Hide and Seek. | Прятки.

Прошло много времени с тех пор, как Изуку чувствовал себя комфортно от прикосновений. Он помнил объятия Мамы и то, как мог утонуть в них. Помнил липкие руки Каччана, когда они переходили улицу вместе, когда они всё ещё были лучшими друзьями. Помнил вспышки жара, взрывающиеся вокруг него. Как его отталкивали. Как сбивали с ног. Всё потому, что у него не проявилась причуда. Воспоминания о Маме с каждым днём становились всё тусклее; теперь, когда он был совой, у него тоже не было возможности сближаться с другими (не то чтобы он этого хотел). По крайней мере, до Айзавы-сана. И даже с Айзавой-саном он был осторожен, держа дистанцию. Может быть, это было глупо с его стороны, но он просто не хотел снова пострадать. Каччан хотел стать героем, и...Каччан причинил ему боль. Было ли слишком смело предполагать, что другой герой сделает то же самое? Изуку даже не был уверен, в чём заключается причуда Айзавы-сана. Сначала это заставляло его насторожиться, он всегда убеждался, что у него есть путь к отступлению, если случится что-то, что ему не понравится. Но ночь за ночью проходили, и ничего не происходило. Когда Изуку начал навещать балкон Айзавы-сана, и всё равно ничего не произошло, семя доверия было посеяно. И вот где оказался Изуку сейчас. Когда он услышал, что Ямада-сан пострадал, его охватило беспокойство. Он знал, что Айзава-сан чувствует себя хуже, чем он; они ведь были женаты. Хисаши тоже был женат на Маме, но эти две супружеские пары были совершенно непохожи. У Изуку не было рук, чтобы обнять Айзаву-сана, но он просто не мог не попытаться хоть немного утешить мужчину. Именно так поступила бы его Мама, так что было правильно попытаться изо всех сил ради человека, который стал для него таким важным. С первого же прикосновения Изуку понял несколько вещей. Ему было тепло. Ему это нравилось. И он так сильно скучал по этому. Изуку издал трель, его глаза закрылись, когда он снова прижался щекой к лицу Айзавы-сана. Мужчина усмехнулся, слегка наклонив голову, давая сове больше доступа, которая теперь не должна была тянуться вверх, чтобы добраться до цели. Всё ещё с закрытыми глазами, он вздрогнул, когда почувствовал лёгкое поглаживание по спине. Когда поглаживания стали длиннее, переходя от макушки к кончику хвоста, он почувствовал, как расслабляется. Это было приятно. Очень приятно. «Спасибо, что доверился мне», — тихо пробормотал Айзава-сан. «Я знаю, как трудно бывает доверять кому-то». Изуку осторожно выстучал «да», прекрасно осознавая, что всё ещё стоит на предплечье про-героя. Он не хотел случайно поранить Айзаву-сана; Изуку прекрасно знал, насколько остры его когти. «Хм», — фыркнул мужчина. «Такой ответ заставляет меня гадать, какую жизнь ты вёл до всего этого». Изуку пискнул, осторожно спрыгивая обратно на диван. Честно говоря, сова не думала, что до всех этих событий он был таким уж интересным. Но он не собирался рассказывать Айзаве-сану о своей жизни. Это было то, что Изуку надеялся, что Айзава-сан никогда не узнает. Этого было достаточно. То, что было между ними, было достаточно для Изуку. Он не знал, что будет делать, если Айзава-сан когда-нибудь узнает о настоящем нём. «Ладно, храни свои секреты», — на лице про-героя появилось выражение веселья. «Мне нужно закончить просматривать эти отчёты, так что развлекай себя сам, хорошо?» Изуку нахохлился вместо ответа, довольный тем, что может оставаться рядом с мужчиной. Так они проводили бо́льшую часть времени вместе, в мире и тишине. А тем временем Изуку мог попытаться придумать, как сообщить Айзаве-сану о продаже наркотиков. Хотя Изуку любил свою причуду, он не мог не думать, что говорящая сова была бы гораздо полезнее в этой конкретной ситуации. Или, может быть, телепатическая сова; это было бы тоже круто. Всё, что позволяло бы ему легко общаться, было бы замечательно. «Злодеи на триггере — это боль в заднице». Айзава-сан пробормотал, прерывая мысли Изуку. Триггер? Изуку вспомнил, что слышал это слово. Это было название наркотика, который тот парень пытался продать? Он был в этом уверен. Сова щёлкнула клювом, потянулась и дёрнула мужчину за рукав, пока не привлекла его внимание. «Что-то не