медленно рассматривая каждую отметину. Чимин доверял. Я сидел по-турецки, он сидел максимально близко ко мне, согнув ноги. Его черные трусы были почти не видны за толстовкой. Он очень доверял, впервые так близко он сидел ко мне и был настолько «раскрыт» передо мной. Я обещал себе, что убью того мудака. Я положил обе руки на колени Чимина пытаюсь согреть, немного растирая его ноги с прижал его ближе и обнял. Я был счастлив, что он подошел ко мне. Наконец-то я могу ему помочь, и наконец-то я буду знать, что с ним всё хорошо. Надеюсь, ко мне вернется мой любимый, веселый и открытый мальчик. Мы еще долго разговаривали. Чуть позже я переодел самостоятельно его кофту на футболку. Его плечи тоже были в синяках. Чимин наконец-то уснул.  Я чуть раньше спросил все нужные данные про того пацана. Утром, пока Чимин спал я встретился с тем подонком. Я устроил ему не самую приятную жизнь в колледже. Я не сделал ничего плохо, но с Чимином тот никогда больше не пересекался.  Двадцатилетний тип развлекался с подростками, ничего серьезного он не делал. Только лишь флиртовал и лапал малолеток, говоря какие они особенные. Слава богу Чимину никак серьезно не навредил. С тех пор я сильно сблизился с Чимином.