так?» «Да». «Это снова о Хизаши?» «Нет». «Это о том, что я только что сказал?» «Да». «... Злодеи на триггере?» «Да». Айзава-сан странно посмотрел на него, между бровями появилась маленькая морщинка. «Откуда ты знаешь о триггере?» Изуку чирикнул в ответ, прежде чем перепрыгнуть на журнальный столик, где стоял ноутбук Айзавы-сана. Он видел, как про-герой сделал движение в его сторону, но сова проигнорировала это, продолжая смотреть на клавиатуру. Он не очень хорошо умел печатать то, что видел, он только начинал записывать типы погоды и времена года в детском саду, но он помнил время и дату, которые продавец назвал покупателям. Изуку протянул коготь и осторожно нажал на одну из цифровых клавиш, а затем посмотрел на про-героя. Он нажал её ещё раз. Он очень надеялся, что Айзава-сан поймёт, что он пытается сказать. *** Сегодня был день многих первых открытий. Мало того, что Мимизуку подошёл достаточно близко, чтобы начать контакт, он даже позволил Шоте сделать то же самое. Ему казалось, что его сердце вот-вот взорвётся. Но не только это, сова, казалось, хотела использовать его ноутбук. И, очевидно, знала о триггере? Он наклонился вперёд, открыл приложение «Блокнот» и жестом указал на ожидающую сову, которая чирикнула ему в ответ, прежде чем медленно ввести ряд цифр. Мимизуку вытянул лапу, посмотрел на экран, нажал на клавишу возврата и продолжил печатать. Шота был ошеломлён. Конечно, Незу мог пользоваться компьютером, но он не ожидал, что у Мимидзуку будет такая способность. Высший Разум Незу был сам по себе редкостью. Насколько же умна была эта сова? Печатание продолжалось около минуты, прежде чем сова остановилась и пискнула ему. Про-герой моргнул, глядя на то, что было напечатано. «Похоже на дату и время», — пробормотал он. «И какое это имеет отношение к триггеру?» Мимизуку только выстучал «да» в ответ, повторив это снова, когда Шота не ответил. «Не говори мне, что совы могут сидеть на триггере», — проворчал Шота. «Какого чёрта». Сова подпрыгнула к нему, слегка расправив крылья и щёлкнув клювом. «Ладно, ладно», — Шота был достаточно напуган этим зрелищем, протягивая сове палец. «Прошу прощения за то, что предположил, что ты принимаешь наркотики». Мимизуку, к его удивлению, не укусил его, а лишь коснулся его пальца боком головы, а затем легонько укусил его, не оставив следа. «Рад, что ты хотя бы знаешь, что наркотики — это плохо». В ответ раздался стук «да». «Это дата и время?» «Да». «И это связано с триггером? Ты уверен?» «Да». «Хорошо», — Шота вздохнул. «Это такая же зацепка, как и всё остальное, что у нас есть». Мимизуку взъерошил перья, и из его клюва снова вырвался пип. «Ты знаешь, где ты это слышал, да?» «Да». «Ты можешь отвести меня туда сейчас?» «Да». «Ты собираешься остаться и посмотреть на это?» «Нет». Шота поднял бровь, но предположил, что это имеет смысл. Мимизуку дал ему время и дату. Про-герой даже не знал, есть ли у сов чувство времени, сравнимое с человеческим. Он даже сомневался, что птица знает текущую дату или, упаси боже, время. Шота был относительно уверен, что у сов нет календарей, часов или смартфонов. В конце концов, время — это чисто человеческое понятие. «Загляни через две ночи, и я расскажу тебе, как всё прошло». Мимидзуку кивнул головой и одновременно выстучал «да». «Наглый паршивец», — фыркнул Шота, и в его голосе слышалась нежность. «Давай, ты должен показать мне, где это произошло». «Встретимся у дерева?» «Да». *** Шота связался с детективом Цукаучи, как только остался один, и Мимизуку уже был лишь точкой в небе. Мужчина был заинтересован в том, откуда появилась эта новая зацепка, и это заставило Шоту замешкаться. Он не мог сказать ему, что это была сова с причудой интеллекта, которая, возможно, подслушала сделку с триггером. Он всё ещё активно работал над завоеванием доверия Мимизуку, и что-то внутри него яростно грызло его, когда он думал о том, чтобы рассказать Цукаучи всю правду. «Новый информатор», — промычал Шота. Это было достаточно близко и не было совсем неправильным; на всякий случай, если ему когда-нибудь придётся сказать это там, где хороший детектив сможет использовать свою причуду. «А, ну, я знаю, как вы, подпольные ребята, относитесь к своим информаторам», — легко ответил Цукаучи. «У меня будет кто-то на подхвате, если тебе понадобится подкрепление завтра вечером». Шота поблагодарил его, прежде чем повесить трубку; всегда полезно быть на хорошем счету у правоохранительных органов. Он осторожно осмотрел переулок, тщательно запоминая его расположение. Про-герой должен был отдать должное Мимизуку. Этот переулок действительно был в стороне от других; нужно было знать о нём заранее, чтобы добраться до него без некоторой путаницы. Он покинул это место, ничего не тронув, намереваясь начать свой собственный патруль. И прежде чем он успел оглянуться, наступил следующий день. Шота проводил Хизаши из больницы ближе к вечеру, и облегчение разлилось в его груди, когда он увидел, как блондин одаривает его глупой улыбкой и пистолетиками в приёмной. Когда они шли обратно в свою квартиру, темноволосый мужчина воспользовался случаем, чтобы рассказать радиоведущему о прошлой ночи. «... а потом он позволил мне погладить его по спине». «Что! Не может быть!» «Хех», — на его губах заиграла самодовольная улыбка. «Ещё как может». «Это нечестно, что наш сын-птица любит тебя больше, чем меня!» Шоте пришлось спрятать свою расширяющуюся улыбку в шарфе для захвата. «Наверное, тебе придётся быть вторым по счёту папой, хах». «Шоу!!» — улыбка Хизаши была ослепительной, а тон — дразнящим. «Ты признаёшь, что ты папа! Я так горжусь тобой!» «Ой, заткнись, ты, какаду». И как по команде, блондин взвизгнул, как и предполагало прозвище. Хизаши действительно иногда был предсказуем. К тому времени, как они вернулись, небо начало темнеть. Пока Хизаши расслаблялся на диване, он взглянул на Шоту, который разогревал остатки мисо-супа, который приготовил прошлой ночью. «Ты кое-что не рассказал до этого, да?» «Мм», — пробормотал Шота, доставая из холодильника кусок сыра и буханку хлеба. «Мимизуку, возможно, дал мне дату и время облавы на наркотики». «Какого хрена?» «Ага». Пока сковорода разогревалась, темноглазый мужчина начал нарезать хлеб, получая безупречные ломтики, готовые для жарки. Научиться правильно обращаться с ножом было, наверное, одним из тех навыков с работы, которые он чаще всего использовал в повседневной жизни. «Он использовал мой ноутбук, чтобы напечатать это». «...Хм. Мы знали, что он умный, но я не думал, что...компьютеры?» — Хизаши постучал пальцем по подбородку. «Информация верна? Как он вообще её получил?» «Это сегодня вечером, так что, думаю, мы скоро узнаем. И я предполагаю, что он подслушал это, пока был на улице и занимался своими ночными делами». «Шоу..Это как.. Мимизуку действительно умный...» — Блондин взъерошил волосы, пальцы запутались в них, голос становился всё более недоверчивым, когда он продолжал: «Он понял твоё геройское имя. Он узнал название наркотика, услышав его снова, и смог дать тебе дату и имя, которые он, вероятно, услышал как минимум за час до того, как прийти сюда. И он умеет печатать?» Шота пожал плечами. «Мы уверены, что это просто причуда интеллекта?» — Хизаши выглядел абсолютно серьёзным, когда говорил. «И не какая-нибудь причуда превращения в сову?» «Хизаши...Я видел, как Мимизуку охотится на крыс. Мы оба видели, что случилось с твоим балконным голубем. К тому же, он в этом районе уже больше полугода. И помни, Незу сказал, что он несовершеннолетний. Я сомневаюсь, что хорошие родители-люди позволили бы своему ребёнку так разгуливать по ночам, есть крыс из мусорных баков». «Ты ни разу не направлял на него свою причуду». «Высший Разум Незу — это мутационная причуда», — проворчал Шота. «Он заставил меня посещать его частные уроки после того, как я один раз использовал на нём свою причуду. Я не собираюсь рисковать доверием Мимизуку только для того, чтобы проверить, могу ли я стереть его причуду». «В этом ты прав», — признал Хизаши. «Ну, мы сможем разобраться с его причудой позже. Незу обязательно поможет, когда мы сможем отвести его в Юэй». «Мимизуку заглянет завтра вечером, если ты сможешь», — темноволосый про-герой протянул мужу свежеприготовленный сэндвич с сыром на гриле вместе с тарелкой супа. «Он волновался за тебя, когда я сказал, что ты пострадал». «Милый», — проворковал Хизаши, откусывая большой кусок сэндвича и вскрикивая, когда горячий сыр капнул на палец. «Такой хороший сын-птица!» Шота фыркнул на это, заканчивая разговор в пользу лёгкого перекуса перед уходом, чтобы устроить засаду в переулке. Нельзя, чтобы его позицию выдал голодный желудок. Темноволосый мужчина ушёл вскоре после этого, теперь облачившись в образ андеграундного героя Сотриголовы. Именно сейчас, в медленно темнеющем городе, он чувствовал себя как дома. Он надеялся, что подсказка Мимизуку окажется плодотворной. Хотя триггер на улицах никогда не был хорош, наличие длинных цепочек дел было ещё хуже. Люди страдают. Люди пропадают без вести. А поставщики успевают покинуть город, и никто не узнает. Не говоря уже о том, что его присутствие на улицах даёт ему шанс попасть в другую префектуру. Всё это в итоге выливалось во множество раненых про-героев и, боже мой, столько бумажной работы. Переулок был тёмным и пустым, когда он наконец добрался до него. Он прыгнул, используя шарф для захвата, чтобы зацепиться за перила балкона и забраться на одну из нижних крыш. Преимущества нахождения поблизости намного перевешивали опасности, которые это могло представлять. В конце концов, он специализировался на тактике коротких атак из засады; было логично находиться на короткой дистанции. Шота ждал. Терпение — это добродетель, особенно в мире подпольной героики. Вскоре солнце полностью скрылось, погрузив город в темноту. Район, в котором сейчас находился Шота, был тихий. Не самый чистый, но он видел и чувствовал запахи и похуже. Он приглушил яркость на телефоне, прежде чем проверить время. Динь Шота прищурился на внезапный звон велосипедного звонка. Убрав телефон в задний карман, он наклонился вперёд ровно настолько, чтобы увидеть мужчину в кепке с мусорным пакетом. Гражданский? Про-герой молчал, пока мужчина открывал крышку мусорного бака, выбрасывая свой мусор. Больше движения. Шота почувствовал, как его мышцы напряглись в ожидании, когда к мусорному баку подошёл ещё один мужчина в кепке. У этого под мышкой был портфель, а в другой руке — небольшой пакет с мусором. Он бросил свой мусор в бак, на его лице была усмешка. «Как раз вовремя». «Быстрее, пожалуйста». «Да. Вот. Не потеряй. Иначе». Шота мог узнать триггер, как свои пять пальцев. Он быстро натянул очки и спрыгнул вниз. Доля секунды прошла, когда широко раскрытые глаза мужчины с портфелем встретились с его собственными, прежде чем он активировал стирание, быстро положив конец любой причуде, которая могла быть использована. Первый мужчина взвизгнул от его внезапного появления, его кулаки засветились злобным красным. Шота быстро посмотрел на него, а затем выбросил ногу, чтобы зацепить лодыжку и сбить его с ног. Когда мужчина врезался в стену, а портфель выскользнул из его рук на бетон, Шота немедленно отбросил его подальше, чтобы он был вне досягаемости. Пригнувшись, про-герой ловко уклонился от летящего в голову удара, моргнул и снова активировал стирание на оставшемся мужчине. Мужчина выругался, уставившись на свои руки, прежде чем вытащить тонкий нож из штанов. Шота просто метнул свою поясную ткань, петли обвились вокруг запястий и натянулись. Один удар ногой в голову отправил оставшегося мужчину на землю, нож выскользнул и закрутился. Шота промычал, быстро связывая первого мужчину, который всё ещё стонал от сильного удара по голове. Другой ударился о стену достаточно сильно, чтобы вырубиться, что было хорошо для него. Он приоткрыл портфель, заглядывая внутрь, чтобы убедиться, что флаконы не повреждены. Было бы обидно, если бы они разбились во время этой небольшой потасовки; не говоря уже о том, что Цукаучи заставил бы его съесть свою же бумажную работу, если бы он испортил важные улики. Он уже ел бумагу раньше, и ему очень не хотелось бы повторять это в ближайшем будущем. Похоже, подсказка Мимизуку действительно сработала. У него будет интересная история для совы завтра. А пока ему нужно было отправить этих наркоторговцев на оформление, прежде чем продолжить патрулирование. Ночь была ещё ранняя, и Шота знал, что это было только начало долгой ночи. --- Изуку — печатает на ноутбуке Изуку — ovo Шота — . . . Шота — уму непостижимо